Глава 21

Меня разбудил странный звук.

— Эйгар, перестань шипеть. Ты же дракон, а не змея, — пробормотала я, пихая его в бок.

— Риона, не двигайся, — услышала я голос Эйгара. В нем был явно слышен страх.

Я приоткрыла один глаз, удивленная и заинтригованная, — что, интересно, могло напугать Эйгара, который, казалось, вообще ничего и никого не боится? — и встретилась взглядом с узкими голубыми глазами белой змеи, что сидела около моей головы, вытянув ромбовидную голову и мелькая раздвоенным розовым языком.

Я спала, положив руку под подушку. Сомкнув пальцы на рукояти спрятанного там кинжала, я резко выхватила его, взмахнув лезвием быстрее, чем змея успела дернуться. Безголовое тело какое-то время еще стояло, словно раздумывая, падать ему или нет, а потом все-таки опустилось на свернутый в кольцо хвост. Алая кровь из отрубленной головы забрызгала подушку.

— Откуда здесь змея, Эйгар? — сев на кровати и повернувшись к дракону, раздраженно спросила я.

На лице Эйгара все еще оставался страх.

— Ты что, с ума сошла? — рявкнул он. — Я же сказал тебе не двигаться! Это снежная гадюка! Один ее укус способен убить! Почему ты никогда не слушаешь, что тебе говорят и подвергаешь себя и нашего ребенка опасности?

— Убирайся к Темному Жнецу, Эйгар! С какой стати ты орешь на меня, вместо того чтобы узнать, что здесь делает эта змея?

— Я узнаю, не беспокойся, и виновный будет наказан! — Эйгар соскочил и быстро оделся. Все его движения были нервными, он сжал губы так сильно, что челюсть стала почти квадратной.

Одевшись, он опустился рядом со мной и, взяв мое лицо в ладони, притянул к себе, впившись поцелуем в губы. Яростно, дико, безумно. Я отвечала ему тем же. Рукой с зажатым в нем кинжалом я обнимала Эйгара за шею.

Наконец дракон отстранился, хрипло прошептав мне в губы:

— Носи с собой оружие.

— Как будто для этого мне нужно твое разрешение, — игриво поддела я его.

— Ты ответишь за свою дерзость. Но позже, — пообещал он, легко сжав мою грудь. — Дождись меня. Мы должны возглавить процессию до Фьеррада.

Я закусила губу, чтобы не просить Эйгара остаться и заставить меня ответить за дерзость прямо сейчас.

Эйгар взял змеиные хвост и голову и вышел из комнаты. Я немного полежала, думая о том, кто мог подбросить змею нам в постель. Тэрдрик? Жрица? Селлия? Но ведь Эйгар запер ее… Кто же тогда?

Мысленно махнув рукой, я встала. К тому же в комнату уже вошла Глория. Причесавшись с ее помощью и надев изысканное платье цвета морской волны и туфельки в тон, я привычным движением спрятала кинжал в скрытые ножны, предварительно стерев с лезвия кровь. Увидев красные разводы на подушке, Глория бросила любопытный взгляд, но от вопросов удержалась, за что я была ей благодарна.

— Серьги, шайранна? — спросила девушка, протягивая мне синий футляр.

— Почему бы и нет.

Позавтракав прямо в комнате, я накинула плащ и, решив проверить, все ли готово на площадке для турнира, отправилась в конюшню. Думаю, Эйгар спокойно доберется до Фьеррада и без меня. К тому же у меня было одно важное дело, про которое он не должен пока что знать. Эликсир, который мне дала Жрица, и горсть ягод были надежно спрятаны во внутреннем кармане плаща.

Конюхи из других шайров прибыли за несколько дней раньше, чтобы выбрать лучших снежных коней для своих шайрадданов. И сейчас все они уже были в Фьерраде, тренируясь перед началом турнира. В стойле задумчиво жевал снежную траву только Вихрь.

Я подошла к нему, погладив белоснежную шею. Конь приветливо фыркнул, ткнувшись носом мне в плечо.

