Глава 10

Глава 10

POV Арина

Позор, с которым я ушла из бассейна, нельзя ничем вытравить из памяти. Он сильным ядом пропитывал мозг и не давал мне покоя. Кирилл так смотрел на меня, когда мама кричала, что я почувствовала себя жалко. Даже в раздевалке я не ощущала себя настолько скверно. И сейчас, пока она читала мне нотации, я пребывала в каком-то коматозном состоянии, размышляя, что же Бойцов все-таки имел в виду.

Неужели я зря перешла на его сторону? Или мне искать в его фразах скрытый подтекст? Ума не могла приложить...

- Арина! - Мама хлопает ладонью по столу, и я вздрагиваю, медленно поднимая на нее глаза. - Ты хоть слушаешь, что я тебе говорю?!

Не отвечаю, потому что не вижу смысла. Ни она, ни директриса не стали меня слушать, и, наверное, мне стоило ответить им тем же. Я взяла себя в руки, выпрямилась и сложила руки на груди, чем еще больше выбесила родительницу. Она что-то пробубнела под нос и повернулась ко мне спиной. Да, мне жаль, что в нашей жизни пролетело предательство, за которым шлейфом тянулись проблемы, но это не повод не доверять своему ребенку, тем более если он никогда не был пойман на вранье. До жути обидно. Плевать на других. От матери я такого не ожидала.

- Ты не представляешь, как меня опозорила, - продолжает мама, стоя ко мне спиной, - не думала, что ты меня так подставишь, Арина. Только ведь сказал, чтобы ты не водилась с этим мальчиком, и что в итоге? - Она поворачивается и идет ко мне, в глаза смотрит с таким пренебрежением, что в моей грудной клетке все органы льдом покрываются. - Ты такое Инне Владимировне наговорила. Сама! Еще и с ним там... Наедине... Чем ты думала, Арина?!

- Тем же, чем думают все девочки в моем возрасте.

Еле сдерживалась, чтобы не расплакаться, но смотрела маме в глаза, чувствуя, как подрагивает подбородок. Я никогда не шла против родителей. Их слово для меня было законом. Сказано сидеть дома за учебниками, значит, я сидела и учила. Но тут... Задели самую слабую струну. Ту, которая боль по душе распространяла, если за нее сильно дернуть.

- Что?! - Чуть ли не рычит родительница и потрясывается от злости. - Ты на что намекаешь?!

- На то, мам, что общаться мальчиками - это нормально.

- Я видела, как вы общались! Для этого не обязательно оголяться!

- Ты меня не слышишь...

Я и сама подскочила со стула, который с грохотом упал на пол. Этот гул эхом разнесся по голове. Видимо, так ломается последняя надежда на понимание.

- Слышать?! Арина, я все видела. Не забывай, что мне и лет больше, чем тебе. Умею в противоположном поле разбираться.

- С папой что-то твои разборы не помогли.

Сама не замечаю, как легко слова с языка слетают, но их уже обратно не запихаешь.

- Что?!

Мама сначала отшатывается, а потом... Замахивается и дает мне пощечину.

Первые секунды не понимаю, что произошло, но кожа горит так сильно, что не заметить этого просто не возможно. Глаза начинает стремительно жечь, а мамин взгляд резко меняется. Она шагает ко мне, протягивая руку, только я отшатываюсь. Внутри горечь скапливается, и воздух превращается в настоящую отраву. Дышать трудно.

- Арина... Я...

Верчу головой, прогоняя ее голос из головы. Не нужен он там. Ни сейчас. Ни потом. Хватаю сумку и вылетаю из класса, куда она привела меня для моральной порки. В коридоре ученики ходят туда-сюда, не подозревая, что со мной. Дышу часто и рвано. Эмоциями захлебываюсь, хоть и понимаю, что плакать нельзя. Только ни в лицее.

Семеню к выходу, не обращая внимания ни на кого. Меня так от ощущений перекрывает, что выть хочется. Спрятаться и плакать, пока есть силы. Больше не могу!

Вылетаю из здания и чуть ли не бегу по дорожке. Вроде бы слышу, что кто-то зовет, и от этого ускоряю шаг. До ворот остается немного, но меня за руку тянут в бок. Ойкаю и влетаю с размаха в чужую грудную клетку. Запястье вырвать пытаюсь, только силы не равны.

- Тихо. - Бойцов к себе притягивает, сокращая между нами кубометры воздуха до минимума. - Дыши.

Его голос легкий, а в глазах удивительное спокойствие. Сама не замечаю, как дыхание под его мерное подстраиваю. Ничего не говорю. Оглядываюсь в панике, что мама в очередной раз поймает меня. К еще одному разу ее гнева я не готова.

- Уйдем?

Кирилл словно мысли мои читает. И вроде неловко становится, а с другой стороны мне бежать хочется. Подальше от мамы, лицея и домашних проблем. Влагу с глаз вытираю свободной рукой и киваю. Кажется, что от моего ответа Бойцов сбрасывает груз с плеч, расслабляется. Он уже не в форме. В футболке и спортивных штанах. Посматривает по сторонам и ведет меня на выход, но, как только мы достигаем ворот, он резко тормозит и тащит меня в кусты, затыкая рот ладонью. Шипит какое-то ругательство под нос, чем ускоряет мое сердцебиение. Двигаться даже не пытаюсь. Ощущаю, как равномерно работает его сердце. Стучит мне в спину.

