Глава 21

Елизавета на мгновение замерла, потом захватила вилкой немного салата и отправила его в рот.

Пока она жуёт, мать не станет подталкивать к ответу, и у неё, у Лизы, будет время придумать что-нибудь убедительное. Спасибо пресловутому этикету, который Екатерина Рузанова на людях старается соблюдать! И хоть здесь не мишленовский ресторан[13], а за соседними столиками сидят не олигархи с жёнами и дочерьми, матушка всё равно строит из себя аристократку.

В любом случае, разговор не состоится: даже если бы она, Лиза, ещё раньше не передумала поднимать перед матерью вопрос о завещании деда, то при Карине всё равно ничего не сказала бы.

Из плохого: молчать тоже не вариант, надо что-то придумать. Причём, непременно нейтральное и правдоподобное.

Иначе матушка решит, что дочь что-то скрывает. И начнёт копать, пока не вытрясет из неё душу. Или правду.

Да и любовница Левина глаз с «подруги» не сводит, и явно что-то там себе додумывает.

И вот что придумать, чтобы это не выглядело притянутым за уши, учитывая, что врать Елизавета никогда не умела? О чём таком можно попросить совета именно у мамы, а не у подруг?

«Попросить её помочь мне подобрать наряд? В принципе, годится, но для какого случая? Если на вечеринку молодёжи, то логичнее обсудить это с ровесницами. Тем более что одна из них сидит напротив и даже моргать и дышать старается через раз — чтобы ни слова не пропустить. Ладно, беру эту версию: мне надо срочно подобрать лук. И куда я должна пойти, чтобы мне потребовалась консультация более взрослой женщины? — Лиза прожевала порцию и тут же отправила в рот следующую.

— Ты издеваешься? — возмутилась Екатерина, не выдержав молчания. — Ты зачем меня от дел оторвала — чтобы я полюбовалась на твой аппетит?

— Обед, — буркнула Лиза, — я голодна. Дай хоть червячка заморить!

— Из-за тебя я перенесла примерку у самого Будашкина! — ощетинилась Екатерина. — До приёма всего ничего, а мне ещё приглашение добывать! Кстати, тебе его наверняка уже принесли, а ты терпеть не можешь такие мероприятия, и, конечно же, проигнорируешь в очередной раз. Я говорила, что так поступать недальновидно, но когда бы ты меня слушала?!

«День рождения губернатора! Чёрт, спасибо, мама, за наводку! Я совсем про него забыла…»

— На этот раз я решила тебя послушать, — торопливо проглотив кусок, Елизавета отложила вилку и ослепительно улыбнулась. — Именно по этому поводу я и хотела посоветоваться.

— Неужели ты идёшь? — изумилась родительница.

— Придётся! — со вздохом произнесла Елизавета, — Владимир Викторович лично передал мне приглашение, он заезжал к нам на прошлой неделе.

— Вот как? — судя по выражению лица матери, она рассчитывала на другой ответ. — Неожиданно.

Она пожевала губами и просияла, поймав новую мысль.

— Но приглашение всегда «плюс один», поэтому тебе непременно надо взять с собой гостя. Меня! Одна ты обязательно не только сама опозоришься, но и бросишь тень на свою мать! Ты же не пройти, ни ответить не умеешь, а там будет самая утончённая и изысканная публика! Решено, мы идём вместе! Ах, черт, а платье!? Ты должна немедленно показать, в чём собралась идти. Наверняка, какая-нибудь безвкусная тряпка!

— К сожалению, не в этот раз, — Лиза остановила словесный поток. — Ты не ошиблась, пригласительный на два лица, но он именной: на меня и на моего мужа.

— Бал у губернатора, — прошептала Карина.

И Лиза увидела, как доброжелательно-приветливое лицо девушки на несколько мгновений исказила злая гримаса.

— С Левиным? — недовольно переспросила мать. — Ну да, это логично, раз ты за ним замужем. Что ж, попробую достать приглашение через знакомых.

Елизавета мысленно выдохнула, ещё раз мысленно поблагодарив матушку за своевременную, хоть и неосознанную, подсказку.

