Глава 8

Я лежала на расстеленном одеяле и, заложив руки за голову, неподвижным взглядом смотрела на незнакомые звезды, среди которых где-то очень далеко затерялась крохотная Солнечная система с еще более крохотным голубым шариком под названием Земля.

С чего вдруг накатила ностальгия, не знаю. Но почему-то с наступлением темноты мне сделалось тоскливо, а мысли при виде красивого неба сами собой свернули к покинутому дому.

Злость на старосту давно прошла (я никогда не умела копить ненависть), однако неприятный осадок все равно остался. А вместе с ним во мне крепла стойкая уверенность в том, что я, если желаю полностью освоиться в этом мире, должна как можно быстрее начать собирать информацию. Считай, полгода тут провела. Пора бы вживаться, вливаться в новую среду, а я то к эарам спешила, словно на пожар, то в лесу засела сычом. Теперь вот по глуши надумала мотаться… ага… и первый же встречный пройдоха обул меня, как маленькую, наколов на такой элементарной вещи, как нехватка знаний о местных законах.

На Теней в этом плане надежды нет – о Валлионе они знали слишком мало, потому что последние сто или даже больше лет провели внутри магического артефакта, а сведения из их прошлой жизни уже безнадежно устарели. С Лином – та же ситуация: в городах он никогда не жил, и все, что знал, давно успел мне рассказать. Но это не спасло нас от нелепой ошибки.

Короче, мне срочно требовался ликбез по местной юриспруденции. И свод здешних законов, который желательно бы увидеть в оригинале. Одна загвоздка: толпы добровольцев, готовых поделиться со мной ценной информацией, поблизости не виднелось. Голова рирзы – не в счет: она и при жизни-то была не слишком общительна. А единственный возможный источник – Мейр – так и не соизволил ни появиться, ни хотя бы знак подать, что слышит мой неумелый зов.

«Может, его по-другому надо позвать? – задумалась я, легонько покусывая лезущую в лицо травинку. – Может, мы друг друга не поняли?»

– Ты просто думай обо мне раз в пару дюжин дней. Думай и представляй по карте, где примерно находишься. А я сам вас найду, – заверил меня ло-хвард перед уходом.

Но, быть может, этого мало?

Выпустив травинку, я прикрыла глаза и сосредоточилась.

Так… лежу на спине… расслабляюсь… пытаюсь почувствовать окружающий мир… даже вроде получается что-то… Я хорошо слышу, как шелестит листва на деревьях… чувствую запах трав, в котором все отчетливее проступает аромат мясной похлебки… ощущаю, как мои руки щекочут травинки… потом – темнота… и снова свет, неярко пробивающийся сквозь сомкнутые веки. Этот свет медленно охватывает мое тело, распространяясь по нему, как сияние маленького солнца. Затем выходит наружу, заставляя мою кожу потихоньку светиться. А после этого легкими лучами расходится в стороны, выхватывая из пустоты все тот же лес, который я только что видела собственными глазами, колышущиеся от игривого ветерка травы… могучие сосны с голубыми иголками… другие деревья, названия которых я так и не научилась произносить правильно… Вот это, кажется, мерий – он похож на мелколиственный ясень… Вот это ирес, у которого после цветения на ветках вырастают похожие на желуди плоды… Я немало их съела по осени, когда занималась добровольным затворничеством. Вот это севег – идеально прямой, ровный, как стебелек, но толстый и такой красивый со своей серебристо-голубой листвой, что у меня каждый раз дух захватывает, когда доводится встречать этих красавцев на дороге… Деревьев тут много… очень много. А кустов еще больше. И рядом цветы – розовые, голубые, сиреневые… красивые, особенно когда смотришь на них вот так, словно бы сквозь себя, одновременно ощущая, как от них в мою сторону исходят волны мягкого тепла. Точно такие же, какие постоянно идут от земли и от каждого встреченного мною дерева. Мягкие, приветливые, почти родные, готовые откликнуться на первый же призыв и поделиться силами с улыбающейся Иштой.

