Глава 19

Эрделл обещал Вардису не вмешиваться: лишь наблюдать и ждать распоряжений. Но не смог. Рванул на помощь истребителю со своей Дэнной. Грент сообщил, что сам идет наперерез полицейским. Но Эрделл оказался ближе.

Подбил оба крейсера в режиме невидимости, захватил в маскировочное поле халкота и заблокировал силовыми полями.

Метнулся в ангар.

Вначале в первый крейсер, «раскупорив» двери универсальным разблокировщиком МЧС.

Такими пользовались во время спасательных операций, когда потерпевшие не в состоянии открыть сами или же просто нет времени…

Весь старый арсенал Эрделла из прежней жизни теперь был снова в его руках. Это очень воодушевляло. Он окончательно становился самим собой…

Конечно же, полицейские были готовы. Принялись палить: пятнадцать в одного. Эрделла будто посетило вдохновение. Да, на нем был защитный комбинезон, плюс балаклава. Но мощные плазменные пушки все равно могли ранить, а там…

Эрделл сразу оценил ситуацию. Коридор крейсера — узкий и неудобный. Толпой тут не нападешь. Стрелять сложно: то и дело рискуешь своих же угробить.

То, что нужно одинокому космическому рейнджеру, как выражалась иной раз Дэнна.

Включил антигравитатор и за считанные мгновения взобрался до потолка, шмольнув в ошарашенных полицейских из силовой пушки. Тех унесло на своих же. Все повалились большой грудой.

Да-а-а… Пользоваться антигравом — целое искусство. Но если ты освоишь его и натренируешься правильно двигаться, управлять телом в воздухе — станешь практически непобедимым. Жаль, что мастеров «воздушного боя» так мало даже среди полицейских и солдат.

Эрделл приземлился, выбросил силовую сеть, накрыв всех. Все ж таки армейские примочки хороши в таком случае.

Оставив обездвиженных полицейских ждать Вардиса, Эрделл метнулся во второй крейсер. Но тут уже подоспели ребята Грента с ним во главе. Двери оказались открыты, лестницы сброшены…

Внутри хозяйничали парни из подразделения Вардиса.

Полицейские сидели, лежали, вытянулись вдоль стен, обездвиженные парализующими полями.

Не зря Форенс выбросил стыковочные путы во все стороны. Иначе с халкотом класса «Тень» не соединишься, пока тот курсирует в режиме невидимости. Путы сами собой притягивались к нужным кораблям, чьи параметры введены капитаном. Хватали их и тянули к стыковочному ангару. Именно так Вардис и его парни добрались до противников раньше Форенса. Эрделл, на всякий случай, заложил в программу пут данные корабля Грента.

— Мне срочно нужно к Дэнне на помощь! — произнес Форенс, глядя на Вардиса и вдруг начиная вспоминать…

— И как я тебя сейчас туда должен доставить? — возмутился Вардис, разведя руки. — Сам посуди! Ключ от стыковочного отсека станции у Дирелла. А Дирелл уже внутри! Мы с тобой вне станции, если ты еще не заметил. И не забывай! Для того, чтобы туда проникнуть, придется, как и ребятам, взять истребитель. А если засекут?

— Мне нужно к Дэнне! — рыкнул Эрделл. — Если не поможешь, выпрыгну в челноке…

— Самоубийца ты, что ли?

— Я должен быть рядом с ней! Либо помогай, либо не мешай…

Эрделл понимал, что его требование безумное, а желание — еще более сумасшедшее. Но оставить калханку один на один с преступниками на станции он не мог. Ну не мог! Просто никак!

Только не теперь, когда все вспомнил, когда она была так близка. Только не сейчас!

Его маленькая, отважная Дэнна: хрупкая и несгибаемая, может угодить в лапы к преступникам. Ее могут обидеть, она может пострадать!

От этой мысли Форенсу хотелось головой биться о стену.

— Эрделл! Послушай меня! — Вардис взял товарища за плечи. — Включи мозги! Успокой нервы! У нас нет ключей и кодов от станции. Мы не сможем проникнуть внутрь незаметно! Никак, если не брать объект штурмом. А тогда там поднимут тревогу, и твоя Дэнна окажется в опасности.

— Почему у нас нет ключей? — возмутился Эрделл, теряя запал. В словах старого друга было рациональное зерно. Фельрианец понимал, но не хотел принимать.