— Ну что, проказник, прокатимся? — спросила я, выводя его из стойла и устраивая на спине коня мешок со спрятанным там луком и колчаном стрел. Эйгар об этом не знал. Прикрывшись его именем, я заказала в оружейной лавке лучший лук и колчан острейших стрел, позволяя себе тренироваться за конюшнями, когда замок засыпал.

С ветерком домчавшись до Фьеррада, я с удовольствием осмотрела площадку для турнира. Огромный ледяной помост-арену окружали деревянные ряды скамеек-лестниц, которые скоро займут зрители. На возвышении устроили шатры для шайрадданов, их супруг и детей. На шатрах весело колыхались синие стяги с изображениями снежного дракона, выдыхающего ледяное пламя. Я улыбкой приветствовала тех драконов, которых успела узнать за неделю подготовки.

Слева находилась отдельная площадка с мишенями для состязаний лучников, а также ристалище* для состязаний верхом. Увидев неподалеку коня Тэрдрика, а затем и его самого, я решительно двинулась вперед.

_________________________________________

* Ристалище — арена для спортивных состязаний.

***

Эйгар приказал выпороть девчонку. Она молила о пощаде, рыдала, цепляясь за его руку, но шайраддан был тверд. При одной мысли, что могло бы произойти, не имей Риона такой великолепной реакции, страх пробирал Эйгара до костей. А это чувство он ненавидел.

Когда Эйгар ворвался в комнаты, что занимали несостоявшиеся шайранны, Визмира тут же во всем созналась. Она плакала и умоляла не отсылать Селлию, по наущению которой и действовала.

Селлию тоже пришлось наказать. Тот, кто задумал зло, виноват не меньше того, кто взялся воплотить его в жизнь. Пять плетей каждой научат девушек впредь думать над своими поступками. Поручив наказание тюремщику, Эйгар в самом мрачном расположении духа вернулся в покои, только чтобы увидеть, что Рионы там нет. Вообще-то шайраддан должен был выехать из замка вместе со своей шайранной, но Риона постоянно нарушала правила, что не могло не злить Эйгара.

Скрипнув зубами, шайраддан переоделся в парадные белоснежные доспехи, украшенные лазурной вязью, взял отполированный до блеска меч и, закрепив его в поясных ножнах, вышел к воротам Фьеррадана, где слуга уже стоял с его конем, придерживая того за гриву. На огромной площадке уже собрались все знатные гости. Эйгар кивнул Сьеррану, Флавиане, Жрице, что красовалась в платье цвета багряной зари, Аррену и его супруге, поискал глазами Тэрдрика, но того нигде не было видно, хотя его свита в полном составе стояла чуть поодаль.

Оседлав Бурана, Эйгар дал знак герольдам, выбранным представителям от каждого клана. Устроившись на одной из башен и заметив знак Эйгара, они издали громкой рев и выпустили пламя: снежное, огненное, стальное и угольное.

Под приветственные крики, огласившие окрестности замка, кавалькада всадников заспешила к месту турнира.

Прибыв на место, Эйгар взглядом поискал Риону.

— Я здесь, — услышал он ее веселый голос позади. — Ну и кто подбросил змеюку нам в постель? Жрица?

Резко обернувшись, Эйгар встретил насмешливый взгляд золотисто-карих глаз, и почувствовал, как раздражение отступает. Риона в приличествующем ее положению платье, волосы убраны в прическу, в ушах сверкают подаренные им серьги. А это уже немало.

— Визмира. — Риона задумчиво кивнула. — Но ее подговорила Селлия. Обе понесли заслуженное наказание.

Эйгар замолчал, словно ожидал одобрения своим словам.

— Здесь ты главный, тебе и принимать решения.

— Вот как, — хмыкнул Эйгар, беру руку девушки и сжимая ее в ладонях. — Я напомню тебе об этом сегодня ночью.

— Надеюсь, что ничем не вызову ваш гнев, верховный.

Эйгар чувствовал, как от одного взгляда на красивое лицо Рионы его кровь закипает. А было время, когда он действительно верил, что у снежных вместо нее по венам течет снежная вода.

