Глава 24
Чтобы мелкому вралю было проще, я даже пересказала вкратце все его предыдущие варианты:
– Началось все с рамки от зеркала, которую ты якобы ждешь в засаде. Потом внезапно…
На самом деле не так уж и внезапно. Перед тем как накинуться на меня с предложением руки и сердца, крылатая пакость приобрела ноут и сидела, уткнувшись в него, когда я пришла на кухню. Вот как раз тогда, после активной переписки с кем-то, причины пребывания у меня в доме увеличились.
– …тебе понадобилось узаконить наши отношения, чтобы взять под защиту источник магии.
Получается, сперва Крон не подозревал об источнике в моей квартире? Действительно заявился за рамкой от зеркала и заодно для переговоров о трех процентах? Уверена, надеялся вывернуть все в свою пользу, но потом вдруг разглядел масштабы моего богатства, и его жаба дрогнула.
То есть сам по себе источник магически не светит? Только показывается на специальной карте по розыску магических ископаемых? Не зная координат и не имея доступа к карте, выяснить местоположение источника не получится?
Хорошо, источник – очень ценное приданное. Но можно же было просто договориться… чего сразу замуж-то? Или боялся, что я опять некислые проценты запрошу? Тогда его жаба еще большая паникерша, чем моя.
Насчет аферы с продажей магии что-то я тоже вся в сомнениях. По-моему, мне ее для отвода глаз предложили как наиболее реалистичную версию, а на самом деле Крону надо было получить контроль надо мной, моей квартирой и источником. Настолько сильно надо, что он ради этого решился жениться на человеческой женщине. Заодно гражданство приобрел и теперь может скупать остальные квартиры с источниками?
Наверняка еще какие-то скрытые мотивы имеются!
Но даже если и только эти, почему мотылек после свадьбы не съехал в Застеллажье? Контроль взят, я повязана браком, выдай мне карточку с моими тремя процентами, телефончик-звоночек наподобие колокола, которым меня на обед призывали, и сваливай в свой мирок заниматься не совсем законными делишками! Раз в месяц приехал, все проверил, по источникам прошелся, подзарядился – и можно обратно, контрабандистов гонять и плодами приторговывать, пока сезон не закончился.
– И что теперь? Сидишь тут, меня от нападений охраняешь? Думаешь, прям вот толпами пойдут? Столько лет тишина и покой, а теперь вдруг внезапно всем понадоблюсь?
Изначально я планировала спокойно высказаться и сидеть ждать реакции, но с каждой фразой мой голос становился все громче, а эмоции, забурлив, так и норовили выплеснуться, как вода из закипающего чайника.
Не понимаю, что именно так раздражало меня в сложившейся ситуации… То есть нет, понимаю!
Мотылек нагло влез в мой мир, мою квартиру, мою жизнь… мою постель! Хотя, только появившись, твердил, что никогда, ни-ни, громадины отдельно, крылатины отдельно! И пусть он не бог секса, но все равно мне понравилось. И дело не в его внешности, а в другом.
В мороженом, которое он притащил, купив на мои деньги. Гад! Так, оценочное суждение от жабы вычеркиваем. Главное, он купил нам мороженое! И фильм… И… Ван Гог этот, чтоб его! И…
Я не отследила, в какой момент Крон перестал быть просто мелкой пакостью. Конечно, он еще не стал для меня даже близким знакомым, но уже перестал быть посторонним.
Вот это и злило! Какая-то мошка мною манипулирует, использует, обманывает, а я, как дура восьмибитная, почему-то прониклась к ней сочувствием.
– Рассказывай давай, с чего вдруг твои контрабандисты все дружно рванут конкретно в эту прореху! И не вешай мне лапшу о раме… И о своем альтруизме даже не начинай! – последнюю фразу я процедила, прищурившись, как киллер перед первым выстрелом. Причем убивать собиралась взглядом, не иначе. – Хватит уже увиливать как угорь, надоело! Что ты в своей фейской соцсети вычитал или в чатике межфейском выяснил? Ну! – Так хотелось взять мелочь и потрясти, пока из него правда не посыплется… но удержалась.
– Все миры Терры раньше называли межвременьем. – Фей, проникнувшись моим суровым настроем, соизволил начать выдавливать информацию. – Время здесь течет совсем иначе, без всякой закономерности. Вернувшись в свой мир, я могу оказаться как в прошлом, так и в будущем относительно момента моего ухода. И рассчитать, когда именно надо заглянуть сюда, чтобы прошло ровно тридцать дней, у меня не получится. Теперь я привязан к этому миру, пока не вылечусь. Ну и насчет альтруизма ты не права. – Крон так укоризненно посмотрел, что у меня все тело зачесалось под его взглядом. – Несколько тысяч лет назад из моего мира в ваш были выброшены два кри́стала. Один – изгнанник, преступник, а второй – просто невинная жертва, к тому же находящийся в анабиозе.
– Кри́сталы – это кто? – Я сразу уловила, что от нашего «криста́лла» слово, сказанное Кроном, отличается хотя бы ударением. И, учитывая, как идеально фей шпарит на русском, ошибка из-за акцента исключена.