— Потому что так спланирована операция. Твоего участия в ней никто не ожидал!

Эрделл немного остыл, выдохнул и посмотрел на Вардиса исподлобья.

— А с ними как-то можно связаться?

— Нет. Если что, Дирелл даст знать. Они нарочно заглушили экты и рацию…

— Да, я понял, — Эрделл не узнавал свой охрипший, надломленный голос. — На станции могут засечь чужую аппаратуру… Я понял, понял…

Он двинулся в рубку управления халкотом и упал в кресло. В ожидании и томлении.

Впервые в жизни ему, адмиралу Форенсу, приходилось ждать любимую женщину с опаснейшего даже для бывалых вояк задания. Обычно ждала она, Дэнна.

И Эрделл даже не задумывался, каково ей приходилось, когда миссия была настолько рискованной, что интуиток не брали с собой. Как она дергалась, как отслеживала малейшей сигнал связи. Как смотрела на свой экт в надежде, что, наконец-то, прилетит, разрезав пространство и отмотав тысячи километров, желанная весточка…

Эрделл схватился за голову и замер… Дэнна… Как она это выдерживала?!!

Дэнна

…В коридорах оказалось тихо и пустынно. С одной стороны это несколько успокаивало, был шанс добраться до нужного сектора без стычек с охраной или кем-то еще, с другой — становилось немного не по себе от серебристых стен вокруг, которые будто обступили нас и давили.

Мы с Веркой держались за спинами Хена и Дирелла, те же были, кажется, готовы ко всему. По крайней мере, они так выглядели.

Чем ближе мы подходили к цели, тем сильнее поджимала нервозность. Верка тоже слегка дергалась…

…Еще поворот… еще один коридор… спуск вниз на резервном лифте — бесшумном и одиноком… Новый поворот… и новый коридор… Распутье… Хен смотрит на карту — молча указывает вправо, и мы поворачиваем…

Идем… Ноги в специальных ботинках для бесшумного штурма перекатываются с пяток на носки.

Кажется, наше дыхание — самый громкий звук в этом месте… А еще редкие звуковые раздражители. Сигналы о работе станции. То одни лампочки на стенах мигали, то другие и слабо гудели, оповещая о пересменке охраны, об открытии и закрытии лабораторий… об окончании чего-то или начале. Звука тревоги не было — и ладно. На остальное — плевать.

Я старалась утихомирить нервозность. Дышала ровно: вдох выдох, вдох выдох. Верка повторяла за мной. Йога нам в помощь. Мужчины были спокойными, как скалы. Военные, что уж тут говорить. Что Хен, что Дирелл тысячу раз сражались. И, наверняка, подвергались такой опасности, что нам и вообразить сложно.

Наконец, мы приблизились к цели.

Хен ненадолго притормозил, разбираясь с диспетчерскими блоками. Грент выяснил, какой нам нужен по своим секретным каналам. Редлан сориентировался и махнул нам рукой. Мы сделали последний поворот, еще раз проехались на лифте и вышли… прямиком в лабораторию, за которой и располагалась желанная комната.

Казалось — в помещении никого нет. Но мы с Веркой дернулись одновременно…

Указали вправо — туда, где за стеллажами скрывалась почти половина лаборатории.

Хен и Дирелл метнулись и под дулами пистолетов вывели… Идлиса Маковского. Красавца-богемца и моего бывшего мужа…

Впрочем, теперь, после жизни с Эрделлом, чудилось — мы и не были в браке… Так, репетировали какие-то отношения, как в театре, играли в семью.

Ну не были мы никогда настоящей семьей: той самой, которая и опора, и тыл. И за которую стоит бороться так, как я сейчас боролась за свою.

— Подашь сигнал тревоги, прибью! — сообщил моему бывшему Хен.

Тот коротко кивнул, держа руки в жесте «сдаюсь».

— А теперь говори, только шепотом, в диспетчерской есть кто-то?

— Да, дежурный…

— Тебе надо его вывести. Позови на разговор или еще что…

— Как? Зачем?

— Мне тебе подправить плечо или ногу? — Хен был зол. Он понимал, Идлис просто неумело придуривается. Вся эта ситуация вокруг станции явно говорила о том, что местные в курсе всей заварушки. Так что вряд ли Маковский не догадывался — что нам вдруг понадобилось в диспетчерской.

