Глава 22

Александр

– В два часа мы едем в салон, где ты примеришь платье, – повторяю в пятый раз, но Мальвина меняется в лице так, словно впервые слышит об этом.

Девушка уже неделю живёт в моей квартире, но всё никак не привыкнет к тому, что мои приказы не обсуждаются.

Когда я привёл няню для её племянницы, она наотрез отказывалась выходить из дома. Всё твердила, что отвезёт Стефанию к подруге, чтобы самой пойти на работу.

Пришлось надавить на совесть девчонки и напомнить, что у её подруги есть личная жизнь. Только после этого она согласилась довериться профессиональной няне.

А сегодня я сообщил Мальвине о том, что пора определиться с платьем, свадьба ведь через неделю уже. Но Остапенко резко побледнела, став одного цвета со своей белой блузкой, которая, кстати, отлично подчёркивает стройную фигурку девушки.

– То есть, это правда? – смотрит на меня жалостливо.

– А ты думала, что я шучу? – не выдерживая, повышаю голос.

Девушка съёживается, будто её жизни угрожает что-то. Или кто-то. Боится меня?

А ведь ещё пару недель назад я радовался такому раскладу, теперь же не хочу видеть страх в карамельных глазах.

– Ладно, – машу одной рукой на девчонку, а другой ослабляю узел галстука. Что-то дышать тяжело становится в её присутствии, словно сердце в грудной клетке тисками сжимают. Знать бы ещё, кто это делает. – Мне работать нужно, иди уже, иди.

Остапенко послушно покидает мой кабинет, так ничего не сказав. А я смотрю на настенные часы и мысленно отсчитываю, что до поездки в салон остается полтора часа. Почему так долго?

Едва обед подходит к концу, я накидываю пальто, беру всё необходимое и выхожу из кабинета. В салон Мальвину собираюсь сопровождать лично.

Не то, чтобы мне интересно смотреть на девушку в платье, просто я не доверяю ей. Или не купит ничего, или вообще сбежит из салона.

– Кстати, Морозов звонил, – сообщаю по дороге в «Свадебный рай», – сказал, что дело продвигается. Скоро ты получишь документы об удочерении.

Бросаю мимолётный взгляд на Мальвину – улыбается.

– Спасибо вам, – ко мне обращается, – если бы не вы, то… Знаете, как они придирчиво квартиру осматривали? Кажется, не поверили, что мы со Стешкой на самом деле там живём. Пока прописку не увидели.

Она так беззаботно и весело щебечет, что я вдруг начинаю чувствовать странное тепло, заполняющее грудную клетку, и непреодолимое желание сделать для Мальвины ещё что-нибудь. Чтобы она не переставала улыбаться.

Мы сворачиваем с дороги на парковку перед зданием престижного салона, в котором продаются всякие атрибуты, необходимые для свадьбы.

Внутри нас встречают две девушки и любезно предлагают свою помощь. Они зазывно улыбаются, не сводя с меня взгляда.

На Мальвину сначала вообще не обращают внимания, но потом, когда я озвучиваю причину приезда, одаривают её натянутыми оскалами. Сплошное лицемерие.

Конечно, Мальвина одета скромно. На ней старые сапоги, классические брюки из дешёвого китайского магазина и простецкое пальто. Я предлагал ей обновить гардероб, даже давил на то, что она невеста известного бизнесмена и должна выглядеть подобающе. Но Остапенко наотрез отказалась, заявив, что этого пункта в договоре не было.

– Вас интересует что-то конкретное? – девушка-консультант задает стандартный вопрос.

Смотрю на Мальвину, но та пожимает плечами. Понятно, предпочтений у нас нет.

– Может быть это? – вторая девушка показывает пышное платье цвета шампань.

Я машу рукой, дав позволение мерить на мою невесту всё, что посчитают нужным. Раз не хочет добровольно помогать в организации свадьбы, пусть терпит выходки консультантов.

И Мальвина терпит. Ровно до пятнадцатого наряда, а потом не выдерживает.

– Почему они предлагают какую-то дичь? – она дует губки, жалуясь мне на девушек, который тем временем подбирают новый наряд для примерки.

