Глава 11

ГЛАВА 11

От пронизывающего ветра, гуляющего на небольшом балкончике моей комнаты, не спасала даже заботливо оставленная кем-то тёплая шаль. Но как бы мне не было холодно, вернуться в тёплую спальню желания не возникло. Уж лучше беспрерывно стучать зубами и любоваться на россыпь звёзд на ночном небе, чем чувствовать себя, как та принцесса из сказки, похищенная злобным драконом. Вдалеке виднелись вершины заснеженных гор, освещаемых светом полной луны, а прямо под моим балконом прогуливалась парочка вампиров. Впрочем, они и под дверью выделенных мне покоев имелись, приставленные вроде как для защиты.

Константин сбежал раньше, чем закончилась моя полномасштабная истерика по поводу перемещения меня в Северный клан. Ведь хорошенько подумав, я уже успела решить отказаться от гостеприимного предложения. Хотя меня разозлило не столько перемещение, сколько отсутствие моего фамильяра под боком, а значит и всех моих ведьмовских вещичек. В принципе я верю, что мой неугомонный кот меня не бросит, и если понадобится, то прилетит ко мне и на метле, укутанный в какой-нибудь кошачий зимний тулуп, но факт вынужденного одиночества сильно раздражает. Как раздражает и тот факт, что меня просили сегодня не гулять по ночному родовому поместью, а подождать до завтра.

А вот уже завтра мне обещали и прогулку по саду, и поход в ведьмовскую лабораторию по странному стечению обстоятельств находящуюся в одной из подвальных комнат поместья. Большего, к сожалению, Князь рассказать не успел, скрывшись от меня за дверью, ведущей в коридор. И я бы поверила, что у него появились внезапные дела, если бы эти самые дела не появились в тот момент, когда воздух от напряжения начал потрескивать, грозясь поджарить одного не в меру наглого вампира.

«Суженый» мой и вовсе не появлялся, и я понятия не имею, вернулся ли он или остался в демоническом царстве. Единственным человеком, желающим со мной пообщаться, оказалась приставленная ко мне служанка, только вот всё её желание было обусловлено рабочими обязанностями и сопровождалось фразами «госпожа желает», «как пожелаете», «простите, но мне нужно спросить разрешение у господина». Было желание опоить её каким-нибудь настоем, способным развязать её язык, но, увы и ах, нужных ингредиентов сегодня у меня нет и приготовить их прямо сейчас мне никто не даст. Остаётся только надеяться на то, что ведьмовская лаборатория действительно имеется и там будет, чем поживиться. В последний раз проводила взглядом падающую звезду, означающую, что я просидела на балконе всю ночь, шмыгнула заложенным носом и отправилась спать.

***

В голове шумело, тело казалось ватным, нос дышать отказывался, а глотать было больно до такой степени, что из глаз готовы были катиться слёзы. Но всё это было ничего по сравнению с тем, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо, призывая открыть глаза.

— Госпожа! Госпожа! Я уже передала господину, что вы заболели. И если вы не дадите мне ответ, справитесь ли вы сами с простудой или вам нужен лекарь, то господин сам посетит ваши покои.

Я приоткрыла один глаз, взглянула на Марию, приставленную ко мне служанку, и накрылась одеялом с головой. Лицезреть её румяное лицо и глаза, светящиеся нездоровым желанием поднять меня с кровати, не было никакого желания. К тому же её тёмно-зелёная униформа с белым передничком и кружевным чепчиком на голове, напоминала мне о давно забытой гувернантке, приставленной моей покойной прабабкой для изучения правил настоящей леди. И это в трёхлетнем-то возрасте! Сколько я тогда плакалась и жаловалась маме и бабушке даже вспоминать страшно. Так что сейчас желание лицезреть молодую девушку в старомодной униформе было равносильно возвращению в далёкое не самое радостное детство. А может, меня просто лихорадило, раз мою голову посетили такие мысли, потому что вчера ничего такого я не вспоминала.

— Госпожа! Госпожа! Если вы не встанете, то господин Кристофер застанет вас в ночном белье. — Почти простонала эта блюстительница морали. — Госпожа!

Я что-то простонала в ответ маловразумительное и послышался топот удаляющихся ног. Слава всевышней и всем остальным вместе взятым, я даже готова поверить в высшие силы, если они помогут сделать так, чтобы меня оставили в покое.

