ГЛАВА 20. Переполох

Весь дворец… нет, весь Астарон стоял на ушах.

Катерину, которая и сама не понимала, что происходит, взяли под стражу. Но уже до утра девушка вернулась в свою комнату под домашний арест, когда маги, изучавшие место происшествия, сообщили шокирующую новость: после пощечины «брошенной бывшей» развеялся вовсе не король. Это была сложнейшая иллюзия, сотканная из теней. Двойник, магическая теневая кукла, которая выглядела как настоящий человек, но при этом вот уже несколько дней исполняла приказы своего создателя.

Доппельгангер.

Едва это стало известно, все бросились на поиски самого Артура Арлерна, и вскоре стало понятно, что его… нигде нет. Просто нигде. И никто понятия не имеет, куда же подевался его величество.

Стоит ли говорить, что после этого началась самая настоящая паника?

Но самое главное, Ник буквально покрылся холодным потом. Потому что технология создания доппельгангеров была его собственной разработкой. И именно ее тогда, при помощи Гвен, у него украл Михаэль. При этом, как ни странно, не стал обнародовать ее и присваивать авторство технологии в научных трудах. Даже больше, прощупывая по своим каналам, Ник выяснил, что коллега и вечный соперник, занимающий должность первого заместителя главы министерства внутренних дел, даже не положил эту технологию на стол высшего руководства как «полезную для ведомства тайную разработку».

И теперь Ник понимал, почему.

Увы, но самые страшные предчувствия не обманули. Еще до обеда в наши апартаменты пришел Михаэль в сопровождении стражи. И Ник, закованный в блокирующие магию кандалы, ушел вместе с ними, не сказав мне ни единого слова.

После этого я до самого вечера не находила себе места. Металась по апартаментам из стороны в сторону – словно надеялась, что в противоположном от двери конце соседней комнаты внезапно найдется решение. Доставала смартфон и начинала беспорядочно листать новости в сети, безнадежно пытаясь узнать о судьбе Ника – но нет, все реальные подробности служба безопасности держала в секрете! Единственное, что было – это бесконечные теории жителей Астарона, которые не прекращая обсуждали внезапное исчезновение короля прямо посреди церемонии отсева.

О Катерине, судя по всему, и вовсе все забыли, оставив ее под домашним арестом. Так же, как и о не завершенной церемонии, на которой Аманита в итоге не успела назвать девушку, которая должна была покинуть отбор. Да и вообще, по сути, никто пока не знал, имеет ли теперь отбор смысл? Ведь если король на самом деле уже мертв, то для кого искать невесту-Верховную?

Все эти вопросы пытали, и в какой-то мере я была рада им, потому что они помогали справиться с паникой, неведением касательно мужа и непониманием того, как быть, что делать и чего ожидать.

А потом, поздним вечером, ко мне пришел стражник. Сообщивший, что Ник потребовал последнего свидания со своей женой.

От слов о «последнем свидании» я едва не лишилась чувств, но быстро себя успокоила. Однозначно не может быть, чтобы его уже приговорили к казни – слишком рано. Да и смертный приговор человеку знатного происхождения, занимающему столь высокое положение (в отличие от одинокой, никому не нужной сиротки, вчерашней студентки) за пол дня не вынесут. Как минимум его семья не оставит всего так просто – чего стоит только мой тесть (которого я, к слову, пока ни разу не встречала), чей прадед был королевской крови. Потому эта волокита однозначно затянется. Для начала проведут полное расследование, выяснят, что да как, узнают, жив ли вообще Артур Арлерна, и что с ним. А уже потом будут разбираться, в чем именно там может быть вина Ника, и соответственно – какое ему выписывать за нее наказание.

Так что вдохнув поглубже, я последовала за стражником в темницу на территории дворца. Спустившись в которую, вопреки ожиданиям, увидела довольно опрятные, хоть и темные, коридоры с надежными решетками. За одной из которых, в маленькой камере с темными стенами, на жесткой койке и сидел мой фиктивный муж.

– Ник… – охнула я, ухватившись руками за решетки. Лишь потом обратила внимание на то, что мы одни – тюремщик ушел, оставив нас наедине.

