ГЛАВА 11

Слов спросонья разобрать не могла, но голос был таким звонким, что я поспешила к окну, чтобы прекратить пение. Вдоль стены дома прогуливался Пирс и самозабвенно пел, пританцовывая.

— И тебе доброе утро! — немного ворчливо крикнула мальчишке, и тот замолчав, радостно помахал мне.

— Я уж думал никогда не проснешься.

— В честь чего концерт?

— Чтобы ты точно знала, что я пришел, а то придется мне снова торчать под дверью пол дня. Цыплят, кстати, перенес на другое место, на том они уже всю траву выщипали.

— Спасибо, — зевнула я. — Заходи внутрь, я оденусь и выйду к тебе.

Парнишка замялся, бросив испуганный взгляд в сторону двери.

— А куда делось дерево, которое тут лежало?

— Уничтожили.

— Призраки?

— Сосед.

— Господин Флор? — изумленно вытаращил глаза Пирс. — Ого!

Я отошла от окна, и поспешно надела костюм. Мальчишка не зайдет в дом без меня, это точно, поэтому побежала скорее встречать его. Он боится привидений которые бросали в него ящики, и это нормально, я бы тоже так себя вела.

— Давай, иди сюда. Они не появятся, пока ты в доме, — позвала я Пирса от входа. Паренек неуверенно приблизился к двери, заглянул в холл.

— И где они сидят?

Только я собиралась ответить, что не знаю, как из-под пола раздался глухой крик:

— Не говори, что мы в подвале!

От неожиданности мы с Пирсом вздрогнули одновременно, а мальчишка аж заикаться начал.

— Т-ты же с-сказала, что их не будет?

— Их и нет, они в подвале сидят. Пойдем уже, — я схватила его за руку и потянула внутрь. Так же, не отпуская, увела на кухню. — Чай вчера купила у Манретты, но выпить мы с тобой его не сможем — плиту умеет включать только Райндорр.

— Ты с ними что, правда так просто можешь общаться? — громко зашептал Пирс, ошарашенно глядя на меня.

Я пихнула ему в руки последнее оставшееся пирожное.

— Могу.

Мальчишка посмотрел на десерт, на меня, на плиту, а потом вздохнул.

— Ну… зови Райндорра, пусть сделает нам чай.

— Правда? — растерянно спросила я, пытаясь представить встречу призрака и ребенка. Пирс, увидев духа, может сбежать и не вернуться.

— Да, ты же рядом. Ну и если что, выскочу через форточку.

— Ладно, — хмыкнула я. — Райндорр!

Привидение явно подслушивало, потому что вместо того чтобы спросить, зачем я его зову, старик выскочил из пола.

— К вашим услугам, — улыбался он, хитро поглядывая на медленно бледнеющего Пирса.

— Зажги, пожалуйста, плиту и спрячься, а то тебя боятся. Я вас позову потом, ладно?

Дух тут же выполнил просьбу, и снова скрылся в подвале.

— Вот это да-а-а! — восхищенно протянул мальчишка. — Ты приручила призраков!

— Мы просто сотрудничаем, вот и все. Я облагораживаю поместье, а они меня не трогают. Говорят, что дом окончательно развалится, если в нем никто не будет жить еще какое-то время.

— Это да, я слышал, что мертвые разрушают место, в котором живут, одним своим присутствием. Не знаю с чем это связано, но в книгах о привидениях пишут, что духи всегда живут в развалинах.

Мы выпили чай, и Пирс слопал пирожное за долю секунды, довольно жмурясь. Я отметила себе, что в следующий поход в город обязательно куплю ребенку сладостей в той кондитерской, если найду где она находится.

Напоили птенцов, расправили ковры на поляне, чтобы потом мне было удобнее их чистить, утащили мешки с мусором, оставшимся от уборки покоев, к воротам. Надо будет разузнать, куда его увозить.

— Я планирую засадить всю территорию овощами, — предлагать мальчику работу начала издалека, когда мы разлеглись прямо на поляне у дома, греясь под лучами теплого солнышка. — И у меня к тебе предложение…

— Если нужна помощь, то я с радостью. Но только если отец позволит.

