Глава 35

Как ни пытаюсь настроиться на позитивный лад, ничего не выходит. Пальцы деревянные, взгляд настороженный, улыбка — фальшивая. И неважно, что под ладонью крепкое предплечье Яна. Его сила и мощь опутывают меня, обещая никому не дать в обиду. Даже своему прошлому.

— Все нормально? — беспокойно уточняет Огнев, проводит рукой по моим волосам, смотрит подбадривающе. — Ты непривычно задумчивая.

— Конечно, — роняю я поувереннее, а сама еле сдерживаю язык за зубами. Рвётся вопрос: а что будет завтра? Он отправит меня домой? Как ни в чем не бывало?

Стараюсь не думать об этом, но аж в ушах шумит, когда я предполагаю, что моя миссия на пути Яна окончена…

— Хочешь, пройдемся? Мы можем зайти в здание, там внутри винтовая лестница, выйдем на третий этаж. На один из балконов. Кстати, там с балюстрады открывается неплохой вид.

Он ловит меня за плечи, вглядывается в мои глаза, что-то пытаясь в них рассмотреть.

— Ладно, пойдем, — соглашаюсь. Я жажду остаться с Яном наедине. Не потому, что мне мешают остальные гости, а потому что теперь для нас слишком мало времени. И когда Марина находится так близко, я особо остро это чувствую. Ян неуловимым образом меняется рядом с ней. Это не объяснить и не разобрать, не разложить по полочкам. В его глазах брезжит тихая грусть, подобно рассветному зареву. Только вместо света — тьма. Печаль пронзает, тоска по чему-то ушедшему неуловимо терзает душу.

Ян не предлагает свою руку, он переплетает наши пальцы и устремляется вперед, уверенно ведет меня за собой.

Как он и сказал, мы преодолеваем винтовую лестницу в глубине здания. Выходим на балкон.

Мне столько хочется сказать ему, спросить, разузнать. Но я молчу, ведь по факту говорить нечего.

— Ты бывал здесь раньше, — озвучиваю я очевидные вещи.

— Да. Давным-давно это было излюбленным местечком… Наша с пацанами скромная компания всегда отмечала здесь праздники, радостные события, крупные сделки.

Ладонями я ощущаю шершавость грубо выполненных перил, гляжу вдаль, рассматривая очертания сверкающих в лучах солнца высоток. Внизу праздник, наряженные гости не стесняясь берут с подносов официантов закуски и бокалы, болтают, радуются за молодоженов.

От нашей с мужчиной скупой беседы за версту несет одиночеством и расставанием.

Приближение Яна я чувствую еще до того, как он прикасается грудью к моей спине. Мужчина обнимает меня за плечи.

Когда его язык очерчивает линию позвоночника на шее, меня бросает в мелкую дрожь. Горячими твердыми губами Ян оставляет жгучую дорожку на моей коже, посылая трепетное покалывание куда-то в район поясницы.

Мой спутник касается ртом обнаженного плеча, целует медленно, неторопливо, смакует каждую секунду — это диалог наших тел. А все остальное лишнее.

В крови закипает нежность и бурлит сентиментальность. Дыхание становится сбивчивым.

Голова моя наклоняется назад, пока мужские губы продолжают исследовать шею. Участившееся дыхание и перемена настроя Яна заставляют меня терять контроль. Его ладони резко приземляются на мои бедра, фиксируют крепко, не позволяя пошевелиться. Я вновь в жестком плену, прижата к балюстраде. Ян вжимается в ягодицы пахом, а у меня перед глазами картинка, где он насаживает меня на себя. Прямо здесь. На улице. Где нас могут увидеть. Как тогда, на бильярдном столе вип-ложи, когда Ян вонзался в мое тело, а прозрачные стены создавали непривычное ощущение открытого пространства.

Невероятно остро было в тот раз. Перчинка есть и сейчас, когда настойчивость Яна начинает переходить границы. Но когда он не таясь сжимает мою грудь, лаская все откровеннее, моя выдержка дает трещину.