Закончив с поляной и с легким смешком облетев склонившегося над костром шейри, который взялся сегодня кашеварить, я потянулась дальше. Сперва на юг, но недалеко – на расстояние всего половины дня, потом – на восток. На запад. Лишь для того, чтобы поискать, не прячутся ли где поблизости уже знакомые «темные» пятна – Твари. Но поняла, что таковых тут больше нет, и только тогда потянулась на север, постепенно открывая для себя все новые и новые горизонты, знакомясь с радостно-удивленно встречающими меня растениями, недоверчиво оборачивающимися зверьми, огибая глубокие овраги, невесомой тенью перелетая через быстрые речки… вперед. Туда, где далеко-далеко, возле Дальних гор раскинулись Северные леса. Те самые, где надолго затерялся мой недавний друг, который был снова нужен мне как воздух.

«Где ты, Мейр?» – тихонько прошептала я с ветром.

Но ответа не услышала.

Ни звука от него, ни голоса, ни запаха.

Я, вздохнув, покружила немного по границе леса, скользнула вдоль Вольницы почти до самого моря, а затем так же медленно и неохотно направилась обратно, по пути старательно замечая все провалы, черноту и то, что могло даже издали напоминать присутствие Твари. Подробностей, правда, не видела – слишком далеко, но запомнить все равно постаралась. С тем расчетом, что если буду поблизости, обязательно зайду проверить, нет ли там чего, чем можно поживиться моим Теням.

«Ну как?» – с любопытством спросил Лин, когда я открыла глаза.

– Пусто.

«Совсем?»

– Увы, – вздохнула я и поднялась с одеяла, поводя носом. – А пахнет вкусно. Мне нравится. Тебе, кстати, копыта не мешают?

Огромный черный конь, зажав в зубах деревянную ложку (последний подарок Айны, который я ему на сегодня передоверила), отрицательно мотнул головой.

– Усы не сожжешь? – невольно улыбнулась я.

«Нет. Мне огонь не страшен».

И действительно – чего я спросила? Если уж он научился настоящее пламя выдыхать, то слабый костерок его точно не напугает. Демон – что с него взять? Правда, хороший демон. Мой персональный. И удивительно верный.

«Готово, – с гордостью сказал Лин, закончив с похлебкой. – Пробу снимать будешь?»

– Еще бы. Давай ложку… Ой, горячо! – зашипела я, от жадности слизнув слишком много. – Ух-х… умф-ф-ф… шш-ш… ой… м-ням… угу, вкусно. Даже очень. Лин, ты – просто кладезь талантов!

Шейри смущенно шаркнул копытом.

«Да ладно… просто остроух молодой попался».

– Не-ет, – зачерпнула я снова. – Не скромничай. У меня такая не получается. Сам-то ужинать будешь?

Лин смутился еще больше.

– Иди сюда, – рассмеялась я и подвинулась, освобождая для него место. Демон с урчанием скользнул ближе, ловко перепрыгнув через испуганно затрепетавший костер, а потом свернулся клубком, забрался мордой под мою левую руку – так, чтобы спрятанный под перчаткой Знак касался его лба – и блаженно прикрыл глаза.

Я улыбнулась снова, машинально почесывая его за ушами, а второй рукой активно таская горячее из котелка. М-да. Получилось у него действительно неплохо – я даже дома такое нечасто ела, а тут – в лесу, в глуши, рядом с валяющейся в соседних кустах головой мертвой Твари…

– А ты уверен, что от рирзы нам понадобятся именно зубы? – спросила я, когда шейри насытился и сладко задремал.

«Нет. Я бы только присоску взял».

– Так давай возьмем. Деньги на дороге не валяются, а за рирзу в Бероле, наверное, хорошо заплатят.

«Вонять начнет, – с сожалением отозвался Лин и широко зевнул. – У Тварей тело быстро тухнет, так что брать надо или зубы, или когти и чешую. Может, еще нарост роговой на носу, но не больше. Даже если не поверят, что рирза настоящая, все равно сумма будет не меньше золотого лара. А если сможешь доказать, что в одиночку пришибла старшую Тварь… Хотя я бы на твоем месте этого не делал».

– Почему?

«Чтобы внимание не привлекать».

