Глава 10

У меня был весь вечер, чтобы дописать реферат. Ужин я пропустила, поэтому возвращалась в сумерках голодная и недовольная, зато с переплетёнными нитями листами, исписанными не совсем аккуратным почерком, но без ошибок.Я всё думала над сегодняшним происшествием. Получается, конфеты были противоиллюзорные. Лорд-оникс догадывается, что я — та самая девушка, и решил вывести меня на чистую воду. Это плохо, очень плохо.Но как же неожиданно конфеты попали к Огмырк! А может надо было отдать конфеты Журу? Вдруг под обликом неказистого рыжего паренька с лишними килограммами прячется прекрасный подкачанный мужчина невероятной красоты?От этих мыслей я сама себе улыбнулась и впорхнула в общежитие. Разумеется, дойти без происшествий — не моя стезя! Я тут же столкнулась с лордом-ониксом. Мужчина сложил руки на груди и ухмыльнулся.— Я так понимаю, теперь вы точно не согласитесь готовить для меня глинтвейн.Ещё ёрничает!— Теперь я точно буду держаться подальше от еды и напитков, поданных из ваших рук, — не удержалась от комментария я и прикусила кончик языка.Ох, молчать мне нужно, а я что? Наивная! Я ведь с самим крон-принцем Дракмара разговариваю.— Почему не съели конфеты сами? Вы же так любите… сладкое.И почему он посмотрел на мои губы? Так, лорд-оникс, очнитесь! Перед вами студент!— Как чувствовал подвох, — хмыкнула я. — Но думаю, другие девушки оценили по достоинству. Заодно с некоторых слетели иллюзии красоты. И я сейчас не об Огмырк.Да-да, там многие пользовались зельями, чтобы стать ещё красивее и точно привлечь его высочество. А я-то удивлялась, почему сюда приехали исключительно невообразимые красавицы? А дело вот в чём — зелья!Это как косметика, только круче.— Разве? Даже не заметил. Смотрел исключительно на вас. Вы меня… интересуете, Лиар Рамбовский.Вау, это признание? Я даже рот открыла, желая пошутить на эту тему, но принц меня опередил и пояснил:— Что-то такое в вас заставляет моего дракона волноваться. И на это могут быть две причины.— Какие же?— Ни одну из них я пока вам не озвучу. Доброго вечера, Лиар.Даарт застегнул китель и вышел на мороз, а я поспешила наверх, стараясь как можно быстрее выбросить из головы странный разговор с его высочеством.У двери моей комнаты стоял Кайл и держал что-то тканевое в руках. После вчерашнего, точнее, сегодняшнего тайного занятия в его комнате я чувствовала смущение.— Привет. Вижу, реферат написан.— Да, спасибо, — растерянно ответила я, не зная, как себя с ним вести.Зато Кайл, кажется, прекрасно знал. Он оттолкнулся от стены и сделал шаг ко мне.— Встречаемся перед рассветом, и да, — парень подал мне узелок, — взял из столовой. Чтобы не голодал и был к назначенному времени бодрым, сытым и счастливым. Встретимся у меня.С этими словами он попытался затолкать меня в комнату, но вместо этого я затянула его за собой и закрыла дверь. Уперев руки в бока, я хмуро заявила:— Нет! Ещё один раз я к тебе не пойду. Не хочу рисковать. Лучше… ты ко мне. Сегодняшним утром меня чуть не рассекретили.Кайл смотрел на меня долго, но в итоге кивнул и вышел. Я развязала узелок, белую хлопковую салфетку, на которой лежали три пирожка. Улыбнулась. А этот Дорс не такой уж плохой, оказывается.Можно было вздремнуть пару часов до того, как хрономорф разбудит меня на занятия с Кайлом по установленному мной времени, но для начала я хотела сходить в душ. Проведя время до одиннадцати за переписыванием первой части реферата на чистовик, собрала вещи и вышла из комнаты. В коридорах уже было тихо, потому я проскользнула к лестнице, а оттуда на верхний этаж, в преподавательские покои, ключ от которых мне выдал ректор.