– Всё в твоих руках, – протягиваю многозначительно, не отводя взгляда от экрана смартфона.

Возникли неожиданные проблемы с поставкой нового оборудования для компьютерного класса. Поэтому я предпочитаю не отвлекаться.

– Кхм, – слышу спустя некоторое время, – Александр Юрьевич, может быть вот это?

Я поднимаю глаза и замираю, словно, вижу Ангела.

Именно так и выглядит сейчас Мальвина. Белоснежное платье из лёгкой струящейся ткани облегает талию и бёдра девушки, скрывая стройные ноги. Зато хрупкие плечи полностью открыты и привлекают моё внимание.

– Мне нравится, – отвечаю слегка охрипшим голосом, – берём.

Девчонка облегчённо выдыхает, словно с неё свалился непосильный груз, который давил своей тяжестью и тянул к земле.

А потом мы едем обратно на работу, но по пути я предлагаю перекусить. Не знаю в чём причина, но я страшно разнервничался и в итоге проголодался. Живо представляю, как вгрызаюсь зубами в сочный стейк, и даже во рту слюна собирается.

– А можно, я место выберу? – моя стеснительная спутница неожиданно подает голос.

Сомневаюсь, что она знает приличные заведения, да и в кухне высокой вряд ли разбирается. Но неожиданно возникает желание узнать о предпочтениях Остапенко, и я соглашаюсь.

Она вкратце обрисовывает маршрут, который я тут же вбиваю в навигатор.

Спустя полчаса мы подъезжаем к небольшому супермаркету. Я оглядываюсь по сторонам, но не вижу поблизости ни единого ресторана. Да что там ресторан, здесь ни кафе, ни даже столовки задрипаной не наблюдается.

– А куда мы приехали? – спрашиваю настороженно. Надеюсь, она не предложит мне купить булок и йогурта в супермаркете.

– Сейчас вы всё узнаете, – заверяет Мальвина и выставляет ладошку вперёд.

Она предлагает мне остаться в машине, а сама бежит куда-то за угол магазина. Её нет добрых двадцать минут, а когда знакомый силуэт вновь возникает передо мной, я понимаю, что зря доверился девчонке.

В руках она несет прозрачный целлофановый пакет с ручками. И судя по тому, что виднеется на дне этого пакета, можно сделать вывод: меня сейчас будут кормить уличной едой. Ну, то есть, попытаются накормить. Добровольно я это есть не стану.

– Я что-то перехотел есть, поедем в «Развитие», – предлагаю, когда Мальвина оказывается в салоне моего «Мерса».

– Да?.. – тянет разочарованно. – Но как же шаурма…

Она дует розовые губки и протяжно выдыхает, заставляя моё сердце сжаться от чувства вины. Подумаешь, шаурма, неужели я отравлюсь от одной порции?

– Ладно, – протягиваю ладонь, в которой тут же оказывается горячий свёрток, – но знай, что я даже во времена студенчества таким не питался.

Не знаю, для чего сделал это уточнение, возможно, хотел, чтобы девушка оценила то, на какие жертвы я ради неё способен. Сам не понимаю, зачем мне это нужно.

– Я тоже, – выдает, откусывая кусочек лаваша и блаженно зажмуривая глаза.

– Почему? – удивлённо вскидываю брови, параллельно принюхиваясь к ароматному свёртку в своих руках.

– Ну, если только по праздникам, – признается смущённо.

– Да ладно, она же дешёвая! – выдаю неподдельное удивление.

– Не для студентов, живущих на одну стипендию.

Девушка грустно улыбается, а я вдруг живо представляю, как она сводит концы с концами и не может позволить себе элементарных вещей.

Всегда считал, что если человек по какой-то причине живёт бедно, то он сам виноват во всём. Мы вершители своих судеб, и должны брать инициативу в собственные руки.

Но встретив Мальвину, я неожиданно осознал, что не все бедняки насквозь прожжённые лентяи, не умеющие разумно тратить средства. Из раза в раз она неведомым способом показывает мне, что человеческие качества невозможно измерить объёмом кошелька.