Глава 17

Когда Матвей решился оставить любимую работу и сосредоточиться на юридической практике, он даже не предполагал, что первое же самостоятельное дело вынудит его почти потерять голову.

Вернее, из уважаемого преподавателя с научной степенью, славящегося своим хладнокровием и сдержанностью, превратит в няньку молоденькой девушки.

Причём весьма привлекательной девушки! С которой он умудрился познакомиться раньше, чем узнал, что именно она и будет объектом опеки.

«Да кого я хочу обмануть? — взвыл про себя, — Я же не только познакомился, но и успел в неё влюбиться!»

Это он, конечно, зря, но разве можно разлюбить по желанию? Тем более если девушка оказалась не только красивой, но и умной, эрудированной и с прекрасным чувством юмора?

Вот и он не устоял, а теперь вынужден скрывать непрошеные чувства и отчаянно цепляться за профессиональную этику.

Как же легко и просто было на Мали, когда никто ещё не подозревал, что буквально через неделю их жизнь сделает крутой поворот!

Левин бесил неимоверно! А при одном воспоминании о Николае Рузанове у Матвея, что называется, руки начинали чесаться — интриган чёртов! Как он только додумался устроить такую подлянку?!

И ладно ему, чужому человеку, но он и родную внучку не пожалел! Понадеялся, что за год стерпится-слюбится, проморгав наличие у Левина постоянной любовницы, или был настолько уверен, что Елизавета со всем справится?

Бросил девчонку на амбразуру, как тот клинок в кипящее масло, а потом в ледяную воду. Закаляться, мать его!

С одной стороны, он мужика понимал — тот боялся, что оставляет девочку одну, без крепкого и надёжного плеча, вот и решил вылепить из неё бизнес-леди с ледяным сердцем. Но, с другой стороны, неужели он не опасался, что Лиза не выдержит, сломается?

Или хорошо знал свою внучку? Теперь уж и не спросишь…

Нет, от потенциальных женихов, сиречь, хищников, возмечтавших захапать холдинг, дед наследницу защитил, но кто теперь защитит её от навязанного мужа?

«Ты…, — промелькнула в голове невесёлая мысль. — Этот кукловод недаром выбрал меня на роль «гувернантки» и филигранно свёл нас, устроив «случайную, мать его, встречу на Мальдивах! Не познакомься я с Лизой раньше, не привяжись к ней, вполне возможно, относился бы иначе. Нет, не спустя рукава, но тогда всё это не приобрело бы личный оттенок. Чёртов дед, теперь я даже если бы захотел, то уже не соскочу… А я хочу? — и замер. — Очень хочу, но не самоустраниться, а чтобы Лиза стала свободна и смотрела на меня не как на поверенного или случайного знакомого, а…»

Матвей покрутил головой, пытаясь прогнать неуместные, лишние, провокационные мысли. И, решительно захлопнув ноутбук, отодвинулся от стола.

Игорь поднял голову от своих бумаг и внимательно посмотрел на друга.

— Совсем невмоготу?

— Что? А, нет, — отмахнулся Матвей. — Съезжу в институт — сегодня у Елизаветы Сергеевны последний экзамен.

— Зачем?

— В каком смысле?

— В прямом — зачем ты едешь в институт? У твоей клиентки есть личный шофёр.

— Ну, — и Матвей замолчал, подбирая слова. — Чёрт, сам не знаю. Просто чувство такое, что мне нужно её увидеть.

— Ты влюбился, — констатировал Трунов.

— Я просто ответственно отношусь к своей работе! — открестился Макаров. — А ты бы хотел, да? Сначала специально столкнули нас, а теперь, как за рыбками в аквариуме, с интересом наблюдаете — что из этого получится? Эх ты, а ещё друг!

И повернул к выходу.

— Стой! — Игорь резво выскочил ему наперерез и остановил. — Не кипешуй[8] — я на твоей стороне! Да погоди ты!

Матвей остановился и развёл руками.

— Да, влюбился. Доволен? Но смеяться над собой я даже тебе не позволю!