К счастью, здесь было свободно — в общежитии мало кто из преподавателей жил, все предпочитали городские апартаменты, хотя комнаты и были закреплены за преподавателями. Даже удивительно, почему его высочество выбрал жизнь в общежитии. Никак ностальгия по студенчеству?Прошмыгнув внутрь, я плотно закрыла дверь и задвинула защёлку. Покои были просторными, состояли из двух комнат — гостиной и спальни, к которой примыкала небольшая уборная с ванной и туалетом. Ванна! Не помню, принимала ли я её вообще когда-нибудь, ведь мои воспоминания начинались именно с академии, а тут я предпочитала быстрый душ. Но ведь если это неиспользуемые покои, можно и расслабиться, да?Немного подумав и прикусив губу, я всё-таки решила хотя бы на полчаса почувствовать себя счастливой девушкой, а не псевдо-курсантом, который крадёт минуты в душевой.Набрав воды, я залезла в ванну и расслабилась, размышляя о событиях, произошедших за последние дни. Например, о резонансе. Или об аэ-де. Почему судьба так часто сталкивает меня с ониксовым? Что она хочет мне этим сказать? Предостеречь или же, наоборот, уничтожить?Времени в ванне я провела больше, чем рассчитывала, и вышла, когда уже перевалило за полночь. Помывшись уже в прохладной воде, не став её разбавлять, я вылезла и обтёрлась полотенцем, после чего поспешно оделась в новую, точнее ново-старую, полученную от завхоза форму. Тёмно-фиолетовую, уже вышедшую из употребления. Должна же она хоть где-то пригодиться. Заплела волосы в косу и вышла из ванной в гостиную. Спать не хотелось, а занятие с Кайлом назначено на пять утра…Здесь стоял шкаф с книгами, вот я и взяла одну, забравшись вместе с ней в кресло. Это была романтическая новелла, основанная на реальных событиях. История любви его величества Ардаана Ониксового и подданой Дартании, дочери герцога Вильтероса, Аликсии Вильтерос. Я так зачиталась, что когда услышала чей-то голос, выронила книгу и вздрогнула, а голос продолжил:— Почему не сказал раньше?Огляделась. Никого. Подняв книгу, я прислушалась к звукам. Неужели мне всерьёз послышался голос ректора?— Потому что не был уверен в тебе. Сначала я проверил твоё алиби.Помотала головой. Теперь мерещится голос Даарта. Посмотрела на книгу о его родителях… Может, она заколдована на галлюцинации?Глупости. Дело в другом. Я поднялась с кресла и начала шарить по стене. Долго искать не пришлось — отверстие, прикрытое золотой решёточкой, искусно встроенной в интерьер и почти незаметной на жёлтых тканевых обоях, вело в соседние покои. И через него можно было увидеть двух мужчин: один сидел в кресле в расслабленной позе — его высочество Даарт Ониксовый, а второй стоял рядом с ним и сжимал руки в кулаки. Наш многоуважаемый обожаемый ректор Тияр Изумрудный, как всегда великолепный в зелёном сюртуке.— Ты подозревал меня?! — взревел он, и я вновь вздрогнула и с интересом посмотрела на его высочество.Действительно, какое он право имел подозревать друга? Они же друзья, да? Вроде вместе учились — слышала от кого-то из сокурсников. Так как он посмел подозревать друга? И главное — в чём?Разговор становился всё интереснее. Его высочество поднялся на ноги и извлёк из бара два ребристых стакана, поставив их на стеклянный журнальный столик, и материализовал из пространственного кармана бутылку вина. Я, как и Тияр Изумрудный, следила за его действиями с недоверием и настороженностью, но в итоге ректор, в отличие от меня, отмер и сел напротив принца. Я же осталась стоять, слишком уж заинтересованная разговором.— Надо поставить звуконепроницаемый купол… — озвучил принц, очень разочаровав меня.