К сожалению, снова погрузиться в желаемую дрёму мне не дали. То ли высшие силы не существуют, то ли их действие конкретно на меня не распространяется, но минут через пять послышался громкий стук в дверь, видимо тот самый, что должен был предупредить о том, что у меня гости и я должна была побежать одеваться, спотыкаясь, а после дверь рывком открыли. Хорошо хоть с петель не снесли. Но это я так, не выглядывая из-под одеяла, предположила.

«Тьма! Да у них на северных землях даже под одеялом холодно», — мелькнула жалобная мысль, но она тут же выветрилась из головы, заменяемая более ёмким выражением, когда это одеяло у меня попыталась отнять.

— Вика, отдай одеяло. — Ласково попросил у меня Кристофер. — Лекарь должен тебя осмотреть.

С таким предложением я была крайне несогласна, поэтому только сжала пальцы сильнее, будучи уверенной, что теперь мою мягкую прелесть смогут вырвать только с руками.

— Вы меня окончательно заморозить решили? — буркнул кто-то, явно осознавая свой просчёт в выборе места временного отдыха.

— Вика, в комнате жарко, — пояснили мне как маленькой. — Ты заболела, наверное, у тебя озноб. Расцепи пальчики и дай лекарю тебя посмотреть.

Нет, умом я понимала, что я заболела и что мне нужно показаться лекарю или приготовить что-нибудь самой, но желание не вылезать на всеобщее обозрение было сильнее меня.

— Говорил же Константину, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Выругался его брат и да, одеяла меня всё-таки лишили и не только увидели, но ещё и облапали.

Приглашённый лекарь совсем не был похож на добренького дедушку в очках, который после осмотра предложил бы конфетку. Это был суровый дядя лет сорока, щупающий и осматривающий меня без особой радости и вынесший вердикт, который я итак знала.

— Температура сильно повышена. Дыхательные пути чистые. Скорее всего, простуда из-за переохлаждения и упадок иммунитета из-за смены климата.

Кристофер слушал внимательно, иногда кивал и что-то записывал, в общем, вёл себя, как заботливый папочка, стоило только им отойди от меня для обсуждения моего лечения. Я же в это время старательно изображала из себя гусеницу, заматываясь в кокон, и была уже почти счастлива, пока кое-кто вредный не лишил меня моего маленького счастья.

— Тебе нельзя сейчас укутываться. — Строго произнёс Кристофер и у меня впервые появилась мысль, что лучше бы он меня убил, чем вот так издевался.

— Пожалуйста, — прохрипела, с трудом сдерживая слёзы.

Я чувствовала себя настолько неважно, что хотелось плакать, жаловаться, и чтобы меня хоть кто-то пожалел. Кристофер меня жалеть отказывался, зато попытался влить мне в рот какую-то гадость.

— Ты похожа на маленького ребёнка. — Заключил он, когда ему пришлось насильно влить в меня что-то кисло-сладкое.

Насупилась и отвернулась к стенке. Я что виновата в том, что когда болею, во мне действительно просыпается маленький капризный ребёнок? И вообще, где виновник моего плачевного состояния? Почему обо мне заботится его брат, а не он?

Стало так любопытно, а ещё обидно очень. Вот значит как, в родовое поместье притащил и тут же забыл? Что ж этого стоило ожидать. Говорил же Федька, что если и проявит Князь ко мне интерес, то только гастрономический. Но знать это одно, а вот смолчать и не убедиться совершенно другое.

— А где твой брат? — Спросила, нахмурившись, особо не ожидая услышать ответа от вампира, который меня недолюбливает слабо говоря.

— Встречает леди Элену и её отца Князя Михеля. — Прозвучал ровный голос на мой вопрос, а потом Кристофер замолчал и уже совсем другим каким-то деревянным голосом продолжил, — главу Западного клана и его дочь.

И мне бы промолчать и сойти за умную, и вообще не выдавать насколько мне обидно. Да и собственно с чего я взяла, что это невеста Кристофера. Может у Князя Западного клана две или три дочери, но язык за зубами держать я так и не научилась, а под воздействием эмоций выдала свою заинтересованность с головой.

— Вот значит как... Твой брат сейчас обхаживает твою невесту, а ты вместо того, чтобы составить ему компанию лечишь меня.

Я даже повернулась в ожидании ответа, которого так и не дождалась. Кристофер молча положил свою руку мне на лоб, поджав губы, кивнул каким-то своим мыслям и уверено произнёс:

— Раздевайся.