— Помощь, да, но не бесплатно.

Пирс вскинул голову, прищурившись от солнечного света.

— А откуда у тебя деньги?

Я рассказала мальчишке все, что произошло за это время. И про Эйрана, взявшего в аренду мою библиотеку, и про то что была у Манретты. Пирс слушал, не перебивая. Я была уверена, что он согласится на предложение о работе. Так и вышло. Мы вместе размышляли у кого купить семена и картофель на посадку, и Пирс пообещал узнать у своего отца, где тот покупает картошку.

Время близилось к обеду, а полезных дел сделано не было. Пирс ушел домой, и я отправилась стирать постельное. Райндорр и Сантери нагрели воды, наполнили ею большую деревянную кадку, засыпали туда порошка и стирать простыни принялись сами. Я лишь стояла и наблюдала за работой, хотя где-то в глубине души меня мучила совесть за то, что использую призраков как бесплатную рабсилу.

— Нам только за радость заниматься домашними делами, — пыхтя от мнимой усталости, проговорил Райндорр. — Пока тебя не было, нам приходилось слоняться без дела день и ночь, день и ночь. Ужасное было время! Ты вот знала, что от скуки можно сойти с ума?

— По тебе видно, — буркнул под нос Сантери, за что получил от Райндорра тряпкой по лицу.

— Не драться! — прикрикнула я, успокаивая начавших злиться, духов. — Если работа по дому вам за радость, то я составлю список дел, а вы потом будет выполнять все по пунктам. Где можно найти бумагу и карандаш?

— В кабинете, — хором ответили привидения, дружно полоская один пододеяльник, а Сантери потом добавил: — В том, что находится в самых просторных дальних покоях.

Я оставила стариков, очень надеясь, что они не передерутся пока меня не будет, и отправилась на поиски кабинета, по дороге прихватив небольшой деревянный ящик. Самые дальние покои явно принадлежали хозяевам этого дома много лет назад, здесь было так же грязно, как и в остальных помещениях, но мебель и ковры чуть роскошнее. Камин в гостиной этих покоев тоже был больше, чем остальные, и занимал почти половину стены. Хороший диван с не потрескавшейся от времени кожаной обивкой я решила потом утащить к лестнице силами призраков и поставить у окна, а миленькие гранитные статуэтки животных, размером с ладонь, собрала сразу. Поставлю на каминной полке в своих комнатах, для уюта.

Дверь в кабинет была заперта, так мне показалось сначала, но когда навалилась на нее изо всех сил, она поддалась и со скрипом отворилась. Петли заржавели, хотя не должны были, ведь не так много времени прошло, но последние годы сюда явно никто не заходил. В помещении было пыльно, впрочем, как и везде, но ничего не разбросано. Книги в стеллажах стояли ровными рядами, на столе были аккуратно сложены писчие принадлежности, несколько листов бумаги, и три толстых книги. Я с умилением взглянула на чернильницу и красивое, с золотым наконечников перо, и тоже взяла их себе, положив в ящик к статуэткам.

Рабочий стол был выполнен из гранита темного цвета. Лакированный, очень красивый, но его наверное духи не смогут перенести, слишком уж тяжелый. У меня вообще есть несколько вопросов к тому, кто его сюда принес. Наверное, делали сразу в кабинете, иначе не представляю как стол сюда попал. Все шесть ящиков, по три с каждой стороны, были деревянными и крепились к столу неизвестно на что. Я тщетно пыталась разглядеть хоть какие-то болты, но нет, ящики были словно приклеены.

Я потянула один из них на себя, и разочарованно вздохнула — он был пуст. Остальные также оказались пусты, за исключением хранившихся в них мятых клочков бумаги, огрызков карандашей, пыли и старой потрепанной книжки, с названием “Все, что надо знать о выращивании лилий”. Мне эта информация была ни к чему, так что книгу оставила лежать на месте.