– Отдельная раса, как феи, гномы, эльфы, драконы. Это драгоценные камни, умеющие на какое-то время создавать осязаемую проекцию человеческого облика. – Судя по тому, как быстро было выдано объяснение, его уже не раз оттачивали на других любопытных. – Так вот, первого, преступника, в конце концов простили. Ему позволили вернуться в наш мир. – Крон так тяжко вздохнул, как будто это возвращение было сделано лично ему назло. – Он был другом моего деда, поэтому я и знаю начало этой истории, – зачем-то предупредил меня фей. – Ну а концовка… вот.
Ко мне снова подтащили ноутбук, чтобы потыкать в сообщение из беседы в какой-то неизвестной мне сети.
«Никто не помнит, сколько там обещали за кольцо с голубым изумрудом? Я, кажется, вычислил, куда этот придурок свалился. Терра-342. 21-й век. Там сейчас есть кто-нибудь из наших? Поисковик магии в лапы – и вперед. Широта примерно 60°, долгота около 30. Точнее не скажу. Мне 20% за наводку!»
– А кольцо с голубым изумрудом?
– Это второй кри́стал, тоже друг моего деда и брат первого. Тому, кто вернет его в Глеустер, полагается внушительная сумма…
– Ага, – понимающе кивнули мы с жабой, потирая лапки и планируя, куда потратим наши три процента.
– Но я хочу его вернуть просто так, бесплатно.
Моя жаба непонимающе икнула, схватившись за сердце. Я тоже несколько удивилась, уставившись на Крона в ожидании разъяснений.
– Это деньги моей семьи, понимаешь? Фонд организовал мой дед и его кузен. Конечно тот, первый кри́стал тоже в него вложился, но большую часть своих денег он тратил на поиски. Таскался по прорехам, искал ходы в миры межвременья, с контрабандистами связался. И в итоге пропал, еще до моего рождения. Может быть, в анабиоз где-то впал, может, умер… от старости, рассыпавшись на осколки. Или пустышник его камень проглотил, а без камня кри́сталы долго не живут.
– Ты хочешь, чтобы деньги семьи вернулись в семью. – Мы с жабой вроде как снова все поняли и одобрили. Хорошая цель, и три процента все равно наши.
Плохо, что время в моем мире идет по отношению к Застеллажью в разные стороны. Получается, если Крон туда снова свалится, то мы с ним можем уже не встретиться. Грандиозная подстава! У меня же там домик у моря и денег куча… Хотя мои три процента этот прожига как-то здесь тратит, значит, и остальные тоже можно, наверное.
– А в Чернодырии, то есть в прорехах, как со временем? – уточнила я на всякий случай.
– Там оно течет по-своему, и при должном опыте можно научиться выравнивать временны́е интервалы между мирами с его помощью. – Похоже, именно так Крон и надеялся в итоге вывернуться, когда придет пора возвращаться в свой мирок. – Вилькартас умеет, но как проводник он бесполезен. – Фей тяжко вздохнул. Ну да, у зеленоглазого даже лапок нет, так что только если звездой подрабатывать…
– Слушай, я, конечно, тормоз, но связь альтруизма и желания сохранить финансы семьи не уловила. – У меня в голове пыталась уложиться по полочкам вся выданная Кроном информация. С межвременьем все было ясно, понятно, логично. С фондом тоже.
Но альтруизм-то тут при чем?!
– Уже выяснила, в какую точку вашего глобуса всех послали? – устало, почти без ехидства поинтересовался фей.
– Ага, – кивнула я, даже не смутившись, что меня застукали за гуглоориентированием на местности. Зато теперь знаю точные координаты любимого города.
– Ну вот… а прямая прореха из нашего мира в твой тут только одна. И раз ее нашел я, значит, и остальные вскоре обнаружат. У тебя здесь и источник, и проход, и изумруд где-то рядом, и раму вот-вот липерболия выкинет. Довольно жестоко было бы оставить тебя, ничего не понимающую, разбираться со всем этим внезапным счастьем в одиночку.
– Согласна. Ты молодец… Но жениться-то зачем?! – Мой маленький слабый разум никак не мог объять всю информацию сразу. Он мог справляться только с чем-то одним, по очереди.
Сейчас я уловила и осознала, почему Крон боится возвращаться в Застеллажье. Но окончательно перестала улавливать, зачем ему понадобилась жена.
– Потому что любой договор, кроме брачного, можно разорвать! – рыкнул фей. – А так я уверен, что ты не наделаешь никаких глупостей… процентов так на восемьдесят уверен, – тут же исправился он. Жаба, услышав знакомое слово «проценты», помахала табличкой. – Все, иди работать! Мне ужином пора заниматься, – ворчливо-командным тоном закончил наш разговор Крон.
И я послушно побрела в кабинет работать. Потому что заказчику глубоко фиолетово на голубые изумруды, семейные фонды, а также контрабандистов, пытающихся из своих мирков проникнуть к нам, вычисляя временны́е и географические координаты.