23. Напиши мне!

Первое сообщение упало ему на рабочий телефон, когда он садился в машину. Всплывшее окошко показывало пять смайлов-сердечек и короткое “вау, какой ты мускулистый”. В адресе отправителя стояли иероглифы. Макс смахнул его не глядя. Пока он ехал до работы, телефон вибрировал без перерыва. На одном из светофоров Макс глянул мельком на экран – там опять была какая-то чушь, сообщения “давай встретимся сейчас” и фотка блондинки. Голой. Макс стукнул по наушнику и набрал Сашку. – Вы там совсем рехнулись. Рабочий же номер. Что за шутки?! – Привет, Макс. Тебя кто покусал с утра? – в голосе слышалось недоумение. – Задолбал. У меня мессенджер сейчас лопнет. Это хреновые шутки. Скажи, чтоб прекращали. Мне через час должен звонить следак, а у меня все в сообщениях и идиотских розах. – Каких розах? – Сашка, судя по голосу, напрягся. – Мужик, у тебя крыша едет. Мы тебе ничего не посылали. Может, это благодарные клиенты? – Какие у опера клиенты? – Какой опер – такие и клиенты, – отбрил Сашка и дал отбой. Макс, выбрав окно в потоке, свернул к тротуару, взял телефон и посмотрел на экран. Оповещения продолжали сыпаться. В основном там были смайлы однозначного содержания, пошлые стикеры, списки контактов и комментарии в духе “отпад” и “красавчик”. Макс разблокировал телефон и обнаружил сотню непрочитанных месседжей в приложении, которое он себе не устанавливал. Приложение оказалось весьма узкопрофильным. Для знакомств. Мало того, там у Макса имелась заполненная по всем правилам анкета, пройденная тройная идентификация, залитые фотографии и заполненные пожелания. Это требовало отдельного разбирательства. Макс выдохнул, доехал до службы, припарковал машину и зашел в кафе рядом с отделением. Без хорошего крепкого кофе он в этой ерунде разбираться отказывался. Там было пока немноголюдно – для обеда еще рано, а до деловых кварталов отсюда далековато. Макс взял кофе, сел за столик, отгородился от любопытных пирамидкой из “меню дня” и снова открыл приложение. Очередной привет от Василисы. Только шутками тут не пахло. Вернее, если бы не случилось этой нежной и горячечной ночи, Макс бы воспринял установку приложения для знакомств как очередную шалость, но после того, что было… Выглядело странно и скорее всего скрывало в себе двойное дно. Нет, точно скрывало. Кто после проведенной вместе (пусть и целомудренной) ночи начинает подкладывать партнеру девиц с сайта знакомств? Светка дала Василисе однозначную характеристику – ревнивая. А люди за одну ночь не меняются. Значит… Значит, Макс что-то прощелкал и надо разбираться с самого начала. Он выключил оповещалки, звук и открыл свою анкету. Лиса выбрала для него ник Капитан. Возраст указан чуть меньше, дата рождения переврана, а вот фото были наисвежайшие. Лофт, утренний свет из окна, Макс, раскинувшийся на кровати, лежит на животе, сбившаяся простыня в ногах. В принципе, для знакомства больше и не надо – смысл смайликов с сердечками становился ясен. Не сказать, чтоб это льстило. Свое тело он больше воспринимал как инструмент, хотя пользоваться им тоже умел. Второе фото – видимо, незадолго до пробуждения – торс спереди, так чтоб были видны мышцы груди и нижняя половина лица. Третья – вид сзади, Макс на пороге душевой, в полотенце на бедрах, это было снято точно не сегодня утром, а вчера. И, в отличие от первых двух, ракурс не выбирали. Просто щелкнули, кадр вышел чуть размытым, но выводы по нему о росте и фигуре сделать получалось. Макс открыл “свои” требования к партнерше. И задумался. Тут подробностей было куда больше, но он никак не мог сообразить, зачем они… – Принести вам еще кофе? – официантка бесшумно возникла рядом, задала вопрос и заинтересованно уставилась на ключи от дорогой машины, лежащие на столе. – Да, черный. – Пирожные? У нас сегодня завлекательные скидки. – Нет, спасибо. – Передумаете – позовите. – Не передумаю. Официантка пожала плечами и отошла. А Макса, который смотрел на ее темные волосы и ярко накрашенные губы, осенило. В его “требованиях” Василиса описала Маринку. Сестру. Такую, какую Макс нарисовал в программе. Подправленную возрастную давным-давно погибшую сестру. Так вот зачем она смотрела портреты, смотрела и подумала, что… Макс еще раз прокрутил графы, сверяясь. Ну да, глаза голубые или серые. Темные волосы. А вот дальше начиналось интересное. Если описание лица – очень четкое, строго по портрету, то выяснить рост, примерный вес, длину волос и комплекцию, а также мелкие привычки Маринки ей точно было неоткуда. Про Маринку вообще мало кто знал. И почти никто не помнил. Даже семья старалась упоминать реже – слишком у всех болело. Только мама каждый год ездила на кладбище во Францию. К пустой могиле. Отец тогда бросил все силы, чтобы прояснить дело. И по официальной версии выходило, что сестра не