Последний ящик оказался закрыт. Я тщетно дергала его, пыталась потрясти за ручку, но он не поддавался. На стеллаже нашлась гильотина для сигар. Она лежала в симпатичной хрустальной вазе вместе с запонками и золотыми перьями. Попробовала поддеть ящик гильотиной, но тщетно.

Я сюда пришла за чистыми листами бумаги, которые лежали в свободном доступе на столе, и в целом, содержимое ящиков можно было не проверять, но любопытство — такое любопытство! Внимательно осмотрелась: у окна стояли два вместительных кожаных кресла, на стене висели пустые полки… Где хозяева могли прятать ключ? На автомате двинулась в спальню, и там, в перевернутой прикроватной тумбочке, нашлась связка из пяти ключей. “Хочешь спрятать так, чтобы не нашли — прячь на видное место”, — так говорил мой дед, а он всегда был прав. Тут же, в тумбочке, валялись несколько новостных листков, я собрала их и отнесла в кабинет, чтобы потом просмотреть.

Один из ключиков подошел к замку, и ящик протяжно завыл, когда я потянула его на себя. Вот тут уже поинтереснее! Внутри лежали листы газет, тонкие книги без названий, скорее всего обычные блокноты с записями, портрет, нарисованный на тонкой дощечке, и…

Я вернулась взглядом к портрету. С него на меня смотрел улыбающийся мужчина преклонного возраста, похожий на Райндорра как две капли воды. Отложила дощечку на стол, и вновь зарылась в хлам ящика. Вытащила оттуда обрывки газет. На каждом были крупные заголовки, но разные даты.

“Умерла супруга Райндорра Норданна — Росиный в трауре… Смерть виконта Райндорра Норданна потрясла общественность… Молодой сын виконта — Сантери Норданн унаследовал титул и поместье… Сантери Норданн объявил о помолвке с простолюдинкой Перен Лайн… Первенец Сантери и Перен Норданн — девочка. Когда же родится наследник? Сантери Норданн вот уже два месяца в плохом состоянии, после смерти у него останутся три дочери, кому же перейдет поместье? Неужели, простолюдинке Перен?..”

Я растерянно прочитала заголовки на несколько раз. Сантери — сын Райндорра?! Но тогда что произошло между ними, что они так люто друг друга ненавидят? Оставила обрывки газет в ящике и заперла его на ключ. Призракам не надо знать то, что я прочитала, пока не поговорю с Эйраном Флором.

А что если и он не знает правды? Подумав, вытащила газеты снова, прижала к груди и вихрем помчалась к соседу. Выскочила на улицу через черный вход, обежала вокруг забор, которым была обнесена территория Эйрана Флора, и в удивлении остановилась. Ворот не было. Только обойдя еще на два раза, поняла, что калитка сливается с забором. Толкнув ее, бегом понеслась по ухоженному дворику, и не заметив сидящего на диване-качалке темного эльфа, затарабанила в дверь.

— Господин Флор!

— Должно быть случилось что-то более важное, чем потребность зажечь плиту, раз ты здесь? — раздалось тихое сзади.

Подпрыгнув от неожиданности, развернулась.

— Господин Флор, я кое-что нашла в кабинете, — чтобы не быть многословной, протянула мужчине газетные листы. Эльф потер сонные глаза, и сел на качелях ровнее. Мне сесть не предложил. Рядом с диваном на столике стояла тарелка с недоеденным завтраком, остывший чайник и пустая чашка. Я разглядывала симпатичный сервиз, пока Эйран читал заголовки, и время от времени нетерпеливо поглядывала на лицо мужчины. Впрочем, по нему как всегда ничего невозможно было понять.

— Любопытно, — ровным голосом произнес Эйран, возвращая листочки мне. — Ты давно живешь в Росином?

— Нет, — буркнула, сворачивая бумаги в трубочку. — А что?

— А то что даже для меня вот это все, — он указал пальцем на сверток, — не новость. Виконт Райндорр Норданн умер от старости много лет назад, его сын — Сантери Норданн в возрасте двадцати пяти лет унаследовал это поместье, так как был единственным ребенком виконта и его покойной жены. Здесь он благополучно прожил еще несколько десятков лет, женившись на Перен. Она, кстати, живет в Иженеве, занимается продажей варенья. Одна из их дочерей — Аннет, владелица таверны “Белый гриб”. Жива здорова, проживает так же в Иженеве. Две других дочери, отучившись в академии, уехали на север и с тех пор не возвращались.