— Никаких куполов! Ты понимаешь, что я отчитываюсь за каждое применение магии в стенах этой академии на попечительском совете? Ты своими порталами туда-сюда замучил меня! Я пять раз — пять!.. — переписывал объяснительную, потому что ты добавлял новых перемещений. Хватит магии! Тем более никто нас не услышит. По обе стороны от тебя покои пусты. Преподаватели здесь не ночуют. Я и тебе удивился, пока ты сегодня не обрисовал всю ситуацию.О, ректор явно не знал об этой лазейке. Интересно, как она появилась? Неужели какая-нибудь извращенка-преподавательница просверлила дырку в стене, чтобы подглядывать за красавцем-коллегой, выходящим, например, из душа? Или всё было наоборот? И подглядывающий преподаватель был красавцем, а девушка, за которой он следил, вовсе не была красоткой?Улыбнувшись, я тихо опустилась на колени, чувствуя, что стоять, согнувшись в три погибели, становится тяжело.Теперь я понимаю старшекурсников, которым приходилось заранее тренироваться для танцев с гномихами из соседней академии. Я тут и пяти минут не выдержала, спина заболела.— Ну теперь ты понимаешь, почему я не сказал тебе?— И подозревал меня в убийстве десяти фей?! В зверских, ритуальных убийствах! — бесился Тияр, явно обиженный предположением друга.И я понимала его, хотя ужас, сковавший тело, мешал разумно мыслить. Убийство десяти фей? Какой кошмар! Как эта информация могла пройти мимо меня?— Тем более ты сказал, что преступник — анимаг.Анимаг? Я сразу вспомнила нескольких из своих знакомых, в том числе Эстива и Зеула. Анимаги — удивительные существа. Они способны принимать вид животных и перескакивать в выдуманные миры — чаще всего в картины и книги — проходить их насквозь, чтобы словно порталом оказаться в другом месте. Только порталы можно отследить, а перемещения анимагов — почти невозможно.— Но ты вполне мог быть его сообщником, — пожал плечами принц. — К тому же мир уже знает случаи, когда дракон может быть и анимагом.— Наследники Огненного клана — исключение, — рыкнул Тияр, — у меня оба родителя — драконы, я никак не мог родиться анимагом.— Дар может передаваться скачкообразно, от дальних предков, — не унимался принц.В принципе, я его понимала. Когда речь идёт о зверских убийствах — перестраховка лишней не будет. Лучше трижды перепроверить, чем один раз ошибиться и поставить чью-то жизнь под удар. Тем более дар действительно мог проявиться скачкообразно, как у меня.Кажется, о чём-то таком подумал и наследник Изумрудных, потому что заметно успокоился, особенно когда в его руках оказался стакан с вином. Не фужер, конечно, но думаю, в такой ситуации лишний этикет только вредит.Я же невольно залюбовалась ониксовым — его изящными манерами, умением держать себя в руках, идеальной осанкой и чертами лица. Суровость граничила с какой-то мягкостью, даже смешливостью, из-за чего серьёзный мужчина вмиг мог стать озорным мальчишкой, с которым можно посмеяться.Посмеяться, если он тебя не разыскивает по всей академии, как меня. Мне же надо держаться подальше от лорда-оникса.— Итак, — начал ректор, сделав существенный глоток, — совершено уже десять убийств, но убийца так и не пойман. Он ушёл через картину…— Мы предположили, что он — анимаг, поэтому скрывался с мест преступления так виртуозно, не оставляя следов.— Но в последний раз оставил, — сделав ещё один глоток, продолжил Тияр. — Он вступил в бой и… отбивался аэ-де. Специалистов этого направления слишком мало в нашем мире, эта борьба ещё слишком молодая и новая, и ты решил искать его здесь?— Помимо этого на месте последнего преступления убийца обронил кинжал, благодаря которому у правительницы золотых драконов было видение, что он прячется здесь, в Дракмарской Боевой академии, — закончил чёрный дракон.