ГЛАВА 23. Знамя богов

Все это напоминало бред вконец оторвавшегося от реальности человека, лишенного любых зачатков здравого смысла. Но министры, видя непробудность короля и не находя тени решения, придумали нечто совершенно дурацкое.

Формально король все еще оставался жив, а значит, продолжал существовать как символ, который был им пока что так необходим. При этом не успел оставить прямых потомков, которых можно было бы держать как наследников при регенте. Поэтому оказавшись в подвешенной ситуации, действующее руководство Астарона пришло к самому абсурдному решению (как ни странно, принятому народом на ура): облачить Артура Арлерна в торжественный наряд, положить на позолоченные носилки, и в таком виде хранить посреди тронного зала. Когда же за пределами тронного зала планировалось какое-нибудь «важное мероприятие», на котором по протоколу необходимо было присутствие монарха – носилки тащили на место его проведения.

И ближайшим таким «важным мероприятием», запланированным на сегодняшний вечер, должна была стать казнь моего мужа.

Благо не публичная – от смерти посреди дворцовой площади, перед беснующейся толпой и телекамерами, Ника спасало влияние отца. Которому удалось если не спасти сына от казни, то хотя бы добиться обезглавливания в тронном зале, в присутствии в качестве свидетелей всего лишь его семьи, небольшого списка важных особ, и конечно же спящего короля.

Только вот… пускай из смерти Ника и не сделают шоу. Это все равно не отменяло того факта, что его казнят! А этот урод Михаэль победит, добьется своего, после чего, избавившись от опасного соперника, наверняка закончит воплощать тот план, ради которого действовала «Химера».

Что хуже всего, Эльза как в воду канула. Перед тем заявив мне, что никак не сможет использовать свою божественную природу, чтоб хотя бы помочь Нику сбежать! И потеряв эту последнюю соломинку, я словно сошла с ума. Носилась по территории дворца, как ненормальная – будто надеялась до последнего, что если буду просто бегать туда-сюда, не стоять на месте, то обязательно натолкнусь на ответ, который выскочит прямо передо мной!

Только вот не натыкалась. Время неумолимо утекало, но чуда никак не происходило.

…А потом на мой телефон пришло сообщение от Катерины, которая писала, что казнь Ника вот-вот начнется, и если я хочу проводить его, мне следует поспешить.

Ощущения реальности происходящего попросту не было. Словно в бреду, я бежала к тронному залу, спотыкаясь и просто чудом не падая с ног. Когда же буквально влетела в него, сердце остановилось.

Чтобы «не испортить интерьер» брызгами крови, везде постелили черные полотна, на них и расположили плаху, рядом с которой стоял коренастый палач с огромным топором. А Ника, закованного в блокирующие магию кандалы, уже вели к нему.

Его взгляд… Этот взгляд просто невозможно забыть, сколько бы лет, веков, эпох не прошло! Одновременно боль от понимания, что я увижу ЭТО, и облегчение от того, что я, все же, буду рядом, и перед самым концом он смог еще раз меня увидеть.

От этого взгляда я остолбенела прямо на пороге тронного зала. И неподвижно простояв несколько секунд, внезапно поняла, что палач уже заносит топор!

– НЕТ, НЕ СМЕЙТЕ!!! – неистово заорала я на все горло, со всех ног побежав вперед…

И в этот миг тронным залом пронеслась ослепительная золотая вспышка, с которой смертоносное лезвие остановилось в считанных миллиметрах над шеей Ника!

Все замерли. Шокированные, обескураженные. И один за другим принялись опускаться передо мной на колени, протягивая ко мне руки в благоговейном трепете.

Отложив топор в сторону, палач принял из рук главного тюремщика ключи от кандалов, которые тот ему послушно протянул. И не медля ними воспользовался, чтобы освободить руки Ника и тут же от него отойти… позволяя мне подбежать к нему и крепко обнять, самоотверженно прижимаясь к его губам.

Мой. Никому не отдам. Не позволю навредить! Не позволю отобрать!

– Люблю тебя, больше всего на свете люблю, – шептала я, роняя слезы, с которыми раз за разом целовала его, боясь даже на миг отпустить это тепло.

– Что… происходит? – пробормотал мужчина, когда, не выпуская меня из объятий, осмотрелся по сторонам. Где тронный зал все еще заполняли коленопреклоненные мужчины и женщины, к которым не относились, разве что, Эльза… и разъяренный Михаэль.