— До вечера еще далеко, так что я бы не был так уверен. Почему ты не дождалась меня?

— Я должна была здесь все проверить. А кое-что требовало моего самого пристального внимания, — загадочно произнесла Риона и потянула Эйгара за руку. — Пойдем, нас все ждут.

Эйгар посмотрел по сторонам и понял, что Риона права. Зрители и шайрадданы со своими свитами уже устроились на трибунах, ожидая верховного и знака к началу турнира.

Когда Эйгар с Рионой устроился в установленных для них богатых креслах, что стояли под пологом шатра, турнир пошел своим порядком.

Сначала проводились поединки на ристалище. Драконы на всхрапывавших снежных конях старались выбить друг друга из седла при помощи длинных копий, затем следовали пешие поединки на мечах и групповые сражения. Несколько драконов получили тяжелые, но не смертельные ранения.

Эйгар с удивлением отметил, что Риона получает от происходящего настоящее удовольствие. Она подскакивала от радости, когда дракон, на которого она ставила, оставался в седле, и ворчливо поминала Темного Жнеца, когда другой оказывался сбит. Эйгар с улыбкой смотрел на ее раскрасневшиеся щеки, поднимавшуюся от частого дыхания высокую грудь и губы, которые она в волнении прикусывала. В какой-то момент Эйгар понял, что нужно следить за турниром, иначе он прямо сейчас утащит Риону обратно в замок, в спальню, нарушив тем самым все правила гостеприимства.

Скользнув взглядом вокруг, Эйгар заметил, что члены его шайра наконец-то улыбаются и с удовольствием принимают участие в турнире. Риона была права — им это было нужно. Он еще раз взглянул на девушку, но она поймала его взгляд, вопросительно вздернув рыжеватую бровь.

— Должен признать, что твоя идея с турниром оказалась удачной, — коснувшись губами ее волос, пахнувших медом, прошептал он.

— Дождись самого интересного, — загадочно произнесла она и, подмигнув ему, устремилась по ступенькам вниз. Синим росчерком мелькнул бархат ее платья.

— Риона! — только и успел крикнуть он, но девушка, подхватив юбки, метнулась туда, где уже объявляли состязание лучников. Среди участвующих драконов она была единственной женщиной. И хотя правилами это не возбранялось, Эйгар почувствовал, что остальные шайрадданы и их супруги такое поведение не одобрят.

— Шайранна действительно думает, что сможет победить лучших лучников Аллирии? — услышал он ехидный голос сидевшей неподалеку Жрицы.

Эйгар, сжав челюсть и прищурившись, смотрел, как с луком в руках и колчаном длинных стрел за спиной Риона встает напротив полосатой круглой мишени, накладывает стрелу на тетиву и натягивает лук. Дождавшись команды распорядителя, отточенным движением плавно отпускает стрелу, и она, тоненько звякнув, летит точно в цель. Остальные выстрелы оказались столь же меткими.

Эйгар бросил на Иларну самодовольный взгляд, хотя и сам не был уверен в победе Рионы. Жрица сделала невозмутимое лицо.

Когда Риона вернулась, неся с собой выигранный мешочек серебряных монет, Эйгар впервые услышал ее счастливый смех. Будто крошечные колокольчики перезваниваются на зимнем ветру.

— Теперь я понял, для чего ты решила затеять турнир. И шайр снежных здесь вовсе ни при чем, — ворчливо заметил Эйгар.

— Твоя шайранна надрала задницы драконам, а ты ставишь мне это в укор, — приблизившись, шепнула Риона ему в ухо, обдав горячим дыханием, после чего, отстранившись, весело захохотала.

Эйгар улыбнулся и покачал головой, удивленный тем, как многого он не знал о Рионе. Ведет себя будто шаловливое дитя, которому впервые позволили сделать что-то запретное. Тут Эйгар поймал себя на мысли, что хочет видеть улыбку девушки как можно чаще и принял решение: как только турнир закончится, и все драконы улетят по домам, они с Рионой отправятся на охоту. Только он и она. Вдвоем. Пока ее положение еще позволяет совершать такие прогулки.

