Глава восьмая. Поцелуй меня в бородавки
Глава восьмая. Поцелуй меня в бородавки
Я спустилась, глотая новости, которые комом встали в горле. Красивая лестница извивалась, я спускалась по ней, понимая, что не знаю, что делать. Мысли путались, сплетались, утомляя и заставляя от них отмахиваться, как от назойливых фей.
За одной из дверей отчетливо послышался голос Мелюзины. «А теперь я расскажу вам историю принца-лягушки! О, это был маленький гаденыш, но все-таки я его сумела проучить! Я его женила!». Я приоткрыла дверь, заходя в класс, который только-только восстановили после моего «пибэди».
Меня встретили тишиной, а я спокойно села за парту, доставая из кармана новую палочку. В сердце сверкнула волшебной искоркой надежда на то, что мне удастся снять собственное проклятие и вырваться отсюда, если я смогу хоть немного научиться магии. Если честно, то я сначала не поверила, но дракон как-то убедил меня в том, магический дар у меня все-таки есть. И судя по тому, как я начинаю ерзать на стуле, место его нахождения вполне очевидно. Стоило мне подумать об этом, я почти отчетливо услышала шаги за дверью.
Алый плащ яркой вспышкой мелькнул перед глазами, а я схватилась за палочку. Если что я знаю парочку хороших заклинаний, например «а правый глаз у тебя лишний»!
— Мелюзина! — послышался надменный голос, а все феи встали с места, учтиво поклонившись. Я же осталась сидеть на стульчике. Не все мои решения правильные, но это – решения личности. – Я требую, чтобы ты сейчас же сотворила карету и бальное платье.
Я смотрела на его величество. На счет кареты, ладно! Туда, куда я его послала путь не близкий. А вот «и бальное» платье меня настораживает.
— Немедленно! – гневно произнес Оберон, а я смотрела на него, не понимая, к чему он клонит. Нет, милый, карета там не пройдет! Там пешком придется идти! – Встань!
Он это мне? Я осмотрелась по сторонам. Это он кому? Кто тут позволяет разговаривать с собой в таком тоне? Нет никого? Странно.
— А что означает «и бальное» платье? – прищурилась я, недовольным взглядом глядя на его величество. — Пока не объясните, я даже с места не сдвинусь. И бал вам в зал!
— Встань, — уже чуть мягче произнес король, а я демонстративно отвернулась к окну, делая вид, что меня это никак не касается. «И бальных» платьев мне не надо! Мне и в шортах очень даже удобно. Браслет сверкнул на моей руке, вызывая завистливые взгляды соучениц. Извините, я слегка оглохла… За окном красивые кустики, видали? Особенно тот, с голубыми цветочками.
— Колдуй так, — милостиво разрешил король, а Мелюзина забегала глазами. – Представь, что это – твоя крестница… Быстро. Чтобы через пять минут она была одета в то самое роскошное платье, в котором Золушка была на балу! Меня не устраивает то, в чем она одета!
— Я понимаю, что чем длиннее платье, тем медленнее бегает девушка, — произнесла я, глядя на него. – Но раз платье «и бальное», то в полночь оно будет снято, а девушка без платья бегает куда быстрее, чем в платье.
— Одну минутку… Сейчас-сейчас, — занервничала фея, тряся палочкой, из которой сыпались искорки. – Сейчас припомню… Кажется…
— Если кажется, в глазки капать надо, — насмешливо произнес Оберон, пока я всем видом подчеркивала, что слабо с ним знакома.
— Погодите, — занервничала Мелюзина, пока я с усмешкой ждала «и бальное» платье. – Из головы вылетело! Упорхнуло! Так, я не помню, это заклинание для кареты или платья? И там и там есть… Сейчас-сейчас! Или карета, или платье…
— Раз, — произнес Оберон, а Мелюзина взмахнула палочкой. Я с ужасом представила себя четырехколесной, двух дверной, с отличной подвеской «и бальной» каретой. – Два…
Послышалось сбивчивое заклинание, а я расширила глаза от ужаса. Оберон держал руку с палочкой Мелюзины, которая моргала, поглядывая на дырку в стене над моей головой.