— И не думал смеяться, — примирительно заговорил Трунов, — наоборот — я за тебя рад! Елизавета чудесная девушка!

— Только она замужем, — буркнул Матвей, — и видит во мне лишь поверенного её деда. Того, кто по долгу службы обязан сберечь её наследство и проследить за выполнением всех условий чёртова завещания.

— Брак у них фиктивный, ты это не хуже меня знаешь, — заметил Игорь. — Год пролетит быстро, тем более что от него осталось меньше двенадцати месяцев. Я уверен, что она уже к тебе неравнодушна, ведь ты её спаситель! Да и отпуск на Мальдивах сделал своё дело — ни за что не поверю, что ты не успел или не сумел произвести на неё впечатление! А за оставшиеся до развода месяцы, если ты не будешь допускать ошибки, симпатия может перерасти в более серьёзное чувство.

— Тогда почему ты против моей поездки к институту?

— Потому что это будет выглядеть, как навязывание своего общества. У девушки есть машина и личный водитель, твоё появление она может воспринять, как попытку держать её под контролем. Поверь мне — ни одной женщине не понравится быть под колпаком! Мало ей этого придурочного мужа, так ещё и ты начнёшь преследовать и наносить ей пользу?

— Когда Левин с катушек съехал, она меня позвала! — возразил Матвей. — Сама мне написала и попросила помощи! У меня, не у своего безопасника или водителя!

— Вот! Сама попросила! — Игорь поднял палец вверх. — А сегодня она просила тебя заезжать за ней?

— Нет, но…

— Просто — нет! В этом вся разница, Мот. Помнишь, как сказал классик: чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей[9]? Возьми на заметку! Я не призываю тебя полностью её игнорировать или — упаси тебя бог, пытаться вызвать ревность, демонстрируя отношения с другой! Но и навязываться не стоит. Тут тонкая грань, понимаешь?

— И что ты предлагаешь? — Матвей медленно отступил и опёрся бедром о стол, показывая, что больше никуда не торопится.

— Она сейчас в институте? — спросил его Трунов.

Макаров бросил взгляд на часы.

— Должна быть там — у её группы двадцать минут назад начался последний экзамен.

— Значит, в институте твоя подопечная сегодня пробудет минимум до полудня, — кивнул своим мыслям Игорь. — А ты, вместо того, чтобы маячить перед Лизой, ещё и на глазах сокурсников, займись-ка лучше текущими делами. И больше не срывайся к ней, если Елизавета Сергеевна тебя об этом не просит.

— Почему? Что такого, если я…

— Хочешь, чтобы она воспринимала тебя, как нечто привычное, как горничную или предмет интерьера?

— Нет, конечно. Но какое отношение…

— Мот, ты меня удивляешь! Девушка тебе нравится — так?

— Допустим, — насупился тот.

— Ты хочешь понравиться ей, хочешь, чтобы она видела в тебе не только нанятого дедом юриста, но и мужчину?

— Ну… Да.

— Вот! Тогда тебе не стоит постоянно перед ней мелькать! Чтобы скорее осознать, какую ценность представляет человек, нужен небольшой дефицит внимания с его стороны. При условии, разумеется, что этот человек тебе на самом деле полезен и интересен. Уверен, Елизавета Сергеевна уже успела тебя оценить, но из-за непрерывного стресса и превратностей собственной жизни пока не видит в тебе мужчину. Надо ей помочь, но не навязыванием своего общества, а наоборот, его отсутствием! Лизе должно тебя не хватать, Мот! Пусть соскучится, пусть поймёт, что с тобой ей лучше, чем без тебя!

— Ты думаешь? — пробормотал Матвей. — Я… я не знаю, что делать! С одной стороны, она моя клиентка, и я обязан относиться к ней нейтрально. А с другой стороны, я…, — он сглотнул. — Я влюбился, Игорь. Хочется сгрести её в охапку и увезти от всех. Спрятать, закрыть от всех бед и напастей. Но первым делом свернуть шею Левину. Если бы ты знал, как мне было трудно сдержаться, когда я приехал в Милютинский и увидел, что этот урод тащит полураздетую Лизу!

