Глава 8

Спустя три недели, когда дядю Мишу выпустили из участка, я решил с ним поговорить. Прихватив с собой бисквитный торт и бутылку коньяка, я поднялся на пятый этаж.

Три раза постучав кулаком по двери вскоре услышал тяжелые шаги. Словно чувствуя неладное, я внимательно прислушался. Щуплый дядя Миша не может так топать! Щелкнул замок, открылась дверь. На пороге стояла Марина. Женщина смутилась на несколько мгновений, но быстро взяла себя в руки. Поправив узелок пояса на теплом махровом халате, она предложила мне войти.

— О, как хорошо, что вы зашли в гости, — улыбнулась женщина, закрывая за мной дверь. — Пройдемте на кухню, я поставлю чай.

На кухне за обеденным столом сидел дядя Миша и ложкой черпал золотистый бульон, налитый в глубокую белую тарелку.

— Привет, Владик, — кивнул сосед. — Садись рядом, — указал на табуретку.

Марина захлопотала над раковиной и поставила чайник.

— Владислав Игоревич, я сама к вам прийти хотела, но вы меня опередили, — сказала Марина.

— Я, честно признаться, не ожидал увидеть вас здесь.

— Мы смогли договориться, — посмотрела на дядю Мишу Марина.

— Уломал, — шепотом сказал мне на ухо дядя Миша— Два дня назад переехала. Правда, пришлось закодироваться.

— Молодец, — ответил также шепотом. — А я пришел как раз сказать, чтобы ты к ней не приставал. Но видимо, уже не надо. Миш, помощь твоя нужна. Надо в квартирку одну залезть.

— Я помогу! Потом расскажешь, — шикнул сосед и красноречивый взгляд на спину Марины бросил. — Услышит еще. Я же, вроде, встал на путь исправления.

Марина расставила чашки и нарезала торт.

— А он такой, смотрит на меня и руку в кармане держит, и не понятно — заточка у него там или кастет, — гордо выпрямив спину вещал дядя Миша о своих приключениях в «обезьяннике», поглядывая на реакцию Марины. — А я такой, раз, и за горло его к стенке прижал, «руку покажи, пугало», говорю. Он руку-то достал из кармана, с ножом! Ну я ему по руке ударил, потом по почкам и печени пару раз. Он заскулил и в угол уполз. Там и просидел все десять дней, пока я не вышел. То же мне местный криминальный авторитет! Я вот его на раз-два уделал!

— Ой-ой-ой… Страсти какие ты, Миша, рассказываешь, — покачала головой Марины.

«Неужели поверила?» — подумал я и незаметно усмехнулся. Ай да дядя Миша!

До полуночи сосед развлекал нас выдуманными историями. Супермен, не иначе!

Когда я собрался домой, Марина проводила меня до входной двери.

— Влад, ты извини, что тогда накричала на тебя, — смущенно произнесла она напоследок.

— Ничего. Заходите в гости, Яна будет в восторге, — подмигнул женщине и вышел.

* * *

Спустя два дня. Поздний весенний вечер.

В кромешной темноте сверкнул луч фонарика. Два сгорбленных силуэта медленно крались под окнами дома, подобно зверю в поисках добычи. Остановившись около металлической двери, они осмотрелись, набрали код на домофоне и, услышав одобрительное пиликанье, шагнули в подъезд.

— Ты уверен, что она спит? — оглядываясь по сторонам, спросил дядя Миша.

— Да, — сказал я. — У нее свет в окнах не горит. Да и поздно уже.

— Ну ладно, — дядя Миша достал из кармана брюк черный капроновый чулок и натянул на голову.

— Вот это разумно, — одобрил я, останавливаясь около квартиры бабы Нины.

— Я и тебе взял, — протянул мне чулок дядя Миша. — Теперь тихо. — прижал указательный палец к губам и прислонил ухо к двери.

Я замер в ожидании. Через минуту он полез в карман куртки и достал связку отмычек. Поковырявшись в замке, он с видом знатока подобрал отмычку и вскрыл дверь.

Стараясь не дышать, я первый вошел в квартиру, а дядя Миша не спеша прикрыл входную дверь. Я осветил фонариком стены в прихожей. Стеллаж для обуви стоял совсем близко ко мне и я, боясь что-нибудь задеть, отступил в сторону на пару шагов. Длинный узкий коридор имел две двери. Я указал рукой дяде Мише на одну из них и медленно двинулся к другой.

Помещение оказалось небольшой квадратной спальней. Я увидел сначала шифоньер со старым сервизом и множеством черно-белых фотографий в рамках, затем приметил письменный стол с выдвижными шкафчиками. На поверхности стола был идеальный порядок, лежала только ручка и тетрадный лист бумаги. Стараясь держаться подальше от кровати с тихо сопящей женщиной, я снял обувь и, держа ее в руке, ступил на красный узорчатый ковер. Преодолев расстояние до стола, сразу же открыл первый шкафчик, в котором оказались вырезки из журналов кройки и шитья советских времен. Следом выдвинул средний, в котором лежали клубки шерстяных ниток для вязания разных цветов и две пары длинных спиц. Все это не представляло для меня никакого интереса. Я полез в третий, последний шкафчик. Там лежали несколько десятков писем в конвертах. Я достал одно и, подсвечивая фонариком, прочел несколько строк. Каково же было мое удивление, когда я понял, что нашел настоящее сокровище! Любовное послание неизвестного мужчины для бабы Нины! Я вытащил из конверта еще одно и обнаружил то, зачем пришел. Мужчина служил на корабле коком и был женат. Чем не повод для шантажа, ухмыльнулся я? Как же так, наша блюстительница морали и нравственной чистоты несколько лет была любовницей женатого мужчины! Ай-я-яй, баба Нина. Я сгреб письма в охапку и застыл, заметив дядю Мишу, пробирающегося ко мне.

— Смотри, что нашел, — зашептал ему на ухо, размахивая конвертами перед его лицом. — Идеальный компромат.

— Я тоже кое-что нашел, — радостно сообщил он и развернул перед моим лицом белые панталоны.

— Фу-у-у, дядь Миш! Выбрось эту гадость!

Дядя Миша выбрасывать находку не спешил. Я направился к выходу, светясь от счастья так, что вполне мог бы обойтись без фонаря.

Проходя мимо кровати бабы Нины, я не смог сдержать злорадного хихиканья. Молниеносная реакция старушки застала врасплох даже бывалого карманника дядю Мишу. Секунда, и свет вспыхнул, освещая комнату. Баба Нина убрала руку с выключателя, расположенного у изголовья кровати и бросила взгляд на панталоны в руках дяди Миши. Лицо женщины приняло яростное выражение, и из-под подушки выглянула длинная кочерга.