— Вон отсюда, Мелюзина, — произнес Оберон, а я напряглась, видя, как старушка трясет палочкой, уверяя, что просто она барахлит. – С этого момента я лично буду обучать вас.
Где-то собрались плохие новости, крича наперебой: «Можно я первой пойду!». Зато я теперь точно знаю, как одна плохая новость гаденько потирала ручки: «Зато я ее добью!». Обведя взглядом фей, который побледнели, переглядываясь, Оберон задумался.
— Итак, урок первый. Принцы обычно плохо заканчивают, — произнес он, а я отклонилась на спинку стула. – Вопросы есть?
— А вы лично проверяли? – поинтересовалась я, почему-то не сводя с него глаз. — Простите, а у меня вопрос. Как к вам обращаться, многоуважаемый педагог? Ваше величество?
— Все могут меня называть по имени, — произнес Оберон, глядя на меня. Мужская самооценка мечтала меня задушить на месте. – А та, кто спросила, исключительно ваше величество. Сегодня я покажу вам заклинание, которое обращает смертного в жабу. Для чего оно нужно?
— Чтобы проучить кого-то! – пискнула фея с первой парты, облизывая взглядом высокую фигуру. – Или наказать!
— Чтобы он согласился на крестницу! Мы превращаем его в жабу, а он рад любой, кто его расколдует! – быстро сообразила еще одна фея, пока я демонстративно изучала пейзажи за окном, обиженно поджав губы.
— Запомните, — приказал Оберон, заложив руки за спину. – Людям нельзя доверять. Крылья феи используются в магических ритуалах и зельях. Пыльца с крыльев фей – один из важных ингредиентов. В последнее время он стал очень редким. А вот головы несостоявшихся магов, любящих ценные ингредиенты, стали очень распространенным трофеем дикой охоты. За такое я сразу обезглавливаю. Но я хочу, чтобы вы тоже умели себя защитить.
— Ваше величество! – влетела стража. – Фея… Принц похитил фею для своих утех… Она в магической камере, во дворце… Ей чудом удалось передать послание… Он оторвал ей часть крыла, чтобы она не улетела…
— А вот и еще один пример, почему я ненавижу людей, — ледяным голосом произнес Оберон, растворяясь в воздухе. Феи повскакивали со своих мест и бросились в коридор. Я пошла вслед за ними, чувствуя, что добром это дело не кончится.
В тронном зале собрались феи, и, судя по заостренным ушам, эльфы, ожидая чего-то, к чему его не успела подготовиться моя психика. «Слыхали, что он отрезал ей крыло!», - шептались зрители, а я чувствовала себя странно. Почему он лично решил обучать нас? Женская самооценка взяла перо, в надежде, что на этот педагогический подвиг сподвигла его моя скромная персона. Я прищурилась, поглядывая по сторонам. Мы все чего-то ждали.
Роскошные двери распахнулась, к трону шел Оберон, волоча за волосы какого-то молодого мужчину. Золотая корона упала и покатилась к ногам зрителей, а лицо короля фей было искажено ненавистью.
— На колени, — произнес король фей, бросая принца на подходах к трону. Я видела, как один из стражников вносит дрожащую фею, укрытую покрывалом. У нее было только одно крыло, а вместо второго виднелся кусочек… Она дрожала всем телом, прижимаясь к нагруднику стражника. Ее пронесли мимо нас, и было отчетливо слышен ее дрожащий голосок: «Я больше никогда не вернусь в мир людей… Никогда… Мое крыло… Зачем он оторвал его? Оно было красивым… Мама говорила, что у меня самые красивые крылья… Я ничего не сделала… Я просто … просто собирала цветы в лесу… ».