Я опешила, удивлённо округлив глаза, а Кристофер, видя, что его приказ, я выполнять не собираюсь, ещё и подбодрил меня ласково-уничтожительным голосом:

— Раздевайся, глупая маленькая ведьма. Будем сбивать твой жар обтиранием.

Стоит ли говорить, что после его слов, я потянулась за одеялом и стала ещё старательнее изображать гусеницу? Он хмыкнул и вышел за дверь, чтобы вернуться минут через пять в компании моей служанки, нёсшей небольшой тазик с пряно пахнущим раствором.

— Свободна. — Холодно приказал он ей.

Я умоляюще посмотрела на Марию, она в ответ удивлённо на меня, потом перевела свой взгляд на выглядевшего бесстрастным Кристофера и неуверенно начала:

— Но господин... — начала она и запнулась под его взглядом.

— Сво-бод-на. — Повторил свой приказ по слогам этот суровый господин и Мария вылетела за дверь.

Это прозвучало так зловеще, что даже у меня слов не нашлось, так что бедную служанку я в чём-то понимаю, но всё равно снова стало так обидно.

«Никто меня не любит», — отчётливо прозвучало в голове и губы задрожали.

А этот суровый, ни капли не смутившийся вампир, отнял моё одеяло и, одарив прохладным взглядом, снова повторил свой приказ, на этот раз со снисходительными нотками в голосе.

— Или ты сейчас разденешься сама, сняв ночную рубашку и оставив на себе свои миленькие кружевные трусики, что так отчётливо просвечиваются, или тебя раздену я, но уже полностью. Что выбираешь?

Раздевалась я всё-таки сама, заливаясь краской с головы до ног, и пытаясь одеревеневшими пальцами нащупать на шее завязки ночной рубашки. Прикрывала руками грудь я тоже сама, пока кое-кто, совершенно не выражая никакого мужского интереса, водил мокрой тряпкой по моим ногам, поднимаясь, всё выше. А потом, когда этот кто-то уверенно отнял мои руки от моей же груди, не выдержала и оскорблённо произнесла:

— Сбегу. Сразу же сбегу от вас, как только смогу встать с кровати.

Кристофер не ответил, только улыбнулся так снисходительно, словно я сейчас говорю что-то совершенно не значительное и продолжил своё занятие. То есть обтирать меня продолжил! Закончил, удовлетворённо осмотрел результат своей работы и накрыл меня беззащитную и дрожащую от холода одеялом. Сразу стало клонить в сон и уже на грани сна и яви, мне показалось, что он ответил мне на мою угрозу.

— Бежать надо было раньше, и прятаться лучше, когда я тебя запугивал. Теперь уже поздно.

***

Мне снилось что-то светлое и приятное сердцу. Кажется, это была мама, что заботливо убирала прилипшие пряди с моего лица и гладила по голове, говоря, что я сильная, что я обязательно справлюсь. Даже на мгновение удивилась такой её заботе, которую не видела с того самого момента, как пошла в ведическую школу. Но это удивление было настолько мимолётным, что не появилось никакого желания проснуться. Наоборот хотелось больше нежиться в кровати, слушая тихие ласковые слова, наслаждаться теплом, появившимся в душе и полностью забыться от реальности. Так что нет ничего удивительного, что я проснулась в самом благом расположении духа.

Неспешно потянулась, улыбнувшись, когда одеяло скользнуло вниз по телу, лаская кожу, и приоткрыла глаза, удивляясь полумраку, царившему в комнате. Ничего себе я поспала. Но в принципе ничего плохого в этом я не увидела, потому что самочувствие стало значительно лучше и у меня всего лишь немного ещё першило в горле, даже заложенность носа отступила вместе с высокой температурой.

«А неплохой у них лекарь», — подумала... и резко села в кровати, подхватывая и прижимая к себе одеяло.

Огляделась по сторонам, словно в поисках опасности, но никого не обнаружила. На мгновение мне даже показалось, что приход Кристофера и то, что он изображал из себя заботливого папочку, мне привиделся.

«Скорее всего, — отстранённо подумала. — Это не тот вампир, который станет о ком-то заботиться».

Раздался тихий стук в дверь и, не дождавшись моего ответа, в комнату заглянула голова моей любопытной служанки. Увидев не спящую меня, она поспешила сделать вид, что всё так и должно быть и невозмутимо зайдя в комнату, распахнула шторы на окнах. Нет, мне определённо не нравится её наглое по отношению ко мне поведение.

