ГЛАВА 35

СОНЯ

Приезжаем в больницу. Денис помогает мне пересесть в кресло, его руки мягко поддерживают меня. Стараюсь не встречаться с ним взглядом, чувствую себя неловко после недавнего поцелуя.

Больно закусив губу, вспоминая поцелуй, стараюсь пережить бушующие эмоции внутри меня. Денис порочный и дикий, он не спрашивал, а брал, как будто его! Сердце ноет в груди, он нравится мне как парень. Даже его поведение не отталкивает, меня тянет с ним спорить, ругаться. Ловлю себя на мысли, что в эти моменты чувствую себя живой, обычной девочкой, которой понравился мальчик. С ним переживаю свои первые чувства. Сегодня он застал меня врасплох. Воспользовался моментом. Я неумело ответила на поцелуй, не сдержалась... Как любая девочка, мечтаю о взаимных чувствах. Хочу доброго, чуткого, нежного и понимающего парня. А меня угораздило влюбиться в избалованного мажора.

— Готова? — спрашивает он.

— Что? — вздрагиваю и стараюсь скрыть своё волнение.

— Где летаешь, мелочь? — Ухмыляется и склоняется ко мне, крадётся носом по моей щеке к уху и низко рокочет: — Ты тоже смакуешь в мыслях наш поцелуй? Я бы повторил… — соблазняя шепчет, прикусывает мою мочку ушка.

— Размечтался, — раздраженно соплю. Вот ведь!

Щёки горят, предательские мурашки бегут по рукам, разгоняя кровь, его губы рядом, щекочут шею, он спускается ниже, отодвигает ворот жилетки и целует пульсирующую венку на шее. В моём теле вспыхивают искры удовольствия от происходящего. Это так приятно, тело как будто горит, а в пальчиках на руках я чувствую покалывание. Денис высекает из меня разряды. Мой взгляд стекает на его губы, хочется к ним прикоснуться пальцами. Смотрю и не решаюсь… Он как будто читает мои мысли, выдавливает смешок, целует свои пальцы, а затем прикасается ими к моим губам.

— Хочешь, чтобы поцеловал? Попроси! — Подкалывает с сияющей улыбкой.

Робею и отвожу взгляд, сама не попрошу! Никогда! Хочет, пусть целует!

А ты, София, и рада, чтобы сам поцеловал… — нашёптывает противный внутренний голосок. Печать из поцелуя горит на губах, подушечки пальцев его были горячими и ласковыми, между нами определенно есть притяжение… А какие у него руки! Сильные и уверенные, словно созданы для того, чтобы защитить и поддержать. Несмотря на его суровую маску, в глубине глаз я вижу что-то другое — тёплое и доброе, что пробивается сквозь внешнюю жесткость. Я не могу объяснить, почему это чувствую, но что-то в его взгляде говорит, что передо мной совсем не тот человек, которым он старается казаться. В глубине скрыта душа, к которой я стремлюсь пробраться, хотя сама ещё не до конца понимаю, зачем.

Мы общаемся взглядами, тону в его океане и пытаюсь найти ответы, — прерывает нас громкая мелодия его мобильника.

— Да. Алевтина Петровна, не кипишуй, — говорит он в телефон, слегка раздражённо. — Возле больницы мы. Да это не мы так долго, а девчонку ты мне подсунула капризную. Полчаса в машину запихивал, ехать со мной отказывалась.

Слышу, как старушка что-то говорит ему на другом конце линии, но не разбираю слов.

— Обманщик, — отзываюсь тихо, голос предательски срывается.

— Ты права, — подхватывает он, ухмыляясь. — Сказал бы бабушке правду: кукла меня поцелуями отвлекала, не виноватый я!

— Денис, ты бываешь настоящим? — перебиваю его и слежу за реакцией, пытаюсь проникнуть в его мысли.

Он замолкает на мгновение, но, не отвечая на мой вопрос, направляет нас к главному входу в больницу.

Мы проходим через холл и останавливаемся у двери кабинета травматолога. Секретарь сразу замечает нас и с интересом рассматривает.

— Вы на приём к Василию Фёдоровичу? — спрашивает она.

— Скажите, Баринов приехал, — отзывается Денис холодно.

Секретарь докладывает о нашем прибытии и затем открывает дверь:

— Брат может подождать, а вы заезжайте.

— Я не брат, а сиделка, — с усмешкой отвечает он и везёт меня в кабинет.

— И где же таких сиделок нанимают? — удивляется секретарь.

— Нулей на счету не хватит, — бросает через плечо ей и закрывает дверь.

В кабинете нас встречает Василий Фёдорович, и сразу же переходит к делу:

— София, судя по последним анализам и результатам МРТ, у нас есть хорошие новости. Наблюдается значительная положительная динамика. По моим прогнозам, чувствительность в ногах может вернуться в ближайшие месяцы. Это значит, что реабилитация идёт по плану, и твой организм реагирует на лечение.

