Глава 12

— Как там говорят русские? Я надену все лучшее сразу? — иронично заметил Хен.

Я усмехнулась. Пиратский челнок выглядел новеньким, прямо «с иголочки».

— Он, что, последнего поколения? — обернулась я к Диреллу.

— Ага, — кивнул фельрианец. — Посмотри. У старых форма немного более узкая, скорее похожая на дельфина. А этот круглее, и нос более вытянутый. Выглядит как птица со сложенными крыльями. Это, действительно, новая конфигурация. За счет особенных потоков внешнего поля летит быстрее, но при этом гораздо более комфортабельный. Прогулочный челнок новой модернизации. Его только начали внедрять в туристических целях.

— Странно. Я думала, пираты что захватили — на том и летают. Неужели уже и такие челноки умудрились угнать? — удивилась Верка.

— Ты плоско и клишированно мыслишь, — ответил Хен. — Не все до единого пираты находятся в розыске содружества. Есть те, кого в лицо мы пока что не знаем. И они вполне способны купить прогулочный челнок. Это же не военный корабль, тут документы и разрешения не требуются. Пришел в специализированный магазин, выбрал, тебе подогнали… Делов-то…

— Выпендриваются, как считаешь? — спросила я у Хена.

— Или хотят выказать нам уважение. Посмотрим, что будет дальше… Выводы делать еще рано…

— Я подстраховался, — сообщил Дирелл. — Поставил на пушках время до выстрела пятнадцать минут. Если до этого момента не нажму на портативном пульте отмену — халкот пиратов отправится в последний полет, к Артархху! Отрубить пушки могу только я. Живой, невредимый и спокойный. Иначе пульт заблокируется намертво. И быстро взломать его никак не получится…

— А ты сможешь с их корабля все отменить? — уточнила я.

Дирелл кивнул.

— Я ж не самоубийца! Я-то к Артархху не тороплюсь! Идем. Они уже зашли в стыковочный ангар.

Хен двинулся первым. У фельрианцев было принято, чтобы командир всегда шел впереди остальных. Следом за ним устремился и Дирелл, а уже последними — мы с Веркой. Невзирая на договоры с пиратами, Рарби с Редланом защищали нас грудью. Как настоящие мужчины и воины…

Возле челнока в стыковочном ангаре выстроились богемцы: красивые, беловолосые, синеглазые, как на подбор. Даже ростом практически одинаковые.

«Прям почетный караул…» — усмехнулась Верка по мысленной связи с моим эктом. — «Капитан-то походу кастинг устраивал… «Все равны как на подбор»…»

Хен и Дирелл тоже заметили и внешность встречающих, и их наряды: все они были одеты в темно-фиолетовые комбинезоны. Нечто вроде нашей формы, только без знаков отличия и принадлежности к подразделению.

Нам открыли двери, а мне с Веркой даже помогли подняться по трапу.

…Спустя пару минут мы сходили с этого трапа уже в ангаре пиратского халкота.

Огромное помещение было полупустым, в отличие от нашего. У нас одних только прогулочных, разведовательных и спасательных челноков стояло в таких ангарах куда больше. Не говоря уже об истребителях, линкорах, штурмовиках…

Таких же новеньких кораблей, как тот, что доставил нас, здесь практически не было. Большая часть выглядела видавшими виды, некоторые — и вовсе просились на свалку, как на честно и непросто заслуженную пенсию. Были получше. Но все равно не настолько нулячие.

Сопровождающие жестами пригласили следовать за ними.

Мы двинулись из ангара по широким бежевым коридорам. Халкот оказался добротным и комфортабельным. Впрочем, чего же еще ожидать от корабля командира и предводителя?

С разных сторон к нам присоединилась разношерстная компания: фельрианцы, богемцы, местанцы и даже армирцы. Одеты все уже были кто в лес, а кто по дрова. Мелькали те же фиолетовые комбинезоны. Но также и футболки с брюками, комбинезоны других расцветок, явно добытые у военных и полицейских, кафтаны с рубашками и кожаными брюками. Каждый наряжался в меру своей фантазии.