– Слава богам, с тобой все в порядке, – выдохнул мужчина, накрывая мои руки своими ладонями.

Холодные. И дрожат. Впервые по-настоящему дрожат.

– Что происходит? – слабо спросила я, не в силах побороть ком в горле.

– Все паршиво, – ответил муж, сильнее сжав пальцы на моих руках. – Этот выродок Михаэль хорошенько постарался, чтобы повесить на меня исчезновение короля и создание его доппельгангера. Делает вид, будто подробное описание технологии не получал и в глаза не видел, но благодаря показаниям Гвен (которые эта дрянь тайно ему дала и подписала) был в курсе моей разработки. Так что на данном этапе из меня пытаются выбить, что я сделал с настоящим королем. Один плюс: пока этот вопрос не будет решен, и если он мертв – его смерть не будет подтверждена, меня вряд ли поведут на плаху. Вот только не найдут ли на днях его тело где-нибудь?

– Проклятье! – выдохнула я, ощущая, как сердце разрывает грудь.

– Да, плохи мои дела. И что еще хуже – я пока не представляю, как их можно улучшить. Сейчас мои люди, да и Парцифаль тоже, заняты тем, чтобы найти хоть какие-нибудь доказательства, способные меня оправдать. Возможно, им это даже удастся. Вот только пока меня волнует другое.

– О чем ты?

– Твоя безопасность, – прошептал мужчина мне на ухо. – В данный момент до тебя у секретной службы не дошли руки, но это ненадолго. Во-первых, тебе уже сейчас не дадут покинуть территорию дворца. Во-вторых, не позднее чем завтра до обеда тебя должны вызвать на допрос. И вот тут-то мы подступаем к самому главному. Тому, ради чего я выбил у своего адвоката единственную встречу с тобой.

– Что ты имеешь ввиду? – нахмурилась я, почуяв недоброе.

– Литиция, прости меня, – тихо проговорил он, неожиданно положив мне руку на затылок, чтобы прижаться лбом к моему лбу. – Прости за то, что тогда, в саду, использовал контрактный артефакт, чтобы приказать тебе не идти за Катериной. Я поступил гадко по отношению к тебе, и действительно сожалею о том, что сделал. И прости меня за то, что я использую его сейчас.

– Ник, что ты такое говоришь? – испуганно забормотала я.

– Это мой тебе приказ, который ты не сможешь нарушить, даже если решишь очень сильно постараться, – чуть слышно заговорил мужчина мне на ухо. – Начиная с той минуты, как сюда войдет охранник, чтобы увести тебя от меня, ты будешь врать следствию и всем к нему причастным; всем, кто может тебя сдать. Искренне, убедительно. Так, чтобы эта ложь казалась чистейшей правдой даже первоклассным психологам, которые будут пытаться поймать тебя на малейшем обмане. Ты должна придерживаться следующей версии: я явился в родовой замок Аркхена, и угрожая тебе, заставил работать на себя. Для чего конкретно мне все это было нужно – понятия не имеешь. Ты просто исполняла мои приказы, согласно которым вступила в должность куратора отбора, и используя полученную от меня хакерскую программу, вставляла палки в колеса участнице по имени Клавдия. При этом не забывай повторять, что я был с тобой груб и жесток, постоянно тебя запугивал, унижал, принуждал к сексу. За что ты меня, конечно же, искренне ненавидишь, и если есть хоть что-нибудь, чем ты можешь помочь следствию против меня – ты якобы с радостью это сделаешь.

– Нет… пожалуйста, нет… – сорвалась на всхлип я, ощущая цепи заклинания, которое тянулось от браслета по всему моему существу, сковывая и не оставляя малейшей лазейки, чтобы ослушаться только что полученного приказа.

– Что бы со мной ни случилось, ты должна выжить, – продолжал Ник, прижимаясь щекой к моей щеке. – Пока не покидай столицу и веди себя как несчастная жертва обстоятельств, которой совершенно нечего скрывать. Ты ни в коем случае не должна вызвать малейших подозрений касательно того, кем являешься на самом деле. А без знаний, которые заключены в моей голове, они точно не нащупают заклинаний, которыми я той ночью провел обряд смены личины, полностью стерев твою прошлую личность. Так что через время после моей казни тебя должны оставить в покое. Я позаботился о том, чтобы Михаэль не навредил тебе. Парцифаль поговорит с отцом, и он предоставит тебе защиту. Если понадобится – поможет подкорректировать внешность, добыть фальшивые документы и тайно выехать из страны, чтобы начать жизнь заново. Потому не бойся, у тебя все будет хорошо.