– Логично, – кивнула я, уплетая за обе щеки. – Одиночке не под силу удавить рирзу, каким бы воином он ни был. Даже при удаче. И я бы не справилась, если бы ты ее огнем не отвлек и если бы Ас не велел мне падать.

«Если бы не кладка, она бы выскочила сразу, и ты бы не успела даже мявкнуть».

Я снова кивнула.

– И еще Эриол помог. Без него я бы шкуру точно не пробила.

«Как он там, кстати? Не мешает?»

– Нет. – Я машинально покосилась на правую руку, из которой послушно показалась призрачная… пока еще призрачная, но уже наливающаяся знакомым светом рукоять. Я терпеливо дождалась, когда свет станет хорошо различимым, и позволила Эриолу проявиться полностью, отложив ложку и уверенно взявшись за сомнительное наследство эара.

Странно, конечно, но кинжал больше не доставлял никаких неприятностей и почти перестал вызывать нехорошие воспоминания. Сейчас я воспринимала его как часть себя. Причем полезную и очень нужную часть, потому что она совсем недавно спасла мне жизнь. А я при всей своей нелюбви к его прежнему хозяину не могла этого забыть. И не могла не проникнуться к необычному оружию чувством искренней благодарности.

Я бережно провела кончиками пальцев по чуть изогнутой рукояти, которая теперь ложилась в ладонь так, будто эары специально создавали ее под меня. Глупость, конечно, это ведь самая обычная магия самого обычного артефакта, ловко подстраивающегося под своего владельца, но мне действительно нравилось чувствовать стальную жесткость и смотреть на мягкое серебристо-голубое сияние четырехгранного клинка. Прекрасное оружие, ничего не скажешь. Смертельно опасное, полное непонятной силы, но изящное, надежное и завораживающе красивое.

Я осторожно погладила прохладное лезвие и позволила ему исчезнуть.

«Интересно, почему твои Тени его так не любят?» – чуть повернул голову шейри.

«Потому, что он не любит нас, – фыркнул в ответ Бер. – И потому, что при каждом его появлении нам приходится срочно покидать Гайдэ».

«Так ненадолго же!»

«А ты бы согласился уйти от нее в Тень хотя бы на четверть оборота?»

Лин аж вздрогнул.

«Вот и молчи тогда, копытное, – сердито проворчал Бер, в кои-то веки общаясь с демоном, как со старым приятелем. – Кто-то вообще обнаглел в последнее время. Вторую неделю к обычной еде не притрагивается, насыщаясь исключительно за счет чужой дейри. И кто-то, кажется, забыл, что собирался о чем-то попросить».

Я мигом навострила уши.

– Ребят, это вы о чем?

Шейри неожиданно замялся.

«Да так… просто…»

– Нет уж, ты говори, пожалуйста, что стряслось. И почему Бер так ехидно тебя подкалывает?

«Ну… я…»

– Лин, не мямли. У тебя язык для чего?

«Да крылья он вернуть хочет, – безжалостно сдал демона Бер. – Про небо каждую ночь грезит, летать мечтает, мучается. Только спросить у тебя боится. Вдруг ты передумала?»

– Я передумала?! – озадачилась я.

«Ну да. Говорила же, что подумаешь над этим, вот он и надеялся, что у тебя появились какие-то идеи».

– Погодите, так у него же были крылья. Лин! Ты же их отращивал!

«Да, – печально вздохнул шейри. – Но тут же сломал».

– Ну и что? – Я определенно не понимала причин такого траура. – Кто тебе мешает отрастить новые?!

Демон как лежал, так и замер, ошарашенно разинув рот и смешно округлив глаза, как будто подобная мысль ни разу не приходила ему в голову.

– А можно? – неверящим шепотом спросил он, уставившись на меня пожелтевшими от волнения глазами и даже позабыв о том, что больше не собирался говорить вслух.

Я всплеснула руками.

– Господи! Да кто ж тебе запрещает?! Можно, конечно! Я вообще не понимаю, в чем проблема! Думала, ты сам решил, что пока тебе это не нужно, вот и не настаиваю, хотя посмотреть хотела до ужаса, как ты летаешь! А ты, оказывается, просто не сообразил!

Лин странно разинул пасть.