— Как же вы все это узнали, прожив в Росином всего год?

— Я веду расследование, Алевтина, и все узнал еще в первый день. Но, к сожалению, ничто из этого не помогло мне хоть на чуть-чуть продвинуться к цели.

— Почему же? Сантери — сын Райндорра, очевидно же, что при жизни они разругались из-за чего-то, и теперь не могут друг друга простить, просто не помнят за что!

Эйран Флор вздохнул, а уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Потому что Сантери не родной сын Райндорра. Я выяснил кто он такой, но если честно, лучше бы этого не делал.

— Почему? — упавшим голосом спросила я, без спроса опускаясь на диван рядом с эльфом.

— Я поделюсь с тобой, а ты побежишь информировать призраков, и весь мой план полетит к чертям собачьим?

— Не скажу! Клянусь, не скажу!

— Настоящий сын виконта Райндорра обладал бытовой магией, как и все в их роду, и даже как покойная мать. Тот Сантери, что сейчас в твоем доме, не имеет и никогда не имел магию. В двадцать лет Сантери вдруг внезапно потерял силу, от обследования отказывался, говорил, что рад потере магии, и никому даже в голову не пришло, что перед ними уже другой человек. Сантери Норданн в прошлом носил имя Айро Тико. Родился в лесу в шайке разбойников, до двадцати лет, как и все нормальные разбойники грабил торговцев, но ему наскучило. Он пришел в дом виконта Райндорра, чтобы поживиться драгоценностями, и к своему великому удивлению обнаружил, что очень похож на единственного сына виконта.

С каждым словом, которое произносил Эйран Флор, мой рот открывался все шире, а глаза становились все больше. В голове начало шуметь, когда мозг пронзила страшная догадка.

— Рассказывать, что было дальше, или сама поняла? — спросил эльф.

Я хотела услышать правду.

— Он убил настоящего Сантери и занял его место, после чего благополучно прожил всю жизнь под его именем. Он и умер под чужим именем, а после смерти его призрак вернулся в поместье, чтобы очистить душу от греха, попросив прощение у Райндорра. Райндорр здесь почти за тем же — суметь простить Айрона Тико, называющим себя Сантери Норданном.

— Но они оба об этом не знают… — шепотом произнесла я. Говорить в полный голос не было сил.

— Именно.

— А вы… как вы узнали?

— Это никакой не секрет. Супруга Сантери Норданна… то есть, Айро Тико, Перен, рассказала об этом издательскому дому “Серый волк”. Новость гремела на все королевство, но с годами затихла. Сама же Перен узнала правду, потому что ее супруг на смертном одре решил во всем признаться. Думал, что таким образом сумеет вымолить прощение у Создателя, но увы, прощение он должен получить от Райндорра.

— А где сама Перен? Вы сказали, она продает варенье… Почему не осталась в этом доме? Наследство ведь наверняка перешло бы ей.

— Она не смогла жить в месте, где случилось убийство. Ее всю жизнь обманывал собственный супруг, такое не каждая сможет вынести.

— Хорошо, ну а их дочери… они знают? И вообще, откуда у них тогда магия, если они родились от Айро?

— Девочки унаследовали магию от матери. Перен — внебрачный ребенок, но не знала об этом, и ее магия уснула из-за того, что она не развивала свою силу. Дети получили магию, но все их знакомые, да и сама Перен думали, что от Сантери, он ведь был когда-то магом.

— Как все сложно… какой ужас, — я схватилась за голову, мне казалось, она вот-вот взорвется, а все мое тело трясло как в лихорадке. — В моем доме живет убийца, господин Флор! — Я всхлипнула, слезы сами потекли по лицу, хоть и пыталась сдержаться.