– Она Верховная, – спокойно сообщила девушка, сделав несколько шагов к нам. – А тебе пора возвращаться домой, Арсидианий. И будь уверен, за твое прямое вмешательство в мир смертных и попытку покушения на богиню всех богов тебя ждут тысячелетия домашнего ареста в божественных чертогах.

– Вот черт, а ведь у меня же почти получилось! – ядовито сплюнул Михаэль, злобно искривив губы. – Мне ведь так хотелось прикончить обоих этих недоносков…

Язык онемел. Задыхаясь от всепоглощающего шока, я смотрела то на Ника, то на Михаэля, то на Эльзу. И отчаянно пыталась понять: да что она такое вообще несет? Я – Верховная? Бред какой-то! Ведь Ник совершенно точно выяснил, что я – Повязанная. Это просто какая-то ошибка, не более. Или трюк. Или еще что-нибудь в этом роде. Что угодно, кроме правды!

– Ну так как, заканчиваем ломать комедию? – вздернула бровь Эльза, строго посмотрев на Михаэля. – Как ни сходи с ума, сестра не вернется к тебе, и давно, четко, не двузначно дала тебе это понять. А неумение принять твердое «нет» – далеко не лучшая мужская черта, знаешь ли. Прекращай.

– Похоже, в самом деле придется, – скривился он. За миг до того, как коварно прошипеть: – Только сначала прикончу этого слизняка, который увел мою женщину! – безумно заявил он. И с молниеносной скоростью бросился к постаменту, на котором лежал спящий король!

– Только через мой труп! – зашипела Катерина, перерезая ему дорогу ударом энергетического клинка, с которым встала перед Артуром! И не отступила даже на шаг, когда горячая вспышка, вырвавшаяся из ее оружия в момент соприкосновения с теневым мечом, появившимся в руке Михаэля, обожгла ей половину лица!

– Какая упрямая девочка, – выпалил раздраженный Михаэль, с насмешкой глядя на изуродованное лицо, один глаз на котором прищурился. И внезапно бог смерти начал светиться мрачным фиолетовым светом! – На колени, смертная, и опусти оружие…

– Никогда и ни за что я не встану на колени перед таким ублюдком, который угрожает тому, кого я люблю! – заявила Катерина, не сбавляя напор, и призвав во второй руке энергетический кортик, вогнала его в плечо Михаэля!

– Это… невозможно! – гневно закричал бог смерти, выпучив глаза. – Какая-то человеческая дрянь не способна противостоять моему божественному поклонению!

– А для меня ты никогда и не был богом, – прошипела девушка, ударом ноги отталкивая Михаэля, чтобы в следующий миг призвать в левой руке одноручник, взмахом которого лишить соперника правой руки! После чего, когда конечность с теневым мечом упала – ударом второй руки отрубить ему и левую.

– Отличная работа, – довольно хмыкнула Эльза, подойдя к Михаэлю, над которым нависла, поставив ему на грудь ногу в удобном ботинке. – А теперь, Арсидианий, я жду.

– Чего ждешь? Что во всем мире найдется хоть один мужчина из богов или смертных, который в ужасе не сбежал бы от тебя? – ядовито прохрипел поверженный бог.

– Жду ключ для снятия печати, наложенной на Артура Арлерна, которая вернет душу в его тело из лимба, пока его там не сожрали, – выпалила она, сильнее надавив каблуком. – И да, для поднятия твоего энтузиазма намекну тебе, что не того ты пытался скормить пожирателям душ, блуждающих по лимбу.

– Да неужели?.. – протянул Михаэль. А миг спустя нервно расхохотался. – Левый внутренний карман пиджака. В портсигаре.

– Благодарю, – ухмыльнулась Эльза, наклоняясь, чтобы достать названный предмет. Открыв который, достала маленький флакон со светящимся фиолетовым прозрачным веществом, которое дала Катерине. – Сделай так, чтобы Артур выпил его. Давай, прекрасная принцесса, пробуди спящего принца своим поцелуем!

Растеряно приняв флакон из рук богини, девушка подошла к бессознательному королю, и без тени сомнения откупорив маленькую бутылочку, вобрала странную жидкость в свой рот. Чтобы после, склонившись над возлюбленным, взять его лицо в ладони и приникнуть к губам, проталкивая вещество сквозь них.

А несколько секунд спустя веки короля вздрогнули, чтобы медленно открыться.

