Глава 6

Марина Валерьевна, одетая в длинную коричневую норковую шубу, развернулась ко мне лицом и сразу же отпрянула в сторону.

— Вы кто? — резко произнесла своим приятным голосом.

— Не узнали?

Женщина внимательно на меня посмотрела.

— А-а-а-а… Владислав Игоревич?

— Да.

— Вы слегка изменились со дня нашей последней встречи. Можно задать вам вопрос?

— Конечно.

— Что с вашим лицом?

— Это грим, — призвав свою фантазию на помощь, я попытался выставить себя в лучшем свете. — Сегодня у Яны новогодний утренник. Она попросила меня играть роль ёлки. Вот. Я в образе, так сказать.

— Хотела бы я на это посмотреть. Так вы с Яной поладили?

— В общем-то да. Она не доставляет мне хлопот.

— Я загляну к вам на праздниках.

— Хорошо. Вы за покупками пришли?

— Да! — встрепенулась она и выставила руку вперед, демонстрируя крупный перстень на среднем пальце левой руки. — Решила порадовать себя.

— Красивое.

— Спасибо, — убрала руку в карман и встала. — Может, пройдемся до остановки?

— Пойдемте. Марина Валерьевна, а что с наследством Яны?

— А его попросту нет. В завещание вписана только одна молодая женщина, которая якобы была его любовницей. Так это или нет, никто не знает. Но, сомневаюсь, что Альберт оставил бы дочь ни с чем. А дамочка эта сорвала огромный куш, я вам скажу.

Мы подошли к остановке и встали в сторонке от людей.

— Позвоните мне, когда соберетесь в гости прийти. Вскоре подошел автобус.

— Непременно! До свидания! — махнула рукой на прощанье и залезла в салон.

Я остался ждать свой транспорт. Спустя пять минут, холод добрался до костей сквозь одежду, а троллейбуса видно не было. Несколько человек рядом приплясывали на месте, засунув руки в карман пальто или шубы. Пока я раздумывал, не пуститься ли в пляс, по примеру других людей, на мое плечо опустила чья-то рука.

Рядом стоял дядя Миша. Сосед с пятого этажа, проживающий в одиночестве и часто прикладывающийся к бутылке. Седые кучерявые волосы, делающие его похожим на цветущий одуванчик, сегодня были спрятаны под коричневую вязаную шапку с торчащим на макушке помпончиком. На худой фигуре не по размеру висел длинный бежевый плащ с широким воротником из рыжего меха и кожаным поясом на талии. Лицо с множеством морщин и постоянно красным носом светилось доброжелательностью и весельем. Глаза с хитрым прищуром выдавали в этом мужчине пятидесяти семи лет озорство хулигана-мальчишки. Это был единственный человек, с которым я близко общался.

— Владик, как я рад тебя видеть, — обдал меня стойким запахом перегара и заключил в объятия. — А ты почему так давно не заходил?

— Денег нет, дядь Миш, — уклончиво ответил и руку его крепко пожал. — А ты что тут делаешь? — кивнул в сторону торгового центра.

— Да так, прогуливался по городу. Владик, а что за женщина с тобой стояла?

— Это знакомая. А что?

— Никогда не видел такой красивой женщины. Владик, ты обязан дать мне ее номер! — тот напор, с которым двинулся на меня сосед меня не на шутку напугал.

— Дядь Миш, да я не знаю. Вдруг она не обрадуется, — пролепетал я, но друг был настроен слишком серьезно.

— Или ты дашь мне ее номер, или я с горя повешусь! И виноват в моей смерти будешь ты!

И я сдался.

— Мариночка значит, — вспотевшими руками друг держал телефон, и взглядом ощупывал каждую цифру на экране. — Завтра же в бар ее приглашу!

— Дядь Миш, это женщина другого уровня, — вздохнул я, предчувствуя беду. — Тут пивом не подкупишь. Ресторан нужен, хорошее вино и приличный вид.

— Ладно, ладно, — заворчал сосед. — Для начала в бар свожу, а потом может и в театр. Вдруг она мне не понравится. До моего уровня, знаешь ли, тоже не всякая дотянет. — ткнул пальцем себе в грудь.

В тот же вечер.

— Ну кто тебя просил лезть в личную жизнь Марины Валерьевны? А ты у нее вообще разрешение спросил, прежде чем раздавать ее номер направо и налево? — в бешенстве брызгала слюной Яна. — Кто этот дядя Миша? О боже, это тот алкаш с пятого этажа?! Фу-у-у! Да ты с ума сошел!

Я сидел на кухне на стуле и мрачно следил за полыхающей гневом девчонкой. Ну да, знаю я, что поступил неправильно! Но может все не так плохо и дядя Миша сможет понравиться Марине?

Пока я упивался самобичеванием и мучился от угрызений совести, Яна принесла свой школьный дневник с оценками за четверть и как бы невзначай упомянула про три двойки. Дождавшись от меня слабого кивка, что информацию я воспринял, она молниеносно переместила свой взор мимо семи троек на одну единственную пятерку по физкультуре. Девочка так воодушевленно рассказывала про свои успехи по этому предмету, что именно эта информация отпечаталась в моей голове. Несколько месяцев потом я пребывал в полной уверенности, что Яна отличница и хвастался перед всеми соседями успеваемостью своей подопечной. Пока мне случайно не попался на глаза ее дневник.

* * *

Пока народ отдыхал и веселился на новогодних праздниках, на противоположной стороне дороги от шиномонтажной мастерской, усиленно кипела работа. За десять дней бывший склад резиновых изделий превратился в новенькую автомастерскую с небольшой чебуречной внутри и автомойкой. Конкурент с громким названием «ШМон», известный всему городу, не сильно смущался по поводу мастерской, расположенной, напротив.

Мой начальник понервничал совсем немного и благополучно ушел на пенсию, благодаря обширному инфаркту. Я оказался выставлен за дверь и пополнил ряды безработных. На следующий же день начался утомительный поиск вакансий. Чем дольше я искал работу, тем ближе подходили дни первого платежа по кредиту за телефон Яны. Каждый день мне звонила Марина, но я не отвечал, подсознательно чувствуя, что ничего хорошего она мне не скажет. Прижатый со всех сторон неприятностями и трудностями, я принял кардинальное решение — ушел в запой. Правда, ненадолго.

В один из ранних весенних дней меня разбудил долгий звонок в дверь. На пороге стояла Марина и настроена она была отнюдь не доброжелательно.