И продолжила, как ни в чём не бывало:

— Понимаешь теперь, о чём я хотела с тобой посоветоваться?

— Да говори уже! Я и так уделила тебе больше времени, чем рассчитывала, — догадавшись, что больше от дочери ничего не перепадёт, Екатерина собралась уходить.

— Подарок! — выпалила девушка. — На день рождения принято приходить с подарком, а мне в голову не приходит, чем можно порадовать и удивить человека, у которого и так всё есть?

— А-а-а…, — протянула родительница. — Но почему ты сказала, что разговор не телефонный? Мы вполне могли обсудить всё по телефону.

— Соскучилась, — на голубом глазу выдала Елизавета. — И решила убить двух зайцев — и повидаться с любимой мамой, и получить от неё дельный совет.

— Столько времени впустую, — пробормотала Рузанова-старшая, доставая сотовый. — Я подумаю над подарком и скину варианты тебе в мессенджер. А сейчас извини, мне надо ехать.

— Вы вызываете такси? — отмерла Карина. — Отмените, я на машине и с радостью отвезу вас!

— А, — Екатерина покосилась на дочь, — как же работа? Кариночка, тебя не накажут, если ты уедешь вот так, посреди рабочего дня?

— Олег Дмитриевич дал мне поручение, — уверенно произнесла та. — Нужно кое-куда съездить, забрать важные бумаги. Он только мне доверяет! И раз я всё равно еду, то почему бы вас не подвезти? Уверена, ваш зять будет только за!

— Прекрасно. Поехали!

Кивнув дочери, Екатерина пошла к выходу из кафе. Карина бросилась следом.

И Лиза, наконец, выдохнула.

Пронесло!

Или…

Она проводила взглядом удаляющиеся спины «подруги» и матери.

«Чёрт, не нравится мне всё это! С другой стороны — ну что Карина может сделать? Если не хочет, чтобы Олег остался ни с чем — а она этого точно не хочет! — то свой язык она придержит. А кости мне перемоют, так я переживу! В конце концов, мне детей с ними не крестить!»

Оставив на столе плату за обед, она отправилась назад, в отдел, продолжая мысленный разговор сама с собой.

«Можно сказать, выкрутилась. И с чего я вчера решила, что мама изменилась, стала нормальной, любящей и заботливой? «Хотела как лучше, а получилось как всегда». А теперь и ответы не получила, и новые сложности себе создала. Как ни крутись, а теперь мне придётся идти на этот приём! Причём, вместе с Олегом. Не удивлюсь, если матушка выцыганит пригласительный или навяжется к кому-то прицепом. И не простит, когда узнает, что я отказала ей, а сама не пошла…»

Елизавета задумалась, вспоминая — какая дата стояла на приглашении?

«Через десять дней. Тогда лучше поставить Левина перед фактом. Скажем, за день до мероприятия. Нам надо только прийти вместе и вручить подарок, а потом можно будет разойтись по разным углам и тихо исчезнуть. Решено — поговорю с ним на следующей неделе. А сейчас…, — она остановилась и посмотрела сначала в сторону лифтов, потом на выход из здания. — Съезжу-ка в ЮрисПрофи. Идея с ЭКО, конечно, полный бред, и рассказывать о ней Матвею совсем не обязательно. А вот уточнить, какие шаги могут быть предприняты благотворителями, нужно непременно! Кто знает, вдруг Карина права, и те сумеют повернуть дело в свою пользу?»

Приняв решение, она набрала главбуха и сообщила той, что уезжает. А вторым звонком вызвала Валерия и уже через десять минут ехала в юридическую компанию.

***

Екатерина не умокала ни на минуту.

С одной стороны это было неплохо — Карине не пришлось напрягаться, удерживая нить разговора. Достаточно было время от времени угукать, ахать и восклицать что-то вроде «ничего себе!». С остальным попутчица прекрасно справлялась сама.

С другой стороны, уже через пятнадцать минут Карине захотелось её прибить.

