67

Ворота мы открываем спустя полчаса. Я и Нельсон вместе. Он держит меня за руку, вливает силу, а я направляю нужное намерение на железную конструкцию.

– Это мерзко, ты понимаешь? – не сдерживаюсь я. – Нечестно и отвратительно, – качаю головой.

– Ты бы не захотела быть со мной, – тяжело вздыхает Нельсон, – ты мечтала избавиться от навязанного другого жениха, а тут сразу я к тебе пристаю с тем же самым. Еще и говорю, что от меня отделаться невозможно. Тебе бы это понравилось?

Насупившись, качаю головой. У меня нет четкого ответа на вопрос дракона. Но сам факт того, что он скрыл свои правдивые мотивы, это неправильно.

– Все равно, нельзя начинать отношения со лжи, – упрямо возражаю я.

Стражники с любопытством посматривают в нашу сторону, но мне все равно. Это Нельсона злит присутствие посторонних, не меня.

– Технически я не лгал, а лишь забыл упомянуть, что наш контракт бессрочный. Я тебя перед всеми своими родственниками представлял, как свои истинную.

– Да, я себя считала лгуньей, очень мило, – укоризненно качаю головой. – А сказать ты мне когда собирался? До того, как мы бы воссоединились перед соревнованием или уже после? Ведь связь создалась бы окончательно, ее уже ничего бы не разорвало, и тебе об этом прекрасно известно.

На фразе о воссоединении на нас смотрит еще больше любопытных лиц.

– Вам нечем заняться? – прикрикивает на них Нельсон. – У вас дворец в осадном положении, а вы нас подслушиваете!

Все стражники тут же отворачиваются и преувеличенно внимательно начинают присматриваться к стенам и висящим на них картинам, как будто они способны напасть.

– Так когда ты собирался сказать? – тороплю дракона с ответом.

– Ты хотела со мной расстаться, я расстроился, – произносит он упавшим голосом.

– Я думала, что нам скоро расставаться! А не хотела. Это разные вещи! – возмущаюсь я. – Я влюбилась в тебя и хотела получить хоть что–то лично себе, поскольку считала, что наш договор подходит к концу. Эгоистично ли я поступила? Возможно. Но с тобой мне не сравниться. И я прекрасно понимала, что на брак я не смогу рассчитывать после подобного поступка, по крайней мере, ни с кем приличным. Так что эгоизм во мне был весьма условный.

Стражники делают круглые глаза и переглядываются между собой, хуже сплетниц–женщин, честное слово.

– Может, мы все же потом продолжим? Или ты снова соорудишь вокруг нас звуконепроницаемый шар? Я сейчас слишком раздражен, чтобы пытаться магичить самому, я скорее злость на ком–то вымещу, – произносит дракон, особенно грозно смотря на ближайшего стражника, от чего тот испуганно отбегает вперед. – Глупо оставлять незащищенной спину! – кричит ему Нельсон вслед.

– Ладно, – тяжело вздыхаю, – ты прав. Едва ли я бы обрадовалась, скажи ты мне сразу в том лесу. Да я бы и не поверила, решила, что ты пользуешься ситуацией, учитывая, что ритуал я проводила полностью обнаженная.

После этой моей фразы все те стражники, которые еще оставались рядом с нами, побежали вперед.

– Агнесс, мне интересно, ты теперь всегда будешь говорить, что думаешь, или это пройдет? – качает головой Нельсон. – Не то чтобы я был против, это даже интересно, свежо, но не всегда уместно.

– Я бы предпочла, чтобы и ты всегда говорил, что думаешь, а то, знаешь ли, у меня вызывает опасения наш будущий союз. Мы начали общение, утаивая важные факты, что будет дальше?

– Ты преувеличиваешь, – бормочет дракон, – но я тебя понял. А воспоминания к тебе вернулись в полном объеме?

– Вообще не вернулись, я просто знаю о себе определенный набор фактов, помню, с какими мыслями шла на соревнование, но кто был вокруг и прочие детали не помню.

Приятно вот так идти общаться с Нельсоном, познавать друг друга без утайки фактов и прикрас, но мы совсем позабыли, зачем вообще мы пришли во дворец. Зато о нас не позабыли…