— Ты — профессионал, Матвей, ты справишься, — Трунов хлопнул его по плечу. — Сейчас тебе главное не позволить муженьку облапошить девочку, а хороводами и прочей черёмухой займёшься после её развода. Дай ей выдохнуть.

— Да Левин вроде смирился. Принял, что для него лучший выход — просто прожить этот год и мирно развестись, получив хорошие отступные, чем всё равно разойтись, но уже без щедрого выходного пособия.

— Затаился — не равно смирился, — мотнул головой Игорь. — Я бы на твоём месте отставил свои чувства в сторону и полностью сосредоточился на муже и его любовнице. По-хорошему бы предъявить доказательство его неверности, и оставить этого чудака на букву «м» с голым задом…

— Пока это не в интересах наследницы, — перебил Макаров. — Исполнительного вдруг не заменишь, а, уходя со скандалом, тот способен напоследок хорошо нагадить. Но я за ними наблюдаю и если замечу, что Левин снова выходит из берегов, то сразу запущу процесс.

Трунов кивнул и отступил в сторону, освобождая дорогу.

— Хорошо. Мот, надеюсь, ты понял, что я хотел до тебя донести?

— Да. Я не поеду в институт к Лизе, а отправлюсь в офис холдинга. Елизавета решила на каникулах поработать рядовым сотрудником, поинтересуюсь у Левина, в какой отдел он собирается её пристроить. Ну и заодно сообщу о грядущем аудите.

— А наследница в курсе, что ты инициируешь тотальную проверку? Кстати, когда начало мероприятия?

— В понедельник. Я собирался поговорить с ней об этом после экзамена, она, как глава холдинга, должна подписать договор с аудиторской компанией. Но я уверен, Лиза не будет против.

— Подозреваешь, что господин Левин ведёт свою игру?

— До оглашения закрытой части завещания — нет. Но после… Возможно всё!

— И не боишься предупреждать заранее — он же подчистит хвосты?

— Пусть чистит, мне главное не его поймать — причины я озвучил ранее — а обеспечить прозрачность его деятельности. Ну и сберечь Лизино наследство. Хотя, между нами говоря, лучше бы его вовсе не было!

— Понимаю тебя, — кивнул Трунов.

— Если женщина намного богаче мужчины, только ленивый не скажет ей, что того интересует её приданое, а не она сама. Да и как, скажи на милость, покорять девушку, которая ни в чём не нуждается? Что я могу ей дать, чего она сама себе не купит?

Матвей горестно вздохнул и махнул рукой.

— Ладно, я в холдинг.

И вышел из кабинета.

— Если что — я на связи, — донеслось вдогонку, и Макаров, не оборачиваясь, просто мотнул головой.

Мол, спасибо, слышу.

И всё время, пока ехал, прокручивал в голове разговор с другом и партнёром. И не мог не признать, что Игорь вовремя его одёрнул.

Он, Матвей, на самом деле старался не выпускать Лизу из виду. И не только по причине беспокойства за её благополучие и из-за желания оградить девушку от поползновений супруга. Но и потому, что его самого тянуло к ней со страшной силой.

Сейчас она ему доверяет, видит в нём защиту. И пусть пока так и остаётся. А чувства подождут… В конце концов, он не подросток в пубертате, чтобы им управляли гормоны и желания, а не разум.

Добравшись до офиса, Матвей включил поворотник, съезжая на парковку, и в этот момент его машину подрезал невесть откуда появившийся автомобиль.

Если бы не быстрая реакция Макарова, то столкновения было бы не избежать!

Между тем автомобиль-провокатор как ни в чём не бывало зарулил на свободное место и остановился.

— Идиот! — выругался Матвей себе под нос, глуша мотор. — Права купил, а водить не купил, сейчас я тебя научу правилам хорошего тона!

И осёкся, потому что увидел, как из салона той машины вышли любовница Левина и Елизавета. Карина тут же подцепила Лизу за локоть и, что-то весело ей рассказывая, пошагала к входу в здание.

— Что, чёрт возьми, это значит? — пробормотал Макаров.

И бросился за ними следом.