55. Волшебница из магазина фарфора
Блюдо вспыхнуло. Свет прошел по золотой кайме, загорелся в незабудках, скользнул по белому фарфору. Воздух справа от меня сгустился и задрожал, словно над горящей свечой. Раздался знакомый скрип.
Дверь медленно открывалась. За ней виднелись ступени, каменный перила, и фонарь… явно современного вида. Он горел абсолютно ровным, искусственным, электрическим светом.
Мой мир. Дом. Настоящий.
Сзади раздался злобный птичий вопль. Я вскочила и обернулась. Коллен отшвырнул дрозда — тот отлетел к полке и обрушил пирамидку из чайных чашек — и закричал:
— Зоя! Не думайте обо мне! Не оглядывайтесь! Бегите!
Хорн поднял руку. Вокруг пальцев вспыхнула золотая паутина. Я уже знала, что будет дальше. Сдавленные ребра, исчезающий воздух, темноте. Золотая волна сорвалась с его ладони и полетела прямо ко мне.
Я схватила со стола блюдо и вскинула его, пытаясь закрыться, словно щитом. С чего я подумала, что хрупкий фарфор может защитить меня? Но…
Раздался многоголосый звон, будто одновременно разбились сотни бокалов. Золотой свет отскочил от поверхности блюда, метнулся в сторону и случайно попал в дрозда. Птица вспыхнула черным пламенем. На мгновение ее крылья стали огромными, и тень на стене выросла, а возмущенный, растерянный крик оказался совсем человеческим… Дрейк?
Я мотнула головой, отгоняя сомнения, несбывшиеся мечты и страхи, и бросилась к двери.
Один шаг.
Второй.
Главное, блюдо в моих руках снова было целым. Бабушкино блюдо, будто оно никогда не разбивалось. Будто и не было той цепочки событий, что привела меня сюда. Будто можно повернуть время вспять, и забыть о…
Я уже почти переступила порог, когда услышала за спиной крик Коллена. Не выдержала и обернулась.
Хорн стоял, вскинув руку над головой. Золотые нити обвивали Коллену руки, шею, грудь. Он уже упал на колено, но все еще пытался подняться, защититься, выжить.
Нет!
Так нельзя! Я так не могу! Не могу дать ему просто так умереть. Пусть для меня в мире Хорна все уже закончилось, но Коллен… он должен жить!
Решение пришло внезапно. Я посмотрела на блюдо. Бабушкино, мамино… мое. Потом замахнулась и швырнула его в Хорна.
— Отпусти его, гад! Коллен, беги!
Блюдо ударило Хорна в грудь. Мир взорвался.
Белый свет, золотые всполохи, черные перья. Звон разбивающегося фарфора.
Крик. Еще один выстрел, запах пороха. Я отшатнулась, и пол под ногами исчез.
Я полетела вниз, а мастерская у меня над головой начала складываться, словно картонная коробка. Там грохотало, трещало, рушилось что-то огромное. Проход между мирами сжимался, превращаясь в узкую полоску света.
Я успела увидеть Коллена только на секунду. Сквозь щель между мирами, как будто заглянула сквозь приоткрытую дверь в проекторную в кинотеатре. Он поднялся. Сделал шаг. Еще один. Увернулся от золотой молнии и бросился следом за мной, протягивая руку и беззвучно открывая рот.
А потом свет мигнул и погас.
И я упала, больно ударившись коленями, на асфальт. Как же я по нему соскучилась!