Пестрая компания довела нас до одной из кают. Самой большой, как мне показалось, если ориентироваться на расстояние между помещениями.

Один из сопровождавших нас от самого халкота богемцев, постучался. Причем, каким-то особенным стуком. Два коротких удара, три — с длинными промежутками, еще три коротких и еще два — с заметными паузами.

Дверь открылась, и нам улыбнулся черноволосый богемец. Красивый, одетый в кафтан, свободную белую рубашку и темные брюки. Ну, прямо аристократ космического века.

Его темно-синие глаза изучающе уставились на нашу компанию, и, мне показалось, на мне взгляд капитана задержался подольше. Подумалось: наверное, догадался, что я — жена адмирала Эрделла Форенса. Сотрудники базы МЧС в сети не мелькали, как, впрочем, и их ближайшие родственники. Закрытый объект, и вся информация о нем засекречена. Но у пиратов, наверное, есть свои источники информации… Иначе как они узнают — когда и где пройдет транспортник с ценным грузом?

— Проходите, — капитан указал нам на удобные мягкие кресла с массажным эффектом.

Они были расставлены вокруг стола, накрытого как будто для праздника. Причем, в основном, предлагались земные деликатесы. Салат из креветок, лобстеры, картошка особого приготовления со специями с планеты Тикатта. Они придавали необычный, чуть сладковатый пикантный вкус.

Впрочем, были тут и фельрианские мясные шарики, обжаренные в солено-остром соусе.

Даже чай! Хотя травяные напитки и алкогольные тоже обнаружились в красивых граненых графинах. Из аннадарского кварца, кто б сомневался.

Все стены покрывали затейливые вьющиеся растения с разных планет. Живые! Усыпанные пестрыми соцветиями разных размеров: от крошечных, с булавочную головку до громадных, с голову гуманоида.

Это помещение можно было назвать некоей космической беседкой для приятного общения.

Хотя ничего приятного я от нынешней встречи не ожидала. Ладно бы, полезное, и этого достаточно.

Спутники тоже во все глаза озирались. Заметили и сводчатый потолок, и барельефы на нем в виде кораблей, звезд, планет. Они… менялись местами, словно плыли на фоне однотонного материала отделки. Планеты вращались вокруг своих звезд. Корабли проделывали изящные фигуры в космосе…

Ага. Голографические картины! Очень модно, эффектно и очень дорого…

— Неплохо нынче живут с разбоя! — фыркнул Хен.

Пиратский капитан не обиделся. Выдержал недолгую паузу. Дал своим подчиненным команду уйти, одним быстрым и отчасти небрежным жестом. Так король отпускает своих подданных. Или богемец просто рисовался, как часто делали мужчины нашей расы. Это практически было у них в крови — нет-нет, да и пустить пыль в глаза. В любом случае, пираты исчезли за дверью, и капитан захлопнул ее наглухо.

— Как видите, я вам доверяю. Вас четверо, из которых двое — могучие фельрианские воины с огромным опытом и уникальными навыками. Я знаю про Кархена Редлана и Дирелла Рарби. Плюс интуитки, которые любую неприятность от меня почувствуют раньше, чем я сам соображу — что следует предпринять.

— Ну, ваша свита ведь дежурит за дверью! Случись с вами что — мы живыми не выйдем! — парировал Дирелл.

— А у вас, наверняка, в кармане портативный пульт от орудий? Не ошибаюсь? — спокойно уточнил капитан. — Какое там время до выстрела? Минут десять? Пятнадцать? И если с вами что-то случится, нам ваши пальцы и поле уже не помогут?

— Вы можете сделать маневр, — зло отозвался Дирелл — фельрианцу явно пришлось не по душе, что пират разгадал его хитрость.

— Да. Но, я уверен, столь опытный воин, как вы, расставил пушки так, чтобы и при маневрах силовые взрывы нас зацепили? Да и ваши друзья из полиции, наверное уж, не станут спокойно ждать, пока мы тут вас убиваем? Кархен? Ваш экт на связи с Грентлером Вардисом?

— Не думали же вы, что мы станем доверять космическим разбойникам? — вскинул голову Хен.