– Проклятье, Ник, какой же ты идиот, – прошептала я, давясь всхлипами.

– И еще одно, – тихо-тихо сказал он, касаясь губами моего уха. – То, что я тогда сказал Гвен в саду, было чистейшей правдой. Прощай.

Наверное, я бы сейчас отчаянно закричала на всю глотку. Но как раз в этот момент в коридоре показался охранник… и глаза, повинуясь цепям контрактного артефакта, сдержали слезы. Лицо стало спокойным и уравновешенным, лишь немного взволнованным. Именно с таким выражением я в последний раз посмотрела на него, ощущая в груди настоящий ураган из острых лезвий, разрезающих сердце на части! И развернувшись, последовала за тюремщиком к выходу из темницы.

После этого все обернулось в какой-то безумный, ненормальный, неестественный круговорот, проносившийся перед моими глазами фантасмагорическим каскадом. Хотя казалось бы, я просто сидела в гостиной наших апартаментов и пялилась в стену! Вот только вместо изысканных обоев видела то лицо Ника, когда он со мной прощался, то стражников, то пугающие, безумные фантазии о том, как его приговаривают к смерти. А потом приводят приговор в исполнение, и после этого уже все! Ничего нельзя сделать, исправить или изменить. Просто обрыв, за которым пропасть, куда ты летишь, и нет такого чуда, которое могло бы вернуть тебя назад.

Михаэль. Это все он! Наглый, лживый, двуличный ублюдок. Кровожадное чудовище. Жестокая тварь, идущая по головам к своим неизвестным, невообразимым целям. На пути к которым у него каким-то образом встал Ник… либо же просто нужен был козел отпущения, и он решил сделать им давнего врага. Ради воплощения своего плана воспользовался его теперь уже бывшей невестой, чтобы…

Вскрикнув, я резко вскочила на ноги, не обращая внимания на дикое сердцебиение.

Гвен.

Ведь это она, она украла документы с разработкой технологии доппельгангера и передала их Михаэлю! А после дала ложные показания – якобы рассказала ему лишь о самой сути технологии.

Но что если выйдет заставить ее заговорить? Выбить признание и раскрыть правду? Ведь тогда Михаэль сам окажется в собственной клетке, которую построил для Ника!

Нужно найти ее, немедленно. Найти, схватить за ее блондинистые патлы и притащить к следователям!

Наплевав на все, я покинула апартаменты и отправилась на поиски придворной красавицы. В ее апартаментах той лживой дряни, к моему глубочайшему сожалению, не оказалось. Но это никоим образом не уменьшило моего запала! Несмотря на поздний час, я принялась бегать по всему дворцу, опрашивая кого только видела, в надежде, что кто-нибудь знал, где (или в чьей постели) ее сейчас можно найти.

Так продолжалось уже второй час, но поиски ничего не давали. Кого я ни спрашивала – никто ее не видел, причем уже давно. Да и не до этой особы всем было – детали катавасии, развернувшейся с исчезновением короля, волновали придворных сплетниц куда больше. Тем не менее, я продолжала…

Звук сообщения, пришедшего на смартфон, настиг меня, когда я как раз шла по галерее, выходящей на сад. И когда поднесла экран к глазам, то задрожала: сообщение в чате от неизвестного отправителя. Которое точно так же, как когда-то ранее уже присланное мне сообщение, бесследно удалилось. Но прежде, чем это произошло, я прочитала:

«Ты ведь по-прежнему любишь гортензии?»

И как ни странно, несколько минут спустя, добравшись до тех самых злополучных кустов, где в прошлый раз лежала Жанна, я увидела там и Гвен. Без зашитого рта или каких-либо зловещих увечий. Лишь с перерезанной глоткой и остекленевшими глазами, на которые упало несколько маленьких голубых цветочков, опавших с пышных кустов.