Я накрываю его дерзкую руку своей ладонью.

— Ян, мы же не одни! — шепчу я сбивчиво.

— Да? Никого тут не вижу.

— Внизу гости. А нас прекрасно видно, стоит только задрать голову.

Мужчина, не отвечая, терзает меня поверх одежды, продолжая вонзаться пахом и шумно с присвистом выпускать воздух из легких.

Только теперь он помогает мне сдвинуться на несколько шагов в сторону, спрятавшись за каменной стеной. И то не полностью, здесь лишь перегородка — вероятно, с другой стороны примыкает другой балкон, но все же мы почти полностью скрыты от посторонних глаз. Почти…

Ян задирает платье, не встречая сопротивления, тут же впивается пальцами в ягодицы, мнет, сжимает, смазанно задевает лоно. Не сразу до меня доходит, что он делает это намеренно, лишь когда палец его оказывается внутри меня, распаляя, зажигая, будоража, я готова сдаться полностью. И плевать уже на все. Его губы и язык не оставляют выбора, решительный натиск покоряет, заставляя подчиниться.

Ян прижимает меня к прохладной стене, возбуждая пальцем, давит своим телом. Отстраняется на секунду, стягивает мои трусики ниже, позволяя им впиваться в кожу, продолжает гладить меня и ломать своим напором и неутомимостью.

— Ян, — шепчу я в исступлении. Грудь, закованная в белье, ноет и тоже мечтает о ласке, а вместо этого мои желания безжизненно встречает холодная стена.

— Если не хочешь — только скажи. Я остановлюсь.

— Ян, — повторяю его имя, мечтая лишь о том, чтобы он взял меня прямо сейчас.

— Как скажешь, малыш.

Впервые с его губ слетает это нежное обращение. И здесь же Ян наполняет меня собой, одним грубым толчком преодолевая оставшееся расстояние между нами.

Тянуть нет сил. Хочется больше, хочется бешеной неудержимой скачки. Ян, словно читая мои мысли, вколачивается в меня все глубже и глубже, до звезд в глазах, до сладких стонов, рвущих грудную клетку. Его ладонь решительно опускается мне на рот, предупредительно гася неприличные звуки. Толчок, еще и еще. Томление скапливается в одной точке, после чего сладкая волна пробирающей неги проносится по телу; член Яна все еще во мне, а когда Огнев отстраняется, мне становится пусто и холодно. Меня не отпускает горькое чувство, что… нет, это было даже не прощание. Это была та самая грань, дальше которой нам с ним пройти не удастся. Рубеж достигнут. На этом… все.

Чувство потери продолжает разъедать душу, когда мы спустя некоторое время возвращаемся к гостям.

Участвуем в развлекательной программе, шутим и улыбаемся.

На сердце тяжесть, даже после всплеска адреналина и полета к небесам.

Марина не приближается, хоть я пару раз и ловила ее внимательный взгляд, оценивающий меня и изучающий напряженного Яна.

Мы стоим в многочисленной компании, он властно придерживает меня за талию. И вдруг на его крепкое плечо, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности, опускается чья-то грубая широкая ладонь. И не просто опускается, а с глухим хлопком.

Ян, к моему удивлению, даже не вздрагивает, но тут же прищуривается и голову поворачивает недовольно, в этот момент немного напоминая мне Герцога. Тот тоже обычно сурово косится на нарушителей своего спокойствия. И… когда мужчины встречаются глазами, взор Яна меркнет, теряя гипнотический блеск и задор.

Тео едва заметно кивает: твердо, жестко, бескомпромиссно, но вслух произносит лёгкое:

— Всем привет.

И Ян отвечает тем же, сухо добавляя едва различимо:

— На выход.

— Ребят, сейчас поздравлю и уйду, — твердо роняет мужчина, демонстративно опуская руку в карман брюк, откуда виднеется уголок синего конверта для денег.

