Глава 36

Мне было сложно доверять людям в этом мире, рана от предательства была слишком свежа. Но…

Оттого, что Кристин, Бакстер и Изекил всё-таки встали на мою сторону, на сердце было тепло.

Пусть это светлое чувство и не могло заглушить мысли о Каире…

Его старший сын привёз меня к… лери Прайс. Она жила в хорошем районе в небольшом, но очень красивом, стильном особняке. И была одинокой. Вдова, у которой осталась лишь одна дочь. Но с ней женщина не ладила.

Девушка вышла замуж за чопорного супруга, которому не нравились выходки лери Прайс.

Даже внуков бабушке никогда не привозили. И, конечно, приглашений в гости она не получала.

И это лишь из-за того, что родовитая женщина после смерти супруга решила не сидеть без дела, не раздаривать состояние мужа, а приумножить его. Заняться торговлей, несмотря на то, что это дело отводилось простолюдинам и демонам.

И кому было плохо от её тканей и платьев, подобранных со вкусом? От ярких боа и замшевых туфель?

Одиночество её скрашивала не только работа, она также содержала целую стаю маленьких собачек, больше всего напоминающих йоркширских терьеров, и, конечно же, была частью тайного общества.

Тех лордов и их жён, что были не согласны с решениями короля.

Бакстер догадывался о существовании такого «тайного клуба», пытался туда попасть, но никто не хотел рисковать.

Всё-таки мужчина он был молодой и вспыльчивый, обиженный на отца, да к тому же выращенный матерью, у которой, по слухам, был самый длинный язык в Каролине.

Но, переживая о моей судьбе и судьбе братьев с сёстрами, он пошёл на поклон к лери Прайс. И та, в конце концов, открыла для него свои двери.

Как раз вовремя.

Она встретила нас с такой улыбкой, будто ничего особенного не произошло. Расфасовала детей по комнатам, приказала мне положить Верну на диван, пригласила из сада невысокого седовласого мужчину в светлом плаще.

— Это лорд Мемори, он обладает даром исцеления, особенно хорошо работает с ранениями.

— Когда-то я служил вместе с генералом Девисом, — сказал мужчина, склонившись над моей бедной Верной, — очень жаль… Жаль, что он нездоров.

Лери Прайс сочувственно вздохнула и взяла меня за руку.

— Милочка, пойдём, я хочу всё услышать от тебя.

Я покачала головой.

— Мне нужно остаться рядом с Верной.

— Лери Прайс, оставьте Элен в покое, — тут же вмешался Бакстер.

Он усадил меня в кресло рядом с рысью, принёс чай и плед, а затем — самое главное — увёл лери Прайс, чтобы пересказать ей случившееся.

Я была рада, что это не придётся делать мне.

Сил почти не было.

Изекил был с младшими.

Рядом кроме лорда Мемори осталась ещё Кристин, она ходила из стороны в сторону, прикрыв губы маленьким белым кулачком.

Я гладила Верну, мне казалось, что так она быстрее поправится.

— Думаешь, он погиб? — девушка бросила на меня расстроенный взгляд.

Я покачала головой.

— Не знаю… Скорее нет. Мне очень жаль. Правда.

— Конечно, если вы истинные, — Кристин провела рукой по волосам. — Как он только мог? У меня это в голове не укладывается…

— Как ты поняла? Он обвинил меня в безумии, и ты будто поверила. И в это легко было поверить.

— Он закрыл Верну в подвале. Она была без сознания несколько часов. Так что не могла никак опровергнуть его слова. Хотя было и странно, что в такой час её не было рядом с тобой. Ведь она была главной твоей защитницей. Я даже завидовала… У драконов не бывает магических животных, только у магов и ведьм. Помнишь рыжую девочку Валентайнов? Она дружит с Изекилом. Вообще-то, отец уже договорился с её родителями о браке через несколько лет. Но теперь даже не знаю, кто захочет с нами связываться. Впрочем, Розу сложно будет выдать замуж… Несколько раз она переодевалась дворовым мальчишкой, чтобы играть в городе с нищими. Её теперь быстро узнают по волосам и отправляют домой. Так что в свободное время она забирается в особняки соседей, особенно наш, в поисках приключений на своё мягкое место.

— Она нашла Верну в подвале.

— Услышала рычание, — кивнула Кристин. — И сказала Изекилу, конечно. Он пошёл разбираться. Они едва не поубивали друг друга, пока не разобрались, в чём дело. Верна всё рассказала. И знаешь что? Мы сначала не поверили. Но потом стали прислушиваться. Стали обращать внимание на то, на что раньше не обращали. И многие странности проявились. Ответ на всё оказался один: наша мама… Мы не говорили младшим, не напоминали, но помимо достоинств у Эсмеральды было много недостатков. У неё очень быстро менялось настроение, от крика до смеха она переключалась, словно по щелчку. Заботилась о нас, но даже когда говорила приятные вещи, иногда будто забывала улыбнуться. А потом спешно натягивала эту улыбку на лицо. И выглядело это странно. Но я была ребёнком. Мы почти не видели других людей, кроме слуг. Мне не с чем было сравнить. И, в конце концов, она была моей мамой. Я любила её. Я хотела быть на неё похожей. Не понимая, на что именно на самом деле хотела… Странно то, что отец никогда ничего не замечал. Он боготворил её. И вот чем это закончилось. Даже истинность ничего не изменила. Он решил остаться в огне. Лишь бы с ней…

— Кристин… — хотела я начать, но она подняла руку, без слов прося ничего не говорить.

— Ни он, ни она никогда не любили никого из нас… Это самое страшное. Даже не то, что мы, возможно, их лишились. И дома. И будущего.

— Если вас никогда не любили, вы хотя бы не лишились их любви, — всё-таки ответила я. — Мои родители остались в другом мире. А я заперта здесь, ненужная никому. Может быть, вместе мы сможем наладить нашу жизнь?

Мы с Кристин встретились взглядами.

Это было хорошее новое начало.

Лорд Мелори закончил с раной Верны и сказал:

— Теперь ей нужен покой. Меня не должны видеть здесь так поздно. Я должен идти, лери Девис, лери Кристин… — он слегка поклонился и отправился к лери Прайс.

— Я пойду к младшим, — сказала девушка, прежде чем коснулась моего плеча и вышла из комнаты.

Верна приподняла голову, я осторожно погладила между её ушей.

— Только не пойму, откуда магия и как с ней управляться… — поделилась я опасениями. — Не хочу никому навредить.

— Элен ушла, — ответила рысь, — но я осталась. У таких, как я много применений. Одно из них — резерв магических сил. Во мне осталась искра, ты смогла добраться до неё, смогла распалить.

— Я хотела защитить тебя.

— И я… я буду тебя защищать…

Животные не плачут, но я увидела, как её слеза намочила шерсть. В горле застрял ком. И на этот раз из-за радости.

Кому-то в этом мире я всё же была нужна…