— Я сказал, не придуривайся! Делай! — теряя терпение, прошипел Хен. — Уж кого-кого, а тебя мне совсем не жалко!

Идлис кивнул, осознав, что прикинуться шлангом не вышло. Двинулся в диспетчерскую.

Мы услышали разговор.

— Тань, слушай, не в службу, а в дружбу… Можешь сходить в кафе, заказать мне поесть…

— А если понадобится диспетчер?

— Обижаешь! Я на этой станции сто лет! Все сделаю в лучшем виде…

— У нас уже был инцидент… И еще неизвестно чем все закончится…

— Тань! Ну я доктор физических наук! О чем ты?! Ну сходи! Давай же!

— А почему сам не хочешь?

— Да у меня тут эксперимент зреет. Боюсь взрыва. Нужен контроль. А точного времени завершения не знаю. Может, все сложится хорошо, а может, потребуется срочно гасить… Ну? Давай. И себе что-нибудь купишь. Я оплачу…

— Ладно, уж… Схожу…

По знаку Хена мы спрятались за стеллажами, что выстроились прямо у стен. Идлис проводил диспетчера на выход — мы заметили только красное платье и высокую белокурую прическу.

Едва она скрылась за дверью, Хен выскочил и заблокировал замок.

Идлис аж глаза вылупил.

— Да! У нас есть все ключи и коды! А теперь быстро записывай! Вот тебе переносной экт! — протянул ему устройство Дирелл.

— Что записывать?

— Снова придуриваешься? Блокбастер об уничтожении мирного туристического армирского корабля вашей шарашкиной конторой! Быстро!

Хену явно жутко не нравился мой бывший, так что терпения он не проявлял. Фельрианец ткнул богемцу в лицо пушкой, слегка подогретой недовыстрелом, как мы их называли. Это когда предупредительно выпускалась слабая струя плазмы. Сильно навредить она не могла, но ожоги оставляла хорошие.

Идлис вскрикнул, схватился на красный нос и рванул в диспетчерскую, выхватив из руки Дирелла экт.

Мы двинулись следом за ним. Хен и Дирелл следили за каждым движением богемца. Чтобы не вызвал помощь, чтобы не дергался. Когда на огромном виртуальном экране появились значки записи, Идлис собирался метнуться в сторону, но Хен задержал его, ткнув в плечо плазменным пистолетом.

— Забыл старого друга? Поджарить что-то еще? Я не специалист в пластической хирургии… только учусь… так что, уж не обессудь… Как получится — так получится!

— Мне надо нос обработать! — жалобно заныл богемец.

Фельрианец отступил. Идлис полез в шкафчики, вмонтированные в стену. Достал большой чемоданчик с красным крестом и принялся рыться там, словно сокровища откапывал. Раздобыл в недрах чемоданчика тюбик, выдавил белую пасту на палец и быстро нанес на обожженный нос. Выдохнул. Вернул «аптечку» на место, закрыл ящик.

Развел руками.

— Теперь только ждать.

— Сколько потребуется? — уточнил Дирелл.

— Я думаю, минут двадцать.

— Садись, будем вместе время коротать…

Хен указал Идлису на кресло. Мы все расселись и замерли в ожидании.

Фельрианцы не сводили с богемца глаз. Тот сложил руки на коленях, затих.

А мы с Веркой растерянно переглядывались. Внутри зрело очень непонятное предчувствие. Жаль, экты вырубили, обсудили бы по мыслесвязи. Но одно только выражение глаз синхрона говорило: она тоже это ощущает.

Видение ускользало, как в минуты, когда будущее вариабельно, как выражаются ученые. Словно не сложились еще ближайшие часы и минуты. Все возможно и ничего не предопределено.

Перед внутренним взором мелькали кадры. Странные… нечеткие… контрастные…

Эрделл… Вардис… Выстрелы… Какой-то мощный и очень странный всплеск в космосе… Будто черный взрыв, который отдает синевой и рвет корабли на части… И никакое защитное силовое поле ему не помеха…

Я такого еще никогда не видела.

Причем, мне становилось и спокойно, и тревожно.

Будто бы ничего плохого не случится, но при этом произойдет нечто ужасное одновременно…

Я только лишь раз подобное чувствовала…

Тогда мы были вместе с Эрделлом…