Я видела, как кровавая река плаща стекала по ступеням роскошного трона, увитого цветами и сверкающего драгоценными камнями. Принц лежал на полу в позе эмбриона и орал так, словно «и бальное» платье пришлось ему впору.
— На колени, — процедил Оберон, усаживаясь на трон, а принц выл, прижимая руки к животу.
— Вы за это поплатитесь! – рычал принц, пока я смотрела на сверкающую корону, лежащую возле моих ног и разметавшиеся по полу волосы. Дорогая одежда сверкала драгоценным шитьем, тонкая сорочка виднелась из-под камзола. – Я – сын короля! Мой отец уничтожит вас всех, проклятые нелюди!
Я смотрела на жабу, не веря своим глазам! Почему я раньше не знала такого заклинания?
— Не забудьте указать время, на которое превращаете в лягушку, — послышался насмешливый голос Оберона, пока принц-лягушка уползал в какую-то щель. – Иначе только поцелуй. Вполне достаточно не говорю про любовь, достаточно, чтобы человек нравился.
— То есть не нужно, чтобы была неземная любовь? – тихонько переспросили феи, удивленно переглядываясь.
— Ваше Величество! – послышался голос стражника, а Оберон посмотрел на него. Брови его сошлись на переносице, а стражник учтиво поклонился, едва не звякнув мечом об пол. – Король Эдиваль Мудрый уверен, что фея похитила принца, поэтому отдал приказ искать всех фей королевства.
— Значит, папаша был осведомлен об утехах сына? – послышался голос, от которого всем вдруг стало неуютно. – Это меняет дело. Думаю, что придется отрезать корешок родовому древу. Девочки, идите в сад. Тренируйтесь, пока я не вернулся. Запомнили заклинание? Вечером каждая из вас мне его продемонстрирует. Если принц будет себя плохо вести, зовите стражу! Не позволяйте ему убежать. Иначе у вас будут большие неприятности!
Алый плащ пронесся перед глазами, а я проводила его гадом. Хотела взглядом, но как получилось.
— Я его не буду брать в руки! – скривилась рыженькая фея, морщась и трепеща крыльями.
— И я не хочу! – послышались брезгливые голоса. Я посмотрела на них, усмехнулась, подняла жабу и золотую корону, которую лихо напялила себе на голову.
— Ничего себе! – прошептали феи, восхищаясь такой стойкостью. Почему бы и нет? Подружиться с однокурсницами, чтобы побольше разузнать о мире фей – неплохая идея.
— Хи! – послышалось за моей спиной, пока я несла его бородавочное величество в сторону полянки, освещенной нежно-лиловым светом волшебного солнца. – Если он что-то съест у нас, то останется здесь навсегда! Посмотрим, как он мучается от голода!
— То есть смертным нельзя здесь ничего есть? – настороженно спросила я, чувствуя, что пояс на талии затянулся вместе с вынужденной голодовкой. Да ну его… Мой взгляд упал на жабу. Да ну его в жабу такие перспективы! Нет, я к диетам привычная. Пять дней могу голодать спокойно! Это уже второй день я тут без еды? Нужно выбираться отсюда.
— Нет! А они, глупые, не знают! – хихикнули феи, пока я сбрасывала принца на траву. Принц вместо того, чтобы сидеть ровно, тут же бросился скакать. Теперь при мысли о том, что к кому-то прискакал принц, конь мне представляется с трудом.
— Лови его! Он сейчас ускачет! – азартно кричали феи, а кто-то из них пустил заклинание. Принца подбросило, а он упал в фонтан. Через минуту там сидел мокрый рабовладелец, сплевывая длинные волосы, облепившие лицо.
— Я! Я! – закричала светловолосая фея с буклями волос, размахивая волшебной палочкой. Принца снова подбросило, а он хлюпнулся в фонтан. – Получилось! Получилось!
Я смотрела на эту детскую радость, слыша кваканье. Через несколько секунд в воде снова сидел принц.