- Напугалась?

Спрашивает шепотом на ухо. Слегка киваю, а Кирилл шумно выдыхает. Ослабляет хватку и поворачивает к себе.

- Другой выход знаю. Мне туда никак. - В серо-зеленых глазах мелькает озорство и еще какая-то неопознанная моей системой эмоция. - Идем?

Протягивает мне раскрытую ладонь, и я безмолвно помещаю в нее свою. Не знаю, куда он меня поведет, и слепо доверяю. От этого сердце подскакивает при каждом шаге. Мы лезем сквозь плотно посаженные деревья. Бойцов заботливо спасает меня от веток, которые норовят поцарапать или хлестануть по лицу. От этого воспоминания о маминой пощечине яркой вспышкой возникают перед глазами, причиняя боль. В чувство приводит лишь горячая рука Кирилла. Он крепко сжимает мои пальцы и ведет за собой до калитки на заднем дворе лицея. Открывает ее и осматривает периметр, после чего поворачивается и пожимает плечами.

- Побежали.

Я даже кислорода глотнуть не успеваю, как мы переходим на бег. Не понимаю, почему он так делает, но приподнимаю юбку и быстро шевелю ногами. Останавливаемся лишь через несколько дворов за поворотом, где нас уже вряд ли кто-то увидит. Ловлю взгляд Бойцова и теряюсь на мгновение, пытаясь успокоить сердце, дыхание и остальные системы организма. Сил хватает на рваный выдох вопроса:

- Объяснишь?

Он изучает меня. Безмолвно разглядывает лицо, которое к великому стыду начинает гореть. Кажется, что щеки слегка пощипывает, и я задерживаю дыхание, погружаясь в безграничное пространство его глаз.

- Ты знаешь, - Кирилл делает шаг ко мне и задумчиво потирает подбородок пальцами, - тут неподалеку есть кафе. Сколько себя помню, мы часто заходили в него с мамой, а все из-за вкусного мороженого. Хочешь подсластить жизнь?

От его ответа принимаюсь часто моргать, не понимая, почему Бойцов сменил тему, сделав вид, что не слышал моего вопроса. Смотрит на меня с ожиданием, а я складываю руки на груди. Я хочу знать, почему он мне помогает.

- Объясни свое поведение, Кирилл. Я ответа жду.

Бойцов лишь шумно выдыхает с какой-то странной улыбкой на губах и проводит пятерней по волосам, отвлекая от своих глаз. На его голове теперь привлекательный хаос, и я пытаюсь спустить себя с небес на землю, потому что мысли моментально меняют направление, что для меня не свойственно. Вообще с ним рядом, словно другим человеком становлюсь. С иными привычками и чувствами. Хмурюсь сильнее, а Кирилл делает еще один шаг.

- Есть обстоятельства, на которые ты не можешь повлиять, - уже серьезно произносит он, заставляя дышать намного осторожнее от такой близости, - и одно из них - директриса и ее родственные отношения.

- Что?

Совсем его не понимаю. Странные ответы. Даже намеками не назовешь. Мне это не нравится, и я принимаюсь стучать ногой по асфальту, прикусывая губу.

- Ларионова - племянница Конского хвоста.

- Кого?

Улыбается. Красиво. Так, что мне дыхание перехватывает. Лицо Бойцова мгновенно преображается.

- Точно, - он протягивает руку к моим волосам и нагло начинает перебирать пальцами выбившуюся прядь, - ты же новенькая. - Кирилл рассматривает каждую волосинку, от чего мне становится неловко, но убирать его руку не хочется, поэтому я сильнее прикусываю губу. - Директриса, когда начинала работать, ходила с высоким хвостом. Волосы у нее так себе. Смотрелось ужасно. Вот и получила она негласное прозвище. Конский хвост. - Бойцов наклонил голову и продолжал перебирать пальцами мои волосы. - Я ответил на твой вопрос? Или нужны дополнительные объяснения?

Я открываю рот, чтобы уточнить, правильно ли поняла, но слова остаются не озвученными, ведь рядом раздается радостный вопль.

- Аринка! - Соня появляется ниоткуда и улыбается, подмигивая и стреляя глазами в Кирилла, который, к слову, вообще на нее не реагирует. - Не ожидала тебя тут увидеть. - Она переводит взгляд на Бойцова и протягивает руку. - Привет! Я - Соня. Подруга этой несчастной. - Толкает меня в плечо, причиняя максимум неловкости. - А ты...?

- Кирилл. - Он отвечает, а смотрит на меня, продолжая водить по моим волосам подушечками пальцев. - Одноклассник.

- А-а-а. Очень приятно.

Подруга максимально приветлива, и Бойцов все же дарит ей внимание. На две секунды переводит взгляд, после чего снова мне в глаза заглядывает.

- Может, вы с нами посидите? Я тут с папой...

- Еще увидимся, - Кирилл заправляет локон мне за ухо и улыбается уголком губ, слегка наклоняясь вперед, - .Фантик.

Я замираю. Соня растеряно хлопает ресницами, а Бойцов разворачивается и уходит, не оглядываясь. Мы следим за тем, как он скрывается за углом, и подруга тут же поворачивается ко мне с кривым выражением лица.

- Я вот сейчас не поняла, - она вопросительно смотрит на меня, - он тебя сейчас назвал оберткой от конфеты? Или мне послышалось?