справилась с управлением. Она погибла, ее парня выкинуло из машины перед взрывом. Макс не поверил, как и отец. Но никаких доказательств не было. Трагедия была старой и сейчас мало кого взволновала бы, даже попади в прессу. Макс никогда не говорил про Марину. И про ее смерть. Никому. Ни Егору, ни Светке. Вывод из этого можно было сделать только один: Василиса откуда-то знала сестру. Возможности призрака? Потусторонний мир? Призраки имеют связи между собой? Болтают? Посещают собрания? Привет, я Марина Волкова и я погибла по вине одной сволочи? Какая чушь в голову лезет. Но у Марины тоже пустая могила. Одно это тянет на большой аргумент. Но связь точно была. Василиса знала Марину раньше, а сегодня утром увидела ее портрет на планшете и устроила сцену ревности? Макс оценил. Злости в проделке с приложением было куда больше, чем шутливости, это точно. Но что теперь делать с этим знанием? Его ревнует умершая девушка к его давно почившей сестре. Макс еще раз пролистнул анкету. Должна же быть зацепка. Единственная странность была в привычках разыскиваемой партнерши. В любимых напитках там стояли сливки. Но у Маринки была аллергия на молоко. На лактозу. Прямо сильная. А молоком больше пахло от призрачной Василисы. Макс еще покопался в анкете, понял, что вытащил оттуда максимум возможного, и с опаской зашел в сообщения. Василиса могла оставить там нечто. Нечто важное. Знак. Потому что ревность ревностью, злость злостью, но вся прошлая ночь говорила о том, что… Что Максиму Волкову нравится Василиса Лукьянова. И что это взаимно, и даже смерть ничего не изменила. – Ваш кофе. Не передумали насчет пироженки? – официантка сгрузила с подноса чашку. – Нет, а у вас есть сливки? – спросил Макс. – Порошковые. Порционные. В упаковке. Взбитые в тубе. Если нужны настоящие – то за углом имеется супермаркет. – Спасибо за наводку. В сообщениях ничего нового не нашлось. Десяток откровенных фото, которые Макс смахнул сразу. Около сотни “привет, как дела?” и пара предложений немедленно встретиться. Еще с десяток сообщений от тех, кто действительно искал там постоянную пару – эти в основном расспрашивали о работе, хобби и любимой еде. Какая-то сумасшедшая со стихами. Несколько профи – эти сразу начинали с таксы и условий проката. Чуть больше девушек подешевле – они были готовы спать за подарки. Смайлики. Сердечки. Рожицы с выпученными глазами. Огни. Искры. Извержения. Снова сердечки. Больше ничего. Макс не стал удалять приложение, только перевел все оповещения в беззвучный режим. Набрал Егора и с ходу огорошил его вопросом: – Что за призраки неравнодушны к молоку или сливкам? – Макс, а ты умеешь озадачить с самого утра. Откуда мне знать? Купи энциклопедию по эзотерике. Сливки? Призрак невинно убиенного кондитера? Молочницы? – Не смешно. – Разве? знаешь, когда я был в садике, сто лет назад, у меня была подружка. Так вот она на молоко приманивала фей. Тырила за полдником стаканчик и ставила у песочницы. И печенья клала кусочек. Правда маленький, самой хотелось. Окрестные кошки были счастливы, – Егор рассмеялся. А потом стал серьезным: – У тебя там совсем крыша едет или еще нет? Макс проигнорировал последнюю фразу и переспросил: – Фея? Как в сказке? – Ну да. Знаешь, такая маленькая, крылатая, из английских сказок, в коротком платьице. Они еще поют вроде и заманивают детей в какие-то холмы. Не как во “Властелине колец”, такие на молоко вряд ли пойдут. – Спасибо, ты очень помог, – Макс скинул звонок и снова открыл приложение. Фотографическая память тренированного полицейского не подвела. В ворохе сообщений было одно, которое абсолютно не выделялось в общей массе, состояло из смайликов, но вот аватарка отправителя была необычная, особенно для такого места. Никаких губ бантиком, размазанной помады и маникюра на руле “Бугатти”. Фея. Диснеевская. С крыльями. Кажется, из сказки про Питера Пэна. Как же ее звали? Динь-Динь. Пользователь был в сети три минуты назад. И сообщение этого аккаунта состояло только из картинок. Три огня. Вулкан и снова три огня. Извержение. Максу на ум живо пришел ночной кошмар. Василиса и река лавы внизу. И мерзотная дрянь рядом. Но при чем тут феи? И сливки? И погибшая давным-давно Маринка? Макс понял, что на этом его интуиция засбоила и, кажется, пора просто заняться работой. Расшифровки загадочных посланий стоило оставить на потом. Но, выйдя из кафе, он все-таки сначала завернул за угол, в фермерский супермаркет. Купил три большие упаковки сливок разной жирности. И молоко с печеньем. – Вы любите кофе со сливками? Или просто сливки? – улыбнулась продавщица, явно подразумевая, что если Макс свободен, то она не прочь продолжить общение. – Обычно я пью черный кофе, – ответил Макс, чем заслужил поощрительный взгляд из-под нарощенных ресниц, и закончил: – Это для моей девушки.