– Я… я не знаю… Мне показалось, что после того, как один раз сломал… они не должны… Ведь так не бывает… – Он растерянно моргнул и окончательно смешался, став внезапно похожим на маленького ребенка, заблудившегося в огромном супермаркете и не знающего, как найти оттуда выход.

– Блин! Да ты же демон, а не птица! Не конь, не зверь, не дракон и не тушканчик! Ты – демон! Тебе облик поменять – что раз плюнуть! Огнем даже дышать можешь! Разговариваешь! Кашу, елки-палки, варишь! Ты столько знаешь, что я порой просто фигею, а тут… Лин, ты меня поражаешь! Иногда даже кажется, что специально тупишь на какие-то темы!

Шейри виновато сжался и замер, поглядывая снизу вверх такими огромными, чистыми, совершенно детскими глазами, из которых почему-то исчезла всякая рассудительность, что мне стало не по себе. Такое чувство, будто в некоторых вопросах этот немало поживший и сменивший порядка десятка хозяев демон терял всю свою мудрость, напрочь забывал приобретенный житейский опыт, утрачивал инициативу и становился беззащитным детенышем, у которого внезапно отобрали мать.

– Лин… – Я порывисто обняла несчастного шейри, ласково поцеловав в подозрительно шмыгающий нос. – Ну, ты же у меня такой умница… такой замечательный, сообразительный, способный… Ты так нас выручаешь, так вовремя иногда подсказываешь… так много помогаешь – там, где я сама ни за что бы не догадалась… Ну что тебе мешает сделать это для себя самого? Что с тобой происходит? Что за затмение находит, что ты совсем перестаешь быть собой?

У шейри влажно заблестели глаза.

– Не знаю, – прошептал он, доверчиво прижимаясь всем телом. – Я ничего не помню… не понимаю… Я даже не знаю, кем был и как таким стал… Гайдэ… я порой начинаю забывать даже о том, кто был моим прошлым хозяином! И только с тобой… когда ты близко… эти приступы проходят. Только с тобой я помню хотя бы то, что было несколько дней назад.

– Как?! – пораженно замерла я. – Так что же, и Айну успел забыть?!

– Почти, – неслышно отозвался Лин. – Если бы не ты, точно забыл бы. И ее, и Мейра. Пока я с тобой, я помню. Но стоит только отойти подальше, как память тает и размывается. И я вспоминаю лишь то, что был призван служить кому-то… призван болью… словом… и кровью. Только это.

– Бедный…

– Меня держит заклятие, – тяжело вздохнул демон. – Не знаю, кто его накладывал, но, наверное, это был сильный маг. Айна не смогла ослабить его поводок, хотя пыталась несколько раз. А теперь у тебя как-то получилось. И я больше не хочу обратно. Не хочу возвращаться. И не хочу ничего забывать. Гайдэ… не бросай меня, ладно?!

– Не брошу. – Я крепко обняла несчастного шейри, на глаза которого навернулись слезы. – Ты – мой… а я жадная. И никому тебя не отдам. А еще…

Я тоже шмыгнула носом.

– Еще я хочу, чтобы ты больше ничего не забывал, пока сам этого не захочешь. Я хочу, чтобы ты всегда помнил обо мне и о том, как мы с тобой познакомились. И я очень хочу, чтобы ты отрастил себе новые крылья. Такие, чтобы смог взлететь. И чтобы ты смог наконец воплотить свою мечту в жизнь. Ты ведь сделаешь это для меня? Покажешь, какие у тебя крылья?

– Да, – зачарованно прошептал Лин, неотрывно глядя на меня сияющими глазами. – Я все для тебя сделаю, Гайдэ. Все, что захочешь.

Я тихо вздохнула, ласково перебирая короткую черную шерсть на его загривке.

– Давай тогда попробуем, а?

– Сейчас? – радостно вздрогнул шейри.

– Конечно. Чего время тянуть? Главное, тебя никто не увидит и не грохнется в обморок, если все получится как надо. Давай вставай, меняйся. Хочу наконец понять, что же ты за чудо такое.

Демон тут же вскочил, едва не опрокинув остывающий котелок, и метнулся к дальним деревьям.