Я сделала ему знак: мол, хватит уже!

Капитан только криво улыбнулся.

— Спасибо, Дэнна. Мне говорили, что вы необыкновенно пленительная женщина… Но я и подумать не мог…

— Послушайте. Давайте без комплиментов и расшаркиваний, — деловито произнесла я. — Сразу. Чем вы можете быть нам полезны?

— Меня зовут Борис Мердис. Я не стану убеждать вас, что мы атакуем только суда крупных корпораций, для которых это не особо потеря. А также проворовавшихся чиновников…

— Робин Гуды прям! — фыркнул Хен.

Я осуждающе на него посмотрела.

— В общем. Не стану пытаться заставить вас нас понять. У меня нет такой цели. Да и вызывать симпатию мы не планировали. Смотрите, — Борис развернул изображение из виртуального экрана своего экта. — Вот тут исследовательская станция. Один из наших во время патрулирования территории попал вот сюда. Не совсем рядовой. Хороший капитан подразделения с отличной командой. С тех пор его никто не видел. Корабль не нашли ни разбитым, ни целым. Никаких следов спасательных челноков или чего-то подобного не обнаружили…

— Пирата можно просто похитить и упрятать в тюрьму. Это вам не адмирал МЧС, — кивнул Дирелл.

— Ага, — согласился Борис. — Это мой лучший капитан и мой родственник. Так что я в деле. А вот теперь о том, чем я могу быть вам полезен. Благодаря нашим связям… кхм… в некоторых структурах содружества…

— Купленным чиновникам? — вскинул бровь Дирелл.

— Я не буду это комментировать.

— Почему-то я и не сомневался!

Я еще раз сделала фельрианцу знак «ша!».

— Значит так. На исследовательской станции разрабатывали методику создания мощных пространственных ускорителей из одного конца Галактики в другой. Причем стационарных, чтобы прошли большие грузовые корабли и даже…

— Передовые военные космостанции! — догадалась я. — Поэтому еще проект так засекречен.

— Верно! По нашим данным ученые предупреждали чиновников, руководивших проектом, что не все еще готово к масштабному эксперименту. Да и участок космоса для испытаний не до конца исследован и осмотрен. Ну, сами понимаете, силовые аномалии, магнитные аномалии, электромагнитные бури… Все эти поля влияют…

— Да. Но заинтересованные чиновники торопились доложить руководству содружества, что все сделано? — вклинилась Верка.

— В точку! Армирский туристический транспортник вырулил в этот сектор потому, что по пути следования наткнулся на меняющую конфигурацию звезду. Что уж там случилось, я не ведаю. Но, видимо, капитан, счел этот маршрут более безопасным.

— И попал в эпицентр эксперимента? — нахмурился Хен.

— Да. По нашим данным три оператора станции отвечали за то, чтобы корабли не залетали в опасную зону. Они же должны были давать случайным судам координаты облета.

— Но что-то пошло не так? — подсказал Дирелл.

— Верно. Один из операторов был чем-то занят. Чем конкретно, информации нет, но, видимо, не по службе. Потому что именно его все и прикрывают.

— Одного оператора? Мелкую сошку? — недоверчиво прищурился Хен.

— Да. Потому что эта мелкая сошка — сын одного из чиновников Аппарата Управления Президента Содружества.

— О-у… Туше, — вздохнула я.

— Да. Так вот. Возможно, был с бабой, возможно, пил, или что-то еще. Мало ли дел у избалованного сыночка отца, который все ему позволяет? Или вчера пил, а сегодня не встал…

— Короче, два оператора не справились с ситуацией! — вклинился Хен.

— Не совсем так. Одному стало плохо. Это местанка, и у нее случился местанский грипп. Тот самый, который внезапно подступает, начинается с сильного головокружения, тошноты, жара и очень плохого самочувствия. Не заразен. Но больной вырубается сразу и выходит из строя очень надолго.

— Ага. Значит, в тот момент оставался один дежурный оператор.