Просто удивительно, как у этой женщины получилась такая дочь, как Елизавета? Что внешне ни малейшего сходства, что жизненные ориентиры и поведение диаметрально противоположные! Если бы Карина не знала, что они ближайшие родственницы, никогда бы об этом не догадалась!

Но в потоке информации, которую новая знакомая на неё вываливала, попадались и полезные сведения.

В первую очередь Карина взяла на заметку тот факт, что мать Лизы была смертельно обижена на свёкра и на дочь. И просто мечтала с ними поквитаться.

Правда, деда уже было не достать, но Лиза-то — вот она! Бери и действуй.

Первый, по словам женщины, отнял у неё наследство покойного мужа, выделив нищенское содержание. Вторая не только не препятствовала этому, но когда сама стала наследницей, даже не попыталась исправить положение.

А ещё в перерыве между жалобами на несправедливость родни, восхищениями в адрес новых коллекций сумок, одежды и украшений, которые из-за скупости дочери были Екатерине теперь недоступны, женщина неуклюже попыталась выведать у Карины, нет ли между ней и Олегом чего-то такого-этакого.

— Никогда не поверю, что Левин взял на эту должность обычного человека. Ну, Кариночка, колись — между вами что-то есть? Ты замечательная и я сама бы выбрала тебя, а не мою недотёпистую нелюдимку-дочь…

И Рузанова замолчала, ожидая ответа.

В салоне повисла тишина, и Мамаева мысленно с облегчением простонала — наконец-то!

Но поставленные вопросы требовали реакции, и ей пришлось импровизировать.

— Боже, Екатерина Георгиевна, что вы такое говорите!? Наоборот — прекрасно, что его помощницей стала лучшая подруга Лизы, ведь я не только не претендую на него сама, но и ни одну хищницу и близко к нему не подпущу!

— Да? — с сомнением пробормотала родительница.

И неожиданно разочарованно добавила:

— Жаль. Впрочем, Олег слишком умён, чтобы ходить налево. Как и Лизка.

— Что? — растерянно переспросила Карина.

— А, не бери в голову! — отмахнулась Екатерина. — Просто рассуждаю вслух. Мой свёкор внёс в завещание условие — никаких измен! Если Олег гульнёт и это станет известно, то всё, что Николай ему завещал, перейдёт Лизке, Левин остаётся не у дел. А если налево сходит Елизавета, то всё перейдёт к её мужу. Поэтому она и караулит его собакой.

— Вот как? — протянула девушка. — То есть, в её сторону тоже работает?

— Да! Дед был тот ещё затейник. Правда, я не очень понимаю, зачем ему так подставлять внучку? Разве что, — она ненадолго замолчала. — Разве что он слишком хорошо знал её натуру и этим условием связал руки, чтобы чего не выкинула? Да, скорее всего так и есть. Надеялся, что за год Лиза остепенится или… забеременеет и станет обычной домохозяйкой? Мне всегда было сложно понять, что у свёкра в голове.

— А вы хотите, чтобы Лиза развелась?

— Очень! — Екатерина даже кулачки сжала. — Но не просто развелась, а чтобы ей изменили и бросили!

— Но почему?!

— Потому что, во-первых, хочу её наказать. Пусть посидит с рогами, почувствует — каково это, когда предают, когда остаёшься совсем одна! И, во-вторых, когда она будет в горе, всеми брошенная, мне будет легче уговорить её со мной поделиться. Тем более что после измены Олег будет вынужден вернуть ей всё, что от Николая унаследовал. Утешу, пожалею, и она растает.

— И вы так просто это мне говорите? А если я поделюсь с подругой?

— Да брось — какая она тебе подруга?

И у Карины внутри всё обмерло — где, когда прокололась?!

— Если бы она тебя ценила, то не позволила бы работать девочкой на побегушках, — продолжила Рузанова, — ещё и у собственного мужа! Нет, Кариночка, моя дочь тебя использует! Увидела, какая ты преданная и честная, и подсунула тебя Левину — чтобы ты за ним присматривала и ей обо всём докладывала. Я бы на твоём месте ей ни на каплю не доверяла!