Так вот зачем его высочество здесь… теперь всё становится понятным, кроме одного — зачем ему я? Он ведь явно продолжает искать ту девушку из ванной, неужели я запала ему в сердце? В то, что я могу быть его истинной, не верилось.Точнее, я боялась поверить, потому что это могло открыть моё сердце для ответных чувств, которые могут быть растоптаны, если моё предположение окажется просто глупой игрой воображения. Ведь драконы женятся лишь на истинных, он никак не сможет ответить на мои чувства, если я не пара его дракона.Разговор за стенкой продолжался и к моим мыслям не имел никакого отношения, однако вскоре я получила ответ на неозвученный, но терзающий меня вопрос:— Следов нет, но… у меня уже есть подозреваемые. Один из них — студент первого курса, странный парень, чьё дело шито белыми нитками. Лиар Рамбовский, якобы из Амирада, вот только родственников у него там нет, следы теряются. Ты знал об этом?Знал ли об этом Тияр Изумрудный? О, я полагаю, знал! Он хранит столько секретов, покрывает меня, что иногда мне становится от этого страшно. Но подождите-ка, что сказал его высочество?..Я — убийца?! Хотелось встать, крикнуть, что это не так, что я вообще не анимаг, но… Я замолчала. Что я по сути знаю о себе? Моя память чиста. А что если я сделала это осознанно? Создала себе личность, стёрла память, чтобы начать новую жизнь, чтобы меня никто не нашёл? Он ведь ещё открыл во мне способности к аэ-де, которыми владел убийца.Звучит слишком правдоподобно. Тогда понятно, откуда у меня такой дикий страх раскрыться кому-то. Я сама себе его заложила при проведении ритуала, чтобы даже не думать о раскрытии своего инкогнито.Неужели… я способна на убийства? Покаяться во всём? Нет, не хочу! Не хочу на плаху за преступления, о которых даже не помню. Хочу жить счастливо и долго. А для этого следует держаться от чёрного дракона подальше, как можно дальше.— Рамбовский, — глухо повторил Тияр, — нет… Не может этот паренёк быть убийцей. Он смешной и глупый, ничего более. Неудачливый курсант. Даже не думай на него.Ну знаете ли… обидно! Я вовсе не глупая. Наивная — да, не отнять, но чтобы глупая?..— Почему ты его так защищаешь?Вот и у меня возник тот же вопрос, господин ректор. Причём уже давно. Ещё со времен, когда он поверил в мою ложь об аллергии, выдал ключ от этой комнаты, а потом спустил с рук то, что я подслушала разговор, знать о котором мне вовсе не следовало.— Глупости, — фыркнул мужчина. — Просто не верю в это. Он ведь… щуплый.Ну вот опять они о моей комплекции!— Я полагаю, что он использует зелье иллюзий, чтобы скрывать суть анимага.Теперь понятно, зачем были конфеты. Он не думает, что я могу быть той девушкой из ванной, не ориентируется по запаху, он думает, что я… убийца. Странно, но этот факт сильно ранил. По-настоящему. Я почувствовала, как кулаки непроизвольно сжимаются, по венам разливается обида и что-то ещё, пока мне не знакомое, словно меня предал человек, которому я невольно доверяла.Неужели подсознательно я хотела, чтобы Даарт нашёл меня, точнее, ту девушку из ванной…Но никак не убийцу. Нет, я не могу быть убийцей! Я хорошая, добрая…Хорошая ведь, да?Как же это страшно — думать, что ты можешь оказаться злодейкой, той, кто лишает жизни прекрасных, молодых девушек. Или не молодых… не знаю, но в любом случае это страшно — сомневаться в себе. Не знать, кем ты была и какие мысли были в твоей голове.— Ещё есть подозреваемые?