– Катя, – чуть слышно прошептал он со слабой улыбкой, прежде чем снова уснуть.

– Отлично, – вздохнула Эльза. – Полностью придет в себя и будет как огурчик уже до утра. Можешь больше не волноваться, душа вернулась в тело и все будет в порядке. Так что сейчас беги-ка в лазарет. Если ты не обратила внимания, то тебя саму не помешает подлатать. И не бойся, мы за ним присмотрим.

– Хорошо, – согласно кивнула Катерина, ласково поглаживая руку мирно уснувшего Артура, на лицо которого начала постепенно возвращаться краска.

– Ну а теперь закончим с нашим маленьким дельцем, – строго сообщила богиня, вновь направляя взор на обессиленного Михаэля. – Для начала назови имена своих сообщников. Всех до одного. А ты, – фыркнула она, указав взглядом на меня, – …давай-ка сюда свой телефон со включенным диктофоном. И да, душка, – добавила девушка, снова надавив каблуком на грудь израненного бога. – Я пойму, если ты соврешь или что-то утаишь. Кстати намекаю, врать тебе незачем. На ближайшие несколько тысячелетий союзники тебе в мире смертных точно не понадобятся.

Видимо понимая, что смысла сопротивляться больше нет, Михаэль заговорил. Долго, словно выталкивая из себя каждое имя. Причем, что занимательно, обладатели некоторых из этих имен даже были среди присутствующих сейчас на мероприятии, которое должно было стать казнью Ника! И естественно попытались сбежать, вот только прежде, чем те добрались до выхода из тронного зала, их весьма оперативно повязали остальные во главе с отцом Ника.

– Что ж, я рада, что мы со всем покончили, – цинично ухмыльнулась Эльза, с издевкой похлопав божество по щеке. – А теперь… – прокашлялась она, после чего продолжила высоким, громким, отдающим раскатами эхо голосом: – Арсидианий, бог смерти, распорядитель обратной стороны и жнец душ человеческих! Приговариваю тебя к изгнанию из мира живых и заключению в закрытых палатах божественных чертогов до тех времен, покуда Верховная не решит покинуть мир смертных и вернуться в божественные чертоги, где изволит лично пересмотреть твой приговор! Да будет так, сии печати нерушимы и не подлежат оспариванию никем, кроме богини всех богов!

С этими словами из ладони Эльзы вылетела светящаяся голубым печать, которая влетела в грудь Михаэля… и в тот же миг глаза мужчины остекленели.

– Ну вот и все, не благодарите, – довольно ухмыльнулась девушка, отряхивая руки. – Хотя нет, парочку коробок конфет и корзинок с фруктами в благодарность я, все же, приму!

А на следующие пару минут повисла тишина.

– Так может хоть кто-нибудь объяснит мне, что за дичь здесь происходит? – наконец проговорила я, нарушая затянувшуюся неловкую паузу. В то время как присутствующие, суетясь, пытались начать принимать какие-нибудь решения: кто – утащить короля в лазарет, кто – отвести туда же Катерину, которая однозначно нуждалась в обработке ожога на лице и перевязке, а кто порхал вокруг тела Михаэля, словно бабочка над цветком в солнечный день.

– То есть, что происходит? – бросила Эльза, устало зевнув. Так, будто только что сидела в кресле и смотрела средненький сериал… а не вот это вот все.

– Почему ты сказала, будто я Верховная? – выдохнула я после нескольких секунд, на протяжении которых пыталась сформулировать хоть одно внятное предложение.

– Потому что ты Верховная. Твой Кэп.

– Это бред! – нервно заявила я. – Не могу я быть Верховной.

– И откуда такие выводы, сестрица? – ухмыльнулась девушка.

– Потому что Ник уже давно выяснил: я – Повязанная, а Верховная – одна из участник отбора…

– То есть, ты в самом деле считаешь, будто твоего мужа ну никто не мог водить за нос? – услышала я знакомый голосок с жеманными нотками. И обернувшись, увидела приближающуюся к нам Аманиту.

– За нос? – синхронно воскликнули мы с Ником.

– Аманита – не просто подставное лицо, которое изображало Повязанную по сценарию серых кардиналов, – заявила Эльза. – Она и есть истинная Повязанная. Которая все это время работала на меня.

– Чего?! – опять закричали мы с мужем, продолжая выпучивать глаза. Причем готова поспорить, выражение искреннего шока на наших лицах немало забавляло богиню.