Эйгар почувствовал, как его губы раздвигаются в широкой улыбке, а настроение улучшается. Да, им просто необходимо побыть вдвоем.

Перед финальным состязанием, которое было самым опасным, потому что участие в нем драконы принимали в своем истинном обличье, устроили небольшой перерыв. Слуги разносили терпкое вино, сидр и сок, несколько бочек которого привезли с собой серебряные драконы. Далее последовало выступление танцовщиц из шайра черных драконов, а потом была разыграна сценка из истории серебряных драконов. Риона весело смеялась, наблюдая за проделками пятого шайраддана серебряных драконов в исполнении молодого паренька, дальнего родственника Сьеррана. Пятый шайраддан настолько обожал золото, что всю жизнь потратил на поиски эликсира, способного превратить его серебряный огонь в золотой. Этим поискам и была посвящена так развеселившая Риону сценка, за которой — за Рионой, а не за ужимками паренька на сцене — наблюдал Эйгар.

Наконец увеселительная часть закончилась, и распорядитель объявил начало финальных состязаний. На ледяную арену внизу вышли шайрадданы огненных и серебряных драконов.

— Они лишь покажут себя. Это будет не настоящее сражение, — пояснил Эйгар Рионе.

Два дракона — серебряный и огненный — взмыли вверх и принялись плавно кружить вверху, рассекая крыльями морозный воздух. Это было похоже на древний танец силы, мощи и могущества. Делая ложные выпады, они имитировали бой, нанося друг другу ненастоящие удары. Выдохнув стальное и огненное пламя, которое, встретившись в воздухе, рассыпалось на тысячи искрящихся звезд, под громкие крики присутствующих драконы опустились на площадку и, вновь приняв человеческий облик, поклонились и заняли свои места.

— Ты тоже будешь участвовать? — спросила Риона, касаясь вязи на доспехах Эйгара кончиками пальцев.

— Только если найдется тот, кто захочет рискнуть своей шкурой. Я верховный и могу получить вызов на бой от того дракона, что захочет занять мое место. — Риона нахмурилась и кивнула. — Но это не мешает мне бросить вызов первому. Обычно верховные так не делают, только если хотят кого-то посрамить. Но сегодня я намерен поступить именно так.

— Ты о Тэрдрике?

— Именно.

Эйгар взглядом поискал шайраддана черных драконов и с удивлением заметил, что тот встает со своего места и направляется на арену. Встав посередине ледяной площадки, он обвел притихших зрителей, с интересом ожидавших, кому же бросит вызов Тэрдрик.

— Я вызываю вас, верховный! — останавливая свой взгляд на Эйгаре и нагло улыбаясь, сказал тот.

— Должность верховного или иные причины побуждают тебя бросить этот вызов? — как того требовал обычай, спросил Эйгар, вставая.

— Я заявляю права на должность верховного и на вашу шайранну, — вскинув голову, ответил Тэрдрик.

— Ты не имеешь права заявлять права на Риону, — процедил Эйгар, сжимая кулаки.

— Не имел бы, будь она вашей супругой. Но она лишь шайранна, — осклабился Тэрдрик.

Эйгар знал, что Тэрдрик прав, но все же посмотрел на Аррена и Сьеррана, ища поддержки.

— Он прав, верховный, — негромко сказал Аррен. — Правила касаются только супруги, с которой был проведен брачный ритуал.

— У вас ведь он был? — неуверенно спросил Сьерран.

— Нет, ритуала не было, — с удовольствием произнесла Жрица, голосом выделяя «не».

Эйгар слышал, как весело хмыкнула Риона и удивился, почему это так ее развеселило. Он был готов даже к тому, что она сама вызовет Тэрдрика, и сейчас благодарил богов за то, что этого не произошло.

— Я принимаю твой вызов, Тэрдрик, шайраддан черных драконов, — кивнул Эйгар, сдерживая скребущую в сердце ярость. — Пусть состоится бой за место верховного шайраддана и… — Эйгар чуть запнулся, — за мою шайранну.

