Глава 1

Август, 2012 год.

— Да чтоб тебя! — я нервно дернул ногой и окончательно запутался в наполовину спущенных штанах.

Так. Спокойствие. Магазин откроется через десять минут. Как раз хватит времени привести себя в порядок. Закрыл глаза и словно наяву увидел, как Катька подходит к синей металлической двери, достает ключ, открывает замок и входит в тёмное помещение магазина. Вот она проходит мимо холодной выпивки, которая стоит на полке холодильника. Рот наполнился слюной в предвкушении. Подошёл к окну и одернул в сторону штору. Да. Так и есть. Продавщица стояла около магазина и курила тонкую сигарету.

Торопливо надел футболку и остановился около ванной комнаты, раздумывая, не почистить ли мне зубы? К черту! Потом, все потом!

Магазин «Райский уголок» встретил меня потоком холодного воздуха, исходящего от расположенного над входом кондиционера. Подставил лицо под прохладу и поморщился от неприятного затхлого воздуха, ударившего в нос. Стоило бы почистить кондиционер.

— Магазин еще закрыт! Зайдите через пять минут, — звонкий голос Катьки раздался рядом с кассой.

Подошел ближе и громко прокашлялся. Пухлая Катька, перебиравшая картонные коробки с товаром на полу, выпрямилась и повернула ко мне недовольное лицо.

— А, это ты? — спросила и так посмотрела, словно перед ней не человек, а мерзкое насекомое. Не дожидаясь ответа, подошла к холодильнику. — Как обычно?

— Да.

Катька достала две полуторалитровых бутылки темного пива и вернулась к кассе. Озвучив сумму за покупку, она поинтересовалась, не собираюсь ли я вернуть долг, и конечно же, получила твёрдое "нет" в ответ. Картинно вздохнув, Катька достала объёмную «тетрадь должников» и добавила в строчку напротив моего имени несколько цифр. Тотчас же мне захотелось её расцеловать. Выйдя из магазина, я сразу открыл одну бутылку и сделал пару глотков, чтобы утолить жажду.

В квартире стояла тишина, и чувствовался резкий запах испортившихся продуктов. Я заглянул на кухню и достал из-под раковины чёрный пакет, полный объедков. Небольшая кухня не видела ремонта со времен Советского Союза. Пустой старенький холодильник фирмы ЗИЛ располагался около окна и пожелтел от солнца. Рядом с ним на полу стояли два шкафчика голубого цвета; вместо ручек на дверцах чернели маленькие дырочки от гвоздей. На одном шкафчике стояла раковина из нержавеющей стали и капал проржавевший кран, на другом находилась белая столешница, со временем разбухшая от воды. Квадратный стол стоял напротив шкафчиков, у стены. Поверхность его покрывала жёлтая скатерть, испещренная порезами от ножа. Я вынес мусор в подъезд и поставил на пол около двери.

В ванной комнате вымыл руки, ненароком забрызгав темно-синий кафель. Мельком глянул в пыльное зеркало и вытер руки.

В комнате стояла невыносимая духота. Подойдя к окну, открыл форточку и опустился на диван. Несмотря на то, что в комнате я проводил большую часть времени, именно она была самым убогим местом в квартире. Из мебели тут был только сломанный диван из протертой ткани, старый бабушкин сервант, переживший войну, но «павший духом» в моих «заботливых» руках. Сломанный телевизор стоял на полу, полностью скрытый наваленной сверху кучей грязного белья. Была здесь ещё фарфоровая ваза, но использовалась она не по назначению — в ней хранились гвозди.

Бутылку пива я поставил на подлокотник дивана и, уставившись в стену, стал размышлять о жизни. И работы у меня нет, и женщины любимой нет, и друзей нет… Мало-помалу бутылочка пива опустела, а за ней и другая. Когда алкоголь разбавил кровь, я наполнился решимостью изменить свою жизнь к лучшему. В тот момент, когда я поднялся с дивана и, покачиваясь, пытался засунуть ногу в шлепок, раздался телефонный звонок. На экране засветился незнакомый номер. Недоумевая, кому мог понадобиться, я ответил на звонок.

* * *

— Алло.

— Здравствуйте, Владислав Игоревич? — глубокий женский голос с соблазнительной хрипотцой произнес мое имя так, что я почувствовал возбуждение ниже пояса. В голове сразу возникла увиденная неделю назад картинка с обложки журнала «Мужская атмосфера» — фигуристая блондинка в откровенном наряде горничной держит в одной руке пестрый ершик для вытирания пыли, а в другой руке банан, облизывая его алыми губами.

— Да. Это я. — ответил, оперившись плечом о стену для равновесия. Я решился на флирт. Сама судьба подарила мне этот телефонный звонок с незнакомкой, обладающей божественным голосом. Вспомнив, как учил меня общаться с женщинами один друг-алкоголик, бывший в молодости поэтом, я перешел в наступление. — У вас очень красивый голос! Вы вероятно фея, не иначе!

Фея молчала. Долго. Я занервничал. Может стоило сначала пригласить на чашечку кофе в ресторан или посмотреть сеанс в кино, а не сыпать комплиментами?

— Э-э-э… — нараспев произнесла, наконец, незнакомка, а мне казалось, будто мед льётся в уши. Я опьянел вконец. — …э-э, я не вовремя? Не совсем вас понимаю…

Да как так можно! Сама мысль, что она может звонить не вовремя ужасна! Я готов разговаривать с ней вечно!

— Что вы, что вы, что вы, — быстро залепетал, на ходу придумывая, как удержать с ней разговор. — Вы как раз вовремя. Я ждал вашего звонка!

