10. Горячее свидание

Я вернулась обратно в квартиру Волкова, пока тот торчал в больнице, у одра этой, этой… девушки. А куда еще было податься? К фейскому психологу? Я растерянно прошлась в гостиной по книжной полке, обнаружив, что книги на ней не настоящие, а сделанные из картона макеты. В стиле Макса – много толстого понта, а внутри пшик. На душе скребли даже не кошки, а тигры. Ну зачем я вышла из себя? Как так получилось? Я даже не поймала момент, когда все произошло. Просто желание сделать так, чтобы эта наглая шатенка исчезла, на мгновение стало нестерпимо сильным, и все случилось само собой. От огорчения я телепортировалась сразу через три стенки, в ближайший бар, и, не рассчитав, шлепнулась кому-то в коктейль. Во-первых, пить алкоголь вредно, а во-вторых – липко! В итоге я опять долго отмывалась (и кто так крепко закручивает краны!), а потом, мокрая и очень недовольная, залезла на самую высокую кухонную полку, где рядом с забытой пачкой из-под чипсов и парой пыльных костеров стояла бутылка с маслом. Настроение было плохое. Внутри спутался огромный клубок переживаний, и лезть в него не хотелось. А ведь как хорошо все начиналось! Я, сев на плечо к Максу, отправилась на свидание с Лизой, которая за сутки не перестала быть обычной простушкой, путающей слова (особенно когда я хорошенько посыпала ей ресницы пыльцой). Может, Волкову такая и подходит? Пока они беседовали, я так здорово все распланировал: как сдам Волкова по контракту рогатому, получу следующее задание и наконец избавлюсь от ежедневного любования красой и гордостью нашего города. Так замечталась, что яркая шатенка в очень коротком платье, томно воркующая слова, стала для меня неожиданностью. И главное, я ее заметила еще на входе. Просто мне в голову не пришло, что она, видя за столом с Максом Лизу, рискнет вмешаться. Наглая стерва! Это ж сколько самоуверенности – при живой девушке так откровенно клеить мужика. И вот тут я пропустила момент. Потому что девица решила не ждать удачи, а брать ее сама. Ни в какой фейской магии она не нуждалась. Спецом спихнула стакан со стола, а потом так поперла на Волкова грудью, что могла бы просто лечь на стол и ноги раздвинуть. От растерянности я даже перестала колдовать на Лизу, которая проморгавшись, пришла в себя и сильно удивилась, как ее занесло на свидание к Волкову. Шатенка провоцировала, я приготовилась посмеяться над растерянностью Волкова, но тут он решил по-другому. Не просто улыбнулся, кивнул, ответил дежурным “спасибо”. Нет, он именно СРЕАГИРОВАЛ, дал зеленый свет! Буквально на долю секунды, но я все видела и все замечала. Макс улыбнулся и уже приготовился сказать что-то. Наверно, про любовь с первого взгляда. Ему шатенка понравилась. Он смотрел на нее, как подросток на мороженое. И будут они вместе рисовать маршруты на салфетке, где короче проехать! Да чтоб ты, Волков, провалился! И ее с собой прихватил! И Лизу эту идиотскую, и всю пиццерию! Вот тут внутри у меня что-то треснуло. Выросло. Разгорелось так ярко, что не уместилось в фейском крохотном теле. И рвануло! Я вышла из себя, выпустила ярость из-под контроля всего на мгновение, но и того хватило, чтобы из стены вырвало кусок кладки заодно с какой-то трубой. Повалил пар, шатенка заорала, Волков героически прикрыл дыру столом. Ор, пар, откуда-то хлестала вода… А я почти без сил грохнулась на стол, в кучу своих же блесток, буквально на ладонь разминувшись с твердым краем сахарницы. Отпустило так же резко, как и началось. Я поняла, что по-прежнему размером с бисер и у меня дико болит ушибленный локоть. А вокруг продолжается дурдом – все визжат, причем у Лизы получается лучше всех. А мистер “сохраняю невозмутимость” Волков уже исчезает в дверях, унося на руках жертву моего гнева. Ту самую пострадавшую девицу. Спаситель чертов! За дело, между прочим, пострадавшую. Потому что это