— Успокойся. Призрак Айро — не убийца, он не помнит свою жизнь, а даже если бы и помнил… Это было очень много лет назад. Сейчас уже не имеет никакого значения, что он натворил. Мне лишь надо узнать, как отправить и его, и Райндорра, в Призрачный мир. Духам здесь не место, вне зависимости от того, кем они были при жизни.

— Он его никогда не простит! Я бы не простила!

— Вот именно, поэтому ты не должна говорить им ни слова. Вообще никому, поняла? Люди не должны входить в дом, потому что могут случайно в разговоре упомянуть всю эту историю, и тогда духи узнают правду.

— Но что тогда делать? Они ведь не уйдут туда, куда следует, пока не разберутся между собой. Господин Флор, — я, забывшись, схватила мужчину за предплечье. — А мне что делать?

— Все тоже самое, что и раньше, но не вздумай показать вида, что что-то знаешь.

— Что вы тогда ищете? Призраки сказали, что вы ищете информацию, как вернуть их воспоминания, но если вы это сделаете, они точно все узнают!

— Алевтина, — хохотнул Эйран, и я, удивившись тому, что дроу показал эмоции, отпрянула. — Ты забавная, знаешь? Я — темный эльф, и вернуть призракам воспоминания мог бы еще в первые недели, как прибыл сюда, но мне нужно другое. Во-первых, они должны вспомнить лишь одну вещь — хоть что-нибудь о внезапно появившемся среди людей во младенчестве темном эльфе, моем брате. А уже потом самое сложное — я должен сделать так, чтобы воспоминания Сантери исказились, и он думал, что должен попросить прощения… ну, допустим, за разбитый любимый графин виконта, или что-то вроде того. Они не должны узнать настоящую причину, по которой находятся не в Призрачном мире, а среди живых. Теперь поняла?

— Смутно, — прогундосила я, вытирая мокрое от слез лицо. — Вообще да, поняла, но даже подумать не могла, что все так серьезно. Это ужасно!

— Не реви, — Эйран Флор откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза. — Кстати, а ты сама кто? Это поместье, насколько мне удалось выяснить, не принадлежит никому. От него отказался даже король, и дом оставлен на саморазрушение. Ни на одну из дочерей Перен ты не похожа… Так кто ты?

Вопрос прозвучал неожиданно. Я подскочила с дивана, вытерла остатки слез и зачем-то сделала книксен.

— Мне пора идти. Спасибо вам, господин Флор за то что посвятили в свое расследование, я очень вам за это благодарна. Всего доброго!

Убежала, пока эльф не стал снова допытываться, но пока не вышла за ворота, чувствовала спиной его задумчивый взгляд. Могла ведь соврать, но так растерялась, что все слова из головы вылетели.

Подойдя к дому остановилась на пороге главного входа. Двери теперь всегда были нараспашку, чтобы помещение проветривалось. Грабителей и разбойников я не боялась, призраки хорошо защищали наше жилище. Я усмехнулась самой себе, зацепившись за мысль, что разбойник внутри дома уже есть.

— Мы все постирали, — передо мной внезапно появился Сантери. Он улыбался так по-доброму…

Я смотрела в бесцветные глаза старика и не могла поверить во все то, что слышала от Эйрана буквально пару минут назад. Но это правда, и передо мной сейчас стоит убийца сына Райндорра. Человека, который вместе с ним сейчас стирал постельное, убирался в покоях. Такой как господин Флор не стал бы придумывать страшную историю только для того чтобы напугать меня, я это знала наверняка.

— Хорошо, — я спрятала глаза в пол и прошла мимо духа. Он полетел за мной, не отставая ни на шаг.

— Алевтина, что-то произошло? Ты плакала?

— Все в порядке. — ответила сквозь зубы, изо всех сил стараясь не заорать во весь голос. Убийца… убийца!

— Если что-то случилось, расскажи, и…

— Все в порядке, Сантери!

— Ладно… Ты говорила, что составишь список дел. Он еще не готов?

Я, войдя в свои покои, громко хлопнула дверью перед носом призрака. Не специально — сквозняк вырвал дверь прямо из руки. Сантери мог свободно просочиться сквозь стену, но не стал этого делать. Я села на диван и задумчиво уставилась на камин.