— Да как вы смеете …, - начал он, а в него снова полетело заклинание, и он снова шлепнулся зеленым оладушком в воду. – Ква! Ква!
Пока феи развлекались, я шевелила губами, пытаясь запомнить заклинание. Принц сплевывал воду: «Я вас … ква, ква! Маленькие … Ква! Феи! Да вы знаете кто мой … Ква!».
Пока феи резвились, я задумчиво сидела на траве. Значит, Оберон проклял меня. Зачем? Почему я? Мысль о проклятии не давала мне покоя, а я перебирала браслет, глядя, как сверкают камни в магическом свете.
— Не вертись, или мы тебя проклянем! – веселились феи, поочередно превращая его в лягушку.
— Придворный маг… ква! Снимет любое прокля… ква! – возмущался принц, пытаясь вылезти из фонтана.
Среди людей тоже есть маги! И они смогут снять проклятие. Наверняка смогут! И тогда я буду свободна! Правда сначала нужно будет покинуть волшебный мир, а потом найти того, кто возьмется за это.
— Твоя очередь! – рассмеялись мне на ухо, а я смотрела, как принц встает во весь рост. – Быстрее! А то он уже много чего обещал!
Я осмотрелась по сторонам, достала палочку. «Ну! Быстрее!», - торопили меня феи, пока я вспоминала заклинание. Принц встал во весь рост, а с него стекала вода. На плечах лежали листья кувшинки, напоминая погоны.
— Ала ка… — начала я, но тут же позади меня послышался визг. Феи бросились в рассыпную, превращаясь в огоньки. «Моя маленькая бабочка…», - послышался шепот, пробирающий меня до кости, словно мороз. Меня резко схватили сзади, а я не успела договорить заклинание, чувствуя, как палочка выскальзывает из рук, вращается, рассыпая волшебные искры, а мне в грудь ударяет заклинание.
— Стража! – пищали феи, пока к нам спешили стражники. Я чувствовала, как меня подбрасывает в воздухе, и я падаю кувырком прямо в траву. Я попыталась встать на ноги, но не смогла, отгребая среди высокой травы наобум. Быстрее! Быстрее! Я видела траву, цветы, ветки, чувствовала, как шлепаюсь на землю.
— Что произошло? – слышались голоса откуда-то сверху, пока я чувствовала, как мне что-то мешает скакать. – Он опять явился? Где еще одна? Где принц? Найти принца!
Я чувствовала, как меня кубарем несет вниз по откосу, как кувыркает в воздухе, а потом мое тело погружается в воду. Что-то сверкающее плывет рядом со мной, опускаясь на дно. Я протянула руку к свету, который проходил сквозь толщу темной воды, а вместо нее была лапа с перепонками. Я задержала дыхание, отчаянно пытаясь выплыть. Мое тело коснулось чего-то мягкого и склизкого, а рядом упал, поднимая облака ила, мой браслет. Лежа на спине, я пыталась понять, как же так получилось. Я не слышала ни голосов, ни других звуков, панически пытаясь выплыть… Давай, царевна-лягушка! Давай!
Мои лапы разводили воду, а я пыталась плыть, как учили в детстве, но пока что без успеха. «Вспоминай, как плавают лягушки!», - пронеслось у меня в голове, пока я барахталась. Что-то мне подсказывало, что я – первая лягушка в местных болотах, которая пытается плавать брасом. Ничего! Свет уже близко! Давай! Я додумалась отталкиваться задними лапами, понимая, что рано или поздно я всплыву. Если будут спрашивать, то меня зовут Офелия! Я вынырнула, пытаясь плыть к берегу, где виднелись живописные заросли. Через десять минут я вывалилась на берег. Судя по тому, как я пыталась добраться до травы, я – не лягушка, я – змейка…
— Обыскать все! – послышался голос вдалеке.
— Она не сказала время, на которое превращается в лягушку! – наперебой кричали феи. – Какой кошмар!