— Да? — удивилась незнакомка.

— Да? — как эхо повторил за ней, сам удивляясь, как ляпнул такую глупость. — У меня способности видеть будущее, — добавил и совсем тихо процедил, злясь на собственную оплошность: — Сегодня проявились.

— Ну что ж, — растерянно произнесла женщина, — я, пожалуй, представлюсь. Меня зовут Марина Валерьевна Нечаева, я директор шестьдесят девятого детского дома, который на улице Ковалькова…

А дальше я ничего не запомнил. Ее голос завораживал и доставлял невероятное удовольствие моему слуху. Я лишь слушал, как она говорит. Нет, это больше похоже на пение! Пение райской нимфы! Пропуская смысл сказанных ею слов, я закрыл глаза и наслаждался.

— Я на все согласен, на все! — твердил, как в бреду до тех пор, пока она не отключилась.

Словно оглушенный, сполз по стенке на пол, не отнимая руку с телефоном от уха. Силясь вспомнить, о чем же она со мной говорила, я просидел так несколько часов. В тот вечер я отправился к ларьку с газетами и скупил все эротические журналы, потратив последние деньги.

Весь следующий день я ждал ее звонка.

А чтобы было повеселее, на помощь пришли верные друзья — пластиковый стакан Борька, бутылка пива Машка и ее сестра-близнец Лизка. Как только Борька отправился в раковину, а Машка с Лизкой в мусорное ведро, я пошел к зеркалу. Не сомневаясь ни минуты, что Мариночка — женщина эффектная и безупречная, мне надо соответствовать ее высокому уровню.

То лицо, что я увидел в отражении, мне не понравилось. Темные мешки под глазами, растрепанные, чересчур отросшие волосы, паклями свисающие на глаза, взгляд какой-то шальной… «Она даже не посмотрит на меня» — крутилась в голове мысль, пока я искал на полке под раковиной машинку для стрижки волос. Вооружившись аппаратом, подобрал насадку, как мне показалось, нужной длины.

— Может попробовать слегка сбоку состричь? — пробубнил себе под нос, крутя машинку в руках. Я понятия не имел, как выглядит современная молодежная прическа и действовал интуитивно. «Да ну, фигня какая-то» — решил и одним размашистым движением провел дорожку по волосам ото лба до макушки. Срезанные волосы упали на пол. Широкая полоска кожи, покрытая коротеньким ежиком волос, длиной не больше миллиметра, сверкнула в свете тусклой лампы. Протрезвевшим взглядом я посмотрел сначала на насадку, потом в зеркало, затем снова на насадку, досадливо понимая, что более идеальной стрижки «под нолик» трудно представить. Глотая слезы, сбрил оставшуюся часть волос.

Притупившимся одноразовым станком я сбрил щетину и тщательно умылся. Теперь в зеркале на меня смотрел посвежевший мужчина лет тридцати. Не красавчик, но и не урод.

Грязную одежду бросил в ванну и залил горячей водой, насыпав сверху стирального порошка. На этом моменте я утомился. Что толку стирать старые вещи, если они все равно не годятся для встречи с Мариной? А в том, что мы встретимся, я был уверен. Плюнув на стирку, бросил тряпье в мыльной воде и отправился на кровать — совершать послеобеденный сон.

Вечером меня разбудил звонок. Резко приняв горизонтальное положение, я схватил телефон и немедленно нажал кнопку ответа. Вот тут-то и началось самое интересное. Мариночка поздоровалась и перечислила мне непонятный список документов, который меня насторожил. Справка с работы о доходах, справка из паспортного стола, справка об отсутствии болезней… «Зачем?» — спросил я вслух.

— Что значит, зачем? — удивилась женщина. — Я хоть и договорилась с органами опеки, сами понимаете, как это нелегко, — сделала упор на последнем слове и паузу выдержала, чтобы я проникся, — но не можете же вы удочерить ребенка только по паспорту!

— Удочерить? Ребенка? Какого ребенка?

— Я точно с вами вчера разговаривала? Вы же согласились взять под опеку Яну!

— Я?! Когда? — ужаснулся. Что я мог ей пообещать? — Какая Яна?

— Я впрямь не знаю, что и сказать вам. Вчера же все обсудили! Яна — дочь нашего общего знакомого — Альберта Алексеевича. Вспомнили? — да, я вспомнил и машинально кивнул, забыв, что она меня не видит. — Так вот. Полгода назад он погиб в аварии, вместе с женой. Яна осталась сиротой.

— Подождите, у нее же тетя есть.

— Она умерла пять лет назад. Вы разве не знали?

— Нет. Я восемь лет не видел Альберта. С тех пор как уехал на заработки в другой город.

— Тогда я не понимаю, почему он просил найти именно вас. Он оставил мне ваши данные, правда, устаревшие, и через два дня попал в аварию. Мне стоило огромного труда найти вас. Вы не можете просто взять и отказаться, он же ваш друг. Тем более, как я поняла, вчера вы были не против и на все соглашались. Почему вы поменяли свое решение, Владислав Игоревич?

— Мне… мне надо подумать, — сказал и трубку положил. Новость имела такую оглушающую силу, что все разумные мысли вылетели из головы. Я забыл про друга еще восемь лет назад, когда перестал с ним общаться, так чего мне горевать сейчас? Сколько лет девчонке? Тринадцать. И какое мне дело до нее? Правильно, никакого.

На следующее утро я рано проснулся и отправился на биржу труда, чтобы устроиться на работу и достать чертовы документы.