— Как вы себя чувствуете госпожа? Господин Кристофер велел вам выпить лекарство сразу же, как только вы проснётесь.

— Значит, не привиделось, — пробормотала себе под нос.

— Что?

— Ничего. Лекарство где?

Та самая микстура, которой меня поил Кристофер, пока я была не совсем в себе, оказалась на прикроватном столике. Мария под моим внимательным взглядом накапала мне одиннадцать капель в стакан, щедро разбавив лекарство водой, и протянула мне. Залпом выпила и в самом конце поперхнулась, поймав недовольный взгляд служанки и упрямо поджатые губы.

— Что ещё? — Довольно грубо спросила, поправляя одеяло, оголившее грудь.

— Несмотря на то, что вы болеете ваше поведение не достойно леди. Госпожа Элена будет недовольна, когда узнает. — Уверенно заявила мне эта... потерявшая всякий страх служанка. На мои же округлившиеся от такой наглости глаза, мне снисходительно пояснили. — Госпожа Элена скоро будет первой леди Северного клана и известие о том, что её жених лично ухаживал за вами, будет воспринято враждебно. Мой вам совет...

Продолжила она уверено давать свои наставления, но большего я не выдержала. Хорошее настроение, которое было в момент моего пробуждения, исчезло, не оставив за собой и следа. В глазах полыхнули изумрудные всполохи, и первая же молния, сорвавшаяся с моих пальцев, ударила в пол под ногами служанки. Она ойкнула и сделала шаг назад. Я же довольно и, будем откровенны, злорадно улыбнулась, встала с кровати и начала медленное наступление на Марию, щедро осыпая пол под её ногами, электрическими разрядами. Наконец-то поняв, с кем связалась, она громко завизжала и бросилась вон. Долго же до неё доходило.

Через распахнутую настежь дверь проследила за её стремительным побегом вместе с двумя приставленными к моим дверям охранниками, сложила руки на груди, совершенно не стесняясь своей наготы, и мягким ласковым голосом произнесла, облизав губы:

— Мальчики, а меня кормить сегодня будут?

Мальчики, то есть приставленные вампиры, неуверенно кивнули и поспешили закрыть дверь.

Злость всё ещё бурлила в крови. То, что подруг я себе тут не заведу и так ясно. Мало того, что ведьма, так ещё и будущей первой леди вроде как дорогу случайно перебежала. Раздражённо выдохнула, примериваясь к вещам, которые уже успели успешно разложить в шкафу. Ещё более раздражённо поняла, что время идёт, а кормить меня никто не собирается. И окончательно взбесившись, решила найти кухню самостоятельно и пусть тогда не жалуются, если кто-то случайно что-нибудь отхватит, встретившись у меня на пути. Открыла дверь, отметив, что один из моих охранников выглядит смущённым и грозно поинтересовалась:

— Значит, кормить меня не будут?

— Нам не положено. — Ответит второй вампир. Тот, который как раз таки меня не застеснялся.

— Что не положено? — Не поняла, нахмурившись.

— Вас одну оставлять, а служанка ваша сбежала.

Задумалась на минуту, потом ослепительно улыбнулась мальчикам, поняв, что вот совсем всё у вампиров не как у людей. В том числе и мозги.

— Мальчики, я вас правильно поняла, вы следите, чтобы со мной ничего не случилось? — Дождалась утвердительного кивка и ещё более ласково пропела, — а смерть от голода является чрезвычайным происшествием, за которое вас по головке не погладят или загнулась ведьма, ну и ладно, главное что сама?

Вот теперь задумались вампиры. Интересно, в каком месте мне охрану подбирали, и по каким критериям? Главное сила, а остальное не важно? Я была так зла, что даже забыла, что вроде как боюсь этих злобных кровососов.

— Что стоим?! — Рявкнула так громко, что они вытянулись по струнке. — На кухню ведите!

И мы действительно пошли на кухню, только вот отчего-то складывалось ощущение, что меня не сопровождали, а всё-таки конвоировали. Один спереди, второй сзади, словно опасались, что я убегу. Может меня в каком ритуале жертвоприношения использовать хотят, а я не в курсе? Но это не главное.