– Как вы, наверное, поняли, воплотившись в этом теле, я обладала всеми своими знаниями, воспоминаниями, а так же частично – божественными способностями, – пояснила девушка. – И используя все это, за несколько лет до старта той катавасии с отбором взялась за дело. Для начала, обезопасила Аманиту от раскрытия как Повязанной, завербовала ее и разработала план, согласно которому ее должны были пригласить изображать фальшивую Повязанную на отборе, когда тот начнется. Далее я, используя амулет на крови Аманиты, подстроила все так, чтобы Верховную, которую обнаружила среди горожанок, посчитали Повязанной. И к тому времени, как ее должны были казнить, Ник уже был осведомлен в вопросах, которые служба безопасности, подчиняясь моим маленьким манипуляциям, приняла за чистую монету. К счастью для нас, Арсидианий при всем желании не смог бы почувствовать Верховную сразу, для этого ему нужно было длительное время находиться рядом с ней, а главное – испить из одной чаши…

– Тот кофе, который я забыла в саду?! – закашлялась я. – Он выпил из моей термокружки и таким образом узнал, что жена Ника – Верховная?

– Похоже на то, – кивнула Эльза. – И именно поэтому моя истинная сущность так и осталась для него загадкой. Понимая, с кем имею дело, я была осторожна.

– Но ведь я же проверял участниц отбора, прежде чем вытаскивать ее из тюрьмы! – выдохнул Ник.

– И кровь, которую ты использовал в том своем зелье для проверки, тоже подсунули тебе мы, – подмигнула богиня. – Это была кровь Аманиты, смешанная с кровью Верховной, и проработанная алхимически таким образом, чтобы дать реакцию в нужный момент. Так что мы надули тебя по всем фронтам!

– Хитрая многоходовочка, – нервно захихикала я. – Только вот… спешу разочаровать: похоже, легенда накрылась медным тазом.

– То есть, накрылась? – непонимающе переспросила Эльза.

– Я не люблю Артура Арлерна, – заявила я. – И не полюблю. Тем более ни за что не выйду за него замуж. Единственный, кто мне нужен…

– Это твой перерожденный король, как и обычно, – хохотнула девушка. А в ответ на мой непонимающий взгляд, добавила: – Просто на этот раз он переродился не наследником престола.

– О чем ты вообще? – прошептала я, ощущая, что от всей свалившейся на меня абсурдной, нереальной и невозможной информации попросту лишусь чувств.

– О том, что ему тоже надоело, что его вечно женят непонятно на ком, кто очевидно не была той, кого он любил, и к кому век за веком тянулась его душа, – хмыкнула Эльза. – Поэтому после того, как король Артур в прошлой своей инкарнации умер… Скажем так, его смерть скрывали несколько лет.

– Скрывали? – переспросил Ник. – То есть, скрывали? Почему?

– Потому что его внучка, которая должна была родить новое перерождение Артура Арлерна, все никак не могла забеременеть, – хмыкнула девушка. – А ведь это нарушало легенду, согласно которой зачатие новой инкарнации короля следовало в считанные дни после смерти предыдущей. Так что о том, что старый король мертв, официально объявили лишь когда была подтверждена беременность принцессы. Но вся соль заключалась в том, что перерождение Артура Арлерна состоялось четко в срок! Просто его душа избрала своей матерью не внучку, а жену одного своего внучатого племянника, чья семейная ветка отошла от королевского дома за сто с лишним лет до этого.

– Ты намекаешь на то, что…

– Твой муж – это и есть тот, ради кого ты решила остаться в мире смертных, приняв человеческое тело, – кивнула Эльза. – И как видишь, твои давние страхи были напрасны. Даже не зная, кто вы такие, и что вас связывало в прошлых жизнях, вы все равно полюбили друг друга, просто по зову сердца. Так что о всяких отборах и прочей ерунде можете больше не беспокоиться! Хотя… для королевской семьи, конечно, ничто не мешает при желании сохранить эту добрую традицию для народа. В конце концов, никто ведь не заставляет никого раскрывать простым людям правду. Пусть и дальше себе верят в свои сказки, нам-то что? А этому миру будет куда безопаснее без твоей депрессии, сестрица!

– Бред какой-то, – прошептала я, прислоняясь к ближайшей стене, чтобы не упасть.

– Да, наверное вот так сходу принять все это в самом деле непросто, – задумавшись на секунду, протянула Эльза. – Но ничего, привыкнешь!