— Никто из преподавателей аэ-де не владеет, только ты и магистр Уфт, его я проверил в первую очередь. Чист. А студенты… Есть восемь имён, — принц не стал их называть вслух, но я догадалась по шороху бумаги, что они были выписаны на листок и переданы ректору, — каждый из них может быть преступником. Не исключаю и других. К тому же, к преподавателям я всё ещё присматриваюсь, и, разумеется, к обслуживающему персоналу академии, хотя проверить их незаметно не так легко.— Огласки ты не хочешь?— Боюсь, что убийца может скрыться, если почувствует что-нибудь. Поможешь? Мне нужна вся доступная информация на этих восьмерых.— Я постараюсь что-то узнать. Дай мне три дня.— Спасибо, Тияр.— Не благодари, — поморщился наследник Изумрудных и плеснул себе ещё вина. — Я всего лишь хочу, чтобы ты поскорее убрался из этой академии.— Переживаешь за студентов? Или за Лизабетту Доренс?Точно! Она ведь снежная фея, поэтому под удар может попасть она, если убийца решит активизироваться. Как же всё неудачно складывается!— Да, за студентку, — кивнул ректор и опустошил бокал одним глотком. — Если на этом всё, я пойду. Сверхурочной работы теперь прибавилось.Тияр поднялся на ноги и направился к выходу, а принц… Принц бросил взгляд на меня — проницательный, с каплей веселья и превосходства. Я отшатнулась, не в силах поверить, что он меня заметил. Или только показалось?Я бросилась в спальню. Ректор просил принца не пользоваться магией, значит, у меня есть пара минут, пока он выйдет из своей комнаты, дойдёт до двери, попытается открыть… но задвижка помешает ему.Распахнув створки, я вдохнула ночной морозный воздух. Зима прикоснулась к моим щекам, обласкав их приятной прохладой, и я, вдохнув-выдохнув, выпрыгнула в окно. Заклинание левитации было самым простым, поэтому я так рисковала. Комнату Дорса я нашла быстро и постучала в окно. Ну же, Кайл открывай, демон бы тебя побрал! Сейчас принц наверняка осматривает гостиную…Здание общежития накрыла тень. Я сглотнула, посмотрела вверх и…И больше сделать ничего не успела. Меня поймали огромные когтистые лапы, унося куда-то вверх. Вот же… попала!Впрочем, летели мы недолго. Даже пределы академии покинуть не успели, что не удивительно — её накрывал мощный защитный купол, для пересечения которого требовалось отдельное разрешение, потому мы упали за сквером, прямо на тренировочном поле. Меня осторожно поставили, и, пока дракон отлетел, чтобы перевоплотиться, я предприняла попытку сбежать.К сожалению, неудачную. Меня довольно быстро поймали сильные мужские руки. Мы оба тяжело дышали, смотря в глаза друг другу. Какой же он, зараза, красивый! Такой, что у меня сердце сжимается при виде него.И судя по взгляду мужчины, я тоже ему не безразлична. Глаза блестят, на губах едва заметная улыбка, и сам он… ну не стал бы он гнаться за безразличной ему девушкой, да?Вот только он подозревает, что именно я убийца фей. Разве нас может что-то связывать с таким прошлым? Точнее, с неизвестностью, которая меня окутывает. Теперь мне тем более нельзя допускать даже мысли о влюблённости в этого мужчину. Нужно держаться от него подальше, обходить стороной, делать всё, чтобы ни в коем случае не попасться ему в лапы… Вот как сейчас.М-да, плохой из меня стратег. Ни один из планов не срабатывает.Взгляд дракона упал на левую грудь — я порадовалась, что так и не сходила в ректорат и не попросила о нашивке, благодаря отсутствию которой он не узнает моё настоящее имя. Мы встретились взорами.— Кто ты?— Самой бы знать, — искренне ответила я. — Зачем ты ищешь встречи со мной? Она не принесёт ничего хорошего ни мне, ни тебе.— Ты подслушивала, — констатировал дракон и прижал к себе левой рукой, а правую разместил у меня на затылке. — А подслушивать нехорошо.