— Да. И он метался между «Гаа-тлом» и большим грузовым транспортником одной крупной компании. Могу дать название, если хотите…

— Нет, если это неважно для дела. Я так понимаю, именно его и выслеживала ваша суперкоманда, которая угодила в переделку из-за исследований? — ответил Дирелл.

— Верно. В общем, оператор одновременно давал команды обоим кораблям, которые находились в разных концах сектора.

— То есть, либо переключал экраны с изменением масштабирования всякий раз, либо метался от экрана к экрану? — покачал головой Хен.

— Метаться он не смог бы — операторы разных секторов сидели в разных помещениях.

— О-о-о… — выдохнул Хен. — Дайте угадаю. Перепутал масштаб и дал не те координаты армирскому кораблю?

— Бинго!

— «Гаа-тл» подал сигнал бедствия? — кивнул Хен.

— Да. Но на исследовательской станции уже поняли, что произошло. И решили все поскорее замять.

— Поэтому солгали местной базе МЧС, будто бы сигнал ложный? — догадалась я.

— Верно.

— Но Эр решил-таки все проверить…

— Да. Ваш муж — выдающийся военный и очень порядочный гражданин… Он, действительно, полетел все проверить. Его халкот угодил в образовавшуюся во время неудачного эксперимента аномалию. Эрделл Форенс спасся в челноке. Но, думаю, он что-то видел или слышал на тему «Гаа-тла». Доказательства, что транспортник погиб не в результате эксперимента, а из-за халатности родственника высокого чиновника… Который прогуливал смену… А официально находился на посту…

— Да уж. Ситуация та еще, нет спору… Но ведь проверить, что все сигналы кораблям подавались с одного экта — как нечего делать… — рассудил Хен.

— Нечего делать. Ага. Если пробраться на засекреченную, со всех сторон охраняемую исследовательскую станцию. Насколько я понял, детективов, которые расследуют дело, туда не пустили под предлогом тайны важного эксперимента.

— Но они же могут пробить разрешение! — вмешалась я.

— Могут. И, думаю, что непременно пробьют. Но сколько пройдет времени до этого момента?

— Достаточно, чтобы уничтожили все доказательства? Если те еще живы, в принципе? — выдохнул Дирелл.

— Нет! Доказательства все еще на станции! — вмешалась я. — Мой бывший муж, Идлис Маковский, говорил, что все записи с подобных объектов фиксируются центральными эктами в Академии наук. Чтобы стереть их нужно: во-первых, получить разрешение из Академии и от руководства содружества, во-вторых, дождаться пока сама система позволит в себе покопаться. А она обязательно хранит информацию не меньше семи месяцев!

— Еще месяц! — вскрикнул Хен.

— Меньше. Где-то недели три, — поправил его Борис. — Думаю, что разрешение папаня космического хулигана уже выбил. Ждут только возможности вклиниться в систему. И до этого момента…

— Надо добыть доказательства! — выпалила я.

— Да. Другого варианта мы не нашли. В секторе все подчистили еще задолго до появления служителей правопорядка. Если бы не свидетели…

— Так Эрделла и ваших этих… коллег… — Борис усмехнулся тому, как Хен вдруг обошел слово «бандиты» на пользу общего дела. — Их держат для свидетельства в суде?

— Думаю, что так. Если их не убьют до процесса. Насколько мне известно, за ними посланы весьма грамотные ребята… Которые умеют «работать с опасными для кого-то свидетелями»…

— Нам нужно проникнуть на исследовательскую станцию? — уточнил Хен. — Но почему вы сами-то этого не сделали? У вас есть халкоты класса «Тень»… Они легко обманут любую аппаратуру.

— Сейчас сектор охраняет такая туча военных… И полицейских из разных подразделений…

— Ага. Те, кто хочет все скрыть, и те, кто хочет все выяснить… Поэтому вам туда соваться нет смысла, — догадался Дирелл.