– А что мне сделать? А как растить? Откуда? Из спины? Ой, а лап мне сколько оставить? И какой взять размер? А перья нужны? Может, надо не два крыла, а четыре?..

Я покачала головой.

– Стоп, Лин. Так не пойдет. Встань ровно. Не суетись. Успокойся. И не переживай там, где не надо. Ты – разумный, почти взрослый и серьезный шейри, которому на данный момент требуется только одно: проверить, можешь ли ты восстановить себе крылья. Для этого даже перекидываться не нужно – достаточно просто измениться. К тому же сил это много не отнимет, поэтому гораздо выгоднее попробовать в имеющемся облике. А потом, если все получится, пытаться поменять все остальное. Понял?

– Да, – послушно кивнул демон.

– Успокоился? – строго спросила я, чувствуя себя воспитательницей в детском саду.

– Да. Просто ращу новые крылья. Не меняюсь целиком. Не трачу силы понапрасну.

– Умница. Тогда пробуй.

Демон послушно задумался, старательно шевеля ушами и нервно перебирая точеными ногами. Но получалось у него пока из рук вон плохо – видимо, переживал и все равно боялся, что не получится. Он целых пять минут стоял на месте, зачем-то тужась и изо всех сил пытаясь выдавить из спины нечто, похожее на крылья. Но потом шумно выдохнул и, сдавшись, жалобно посмотрел.

– Не получается…

Я поняла, что один он не справится, потому что в отношении себя действительно начинал временами тупить и пугаться, как ребенок. Поэтому решительно встала, подошла и с уверенным видом оглядела его широкую спину. Тут главное – состроить умную физиономию, подпустить в голос побольше твердости, изобразить, что все эти трудности – фигня на постном масле, а потом с самым умным видом дать какой-нибудь глупый совет, который будет воспринят с невероятной серьезностью. Дети все такие. И верят родителям безоговорочно. А Лин сейчас смотрел на меня, как на всезнающую и премудрую мать, которая что-нибудь этакое скажет, и тогда все получится само собой.

Не будем его разочаровывать.

– Значит, так, – сосредоточено ткнула я пальцем в то место, где, по моему мнению, надо было растить крылья. – Вот тут у тебя должно быть два крыла. Больших. Крепких. И достаточно выносливых, чтобы выдержать твой вес. Про перья – не знаю, но не уверена, что они тебе нужны. Да и возни с ними много. Значит, пока на пробу возьмем самый простой вариант. Ты летучую мышь когда-нибудь видел?

– Нет.

– Хорошо. А какую-нибудь летающую зверушку с крыльями видел?

– Нет.

– Врешь. Птиц видел.

– У птиц перья, а ты сказала, что перья пока не надо, – возразил, к моей огромной радости, демон. Кажется, начал понемногу соображать.

– Ладно, тогда попробуем иначе. – Я на пару мгновений задумалась, но потом вернулась к костру, расчистила кусочек земли и, взяв сухую ветку, принялась рисовать. – Вот смотри: это – ты… Ну, не очень реалистично получилось, но это всего лишь схема, поэтому не привередничай… Так вот, это – твоя спина… широкая, сильная и красивая…

Немного лести не повредит.

– Вот тут, как мне кажется, у тебя должны быть крылья… ну, примерно вот такого вида: костяк, расположенный вот так… а между ним – кожистое полотно, работающее по принципу паруса… Знаешь, что такое парус?

– Нет.

– Ничего, сейчас придумаем… Ты когда-нибудь лодки видел?

– Видел, – послушно кивнул шейри.

– А они у вас на чем ходят по воде? На веслах?

– Нет. На линках.

– Что такое линки?

– Ткань такая, которую натягивают над лодкой, чтобы она ловила ветер.

– Вот! – торжествующе воскликнула я, быстро заштриховывая нарисованное крыло. – Значит, линки тебе и нужны! Вот тут и тут! Натянутые между косточками… только они должны быть прочными! И не порваться от ветра, понимаешь?

Демон серьезно кивнул.

– Вот и отлично. Иди пробуй.