Он собирается меня поцеловать? Что он творит? Однако взгляд помимо воли упал на его губы — такие манящие, желанные. Вокруг был мороз, целоваться на морозе плохая, очень плохая идея, однако так захотелось, что даже кожу на губах защипало.— Обещаю, что никому не скажу, — прошептала я неожиданно охрипшим голосом и выдохнула облачко пара.— Не верю такой маленькой обманщице. Выбросила меня из окна и даже не поинтересовалась, жив ли я, всё ли со мной в порядке.— Ты сильнейший маг империи! Что с тобой могло случиться?— Например, влюблённость, — выбил он почву у меня из-под ног. — Это почти смертельное заболевание для дракона.О боги и демоны всего мира, удержите меня на ногах! Они подкосились, и я буквально повисла на драконе. Это признание или почти? Но даже если так, что нас ждёт впереди? Он подозревает меня в убийстве… а если это действительно так? Если я убийца? Сейчас, когда у меня нет памяти, мне хорошо от незнания своего прошлого. Если оно такое ужасное — я не хочу его узнавать, а он тот ключ, который может открыть весь страшный багаж когда-то моей жизни.Не хочу!— Прости, — прошептала я, когда дракон почти приблизился к моим губам, я уже чувствовала его дыхание, такое щекочущее, тёплое, особенно в зимней стуже.Если я всё-таки убийца… не хочу узнавать об этом! А с ним мне придётся воскресить свои утраченные воспоминания, которым я, возможно, не буду рада.— За что? — непонимающе проговорил лорд-оникс.За это. Я подняла руки с заклинанием на них и со всей силы ударила по дракону. Он вновь инстинктивно выставил щит, но на этот раз всё было хуже. Резонанс получился сильнее, мощнее, ярче. Я отлетела назад, врезавшись спиной в ствол дерева, а вот дракона со вспышкой отбросило вверх по диагонали и впечатало в защиту академии, та полыхнула синим, по ней разбежались искры и молнии, а затем… она погасла.Даарт ОниксовыйДело было слишком запутано. Я так и не мог понять, кто напал на Кайла. Безопасники, которые исследовали лабораторию, уверили, что это был случайный взрыв, это подтверждала и магистр Кёртис, которая примчалась на помощь парню сразу же после взрыва — она ещё не успела отойти далеко от крыла зельеварения и артефакторики.Я вспоминал наш разговор, воспроизводя те события в голове:— Магистр Кёртис, вы ведь не просто так бросились спасать Кайла Дорса, — произнёс я и прищурился, — будь это любой другой студент, стали бы вы так самоотверженно жертвовать кожей на руках?Девушка прятала руки в перчатках, что, разумеется, не укрылось от меня. Наверняка она тоже обратилась к лекарю, который заживлял ей кожу, но на момент нашей беседы прошло недостаточно времени, чтобы целительские мази успели подействовать.— Не понимаю, на что вы намекаете, ваше высочество.— На устав, всего лишь на устав, — весело продолжил я и добавил уже без улыбки: — Романтические или другие близкие отношения со студентами в академии строго запрещены.На миг по лицу преподавательницы зельеварения пробежала тень, но в итоге она пожала плечами и отвела взгляд.— Не стану вам лгать, так как ложь такому высокопоставленному, к тому же ониксовому дракону — заранее обречённое на провал дело, но у вас устаревшая информация. Кайл Дорс разорвал отношения со мной.— И вы решили отомстить ему?Улик у меня не было, да и осмотр личных вещей Кёртис показал, что она не причастна к происшествию. Однако по вопросу, заданному в лоб и неожиданно, можно было о многом сказать по реакции собеседника.Вот и сейчас преподавательница натурально удивилась, смущённо вспыхнула и открыла рот от негодования. Всё это было так естественно, что я даже улыбнулся.