— Да. Наши корабли знают. И появись любой из них… Даже в невидимом режиме… Вы ведь в курсе — пусть с опозданием, но удаленные нанодатчики все равно сообщат о нашем продвижении в то место… Нас ждут и догадываются о нашей заинтересованности…

— Вызовут подкрепление, как пить дать. Тогда что же вы нам предлагаете? Мы не сможем взять штурмом такой защищенный правительственный объект… — с сомнением произнес Хен. — Тут даже Грент вряд ли поможет. Наперерез бросят армию, спецназ, космических пехотинцев…

— Я предлагаю действовать сообща. Не столько силой — сколько хитростью и ловкостью. Полиция ведь нас ищет? Так?

— Да.

— Знает, что мы хотим вызволить своих?

— Допустим.

— Знает, знает… Мы выяснили… Так вот. Мы отвлечем внимание на себя и оттянем часть армейских подразделений. Потом покажем — сколько нас — и оттянем еще. Ну а оставшиеся — уже ваша проблема. Что скажете?

— План очень рискованный и очень опасный, — покачал головой Хен.

— Да. Но, если повезет, вы можете вообще под сурдинку всеобщей паники и мобилизации проникнуть на исследовательскую станцию тихой сапой. Пока за нами гоняются по всему сектору.

— Допустим. Но там же коды допуска и прочее… — все еще сомневался Хен. — Мы даже стыковочный отсек своим устройством для разблокировки не откроем. Для такого объекта придется ввести код доступа и еще какие-то дополнительные данные…

— Об этом я позабочусь. Через наши связи все выясню. Вам потребуется только незаметно проникнуть на станцию и добраться до нужного компьютера.

— Ага. И еще порядочно времени, чтобы скопировать доказательства, учитывая, что их придется еще рассекретить паролями и силовыми ключами… — покачал головой Дирелл.

— Да. Ну и что? Все пароли и ключи у вас будут. Я гарантирую! Без вопросов!

— Мы согласны! — выпалил Хен. — Если все честные полицейские содружества до сих пор не нашли иного выхода…

— И я так думаю, — кивнул Борис.

— Нам потребуется время на подготовку операции. Надо сделать так, чтобы никто ничего не заподозрил. Приурочить к обычному вылету… — задумчиво рассудил Хен.

— Это уже ваши проблемы.

— Как быстро вы получите ключи и пароли? — деловито уточнил Дирелл.

— Думаю, в течение недели.

— Время поджимает.

— Я это понимаю.

— Ладно. Тогда до связи.

— Хорошо. Я пришлю к вам своего. Точно так же, как в прошлый раз. Пожурите за хулиганство и получите информацию.

— Я понял, — усмехнулся Дирелл.

— Да! И еще! Вы должны понимать: если ваш Форенс объявится раньше, чем мы найдем доказательства и сможем обезвредить преступников… ему конец! Его обязательно убьют!

Я аж дернулась и в ужасе сглотнула. Верка опять погладила по плечу: в который уже раз за последнее время. А Хен произнес твердо и деловито:

— Значит, мы должны торопиться и одновременно искать Форенса. Если Эрделл объявится, потребуется срочно его выручать…

Я вскинула глаза на Редлана. Он выглядел спокойным, суровым и собранным. Тем самым воином, на которого, как всегда считал муж, можно положиться… Покосилась на Дирелла. Тот вообще казался просто скалой.

— Дэнна, клянусь воинской честью, мы спасем адмирала Эрделла Форенса! Я жизнь положу ради этого, если потребуется! — принес мне очередную клятву Хен.

— И я! — отозвался Дирелл.

— Дэнна… — это уже Верка подоспела в роли жилетки. — Послушай. Я уверена, все образуется…

— А если Эр вспомнит что-то не вовремя? Полетит узнавать? И его встретят киллеры?

— Я предупрежу Грента, Тоню Фарину! Всех, на кого может выйти Эрделл, если вдруг заработает память, или что-то всплывет в голове. Чтобы каждый сразу же вызвал подмогу… — пообещал Редлан.

— Хе-ен… — у меня не хватало ни слов, ни сил, ни эмоций.

— Дэнна, успокойся. Все будет хорошо. Мы уже практически у цели. Нельзя сдаваться! Надо собраться и действовать!

Я выдохнула, постаралась взять себя в руки. Хотя внутри все потряхивало, холодный ком упал в желудок, шею свело. Меня так уже очень давно не колбасило.