— Но я…

— Не такая, конечно! — перебила её Рузанова-старшая. — Я людей насквозь вижу — ты милая и открытая, без камня за пазухой! Но моя дочь на интригах собаку съела. Её сам дед обучал, а сравниться с ним в умении любую ситуацию вывернуть в свою пользу никто не мог. Вот и эта… научилась.

— Боже… А ведь вы правы, — словно её вдруг осенило, пробормотала Карина. — Я только сейчас поняла, почему Лиза всё время меня спрашивает, чем занят Олег Дмитриевич и не крутятся ли вокруг него девицы… Она хочет поймать его на измене и забрать всё себе!!!

— Да! У моей дочери нет ничего святого! Другая бы поделилась с матерью, а эта — всё себе! Ладно, бог ей судья! Если бы не условие про измены, я бы ему, конечно, помогла навести справедливость, но теперь приходится просто ждать.

Карина быстро прокрутила в голове полученную информацию.

Мать года что-то шепчет про обоюдные измены? Ну-ка, ну-ка…

— Екатерина Георгиевна, я не поняла — Лизе тоже нельзя налево, как и Олегу Дмитриевичу?

— Нельзя, — вздохнула Екатерина. — Если её на этом поймают, то развод и девичья фамилия. А акции — Левину. Если бы не это, я бы давно устроила ей «любовника», — она изобразила пальцами кавычки, — и развела их. Но терять холдинг — увольте! Не теряю надежду вернуть то, что принадлежит мне по праву!

— Прямо так в завещании написано — если Елизавета изменит, акции уходят её супругу? — Мамаева стиснула руль до белых пальцев.

Неужели… Неужели она нашла выход?!

— Нет, конечно, — фыркнула Рузанова. — Но это же очевидно? Если при измене Левина всё уходит Лизке, то при её измене — Олегу.

Потрясённая догадкой, Карина только и смогла, что ахнуть. И припарковаться у подъезда — за занимательной беседой она не заметила, как они прибыли к месту назначения.

— Екатерина Георгиевна, приехали!

— А? О, уже! Спасибо, милая, — проворковала Рузанова-старшая. — Прости, что я вывалила на тебя наши семейные проблемы! Надеюсь, ты…

— Я уже всё забыла, да и слушала вполуха, — торопливо заверила её Мамаева. — Смею напомнить — вы дадите мне контакты вашего косметолога?

— Ах да, конечно, — Екатерина покопалась в телефоне и продиктовала девушке номер. — Как же жаль, что ты — не Лиза. Вернее, что моя дочь не такая, как ты. Я всегда мечтала быть на одной волне с дочерью, но та пошла в родню мужа, и совсем меня не понимает!

— Спасибо! — Карина задумчиво повертела в руке сотовый. — Скажите, вам очень хочется попасть на приём к губернатору?

— Очень, — вздохнула та. — Там будут самые сливки, если ты понимаешь, что это такое. Я ещё молода и вполне могу украсить жизнь достойного мужчины, но этого не произойдёт, если у меня не будет возможности вращаться в высшем обществе. После смерти Сергея Николай почти перекрыл мне кислород. А теперь и вовсе… Ещё год вдали, и обо мне окончательно забудут!

— Знаете, — медленно проговорила Карина, — я вас очень понимаю! Вы открыли мне глаза на коварство Лизы, и поделились контактами личного косметолога… За это я постараюсь добыть вам пригласительный.

— О! Но… как?!

— У меня тоже есть какие-никакие связи, — уклончиво ответила девушка. — Дадите ваш телефон? Я бы не хотел связываться с вами через Елизавету.

— Конечно! — с жаром воскликнула Рузанова. — Записывай! Боже, девочка, если ты меня выручишь… Я стану твоей должницей, а я всегда плачу по счетам. Ты не пожалеешь!

Спустя несколько минут окрылённая Екатерина выпорхнула из машины и скрылась в подъезде.

А Карина ещё какое-то время сидела, обдумывая фронт работ, потом завела мотор и отправилась добывать пригласительный.