— Никогда! Я бы ни за что Кайлу… Знаете, вы зря видите во мне подозреваемую. В этой академии есть другие, кто хранит свои куда более опасные секреты, чем интрижка с привлекательным студентом, который, к слову, младше меня всего лишь на два года.Кайлу, если верить его делу, было двадцать восемь. Ещё молодой. Он уже окончил две магических академии, получив там дипломы с отличием. Драконы вообще любили учиться и самосовершенствоваться, постоянно искали пробелы в своих знаниях и заполняли их.И почему у меня вызывает такую антипатию этот жемчужный? Я даже поморщился. Я замечал, какие он взгляды бросает на Рамбовского. Слишком близкий контакт. Что же их связывает? Могут ли они быть сообщниками или подельниками? Если, конечно, одна из моих теорий касательно Рамбовского верна…И почему Дорс решил разорвать отношения с Кёртис именно сейчас?— Кого вы имеете ввиду, магистр Кёртис, говоря о секретах?— Главу нашей академии. Вот уж у кого весь шкаф в скелетах.Тияр? Внутри я похолодел, хотя внешне этого не показал. Мне казалось, что он что-то скрывает от меня, но я тщательно проверил его — он не имеет отношения к покушениям на фей. Тогда какой же секрет он скрывает?— Спасибо, — закончил я. — Вы можете быть свободны.— Предположение безумное, — поделилась преподавательница, когда уже собиралась уходить, — но есть вероятность, что вещество было не в лаборатории, а принесено в неё. Я имею в виду, что взрывоопасный раствор, следов которого не нашли, мог быть на одежде или руках Кайла.Это могло стать отличной зацепкой, вот только одежда Дорса отправлена в утиль ещё в лазарете, а его руки и тело были тщательно обработаны дезинфицирующим составом. Теперь следы канули в небытие.Связано ли это с убийцей фей — я не знал. Подозреваемых было несколько, и за каждым из них я следил. Жаль, что “маячок” нельзя повесить в стенах академии.И всё это привело меня к откровенному разговору с ректором в моих покоях. Я решился поделиться с ним причиной, по которой прибыл в академию, хотя свои домыслы пока оставил при себе. Тияр разозлился из-за моей лжи, при этом, если верить словам Темприеры, он сам хранил какие-то секреты.В любом случае я решил дать шанс Тияру раскрыть его тайны, объявив о причине своего пребывания в академии. Однако вместо ответного жеста доброй воли получил лишь упрёки. Неужели мой друг действительно скрывает от меня нечто важное?Что ж, я обязательно узнаю, что именно. Однако сейчас мне нужна будет его помощь со списком подозреваемых.Тияр ошибался, думая, что нас никто не подслушивает, но я и сам распознал “шпиона” слишком поздно — всё время отмахивался от чутья дракона, который вопил о близком присутствии… кого? Пары?В последнее время мой дракон слишком часто был неспокоен, и я с трудом мог распознать, какие чувства его одолевают. Пусть мы и единое целое, но инстинкты, доступные дракону, не доступны моей человеческой ипостаси, потому я прислушивался, приглядывался, присматривался… но не мог его понять. Отчего он так реагирует на Рамбовского? Потому что тот — убийца фей?Или потому что под его личиной прячется та, при мысли о которой мой дракон начинает сходить с ума, да и я вспоминаю её слишком часто, грежу наяву?Кажется, ректору не понравились мои предположения о Лиаре Рамбовском, но он действительно идеально подходит на роль злодея. Слишком загадочная личность. И чувства вызывает самые неоднозначные. Факты говорят против него. Владеет аэ-де, его прошлое шито белыми нитками, и сам он оказывается не в том месте, не в то время… или наоборот, в нужном месте и в нужное время? Например, во время взрыва лаборатории. Мог ли он подстроить тот взрыв, испугавшись Кайла? Вполне. И лишь отвёл подозрения от себя своим пустяковым ранением.