Проклятье! Я и Эрделл опять бежим наперегонки со смертью, и костлявая не устает читерствовать. Действует через тех, про кого муж, возможно, не помнит, а то даже и не догадывается! На ее стороне продажный чиновник, который защищает своего горе-сынка! На ее стороне — время, в конце-то концов! Эрделл может вспомнить все в любую минуту! Случайно рвануть не туда!

О, господи!

Верка потянула меня на выход, потому что я словно окаменела и не могла даже шага сделать. Осторожно подтолкнул Хен, и Дирелл взял под руку.

Мы направились к дверям каюты, и капитан лично пошел нас провожать. До самого стыковочного ангара. Я шагала на деревянных ногах и лишь к концу путешествия хоть немного очухалась.

Стоп, Дэнна! Чего ты раскисла?! Сейчас совершенно не время, чтобы раскваситься!

Надо сконцентрироваться и действовать! Именно так всегда делал Эрделл! И если мы хотим выручить мужа раньше, нежели его попытаются устранить, мы просто обязаны поступать также.

В знакомом ангаре ждал все тот же «почетный караул» богемцев в фиолетовых комбинезонах.

Я собиралась забраться в челнок, когда руку задержала сильная ладонь Бориса. Я вскинула на него глаза. Хен и Дирелл замерли, следя за пиратом, готовые в любую минуту вмешаться. Борис видел это, но не отпустил меня.

— Дэнна… — он прочистил горло. — Если когда-нибудь вам надоест унылая жизнь с солдафоном… Вам нужно только отправить по экту сигнал вот сюда. И я найду вас…

На мой экт прилетел зашифрованный ключ. Такие давали военные, полицейские, чтобы сообщение хранилось в сети, в одном только адресату известном месте. Тот приходил — и читал…

Борис еще раз прокашлялся. Секунду не отпускал, глядя прямо в глаза так… что я все понимала. Все-все-все… даже слишком…

Затем убрал руку с моего локтя, и я торопливо нырнула в челнок…

А когда мы выходили уже у себя на халкоте, Хен скривился и произнес:

— А этот пиратишка на тебя прямо запал. Весь разговор только и пялился, только и флиртовал. «Если надоест жизнь с солдафоном…», — передразнил он Бориса. — Вмазать бы ему по смазливой роже.

Я усмехнулась.

— Забей. Сейчас главное дождаться от него информации.

— И собрать команду парней, которым можно доверять и которые сумеют провести операцию на станции, — вклинился Дирелл.

— Да-а-а… — задумчиво кивнул Хен, направляясь в рубку управления. — Нужны особенные ребята. Те, которым не страшно подставить спину. Как в старые времена, на войне…

А я вдруг вспомнила прием новобранцев в ряды МЧС города Ледяной…

Эрделла, который непременно лично общался с каждым из них…

И то, как наблюдала все это на экране рабочего экта мужа…

Новобранцы выстроились перед Эрделлом: все, как один. Фельрианцы, в основном. Но богемцы, местанцы и армирцы здесь были тоже. И их стало больше, как и просил муж. Стараться вовлекать другие расы в защиту содружества, дабы и они ощущали свою причастность. Не чувствовали себя изгоями, понимали и принимали доверие со стороны руководства государства и самых закрытых военных структур.

— Вольно! — разрешил Эрделл и, как обычно, прошелся вдоль рядов, задавая всем один и тот же вопрос. Я знала его наизусть.

— Зачем ты пошел служить в МЧС содружества вольных планет?

Несмотря на «Вольно», ребята чеканили каждое слово.

— Хочу служить своей стране!

— Хочу быть полезным отечеству!

— Хочу защищать граждан, попавших в беду!

— Хочу выручать тех, кому плохо!

— Хочу стать заслуженным, как и вы, и иметь доверие такого же уровня!

— Хочу дослужиться до генерала МЧС, чтобы в нашей Галактике стало безопасно…

Эрделл каждого хлопал по плечу, улыбался.

Но лишь одному пожал руку.

Он на вопрос задумался, вскинул глаза к небу, а затем посмотрел на мужа.

