36

Оливия, вдовствующая герцогиня Салазар

В себя я приходила медленно. Как оказалась на удобном диванчике, в толк взять так и не смогла. События вертелись в голове, отказываясь выстраиваться в логические цепочки.

— Дорогая, ты с нами! Хвала богам! — воскликнула рядом Медиса, когда я пошевелилась. — Ох и напугала же! Только представь, сначала падает Силь, а затем ты, как подкошенная. Думала, что сойду с ума от беспокойства и паники, но все хорошо, что хорошо кончается.

Вид у подруги и правда был немного потрепанный и взволнованный. Было трудно заметить, но от меня не смогло укрыться, как мелко подрагивали ее пальчики, унизанные кольцами.

— Со мной все в порядке. Скорее всего, переволновалась, — я постаралась придать голосу нотки беззаботности и легкости.

Сейчас было не время для паники среди подруг. В положении Силь вообще переживать противопоказано.

— Я едва не лишилась чувств, но будущий граф Тартейн решил вдруг пошутить над мамой и тетушкой Медисой и пока отложил появление на свет.

Мы бросили дружно взгляды на раскрасневшуюся Сисилью, смущенно отводящую взгляд в сторону тарелки на журнальном столике. Бедняжка не знала, куда спрятать то, что удалось выклянчить у добродушной экономки Медисы: зефир и мясные пирожки — интересное сочетание.

А ведь уже совсем скоро на свет появится ее малыш. К чему ей лишняя нервотрепка и стресс.

— Он просто решил проверить нашу реакцию, — отшутилась я. — Репетиция, так сказать.

Судя по выражению лица, будущая мать не одобряла подобных тренировок, но злиться было невозможно.

— Ну, — Медиса пытливо смотрела на меня, даже не моргая. — Рассказывай, что у вас там произошло. Мне страсть как интересно! Почему тебя привез Леонис? Почему вы планируете… Как так случилось, что ты променяла герцога на графа? Все рассказывай.

— Дай ей сначала прийти в себя, — строго оборвала подругу Сисилья.

Хоть кто-то в нашей маленькой компании был все еще способен спокойно думать и не давить на меня. Казалось, что я должна всему миру что-то объяснять.

— Ну да, коне-е-е-ечно. Она сейчас наберется сил и улизнет! Уж я-то знаю. Так что, пусть рассказывает. Я же скоро лопну от любопытства!

Я слабо улыбнулась. Подруга была неисправима. Мой рассказ занял прилично времени. Мы успели выпить чая, съесть по несколько пирожных,  стараясь не замечать, как на тарелке Силь появились тарталетки с икрой и безе, которые она уплетала практически одновременно, запивая молоком.

Это было не просто, но опомнились, когда за окном уже вошла в свои права ночь.

— Каков наглец! — резюмировала мое повествование Си. — Медиса, ты просто обязана приютить бедняжку Оливию у себя.

Бедняжку? Да я, можно сказать, только жить начинала. Надеялась лишь, что и финал будет счастливым.

Думать об Адриане без боли в груди не получалось. Всеми фибрами души и каждой клеточкой тела я стремилась быть с ним, но голос трезвого рассудка запрещал подобную глупость, пугая зыбким будущим на раскаленных углях.

Наши отношения нельзя было назвать ровными, а по сему они обещали стать настоящим испытанием для обоих. Он пока еще не понимал, что я действовала в его интересах в том числе.

Однажды наступит день, когда он женится по зову долга и обретет свое настоящее сокровище, совершенно позабыв обо мне. А пока...

А пока я планировала распродать все, что было можно, и купить себе небольшое поместье подальше от лоска столицы и злых языков, которым не лень пройтись по вдове герцога. Но будет новый день и будут новые скандалы, которые обязательно переплюнут мою историю.

— Конечно, дорогая моя. Я тебе даже больше скажу, я просто обязана… помочь ей с организацией свадьбы! — хихикнула подруга.

— И я тоже. Платье беру на себя. Раз пока наряжаться не выходит, займусь Оливией, —  мне казалось, что они решили вовсе не замечать меня, вдаваясь в рассуждения о грядущем событии. — Мы, дорогая, превратим тебя в конфетку!

— Ах, Сисилья! — у меня задрожал подбородок.

— Да, это будет свадьба века! — хищно улыбнулась хозяйка дома. — Ее все запомнят надолго! Я тебе обещаю, дорогая. Но уже поздно. Всем пора спать!

Свадьба века? Что-то дело начинало пахнуть горючим, что не могло закончиться хорошо. Это было просто невозможно!

И почему мне казалось, что леди Лафт что-то задумала? Но спорить с ней сейчас было бесполезно, да и не предъявишь же подруге простое предчувствие надвигающейся беды в качестве обвинения.

“Ладно, поживем, увидим!” — решила я. Хуже все равно уже не будет.

И как же оказалась я неправа… Но не рождены ли мы для того, чтобы ошибаться и обжигаться?