С одной стороны мне было безумно жаль и Райндорра, и Сантери. Последний выглядел таким растерянным из-за того как я с ним разговаривала, и мне было очень стыдно за это, но ничего не могла с собой поделать. Меня разрывало от осознания того, что прямо со мной в одном доме живут и отец жертвы, и убийца. Просидев так час, а может и больше, я все же решила, что надо составить список дел для духов. Раз живут тут, и им нравится хозяйничать, вот пусть и занимаются этим, а я возьму на себя огород. Призраки не могут выходить из дома, так бы и облагораживание территории на них повесила, особенно на Сантери.

— Райндорр!

Призрак появился тут же. Встал у дверей, нервно теребя пуговицу на фраке. Судя по растерянному виду старика, Сантери уже рассказал ему, что я не в духе. Пришлось улыбнуться, чтобы не показаться злой.

— Принеси пожалуйста из кабинета деревянный ящик, в котором лежат гранитные фигурки, чернильница и перо, и захвати со стола чистый лист бумаги и карандаш.

Дух исчез в мгновение ока, а вернулся через минуту уже через двери — ящик-то не обладал способностью проходить сквозь стены.

— Вот, пожалуйста, — старик поставил его на столик у дивана, и снова отошел подальше от меня.

— Все хорошо, — заверила я его. — Садись со мной, будем составлять список дел.

Призрак кивнул, мгновение подумав, и осторожно приблизился к дивану. Постоял так еще с минуту и все же сел рядом со мной. Я скосила на него взгляд, представила себе ту боль, которую Райндорр испытает, если узнает, что на самом деле пять лет воспитывал того, кто убил его сына. Сердце сжалось так сильно, что на моих глаза снова проступили слезы.

— Все-таки что-то произошло, да? — тихо спросил дух.

— Ничего такого, Райндорр, все хорошо. Я просто вдруг узнала, что семян васильков в вашем мире не существует, а мне эти цветы очень нравятся.

Призрак поверил в мою ахинею, и расплылся в улыбке.

— Да что ты!       Подумаешь, васильки, мы тебе других цветов насадим целую поляну!

— Вы из дома не выходите, — хохотнула я, смахивая слезы.

— А мы и не будем выходить. Прямо так, из окна семян набросаем.

Я смеялась в голос. Не потому что мне было очень смешно, а чтобы заглушить истерику рвущуюся наружу. Райндорр положил ладони на мои плечи. Я ничего не почувствовала, да и он тоже, но все же было приятно, что меня поддерживают, что я не одна.

— Давай писать, — когда успокоилась, взялась за карандаш и вытащила из ящика лист бумаги. — С чего начнем генеральную уборку? Кухня и мои покои вычищены до блеска, а вот остальные комнаты нуждаются в порядке.

— Предлагаю начать с еще одних покоев.

— Для кого же?

— Для меня, а потом другие — для Сантери.

— Зачем?

— Мы хоть и не спим, но иметь свою собственную комнату, кровать, ванную, очень хочется. Находясь в обычной человеческой обстановке чувствуешь себя почти живым.

— Почему же раньше не обустроили себе спальни?

— Не было желания, — пожал плечами старик. — Природа мертвых такова, что мы несем лишь разрушения.

— Ладно, — я записала первый пункт: убраться в двух покоях. — Только давай так, ты будешь убирать свои комнаты, а Сантери — свои, идет?

— Но вместе как-то сподручнее…

— А вы подружились, я смотрю, — хмыкнула, внимательно наблюдая за реакцией призрака. Тот снова пожал плечами.

— Нет, я все так же испытываю к нему ненависть, но из-за того что не знаю причины, эта ненависть не настолько сильна, чтобы не пытаться наладить отношения. Иногда мы даже разговариваем, и почти не деремся.

Раздался треск, и я вздрогнула, ошарашенно глядя на сломанный пополам карандаш в своей руке. Отбросила его на столик, и вытащив из ящика другой продолжила заполнять список.