— Я не могу точно сказать. Призвание, наверное. У меня получается, я это умею лучше многих. И хочу делать свою работу так, чтобы ни мне, ни моим близким не было стыдно. Наверное, я просто хочу хорошо делать свое дело. То, что получается лучше всего…

Когда Эрделл вернулся в свой кабинет, я первым делом спросила:

— А почему ты особенно отметил того фельрианца? Ну который сказал, что просто хочет хорошо делать свое дело…

Муж присел в рабочее кресло и сложил руки на столе.

— Видишь ли, моя маленькая калханка… Его цели — самые реальные и самые правильные.

— Кхм… А почему? Чем патриотические цели хуже? Служить государству, стране, согражданам. Разве не это самое наивысшее проявление патриотизма? Разве это плохо?

— Да нет, конечно… Неплохо. Нет спору. Просто я очень давно живу, Дэнна… — он взял мою руку и погладил пальцы, задумчиво глядя в глаза. — Я слишком многое видел и слишком много государств на моих глазах появлялись, исчезали, образовывались, воевали. И уж если я что и усвоил… Так это то, что самые благородные и мощные патриотические чувства могут рассыпаться в прах, если возникнет конфликт со страной у тебя или твоих близких. Если кто-то разочарует. Продажные чиновники, нечистые на руку начальники… Да мало ли бывает такого? В любом государстве, а я видел их сотни, подобное непременно имеет место. Человек слаб… Говорите вы, русские. Но не только человек. Фельрианцы, армирцы, местанцы и богемцы… В любой расе найдутся приспособленцы, карьеристы и лизоблюды. Знаешь, кто чаще всего устраивает революции, мятежи и, порой, если пресечь все не удалось — роняет страну в хаос и безумие братоубийства?

— Кто?

— Настоящие патриоты!

— Ну прям уж?!

— Ага. Они абсолютно уверены, что видят и понимают, как должно развиваться их государство. И готовы ради этого все разрушить. Вот только, как выражаются русские, ломать не строить. Если видишь слабые стороны конструкции дома, это еще совершенно не значит, что твой собственный дом получится крепче. Может, он — и вовсе — не простоит сутки…

— Ну допустим… А гуманные цели? Чем они хуже? Ведь они самые дружелюбные, если можно так выразиться, и самые добросердечные… Разве нет?

— И здесь ты права, моя маленькая калханка. За что и люблю тебя. Не только за то, что смотреть на тебя хочется все время, не отрываясь. Но и за ум, за интеллект, за культуру… За твою стойкость…

— И все же? По поводу гуманных целей…

— Видишь ли… Гуманные цели могут исчезнуть, если случилась беда с близкими и на душе горе. Если все внутри горит и хочется выть. Я видел такое… Тут уже не до гуманизма. Гуманизм — это удел благополучия… Удел внутреннего душевного комфорта… Когда тебе хорошо и хочется сделать всем вокруг что-то приятное, доброе. Гуманизм — оружие счастливых, по большей части. Или очень стойких духом существ. Но, ты ведь понимаешь, что последних немного?

— Но ведь не всегда же именно так! Я лично знаю примеры обратного. Когда военные медики вытаскивали раненых врагов с поля боя… лечили…

— Так и есть. Но бывают и примеры обратного. Разве нет? Ты можешь заранее угадать — как поступит тот или иной гуманоид?

— Наверное, нет…

— В том-то и дело. Чужая душа — потемки. Вот я нахватался у тебя сленга русских! Скоро забуду фельрианские присказки!

— Это не сленг, это народная мудрость. А если нацелен хорошо делать свое дело?

— Этот мотив самый железобетонный. Кхих… Опять же, как выражаетесь вы, русские. Потому что ни на чем не завязан. Лишь на внутренних установках существа. И что бы вокруг ни случилось, этот парень уверен в одном: он должен делать свое дело честно и правильно. Остальные проблемы решать отдельно. Не в разрезе своих рабочих обязанностей. Именно такая мотивация должна быть у тех, кто водит самые разрушительные для любого судна или даже планетарной станции корабли…