Когда Князь меня перенёс к себе, то мы сразу очутились в комнате, в которой меня и поселили и по поместью я ещё ни разу не гуляла. И вот сейчас поняла тот факт, что крыло, в котором меня поселили почему-то кажется нежилым. Интересно это дань уважению или усовершенствованное подобие подвалу?

— Почему в этом крыле так пусто? — Спросила свой конвой, рассматривая рисунок гобелена под ногами.

Я бы может и попыталась рассмотреть что-то другое, но стены были голые без картин и окон, не имелось ни единого узора на них, а всё освещение в этом длинном коридоре было от зависших под потолком магических светильников. Это был жуткий контраст по сравнению с моей комнатой, в которой меня поселили. Там было всё устроено со вкусом и довольно удобно. А вот в коридоре явно ощущался дух минимализма.

— Это крыло господ. — Скупо ответили мне, словно и не рады, что я из комнаты вышла.

То есть не усовершенствованный подвал, и на том спасибо. Что ж, значит где-то тут должны быть покои Константина и его брата.

Стоило миновать два лестничных пролёта и спуститься на первый этаж, как мой нос уловил запах свежей выпечки. К слову здесь даже царило подобие уюта и интерьера. Я стремительно обогнала сопровождение, идя на запах и так и застыла, не дойдя пару шагов до двери.

— А я говорю тебе, что она ведьма! — Визгливо вскрикнула... моя служанка. — Она в меня молниями бросалась, у неё глаза светились и...

— Тише ты! — Кто-то шикнул на неё довольно грубым мужским голосом. — Если господа узнают, что ты слухи распускаешь, быстро добровольцем на ужин отправишься.

Я, стоящая за дверью, сглотнула, повернулась назад, обнаружив двух подошедших охранников и злорадно сейчас улыбающихся. А разговор за дверью продолжался.

— Если Князь и вправду ведьму в доме поселил, — услышала женский старческий голос и навострила уши, — значит, выполнил-таки повеление бывшего гос...

Дослушать мне не дали. Один из стоящих сзади меня вампиров, быстро толкнул дверь на кухню и там установилась гробовая тишина. Обернулась, смерила охранников подозрительным взглядом и ни капли не поверила их невинному взгляду. То есть вот так, да? Знать о каком-то там повелении мне нельзя? Да и думать моё сопровождение оказывается, всё-таки умеет.

Три пары глаз в звенящей тишине прошлись по моей нескромной персоне: две с небольшим удивлением и одна с отчётливым страхом. Я бы тоже на месте Марии боялась сейчас со мной встречаться пока я голодная по её вине. И пока она совершала стратегическое отступление видимо к чёрному ходу с кухни, хозяйка кухни ворчливо пригласила меня войти. Ну, это я подумала, что она хозяйка кухни, потому что на ней имелся старенький фартук и прихватка в руке, которой она похоже и доставала те самые вкусно пахнущие булочки из духовки.

— Что встала? Проходи раз голодная. — Бабуля как-то по-доброму усмехнулась, махнув в сторону стола. — А вы, охломоны, тоже есть захотели? Вам же Машка только относила перекусить.

И вот вроде бы всё это было сказано так добродушно и со смешинками в глазах, но «охломоны», ну те самые, что к моим дверям были приставлены, дружно сделали шаг назад. А потом ещё шаг и ещё, и дверку так за собой аккуратненько прикрыли. Я перевела ошарашенный взгляд на бабулю, потом вместе с ней внимательно проследила, как с кухни всё через тот же неизведанный мной чёрный ход выскочил бородатый мужик, тот самый, что с моей служанкой разговаривал. А вот после того, когда все лишние посетители ушли, эта бабуля вытерла руки об фартук и, достав из верхнего шкафчика накрытую тарелку с булочками, их мой нос быстро узнал по запаху, неожиданно спросила.

— Стало быть, ты внучка ведьмы Бажены?

— Правнучка, — поправила её чисто машинально и застыла с открытым ртом.

— Рот-то прикрой. — Не осталось моё поведение без внимания. — Звать-то как?

— Вик... Виктория. — Запнулась, прикрыла рот, но широко распахнутые глаза выдавали меня с головой.

— Бабка жива ещё? — Продолжила эта бабуля шокировать меня вопросами. Отрицательно помахала головой, и хозяйка кухни в ответ эмоционально высказалась, да ещё и сплюнув напоследок. — Сдохла, значит, ведьма.

