Глава 37

Неделю мы прожили у лери Прайс.

От красивого особняка лорда Девиса остались лишь чёрные стены. Кто-то говорил, что видел дракона, блуждающего среди пепла, а рядом странную тень… Но то были лишь слухи.

Я всё ещё до конца не пришла в себя. Так сильно боялась людей Каролины, что затаили злобу на бывшую принцессу. А ведь теперь в моде другие преступники и другие происшествия. Пусть Элен всё ещё ненавидят, вил и факелов у ворот ни разу замечено не было.

Ещё боялась короля, но о нём пока не было вестей.

Словно он был заморожен после смерти своего настоящего хозяина.

Я была очень благодарна лери Прайс за приют и старалась помогать немногочисленным слугам, а ещё по утрам готовила завтраки и пекла булочки. Такие вкусные, что женщина даже попробовала всучить сдобу соседу втридорога. И получилось же!

Мы не знали, что делать дальше. У детей ещё оставался домик от тётушки. Но уезжать туда без защиты было опасно.

Бакстер приходил к лери Прайс каждый день, словно самый желанный гость. Проводил время с братьями и сёстрами и смотрел на меня, когда думал, что я этого не замечаю.

Бакстер — живое подтверждение тому, что первое впечатление бывает обманчивым.

Он вовсе не такой, каким показался изначально. Но тогда он сделал всё, чтобы меня разозлить, если не кривить душой.

А вот Каир… каким же благородным он мне видился! Казалось, что рядом с ним я дышала не воздухом, а светом, чистотой, правдой.

Но в итоге…

— А что сегодня будет к чаю? — спросила Сьюзан.

Я была на кухне. Она была светлой и уютной, было видно, что здесь проводили время не только слуги, но и сама лери Прайс заходила посидеть с ними, выпить запрещённого кофе и посмотреть на цветы в ухоженном саду.

— Тыквенное печенье, милая.

— Фу, — она поморщилась, — не люблю тыкву.

— И зря. Будет вкусно. Ты мне веришь?

— Обычно да, — улыбнулась она.

— Смотри, я запекла тыкву, видишь? Сейчас мы её разомнём. Получится пюре. В него добавим масло, муку, сахар и яйца, а потом ещё немного специй… И будет вкуснотища!

— Так это во всё можно добавлять муку и получать печенье!

— Ну почти…

Я рассмеялась. Но безмятежность не продлилась долго. В выходные Лери Прайс всегда сама выгуливала своих драгоценных собачек рано утром. Довольная, она всегда возвращалась к завтраку. Но сегодня её оханье послышалось раньше.

— Элен! — позвала она меня. — Элен, что же делать?

Я поспешила к ней, она одной рукой держалась за стену, другой за сердце.

— Мой бутик… Ах, мои платья… И надо же было новую коллекцию развесить! Бакстер советовал закрыться на время, нужно было его послушать…

— Так что случилось? Отдышитесь сначала, боги… Принести вам воды?

— Девочка, нет… Сейчас…

Меня здесь больше никто не звал лери Девис. То ли потому что не хотели напоминать о Каире, то ли потому, что помнили, что я попаданка.

Мой муж с помощью кольца скрывал истинность, чтобы я молчала о том, кто я такая, чтобы чувствовала себя уязвимой, притворяясь Элен, которую все ненавидят.

Потому что к новым душам в чужом теле относились с опаской.

Но истинность бы сразу опровергла самые страшные подозрения и внушила доверие.

Так и теперь ни у кого не было никаких проверок, никаких сомнений.

Правда, звали меня всё-таки Элен, а не Алёной, потому что звучало привычнее.

— Бутик разрушили, милая, — всхлипнула лери Прайс. — Всё разбили, унесли, а, что не смогли унести, разодрали… Варвары… Это прихвостни короля! Нужно срочно собрать…

Входная дверь распахнулась, на пороге показался… Эдгар Великий в сопровождении двух своих людей в странных позолоченных шлемах.

— Что нужно собрать? Или кого? — усмехнулся он. — Лери Девис… Или лери Элен… Вы что-то слишком далеко забрели от своего мужа. Но я весьма рад, что уже стоите у выхода. Очень удобно.

— Удобно? — я отступила на шаг.

— Да. Вы арестованы за очередной поджог. И убийство лорда Девиса.

Эдгар не выдержал и улыбнулся, будто мечтательно.

— Он так отчаянно стремился вас защитить, видел в вас свет и невинность, но… С ним случилось то же самое, что и с вашими родителями да женихом. Иронично. Лери Прайс, а вы, получается, покрываете преступницу. И ещё… в вашей лавке были обнаружены кофейные зёрна. Демонам поклоняетесь?

— О, Богиня, — поморщилась лери Прайс, — это никакая не лавка, а бутик, Ваше Величество!

Эдгар мог спрятаться в своём неприступном замке, но он предпочёл прийти за мной лично. И взял с собой всего двоих охранников.

Было понятно, что рядом с особняком лери Прайс разбросаны и другие его люди. Так же как и то, что самого Эдгара убить было не так просто.

Всё же он был одним из сильнейших драконов.

И всё же… разве не мелко для него вновь стоять на пороге моего убежища, вновь пронзать взглядом?

Он хотел доказать, что ничего не боится? Что ему это даже в радость? Что так лучше для нашей истории, красивее, благороднее.

Хотел избавиться от последней из рода лично?

Хотел поглумиться? Ведь в этот раз меня даже не пришлось подставлять.

Я сделала всю грязную работу сама.