Что этот змееныш задумал? Неужели надеется победить? И зачем, Хозяин Мертвых его побери, ему нужна Риона?

Но Эйгар знал ответ. Тэрдрик хочет поквитаться за нанесенную обиду. Вот только Эйгар не думал, что Тэрдрику хватит сил, ведь однажды он уже проиграл. Здесь явно есть какой-то подвох. Но какой?

Спускаясь по ступеням, Эйгар не сводил глаз с наполненного затаенным торжеством взгляда Тэрдрика. И хотя внешне Эйгар был спокоен, внутри все кипело, казалось, что кровь в жилах закипела от предвкушения. Над трибунами висел гомон множества голосов. Видимо, собравшиеся никак не могли поверить, что вызов бросили именно верховному.

Встав напротив друг друга, шайрадданы выслушали правила боя.

— В случае проигрыша шайраддана Эйгара и при условии, если ему сохранят жизнь, он теряет звание сильнейшего дракона Аллирии и отдает свою шайранну на милость победителя, — громко вещал распорядитель турнира.

— И мой кинжал, — по губам Тэрдрика скользнула злобная ухмылка. — Я хотел бы вернуть его обратно. Тот самый, что присвоила себе ваша шайранна, верховный, — Тэрдрик отвесил в сторону шатров преувеличенно вежливый поклон, который выглядел не как дань уважения, а как пощечина. Эйгар посмотрел на Риону, которую, казалось, откровенно все это забавляло.

Эйгар чуть нахмурился. У него даже закралась мысль о том, не в сговоре ли она с Тэрдриком. Почему ни Рионы, ни Тэрдрика не было в замке перед турниром?

— В случае проигрыша шайраддана Тэрдрика и при условии, если ему сохранят жизнь, он обязуется выплатить шайраддану Эйгару обычный в таких случаях откуп: четыре больших сундука золотых монет.

— Пять, — сложив руки на груди, процедил Эйгар.

— Верховный шайраддан предлагает изменить условия откупа, — еще громче выкрикнул распорядитель. — Я объявляю голосование шайрадданов! Все ли согласны с такими условиями?

Сьерран и Аррен с растерянным видом кивнули. Очевидно, они тоже не понимали, что двигало Тэрдриком.

— И черные драконы выберут себе нового шайраддана, — мрачно добавил Эйгар. — Калека не сможет управлять шайром.

— Шайраддан Тэрдрик, вы принимаете условия боя?

— О да, — ответил тот.

— Тогда противники могут подниматься в воздух и ждать сигнала к началу боя! — возвестил распорядитель. 1439f7c

Тэрдрик не медля обратился черным драконом и, расставив крылья, издал грозный рев, от которого заложило уши, а арена затряслась. Эйгар не пошевелился, пока противник демонстративно запугивал его. Эйгар уже собирался последовать примеру Тэрдрика и позволить своей драконьей сущности затопить сознание, когда услышал звонкий голос Рионы.

— Эйгар! — позвала она. Обернувшись, увидел, что девушка спустилась и стоит с краю арены, а в ее руках развевается на ветру синий шелковый платок.

Улыбнувшись, Эйгар подошел ближе, и Риона повязала платок ему на руку, чуть выше локтя.

— Это выражение твоей симпатии? — спросил он, сам себе не смея признаться, что ожидает ответа с плохо скрытым нетерпением.

— Видела это на одном из турниров, — уклонилась она от ответа.

— Пожелаешь мне удачи?

— Тебе она не понадобится, — приблизив лицо, шепнула она Эйгару в губы.

Он крепко стиснул ее в объятиях, накрывая губы своими и сминая их поцелуем, впитывая медовый запах вереска, запах Рионы. Окружающий шум, крики и веселые подтрунивания слились в один еле слышный гул. С трудом оторвавшись от девушки и приказав себе не оглядываться, Эйгар отошел в центр арены и, обернувшись белоснежным драконом, легко поднялся в небо, где его уже ждал нетерпеливо круживший черный дракон.