Я киваю, чувствуя одновременно облегчение и тревогу. Денис стоя рядом, внимательно слушает каждое слово врача.

— Сегодня мы проведём дополнительно несколько тестов для подтверждения этого прогресса, — продолжает травматолог. — Нужно будет сделать электромиографию, чтобы проверить активность мышц, и ещё одно МРТ, необходимо оценить состояние нервных окончаний. — Сонь, главное — продолжать в том же духе. Через пару недель у тебя будет значительный прогресс, и мы сможем постепенно переходить к активной фазе реабилитации.

— Хорошо, — ответила я, стараясь скрыть нервозность.

— Денис Олегович, вам придётся подождать, сейчас Соню поднимут в отделение, — добавил врач, переводя взгляд на него. — Это займёт около четырёх часов.

— Понял, тогда я отъеду. — Сонь, запиши мой номер, черканешь, когда всё пройдёшь.

Обмениваемся номерами. Баринов желает мне удачи, чем меня сильно удивляет.

Открываю мессенджер, чтобы написать сообщение Денису, и взгляд случайно задерживается на его аватарке. На экране — торс, мышцы чётко прорисованы, словно высечены в граните. Я уже видела его без майки в спальне, но увидеть такое фото неожиданно... Это законно — так волновать девушек?

Я: (смайл приветствия) Освободилась.

Денис: Через пятнадцать минут заберу.

Я: Хорошо.

Открываю его фото ещё раз и, поддавшись порыву, сохраняю на телефон.

Приближаемся с медсестрой к Денису, и я, пользуюсь случаем, рассматриваю его. Парень очень красивый, его мужественность завораживает. Он не смотрит на нас, занятый телефоном, что позволяет мне беззастенчиво любоваться им.

— Я готова.

— Всё нормально? — он поднимает глаза, медленно ведет взглядом по мне.

— Да, — млею, как дурочка, — домой хочу, но больше всего я опять боюсь с тобой ехать, — признаюсь.

— Брось, — лыбится он, подмигивая, — ты просто напрашиваешься на поцелуй! Но мой ответ тебя разочарует: не дождёшься. Хочешь? Попроси.

— Ты невыносим! — пытаюсь проехать мимо него к выходу.

— Куда без прав?! — рычит, ловя ручки кресла.

Перед самым выходом в нас внезапно врезается девушка, смотрящая в телефон.

— Изви... — поднимает она глаза и, заметив Дениса, восклицает: — Денис!

— С дороги! — зло рявкает он.

— Забавно, раньше ты спорткары водил, в гонках участвовал, девчонок катал... А теперь инвалидным креслом управляешь и инвалидку катаешь! Как прозаична жизнь! — Криво улыбается.

— Падла, — говорит одно слово, и я не успеваю ничего понять, как Денис мгновенно оказывается рядом с ней, скручивает руку и оттаскивает к стене.

Слова девушки, брошенные так легко и безжалостно, больно ударили по мне. «Инвалидка...» Это слово, сказанное с презрением, эхом отозвалось внутри. В горле застрял комок, а во всём теле распространилось чувство ничтожности. Меня разъедало от жгучей боли.

Сидела в кресле, не в силах встать и дать отпор, как будто эти слова приковали меня к месту ещё сильнее. Она — вся такая из себя. А я... Всеми силами пытаюсь не скатиться в бездну отчаяния.

Слышу, как они ругаются, обмениваясь грубыми фразами, но из-за того, что всё это происходит у меня за спиной, ничего не вижу. Резко всё стихает, и Денис молча везёт меня к машине. До слуха доносится его тяжёлое дыхание, словно он с трудом сдерживает ярость. В полном молчании выезжаем с территории больницы. Говорить не хочется… Я холю свою обиду на весь мир.

В машине я задремала. Утомившись после визита к врачам, размеренное движение машины убаюкало меня. Почувствовав, что мы остановились, открыв глаза, сообразила, что мы не дома. Денис припарковался возле ресторана и, погружённый в свои мысли, смотрел в лобовое стекло.

— Я думала, мы домой поедем, — тихо произнесла.

— У меня сегодня встреча с друзьями в ресторане. Ты в мои планы не входила, но раз уж так сложилось, пойдёшь со мной, — раздражённо ответил он.

Услышав про ужин, я почувствовала, как живот напомнил о себе тихим урчанием. Я стесняюсь показаться такой, людям. Врачи не в счёт — они каждый день видят и не такое...

— Может, ты отвезёшь меня домой и спокойно встретишься с друзьями? — пытаюсь найти выход из ситуации.

— Нет, я из-за тебя и так опоздал, — холодно бросает он, глядя на наручные часы.

Выходит из машины, сильно хлопнул дверью. Заметно, что он до сих пор раздражён. Вздыхаю растерянно, выбора нет. Придётся идти.