невероятная наглость – клеить вот так, с порога, Волкова, когда он пришел на запланированное мной свидание. Так что мне ее не жалко! Вот ни капельки! Я села на край стаканчика с кофе, который не допил Волков, и зачерпнула ладошкой. Ну и гадость! Сразу выплюнула, потому что это пить было нереально – сплошная горечь. Адский договор внезапно нагрелся и почти обжег мне бок, напоминая о том, что себе я не принадлежу. Вот ни минуты покоя! И я отправилась вслед за капитаном, который уже вез незапланированное личное счастье в сторону больницы, нещадно нарушая все правила дорожного движения. Интересно, а в тот день, когда меня убили, он тоже пытался помочь? Или вся его забота направлена только на наглых декольтированных шатенок, которым бы сходить к логопеду? Стало горько, словно я весь стакан кофе залпом выпила, и обидно. Словно мне шесть, и мама обещала на Новый год Барби, а подарила колготки. Потому что денег нет, а колготки нужны по-любому. Ты же взрослая, Вася, ты поймешь. Пойму, конечно, но от этого еще обиднее. А теперь у меня ни колготок, ни Нового года – я мертва, а капитан Волков возит на машине наглых девиц, и все вокруг совершенно беспросветно. Весь процесс лечения этой кокетливой стервы я пропустила – потому что сидела на спиртовой салфетке и жалела себя. Потому что над ней суетились все врачи, медсестры, лично Волков поправлял подушки, а я сидела одна, никем не видимая, и плакала. Я вдоволь налюбовалась на все происходящее и решила, что с меня хватит. Подожду свое задание дома. Заодно определюсь с планом действий. Найти теперь для Волкова пару стало проще. Шатенка, хорошая фигура, глаза светлые, губы чуть полные, наглый характер и тактичность колхозной козы. На жалкое мгновение подумалось, что если б я была жива – ЕСЛИ БЫ, – то тоже бы подходила под эти требования. Только без наглости и бесцеремонности. Но тут же вспомнились слова Волкова. Во мне, значит, изюминки не было. А в этой девице изюм пачками дают. Ууууу! Во избежание дальнейших несчастий я забралась в стенной шкаф и рыдала там в кармане пиджака. Там и платок был – очень кстати. Заодно я нашла упавшую в щель между полками золотую цепочку с подвеской-солнцем и, чувствуя себя бурлаком на Волге, отволокла ее подальше от шкафа – к ножке кухонного стола. Там точно увидит. Если можно считать это за извинения – то это они. В конце концов, его кипятком даже не задело. И вообще, я нечаянно. И это точно больше не повторится. Пусть он хоть сто таких девиц домой приведет. Волков вернулся под вечер. Один. Долго топтался в прихожей, снимал обувь и куртку, высыпал какую-то мелочь из карманов и звенел ключами. Потом он прошел в квартиру, и я наконец-то оценила преимущество лофта. С верхней полки шкафа, через слегка приоткрытую дверь, я прекрасно видела, как Волков, голый по пояс, готовит себе ужин, легко управляясь со сковородой, мясом и специями. Внеплановый визит в больницу аппетита ему не отбил. Цепочку на полу он заметил, удивленно приподнял бровь, но почему-то поднимать не стал. Оставил валяться. Может это вообще не го украшение? Или он его и не терял? Я телепортировалась поближе – на кухонный шкаф. Волков, насвистывая что-то под нос, переложил мясо на тарелку, нарезал овощи, включил сериал про вампиров и принялся за ужин. Цепочка продолжила лежать и выглядела теперь жалко. Почти как я. Ну и денек выдался! Работать феей – тяжелее, чем кондуктором. Я устало прислонилась к бутылке с маслом, которая стояла рядом. Та внезапно сдвинулась с места, закачалась и, не сумев устоять, рухнула на каменный пол кухни. Вдребезги. Только зеленые осколки разлетелись в разные стороны! Я зажмурилась от ужаса, ожидая ругательств или крика, а потом понимая, что ничего не происходит, открыла глаза. Макс даже ухом не повел – как пялился в сериал, так и продолжил. И даже не посмотрел на осколки на полу. А потом сказал…