Эпилог

Механическую собаку мы назвали оригинально - Пёс. Ну а что, он ведь по сути первый в своём роду. И невзирая на то, что Лерн скрыл секрет его создания, магия и наука не стояли на месте. Не сомневаюсь, в Вердасе и в других королевствах вскоре вопреки всем запретам появятся и другие разумные куклы. А пока мы своего Пса выдавали за обычную игрушку. Правда, Лерн был трижды покусан, когда пытался придать монстру не такой устрашающий вид, но результат был впечатляющим. Обтянутый шкурой, наш Пёс был вполне мил. Он даже научился выполнять новые команды, так что никто из гостей не допускал и мысли, что питомец у нас не совсем обычный. Правда, мне кажется, что секрет разгадал мопс моей матушки, но слава богам, он не мог ни с кем им поделиться, что без свидетелей Пёс превращался в игривого щенка. И часто мы проводили вечера втроём – я, Лерн и наш симпатяга-питомец, который любил, когда я гладила у него за ухом. Прошло уже три месяца, как мы вернулись из Дреснена. Да одна дорога на каретах, загруженных сундуками и чемоданами, заняла едва ли не три недели.

К тому же… команда Лерна роптала, особенно один противный менталист, но медведь приказывал останавливаться на каждом постоялом дворе. И я была не против. Ведь наш медовый месяц всё ещё продолжался. А влюбленность и влечение с каждым днём перерастали в более глубокое чувство. Порой мне даже казалось, что нам уже не нужны слова, мы понимали друг друга через взгляды и прикосновения.

В Дреснене, невзирая на желание покинуть город после арестов и дела Гросмана, мы задержались на два месяца. Так что я даже успела завершить практику, пока мы ждали новую команду из столицы, которая должна была заменить Лерна. Де Трос вообще не хотел меня отпускать, так как я выполнила своё обещание и создала много новых артефактов, которые должны были облегчить службу людям, да и магам.

Ах да, сбылась моя мечта – у меня появилась собственная мастерская артефактора. Целый месяц поиска, так как я никак не могла подобрать то здание, которое откликнулось бы на мою магию. Но поиски в конце концов завершились успехом. Правда, в тот же день мы с Лерном в первый раз поссорились. Он хотел сделать мне подарок и оплатить стоимость здания, но я воспротивилась.

Наверное – это глупость, но я хотела пройти свой путь артефактора без помощи Лерна. Медведь почти обиделся, но выслушав мои путанные объяснения, согласился с моими доводами.

Так что, после покупки здания я почти каждую свободную минуту проводила в своей мастерской или же рыскала по столице в поисках оборудования и новых технических изобретений. А копию своего диплома я повесила в рамке на стене, чтобы будущие клиенты видели, что имеют дело с дипломированным специалистом.

Господин Невилл только посмеивался надо мной, но с радостью делился своими советами и познакомил меня со многими своими поставщиками. Помогал мне и Арен Фулон. Тем более после посещения его лаборатории я не могла сутки заснуть. Как – не понимала я? Ведь его изобретения и открытия были столь разнообразны и многочисленны, что я просто не понимала, как ему это удавалось? И я всё сильнее склонялась к синтезу магии и науки.

Лерн вернулся на свою прежнюю службу в столице, но каждый вечер он старался успеть на ужин. Порой его сопровождал кто-нибудь из друзей или же вся команда. С господином Невиллом мы подружились ещё в Дреснене, а за полгода знакомства я привыкла уже к каждому другу Лерна. Даже с Рейном мы нашли общий язык. Характер у него конечно не изменился, он продолжал порой подтрунивать надо мной, но теперь это были скорее дружеские подколки. Да и я не молчала в ответ. Так что общение у нас сложилось довольно специфическое, но нас оно вполне устраивало.

А вот первое впечатление о Дике, которое сложилось при первой встрече в Дреснене, подтвердилось. Он оказался хорошим человеком. И если перед господином Фулоном я порой робела, всё-таки – легенда, то с Диком мы уже вместе работали над новыми механическими повозками, которые в будущем могли бы заменить кареты. Лерн только хмыкнул над нашими грандиозными идеями, а затем заметил, что ему надоело в городе всё время натыкаться на лошадиные лепешки. Так что, теперь мы все вместе работали над новым изобретением.

Лиана, жена Дика, уже оправилась после родов, и она часто сопровождала мужа. А порой она и одна заезжала в мою мастерскую, закусывала губу и изучала каждую деталь. И вскоре она удивила всех, заявив, что собирается поступать в Академию. Сказать, что Дик удивился – это ничего не сказать. Он пытался отговорить супругу от её затеи, ссылаясь на то, что у неё ребенок. Но Лиану было не отговорить. Не долго думая, я встретилась с дедом. Всё-таки он задолжал мне за все свои манипуляции, так что я обратилась к нему с просьбой, вернее ультиматумом. Дед, конечно, пытался торговаться, но в конце концов согласился помочь. Так что, Лиану приняли в Академию вольнослушателем.