Потом она разом как-то сгорбилась, тяжело вздохнула и полезла снова в шкафчик, достав оттуда большую бутыль с чем-то мутным и два гранённых стакана. Молча разлила напиток и так же молча, протянув мне один из стаканов, залпом осушила второй. Я так поняла, это мы сейчас поминать мою покойную прабабушку будем.

— Чего молчишь? Спрашивай. — Величественно разрешили мне.

И я спросила, то самое первое, что в голову пришло.

— А вы, простите, кто?

Бабуля хмыкнула и, представившись Красимирой, прикрыла на мгновенье глаза, чтобы открыть их уже с вытянувшемся вертикальным зрачком жёлтого цвета, показывающим принадлежность к драконам. Между прочим, к давно вымершей расе.

— Не может быть. — Теперь ахнула я, поддавшись вперёд и с новым всё возрастающим интересом рассматривая свою собеседницу.

— Может, не может. Какая разница. Кроме глаз да долгой жизни особо от людей ничем не отличаюсь.

И мне бы спросить, откуда она мою прабабушку знает и как меня узнала, да и много ещё вопросов в голове крутилось, только я видимо опять от шока спросила совершенно другое.

— А как вы у вампиров оказались?

Красимира снова наполнила наши стаканы, а судя по тому, как неизвестный мне напиток до этого сильно обжог моё горло, в бутыли явно что-то крепкое и гномами изготовленное. Потом полезла в нижний ящик, достав оттуда валяное мясо, порезала его, придвинув тарелку на середину стола и только после этого начала рассказывать.

— Маленькая я ещё была, когда меня бывший Князь в лесу на границе с оборотнями подобрал, да от смерти от холода спас. В деревне, откуда я родом только люди и рождаются, а мне одиннадцать исполнилось и глаза меняться стали, вот меня и вышвырнули из дома. Думала, до оборотней дойду, да так меня снегом и засыпало.

— Извините, — пробормотала еле слышно. Мало того, что в личное влезла, так ещё и не самые приятные воспоминания всколыхнула.

— Чего уж там. Бабка твоя об этом же спрашивала в первую нашу встречу. — Отмахнулась она от меня, словно эта тема её и не задела вовсе.

— А бабушку мою вы откуда знали? — Всё же получилось у меня отойти от шока и задать животрепещущий вопрос.

— Да кто ж её не знал из тех, что служил при старом Князе. Такая любовь была у них. Тут столько искр летело, что прерывать их уединение грехом считали. Ты не знала?

Не то чтобы я не знала. Федька, кажется что-то такое говорил, только я его не слушала. Мама перед отъездом упоминала что-то про прабабушку и вампира, что её ведьмовские увлечения поддержать не захотел. Только вот кто ж их слушал. Было, да было. У каждой ведьмы таких любовных историй целый чемодан, спрятанный в шкафу и доставаемый оттуда только в самых крайних случаях. Прошлое как-то вспоминать не положено. Но кто ж знал, что это прошлое меня коснётся и, похоже, напрямую.

— Расскажете? — Ещё немного поддалась вперёд, оказавшись практически нос к носу с Красимирой.

— Ты точно её внучка. Мало того, что лицо одно, так ещё и повадки те же. — Усмехнулась бабуля. И встала в сторону двери, чтобы приоткрыть её на мгновение и громко крикнуть. — А ну кыш отсюда, чтоб я вас под дверьми моей кухни не видела.

Я, конечно, догадываюсь, кому именно было это сказано, но действия этой бабушки поражали. Пусть у неё в крови и есть упоминание о древней расе, но она же сама сказала, что ничем от обычных людей не отличается, а ведь прикрикнула она всё-таки на вампиров. Бабуля поймала мой непонимающий взгляд и усмехнулась.

— Молодёжь! Моя кухня, мои правила. Так ещё старый Князь велел. А вампиры, пусть и под новым началом ходят, старые порядки уважают. Ты глазами не хлопай, а лучше пей. Бабка твоя мою настойку хвалила в своё время.

Вот оно как, а я думала, что это гномы постарались. Настойка действительно была хорошая. Крепкая правда настолько, что у меня после третьего стакана в глазах уже двоилось, но отказывать хозяйке кухни я не стала, тем более что, скорее всего, меня ждёт увлекательная история моей покойной родственницы. И Красимира не подвела, она действительно стала рассказывать. Иногда прикрывая глаза, словно вспоминая, а иногда и в меня вглядывалась, словно что-то пыталась найти в отражении моего взгляда.