Глава 23

– Звук нужно округлять так, словно ты зеваешь, вот, послушай, – я пропеваю строчку из детской песни о необъятных просторах России и смотрю на ученицу. – Не наседай на голос, попробуй петь легче.

Очередной урок музыки подходит к концу, но на удивление я ни капельки не чувствую себя уставшей. Когда занимаешься любимым делом, которое приносит радость, не утомляешься.

Маленькая ученица собирает ноты в папку с изображением принцессы Ариэль, прощается и выходит из кабинета.

Я отключаю электронное фортепиано, заполняю журнал и начинаю собираться домой.

Необходимо забежать в магазин по дороге, а потом забрать Стешку из садика. Совершенно неожиданно освободилось место в детском саду, который расположен недалеко от «Развития».

Красовский пытался отговорить меня и утверждал, что может оплачивать няню, но я осталась непреклонной. Город большой, очередь в детский сад расписана на пару лет вперёд, и то, что позвонили именно нам – не иначе, как чудо. Поэтому я просто не имею права упускать этот шанс.

В конце концов, наши фиктивные отношения с боссом не будут длиться вечно. Сейчас он помог мне с удочерением, я в свою очередь согласилась на брак, но мне нужно быть готовой к самостоятельной жизни.

Знать бы ещё, зачем Красовскому вообще всё это нужно. В мутную историю с репутацией я верю едва ли, но истинные намерения мужчины мне раскрыть пока не удается.

В третьем часу дня выхожу из центра. До садика рукой подать, а вот в квартиру босса придётся ехать на маршрутке. Будь я одна, прогулялась бы пешком, но погода в последние дни заметно ухудшилась. Не хочу, чтобы Стешка простудилась.

– Мальвина! – кричит босс в спину, и я оборачиваюсь.

Красовский сидит в своём «Мерседесе» и машет мне рукой через открытое окно.

Ветер дует в лицо с такой силой, что периодически становится тяжело дышать, поэтому я натягиваю капюшон как можно сильнее.

– Ты домой? – спрашивает босс, широко улыбаясь при этом.

Он в последнее время слишком весёлый стал. Но я никак не пойму, с чем это связано.

– Эм, нет, – тяну растерянно, предварительно сделав пару шагов в сторону автомобиля. Кричать через всю парковку, да ещё и сопротивляясь ветру, так себе удовольствие.

Красовский сводит густые брови к переносице, а от добродушной улыбки не остаётся и следа.

– А куда? – сверлит недобрым взглядом.

– В садик, за Стешкой, – бурчу недовольно. Чего он так смотрит, словно я провинилась в чём-то?

– Садись, – великодушно предлагает и машет рукой в сторону пассажирского сидения.

– А… – хочу спросить, по пути ли ему подвозить нас к квартире.

Мне даже неловко от того, что мы с малышкой оккупировали чужую жилплощадь. И где живёт всё это время босс, я не знаю. Но то, что он поссорился с матерью и в дом с тех пор не возвращался – факт.

С другой стороны, какое мне дело, ведь он не жених мне на самом деле. Босс – молодой мужчина и вполне может ночевать у какой-либо девушки.

Правда, если бы у него был кто-то на примете, зачем бы тогда босс устраивал этот цирк с фиктивным браком?

Да и мне почему-то неприятно думать о том, что Александр Юрьевич проводит с кем-то время. Хотя умом понимаю, что не должна его ревновать, поделать с собой ничего не могу.

– Мне по пути, – он словно читает мои мысли и отвечает прежде, чем я успеваю озвучить вопрос.

В детский сад мы приезжаем как раз во время дневного сна, но оказывается, что Стефания даже не ложилась.

Она обнимает своего любимого зайца, стоя при этом в углу в одной пижамке.

– Добрый день, – здороваюсь с воспитательницей, не сводя при этом глаз со Стешки.

Молодая девушка едва ли старше меня на пару лет заметно нервничает.

Она здоровается и тут же начинает оправдываться, рассказывая, что Стеша спать отказалась и в угол сама встала.

– Возможно, вы её дома так наказываете, и она по привычке… – начинает было оправдываться девушка.

– Нет, – я отрицательно качаю головой, – в этом нет необходимости.

И на самом деле, моя племянница – просто образец послушания. Иногда я даже волнуюсь, потому что понимаю, что детские шалости – нормальное явление на этапе взросления.

Но моя девочка ведёт себя так, словно боится помешать, словно понимает, что жизнь гораздо сложнее, чем это может казаться ребёнку.

– Возможно, это вы наказываете так других детей, вот она и решила повторить чужой опыт, – натянуто улыбаюсь.