Да… всё-таки мир Вердаса стал меняться. К лучшему или к худшему – покажет время.

Агния, как я и предполагала, продала пансионат с кофейней и отправилась с мужем в столицу. Меня продолжала восхищать эта женщина, ведь она не оставляла себе возможности вернуться в Дреснен, оборвав все мосты.

И времени она просто так не теряла, ведь господин Легул не ушёл со службы. И вместо того, чтобы, бездельничая, ждать мужа с работы, Агния арендовала здание и открыла новую кофейню.

«Но чистильщик не подвержен ментальной магии, а вживленные в него артефакты – это очень любопытно. Подозреваю, что ещё парочка механизмов и этот Легул сам станет артефактом». Эти слова Гросмана продолжали вертеться в моей голове. И если невозможно было извлечь артефакты из чистильщика, то что мешало добавить парочку новых? Господин Невилл мою идею принял в штыки, он явно опасался, что новые эксперименты убьют друга. Но северная практика научила меня отстаивать своё мнение. Господин Легул и Агния молча выслушали мою идею. И только через сутки они дали ответ, что согласны попробовать.

В создании новых артефактов принимала участие вся команда. Даже Рейн в те дни воздержался от своих замечаний. После долгих дискуссий вживление механизмов решил провести Лерн. Господин Невилл честно признался, что сомневается в твёрдости своей руки.

Вернулась моя детская привычка – грызть ногти, и пока длилась операция – я успела изуродовать свои пальцы. Но я ничего не могла поделать с волнением и беспокойством. Ну а вдруг что-то пошло бы не так? Лерн ведь не простил бы себе смерти чистильщика. Но всё обошлось. Теперь господина Легула ждала долгая жизнь, ведь убить его будет очень непросто. Да и он, по словам Лерна, стал более осторожным, так как знал, что дома его ждёт жена.

Агния ни слезинки не проронила в ожидании вердикта господина Невилла, который осмотрел Легула после операции. Но когда он сказал, что все удалось, Агния разрыдалась. И успокаивал её Рейн, чему я уже не удивилась. Менталист, мне всё чаще казалось, тоже носил маску. Но избавиться от неё он не торопился…

Посмотрела на тарелку с воздушным пирожным. Кажется, госпожа Агния превзошла сама себя, но её последние кондитерские эксперименты были восхитительны.

- Даже жалко ломать такую красоту, - согласилась Луиза.

Подняла взгляд и посмотрела на своих подруг. Сегодня мы решили пообедать в кофейне Агнии. Сама хозяйка порхала от столика к столику, а затем исчезала на кухне. А гости кофейни только удивленно разглядывали настоящие произведения искусства, на которые, соглашусь с Луизой, хотелось просто любоваться.

Лиана единственная из нас была в брючном костюме. Кажется, годы родительской диктатуры привели к тому, что юная жена и мама решила бросить вызов всему обществу. Да, чувствую Дику придётся в будущем нелегко.

Луиза напротив завороженно и восхищенно смотрела на столичную жизнь, с радостью принимая приглашения на балы. Родственники Анатоля приложили все усилия, чтобы его ссылка на север была заменена службой в столице. Так что, месяц назад Анатоль вместе с молодой супругой приехал в столицу. Луиза сияла от счастья, чего не могу сказать о своём названном братце. Он сильно изменился. Конечно, он оставался шутником и балагуром, но к работе он стал относиться более серьезно и не желал, чтобы семья и впредь занималась его продвижением по службе. Поэтому я не удивилась, когда Лерн предложил Анатолю перевестись в его команду.

Нель тоже изменилась. Я покосилась на подругу в шикарном платье. Хм… от тихони не осталось и следа. Лира оказалась права, Нелькиному мужу оставалось только посочувствовать. Нель поймала мой взгляд и подмигнула. И ведь она по-настоящему любит своего советника, но почти каждый день устраивает ему скандалы, ревнуя его практически к каждой женщине. Впрочем, её муженёк тоже не оставался в долгу, требуя, чтобы она всё время находилась у него перед глазами. В общем – эта парочка друг друга стоила. А может, им просто нравилось мириться после бурных выяснений отношений. Мы с Лерном пару раз стали свидетелями таких бурных споров и тогда твердо решили – нет, нам и так хватает искры и страстей в спальне, чтобы накалять отношения ещё за её пределами. Да и в верности друг друга мы не сомневались, и чем спорить, лучше создать ещё один артефакт. Когда я всё это высказала Лерну, он рассмеялся, а затем на руках отнёс меня в спальню. Или можно и так проводить время вместо споров, согласилась я с наглядными доводами медведя.