— Я так не думаю, Ваше Величество, — произнесла спокойно.

— Неужели? — усмехнулся Эдгар. — Что ты задумала, Элен? И на что рассчитывала, когда решала, где прятаться. Когда осталась здесь. На виду у всех.

— Почему я должна была прятаться? Я ничего не сделала. А если вы обвиняете меня в убийстве мужа, то, пожалуйста, покажите мне тело. Правда считаете, что люди поверят тому, что мне удалось его сжечь? Ради Богини, он же дракон!

— Два особняка, где тебя приютили, обернулись пеплом. Этого достаточно, Элен. Народу не нужны доказательства. Им нужен хлеб и зрелище, и я им это предоставлю. Больше нет смысла быть осторожным…

Он рассмеялся безумно. Сделал ко мне шаг и схватил меня за плечо. Больно.

— Пустите!

— Но, вообще, будет неплохо сжечь и этот дом… Вместе со старушкой и детьми. Тогда-то точно никто не спросит про тело грёбаного Каира Девиса!

Он перешёл на рык, лери Прайс возмутилась, вновь схватившись за сердце:

— Это я-то старуха! Никакого уважения… в собственном доме…

— Ваше Величество, — я улучила момент для того, чтобы взглянуть Эдгару в глаза, — у меня есть кое-что для вас. То, чего вы жаждите больше всего. Но я не смогу вам это отдать, если вы решите меня казнить. Может, поговорим?

Он моргнул. Усмехнулся, нахмурился, побледнел…

— Нет… Нет, — повторил. Его глаза вдруг заблестели. — Есть? Пошли, я тебя выслушаю.

Я бросила выразительный взгляд на его стражу. И он, немного подумав, всё-таки отпустил их.

Потому что никому не мог доверять.

— Лери Прайс, мы с Его Величеством будем в гостиной. Позавтракайте с детьми без меня.

Она кивнула, скорее всего уже обдумывая, как сообщить о прибытии короля остальным заговорщикам.

Мы с Эдгаром прошли в комнату. Он развалился на диване и стал нетерпеливо барабанить пальцами по подлокотнику.

— Я не позволю с собой играть, — сказал, а сам явно с каждым мгновением был всё ближе к тому, чтобы вступить в любую игру, лишь бы получить дозу. — Зачем ты убила Каира? Что случилось у голубков?

Я застыла напротив него, скрестив руки на груди.

— Он хотел с помощью нашей истинности вернуть бывшую жену. Я не могла это допустить.

— Истинность? — Эдгар выгнул бровь. И тут до него, наконец, дошло. — Ты не Элен.

— Зовите как хотите, мне всё равно.

— Попаданка… не люблю попаданок… Может быть, потому, что на меня такая не свалилась? Боги жадничают… Приходится выбирать самому.

Он рассмеялся.

Рассмеялся с самого дна своей души, где прибывал уже долгое, долгое время.

— Эсмеральда? — её именем закончился его смех. — Она же умерла. Она была сестрой одного моего друга. Он решил, что она слишком опасна. Что ей нельзя становится сильнее. И в тот момент, когда она рожала пятого ребёнка, сделал всё, чтобы это закончилось её смертью. Я помню. Я ведь ещё специально отправил Каира подальше. Так, она выжила… И у неё есть то, что мне нужно.

— Я её убила. И забрала то, что вам нужно, себе.

С этими словами я достала из вазы с цветами маленький бутылёк с пурпурной жидкостью.

Всё это время жена Каира сцеживалась по капле. Мужа она не травила, но, видимо, хранила яд на всякий случай, как полезный инструмент.

Пока Эсмеральда заговаривала мне зубы, а Каир готовился к обряду, старшим удалось открыть дверь, которую открывать было никогда нельзя, словно в сказке про Синюю Бороду.

Дело было не в кабинете Каира, а в проходе, который начинался с его кабинета. И который вёл в тайные покои бывшей жены.

Она заняла тело одной из служанок. Изекил вспомнил, как после смерти матери отец спешно нанял молодую красивую девушку. С ней провели тёмный обряд, но что-то пошло не так, и тело начало гнить, словно в ней и не было живой души.

В покоях была одежда, маленькая коллекция костей и камней, книги, травы, ёмкости с остатками крови на дне и ящик с бутыльками яда.

Его-то старшие догадались умыкнуть. И не зря.

Ведь яд — это рычаг давления на самого короля. Благодаря убийце родителей Элен. Он приучил Эдгара к сладкой горечи и чувству эйфории, которое не могли обеспечить никакие другие дурманы, никакие другие удовольствия.

И достать его было нереально.

Ведь с настоящими чистокровными фэйри заключать сделки — самоубийство.

А о других полукровках никто никогда не слышал.

Их было лишь двое — сестра и брат.

Каждый из них шёл своим путём, но обе дороги были дорогами зла.

— Отдай мне! — вскричал король, словно раненый зверь, и кинулся ко мне.

Я не сопротивлялась, позволила ему вырвать бутылёк из рук. Это была лишь маленькая капля, припрятанная на такой вот случай.

Остальное хранилось в надёжном месте.

Эдгар жадно раскатал жидкость по языку, я отвернулась, смотреть на это было противно.

— Все фэйри мертвы, Ваше Величество, — сказала я, наблюдая за тем, как он расплывается лужей по дивану, — что вы будете делать теперь? Вы ведь так привыкли полагаться на других…

— Ты хочешь что-то мне предложить? — промямлил он.

— Я хочу, — в дверном проёме появился Бакстер.