Когда переполох немного улегся, а насущные проблемы немного разгребли, я решила наведаться в лазарет и посмотреть, как там Катерина.

Что ж, не кривя душой можно было сказать, что дела у девушки были, мягко говоря, не очень. Нет-нет, ее жизни ничего не угрожало! Но вот лицо…

Ожог оказался очень глубоким. Лучшие королевские медики, конечно же, сразу оказали ей помощь. И сейчас, уже считанные часы спустя после инцидента, лекарства заканчивали с первичным заживлением раны. Только вот само лицо было безнадежно изуродовано! Уже сейчас, глядя на правую его половину, покрытую прозрачным медицинским зельем, которое обрело плотную эластичную форму, можно было с уверенностью сказать, что на всем этом участке останется большой грубый шрам.

– Да уж, не думала я, что получу такой «подарочек», – горько прошептала Катерина, сжав в руке зеркало, которое поспешила отложить в сторону. – Вроде как и следует радоваться тому, что так легко отделалась после схватки с богом смерти; вроде как и шрамы украшают воина… Но вот к такому я внезапно оказалась не готова.

– Не вешай нос, – попыталась приободрить ее я. – Есть ведь множество способов убрать шрамы. В том числе и магические.

– Есть, – печально кивнула девушка. – Только вот это не обычные шрамы. Вероятно все из-за того, кто мне их оставил… Но полностью убрать их не удастся. Ни медицинскими технологиями, ни магией. Даже иллюзии на них не держаться. Так что до конца жизни я останусь… такой.

– И плевать, – внезапно прозвучало позади меня. За миг до того как я увидела короля, влетевшего в палату.

– Не смотри! – испуганно закричала Катерина, торопливо пряча лицо простыней.

– Что ты несешь? – выдохнул Артур, падая на колени рядом с ее кроватью. И не обращая внимания на протесты заплакавшей девушки, прижал ее к себе в самоотверженных объятиях.

– Я не хочу, чтобы ты видел меня такой…

– Оставь этот бред, сейчас же, – заявил он тоном, который не терпел возражений. – Даже не смей думать об этом, слышишь?

– Но ведь я… я теперь уродлива!..

– Ты прекрасна, – выдохнул король, ласково касаясь рукой ее волос. – Прекрасней всех на свете. И ни одна сила не заставит меня считать иначе. Не забывай, Кать, я ведь люблю тебя. Тебя одну. Поэтому ни за что не откажусь от тебя, что бы ни случилось, – прошептал Артур, нежно ее целуя.

И я, не желая подглядывать за ними в такой момент, тихонько удалилась из палаты, закрыв за собой дверь.

ЭПИЛОГ

После всего произошедшего желания продолжать этот цирк с отбором ни у кого, по большому счету, не было. Так что выписав Агате королевских люлей, народу объявили, что Верховная сама проявила себя, спася своего возлюбленного короля, погруженного в лимб темными силами. И на основании этого отправили оставшихся участниц отбора по домам, начав подготовку к торжественной королевской свадьбе.

Легенду с Верховной, которая якобы все еще будет королевой, взаправду решили оставить как красивую сказку для народа, обожающего веру в божественную природу своих правителей. А всех недовольных министров и серых кардиналов Артур, порядком разозленный всем случившимся, с поразительным мастерством закончил ставить на свои места. И однозначно дал понять, что времена, когда король был чьей-то бездумной марионеткой, уже позади. Конечно, для этого пришлось так же провести парочку показательных казней и бросить в темницы до конца их дней несколько особо несогласных со старой верхушки… Но такие «мелочи большой политики» были уже совсем другой историей!

Ну а сейчас как раз настало время для самого счастливого дня в жизни молодой королевской семьи!

Хоть Артур и протестовал, Катерина настояла на том, чтобы для нее изготовили изящную белую полумаску, которую она намеревалась носить на публике, и снимать лишь на пороге королевских апартаментов. Как ни странно, маска в самом деле вышла на славу и очень ей шла. Поэтому в день своей свадьбы девушка взаправду была неотразима!

Великолепное белое платье с бежевым шлейфом и тончайшим шитьем сидело на ней просто волшебно. Прическа, макияж, каждая деталь образа шли ей, подобранные специально для нее. И глядя на эту величественную, гордую, сильную красавицу сейчас, никто не допускал даже мысли, будто именно она была той нелепой девицей, с которой все смеялись во время отбора. В конце концов, Катерине теперь предстояло не только быть для своей страны королевой, но еще и притворяться богиней. С чем ей оставалось только пожелать удачи!