Мне не нравится подобное отношение к деткам, но в глубине души я понимаю воспитателей.

Это я работаю с каждым учеником по отдельности, и могу искать индивидуальный подход. А когда в группе минимум тридцать маленьких человечков, это сделать не так-то просто. Это же тридцать почемучек, тридцать разных личностей, тридцать характеров.

Одеваю Стешку и иду с ней к выходу, где нас ждёт Красовский.

– Можете возле магазина какого-нибудь остановиться? – прошу босса, когда он трогается с места.

Мужчина молча кивает и внимательно следит за дорогой.

Я следую его примеру, лишь изредка оборачиваясь к Стефании. Ловлю себя на мысли, что мне не хватает каверзных вопросов, которые обычно любит задавать мой босс.

– Если хочешь, можем не тратить время на поход по супермаркету и заказать доставку продуктов, – предлагает Красовский.

Чувствую, что моё сердце начинает биться с невероятной силой, а губы растягиваются в улыбке. Казалось бы, что такого произошло?

Подумаешь, мягкий баритон мужчины отдаёт вибрацией в грудной клетке, и хочется слушать этот голос снова и снова. Это же не повод улыбаться так, что скулы начинают ныть от болезненных ощущений.

– Конечно, если вам так удобно, ой! – прикладываю ладошку ко рту. – Вы торопитесь, наверное, мы со Стешкой можем выйти возле магазина.

– С чего ты взяла? – босс кривится, искоса поглядывая в мою сторону.

Пожимаю плечами. Отвечать желания нет от слова совсем, потому что я боюсь. Боюсь, что мой голос выдаст меня с потрохами. Красовский услышит, с какой интонацией я оправдываюсь, и решит, что не безразличен мне.

Просто, мне кажется, что мужчина хочет избавиться от нас поскорее. Возможно, торопится на какую-то важную встречу. Или к женщине, например. От этого предположения сердце болезненно сжимается, а глаза начинает щипать от непрошенных слёз.

Я отворачиваюсь и смотрю в окно, так ничего не ответив Красовскому.

В супермаркет мы всё-таки заезжаем. Затариваемся так, словно новый год не через полтора месяца наступит, а уже завтра. И зачем Красовскому столько еды?

Я обхожусь небольшой корзинкой, складываю туда всё необходимое для нас со Стешкой и отправляюсь на кассу.

Кассир пробивает покупки, а я складываю их в пакет. Расплачиваться собираюсь карточкой, так как не снимаю наличные без острой необходимости.

Прежде, чем поднести карту к терминалу, убираю в пакет упаковку чая. Ещё и на Стешку отвлекаюсь, которая крепко держит меня за край пальто. Малышка явно устала и скорее хочет оказаться дома.

– Безнал, – машу карточкой кассиру, и в очередной раз улыбаюсь племяннице, надеясь таким образом немного скрасить ожидание.

– Оставь пакет, я донесу, – голос босса звучит так близко, что мне кажется, я чувствую горячее дыхание мужчины на своей коже.

Растерянно поворачиваю лицо в сторону Александра Юрьевича и только сейчас замечаю, что в его пальцах зажата пластиковая карта. И судя по тому, что кассир протягивает мне чек, за меня кто-то расплатился.

– Не нужно, я сама… – пытаюсь было возмутиться, но не успеваю закончить свою пламенную речь.

– Тшшш, – горячие пальцы мужчины касаются моих губ, заставив позабыть о том, где я нахожусь. – Идите в машину, я скоро подойду.

Он вкладывает в мою руку связку с ключами и брелоком от машины, и легонько толкает в плечо.

Находясь под впечатлением от происходящего, я беру Стефанию за руку и послушно выхожу из магазина. По телу расползаются довольные мурашки, а сладкая истома заполняет каждую клеточку моего существа.

Красовский покидает магазин, неся в руках четыре пакета с покупками. Я выхожу из машины, чтобы не откладывать решение важного, как мне кажется вопроса, в долгий ящик.

– Это было ни к чему, у нас есть деньги, и мы можем… – я иду следом за боссом, который направляется к багажнику автомобиля, и пытаюсь гнуть свою линию.

Прохладный ветер помогает мне прийти в себя, и ситуация в магазине теперь видится иначе.

– Можете! – мужчина резко тормозит. Так, что я сходу влетаю в его широкую спину. Хорошо, хоть Стешка уже благополучно сидит внутри «Мерседеса». – Вы можете успокоиться.

Красовский убирает пакеты в багажник, а потом кладет руки на мои плечи и произносит вкрадчиво:

– Ты можешь успокоиться?