Но этот волос на подушке… Да, его могла оставить Лизабетта Доренс, но она, судя по словам магистра Фейристира, не появлялась в лазарете. Остался на одежде Лиара? Вполне возможно, девушка случайно могла тряхнуть локонами и вот результат — волос на его академической форме.— Огласки ты не хочешь?Вопрос Тияра вернул меня в реальность, я слишком погрузился в свои мысли. Дракон буквально кричал о присутствии девушки, с которой мы оба жаждем повстречаться ещё раз. Я блуждал взглядом по комнате, пытаясь понять, куда меня так сильно влечёт, и продолжал беседу со вторым наследником Изумрудных. Мы обменялись ещё несколькими фразами, но я был слишком далеко инстинктами от разговора, чтобы реагировать на слова ректора, поэтому даже обрадовался, когда он поднялся с кресла.— Если на этом всё, я пойду. Сверхурочной работы теперь прибавилось.Отлично! Не в плане работы ректора, просто едва он закрыл дверь, мой дракон смог сосредоточиться, не отвлекаясь на постороннего. И я быстро нашёл ту, что всё это время подсматривала за мной. В её личности я не сомневался — дракон буквально урчал от удовольствия и подстёгивал инстинкты охотника.Нас разделяла всего лишь золотистая решётка, так умело скрытая в интерьере комнаты, что я даже не сразу её заметил. А бывшие жильцы этих покоев были те ещё шалунишки…Ухмыльнувшись, я поднялся с кресла, предвкушая встречу. Нашёл! Поймаю и не отпущу! Правда, резонанс может стать проблемой, но мы и с этим что-нибудь придумаем, я уверен. Не привык сомневаться в себе и своих способностях.Но девочка решила поиграть. Наивная! Она действительно надеялась уйти!Я выпрыгнул из окна и перевоплотился. Окно, в которое она стучалась, я распознал быстро — жемчужный дракон Кайл Дорс. Я слишком хорошо знал его семью, чтобы предположить, будто мальчишка может оказаться моей светловолосой избранной.Или может?..Я схватил девушку и увлёк за собой, наверх. Демонов купол не дал мне улететь, пришлось опускаться за сквером, на тренировочное поле. Дракон ликовал. Теперь, когда я во второй ипостаси, особенно хорошо чувствую, что девчонка не просто меня заинтересовала, она действительно моя истинная. Отказаться от неё? Ни за что.Она будет со мной. Невероятно красивая, смелая, с льдистыми глазами, во взгляде которых вызов, лёгкий страх и… симпатия. О, я тоже тебе не безразличен, я ведь правильно понимаю, девочка? Узнать бы её имя, забрать отсюда, запереть в родовом замке, пока не решится это дело с убийцей фей…Убийца фей. А девочка слишком смахивает на фею, разве что крыльев не видно, но ведь она может их убирать — крылья фей складываются татуировками у них на спинах. А если она привлечёт внимание того, кого ни в коем случае нельзя привлекать?..Сердце охватил страх, но я не позволил ему распространиться. Он до неё не доберётся, я не допущу!Нашивки с именем нет, да и форма… Та, что я носил в своём студенчестве. А это было пятьдесят лет назад. Где она её вообще раздобыла? Стоит полюбопытствовать у завхоза.— Ты сильнейший маг империи! Что с тобой могло случиться?— Например, влюблённость. Это почти смертельное заболевание для дракона.И ведь не солгал. Любовь дракона — сильнейшее из чувств. Мы любим настолько сильно, что не можем жить без пары. Она становится центром мира, счастьем, радостью и смыслом жизни.— Прости…— За что?Я любовался ею, поэтому не осознал того момента, когда она запустила в меня заклинанием. Выставил щит инстинктивно, бездумно — и как результат меня отшвырнуло в купол. Всплеск магии разрушил защиту и прикоснулся ко мне, ударив мощной энергетической волной. Я почти мгновенно потерял сознание.