Я не успеваю никак обмозговать эту ситуацию, как Ян тянет меня в сторону, на небольшое расстояние ото всех. Над ухом звенит непоколебимый голос Яна, а его руки надежно фиксируют мои плечи.

— Миша. Слушай меня внимательно, — роняет он глухо. Стоит так близко, что я отмечаю, как дергается жилка на его шее. Он заключает мое лицо в ладони и смотрит так пронзительно… подушечкой пальца ласкает щеку, не сводит с меня глаз. Продолжает еще тише: — Миш. Сейчас мы должны сделать вид, что поссорились. И ты поедешь домой. К себе.

— Зачем?

— Водитель отвезет тебя. Через минуту он получит инструкции.

— А ты? — тяжело сглатывая, уточняю я.

— А я пока останусь здесь. Потом домой поеду. Без вопросов, Миш, — настаивает он, полосуя душу. Но самые страшные слова оказались не эти.

— А дальше?

— Дальше не звони мне.

Он дух из меня вышибает этими словами. Во рту пересыхает, как в пустыне, меня начинает мучить жажда и нестерпимое желание скрыться отсюда поскорее.

— Сейчас не могу объяснить, позже. Миш!

Со стороны до нас доносится хриплый возглас, и я бесконтрольно поворачиваю голову, проезжаясь глазами по огромной фигуре Тео: он, как охотничий пес, встал в стойку и того и гляди сейчас накинется на добычу. В нескольких метрах от него, с гаснущей улыбкой, нервно теребя ткань платья глубокого синего цвета, застыла… Марина. Как трепетная лань: хрупкая, застигнутая врасплох, чувствительная. Она ошалело уставилась на Тео. Под его диким взбешенным взглядом Марина совершенно теряется и начинает судорожно оглядываться, пока не натыкается умоляющим взором на равнодушного Яна.

Гости, казалось бы, совершенно не замечают молчаливого обмена кричащими взглядами.

— Тео, остынь, — делает первую попытку Ян. — Не место.

— Ты что еще здесь делаешь? — агрессивно, но тихо реагирует Тео, мимолетно поворачиваясь к другу.

— Те-ээо, — предупредительно зовёт Ян мужчину и грозно шагает вперед. Очевидно, Ян предусмотрел, что Тео ринется в сторону Марины, поэтому одним движением сдержанно перегораживает разъяренному другу дорогу.

— Отойди, — враждебно бросает Тео.

— Не лезь, ты не понимаешь, что только хуже делаешь? Возьми себя в руки.

— Ты знал? — с неприкрытым обвинением рычит Тео на Яна. И пока мужчины сталкиваются интересами, Марины уже и след простыл, но ее ошалелые глаза до сих пор вызывают у меня бессилие и недоумение.

— Да. Знал, — холодно подтверждает Ян.

— Вот с-сукаа, — в сердцах обвиняет друга Тео и набычивается.

— Все, иди молодых поздравляй, и валим. И да, я за тобой присматриваю.

Конечно, эта стычка вызвала интерес у приглашенных. На нас взирают с любопытством.

— Сгинь, нечистая, — огрызается Тео.

— Она просила тебе не говорить, — предпринимает новую попытку объясниться Ян.

— А ты мать Тереза, да? Со своими проблемами бы разобрался для начала! — шепчет он громко, обличительно.

— Как же ты не вовремя, Тео.

Ян поднимает убийственный взгляд на меня, уговаривая, внушая, заставляя.

Я теряюсь, мысленно не понимая, чего он от меня хочет, но самым громким и естественным нахожу… пощечину.

Звонкий шлепок о щеку Яна заставляет меня поморщиться: теперь кисть болит от удара. Голова мужчины резко поворачивается в сторону. Потом медленно-медленно обратно на меня.

Глаза в глаза… ну что он от меня еще просит?!

— Я уезжаю, — выдавливаю из себя едва слышно, но искренне стараюсь усилить громкость голоса и резко устремляюсь к выходу.

Не перегнула, надеюсь.

Интересно, Ян мне вообще когда-нибудь позвонит?