Ну а пока же настало время торжественного праздника. Не только для влюбленных, но и для всего королевства. Которое через бесчисленное множество телекамер наблюдало за тем, как их правитель наконец женился.

Что тут скажешь, это было красиво! До безумия красиво. Живые цветы, экзотические птицы, ледяные статуи и иллюзорные чудеса везде, куда только мог упасть взгляд. В садах и на городских улицах – столы, которые ломились от угощений. А в дворцовом храме – торжественная музыка, с которой Артур Арлерна величественно прошел по красной дорожке к алтарю, где ему и предстояло дожидаться невесту.

Она появилась, словно белая соколица. Сильная, опасная, грациозная и до безумия прекрасная. Казалось, все ее существо светилось изнутри. И белая полумаска на лице лишь добавляла девушке обаяния. Ни у кого, кто сейчас смотрел на нее хоть вскользь, не могло остаться даже тени сомнения в том, что перед ним не хрупкий цветок, беззащитная голубка или нежный крольчонок. Все и каждый четко видели, что девушка, которая вот-вот официально станет королевой, сильна и непоколебима. Способна не только танцевать на балах, но и пойти в бой, орудуя клинками и заклинаниями. А что еще нужно для образа истинной королевы-богини?

Как только Катерина встала у алтаря рядом с Артуром, жрецы начали свадебную церемонию. Которая, для пущей торжественности перед камерами, продолжалась больше часа. И я к концу даже начала подозревать, что сами брачующиеся готовы вот-вот озвереть! Но к счастью примерно к тому моменту, как их терпение (судя по выражениям лиц) иссякло, главный жрец торжественно провозгласил их мужем и женой, позволяя скрепить союз поцелуем.

В тот же миг на храмовый зал обрушился густой дождь из розовых лепестков, которые все падали и падали, кружась в воздухе, устилая все вокруг нежным душистым ковром, запутываясь в волосах и опускаясь на ладони.

Ну а затем следовал он, самый настоящий праздник! С угощениями, музыкой и вином, которое лилось рекой. Что во дворцовом саду, что на городских улицах, где простой люд гулял и веселился на полную.

Впрочем, лично я сегодня обходилась без вина, что меня не особо тревожило – вкусных безалкогольных напитков тоже было навалом, и наслаждаться праздником ничто не мешало. Тем более что главное, чем я была пьяна, стояло рядом со мной! Не отходя даже на шаг, Ник не выпускал моей руки, обнимал, и не терял возможности то и дело прижаться к моим губам нежным поцелуем.

– Как я понимаю, мне можно забыть о разводе, который ты обещал мне, как только мы женим короля на ком нужно? – игриво подмигнула я, кружась с ним в танце под сводами персиковых деревьев, плоды на которых, наливаясь соком, источали приятный аромат.

– Могла бы и не задавать такие наивные вопросы, – ухмыльнулся Ник, прижимаясь губами к моему ушку. – Неужели ты правда думала, что я так просто тебя отпущу?

– Надеялась, что в самом деле нет, – вздохнула я, тая от каждого его прикосновения.

Сейчас. Всегда. Целую вечность. Сколько бы раз мне ни приходилось снова отыскивать его, я все равно буду влюбляться лишь в этого мужчину. Даже если пройдут эпохи. Даже если старые королевства падут, а на их руинах вырастут новые, которые со временем сменят другие. Лишь его одного я буду любить, и лишь это будет неизменным в нашем таком эфемерном, таком переменчивом мире. Именно эта истина не вызывала у меня малейших сомнений.

– И ты была права, – шепнул Ник, чтобы снова поцеловать меня.

Мечтательно улыбаясь, я звонко засмеялась, когда муж закружил меня под яркие пассажи скрипки. И я даже не сразу заметила, как телефон, выпав из моей сумочки, упал на пол с тихим стуком.

– Вот же, – вздохнула я, закатив глаза, в то время как мужчина торопливо наклонился, чтобы подобрать смартфон.

– Ничего, не разбился, – заверил он.

– Вот и прекрасно.

И тут я заметила, что на плоском шестидюймовом экране выскочило приложение женского календаря.

– Слушай, милая, – протянул Ник, обескураженно хмуря брови. – А что значит это «режим беременности»?

КОНЕЦ

В оформлении обложки использована фотография с сайта pixabay, CC0 Creative Commons