Он так же послушно отошел и снова замер на другом конце поляны, но на этот раз, когда указания были более четкими, он смог отрастить себе два небольших бугорка на спине, смутно напоминающих зародыши крыльев. Правда, для этого ему пришлось снова напрячься, надуться и запыхтеть, но мы с Тенями, тоже увлеченно наблюдающими за процессом, не стали заострять на этом внимание.

– Уже хорошо, – ободрила я шейри, хотя ждала гораздо большего. – Давай дальше.

И бугорки, спустя еще пять минут сосредоточенного пыхтения и сопения, выросли до размеров моей ладони.

– Вот и умница. – Детей, главное, почаще хвалить, чтобы энтузиазм не угас. – У тебя отлично получается. Еще немного, и станет совсем замечательно.

– Да? – с сомнением переспросил Лин, покосившись на скромные плоды своих усилий.

– Несомненно. Ты не устал?

– Устал.

– Так, может, отдохнешь?

Шейри подумал, но потом покосился снова и мотнул головой.

– Нет. Еще попробую.

Отлично. Нужный стимул получен, решение закреплено и подтверждено – первое правило начинающего психолога. Теперь осталось поддерживать в шейри мотивацию и ни в коем случае не давать ей угаснуть, иначе потом восстановить ее будет сложно, а вернуть уверенность в собственных силах и вовсе невозможно. Надо, чтобы он пытался. Надо, чтобы видел результаты. Надо, чтобы не гнался за мгновенным успехом и понимал, что быстро только кошки родятся. А крылья – дело важное, трудное и очень ответственное, так что подходить к нему нужно с чувством, с толком…

– Молодец, – снова похвалила я шейри, когда бугорки достигли размеров полуметра. – У тебя и впрямь хорошо получается. Теперь формируй из них костную основу, а потом добавь кожу, как на линке…

В общей сложности мучились мы часа два. Не понимаю почему, если в прошлый раз он над этой проблемой даже не задумался – просто вырастил, и все. Но сейчас расспрашивать его о причинах мне показалось преждевременным – могла испортить настрой. Поэтому пришлось терпеливо ждать, хвалить, подбадривать, время от времени ходить кругами и с важным видом трогать разрастающиеся крылья (которые, между нами говоря, были весьма далеки от совершенства). И все для того, чтобы внезапно оробевший демон снова поверил в себя.

Когда же мы наконец сочли, что размеры приемлемые, пришлось потратить еще час на то, чтобы он правильно вырастил перепонку. Потом укрепил ее, натянул, как парус. Надежно зафиксировал и научился складывать так, чтобы не порвать при развороте.

Потом я заставила его помахать новым приобретением.

Он послушно помахал, едва не ударив меня плечом.

Я потерла нос, по которому только чудом сейчас не получила, и на всякий случай отступила подальше. А потом оглядела результат наших совместных усилий и грустно вздохнула про себя: м-да… до Пегаса Лину было далековато. Крылья у него получились большими, какими-то лохматыми по краям, неуверенными и совсем не тугими. Держал он их слабо. При попытке сложить сперва ронял на землю, а только потом постепенно подбирал, опасаясь порвать при случайном движении. Если начинал двигаться, то быстро терял равновесие, потому что от непривычной ноши переваливался то на один, то на другой бок. Наконец, он очень быстро устал и попросился ко мне под руку, чтобы восстановить силы. Где и уснул почти сразу, как только коснулся брюхом земли.

Я скептически посмотрела на распластанные, жутко неудобные крылья, с которыми только упасть было хорошо, а никак не летать в поднебесье, и с огорчением подумала, что, наверное, погорячилась с похвалой. Стоило честно признать: хреноватенько у нас вышло. Но потом я взглянула на умиротворенную морду шейри и скрепя сердце решила, что не буду расстраивать друга. А попробую действительно что-нибудь придумать, чтобы или исправить это волосатое недоразумение, или убедить Лина в том, что крылья ему не нужны.

Я осторожно отодвинула от себя кожистый лопух, потом перебралась на другую сторону, каждую секунду боясь наступить на это сомнительное сокровище. Напомнила Теням, чтобы не вздумали утром заикнуться насчет того, что крылышки – не ахти, и, устав за долгий день, быстро уснула. Со слабой надеждой на то, что завтра все изменится к лучшему.