Лира, как и всегда в последнее время, опоздала. После окончания практики она осталась на службе в тайном департаменте. И её за прошедшие месяцы можно было увидеть разной – то в вечернем платье, то в брючном костюме, а то в одежде женщины среднего сословия или служанки. Подруга как-то обмолвилась, что в скором времени её ожидает увлекательное приключение. Ну-ну… Правда Лерн считал, что её отправят по делам службы в Картан, конечно, под чужим именем и легендой. Ведь после арестов и усиления надзора на границе, отношения между Вердасом и Картаном обострились. Предположения медведя меня насторожили, но Лира сделала выбор своего будущего. К тому же, не отправят же её одну в другое королевство. Мой брат точно этого не позволит. Да и в отношения подруги и брата я не вмешивалась, если отношения вообще были. То, что Стефан явно испытывает чувства к Лире, было заметно. Но интерес к подруге проявлял и Рейн. Серенады под её окнами он, увы, не пел, но он ухаживал за ней. И вот кого выберет Лира – оставалось тайной. Лерн утверждал, что никого. Нель ставила на Стефана, а Лиана на Рейна. А я воздержалась от ставок и предположений. Подумав, что они и сами разберутся в своих чувствах.

- Ну как?

Агния присела рядом со мной и с улыбкой посмотрела на пустую ложечку в моих руках. Я улыбнулась, проглотив нежнейшее суфле с ароматом лесных трав и ягод.

- Бесподобно, вы просто удивительная мастерица.

Агния польщено улыбнулась, а подруги присоединились к моей похвале.

- Я ощутила себе снова маленькой девочкой, босой гуляющей под дождём, - призналась Нель с задумчивой улыбкой.

- А я почувствовала вкус снега, который в детстве пробовала в тайне от родителей, - добавила Луиза.

- А я вспомнила первый раз, когда верхом села на лошадь, - с закрытыми глазами прошептала Лиана, которая оказалась безумной наездницей и лошадницей. Она даже на первых месяцах беременности начинала утро с верховой прогулки.

- Запах моря, когда отец позволил мне взять штурвал в руки на его корабле, - задумчиво сказала Лира.

- Оказывается можно, не обладая магией, создавать волшебные вещи, - добавила я. - Вам Агния, это по крайней мере точно удается.

Госпожа Легул не успела ответить. К нашим женским посиделкам решили присоединиться и наши мужчины. Впрочем, возможно в кофейню их привели не мы, а запах новых сладостей.

Ян первым бросился к госпоже Агнии, заявив, что, если бы не её муж, он сам женился бы на ней. Все рассмеялись, а Лерн заметил, что такими темпами Ян скоро от сладостей превратится в Кругляша, героя детских сказок. Я только покосилась на более чем тощего Яна. Он всё время что-то жевал, но не поправлялся, чего я не могла сказать о себе.

Господин Легул громко хмыкнул на высказывание юного стихийника, и Ян ретировался. Анатоль присел рядом с Луизой, и через секунду под общий смех доел её пирожное. Господин Невилл и де Страйт, ну это по словам Лерна, стали проводить вечера в салоне новой поэтессы, и, возможно, в скором времени нас ожидал ещё один любовный треугольник.

Я покосилась на Рейна, который подсел к Лире. Но подруга только фыркнула и воздержалась от комментариев.

А потом я почувствовала легкий поцелуй Лерна на своей шее. Улыбнулась и заглянула в стальные глаза медведя.

Полгода мы месте, а сердце всё также замирает, когда он рядом. С улыбкой вспомнила как мы три месяца назад явились под очи моих родителей. Лерну пришлось выдержать настоящий допрос, который ему устроили родители. Я почему-то была уверена, что мама будет счастлива, что я наконец-то вышла замуж, тем более за аристократа и сильного мага. Но мама удивила меня, допытываясь – счастлива ли я после поспешного замужества. Счастлива – тогда шепнула я. И с тех пор не поменяло своего мнения.

Кто же знал несколько месяцев назад, что моя жизнь после практики круто изменится. И помимо моей старой семьи, у меня появится новая.

За столом царило оживление, все смеялись, а мы с Лерном просто с улыбкой смотрели друг на друга, общаясь без слов. Наши пальцы переплелись как в тот день, когда мы принесли клятвы в храме, связав нашу судьбу и жизнь.

Хотя без смеха я не могла вспоминать этот обряд. Вернее, всё началось ещё гораздо раньше, когда я сообщила Агнии и остальным дамам из пансионата, что через сутки выхожу замуж. Не думала, что они в один голос заявят, что я обязана быть в белом платье. Так что, пока я высыпалась после бессонной ночи, женщины не сидели без дела. И ровно за час до самого обряда мне показали результат коллективной работы. У этого платья не было длинного шлейфа, оно не было усыпано драгоценными камнями, но это было самое чудесное платье, сделанное не руками, а душой.

Ночь я провела в пансионате. Старую традицию, что жених и невеста последнюю ночь перед обрядом должны были провести под разными крышами, не стал нарушать даже Лерн.

А утром надо мной колдовали уже все дамы пансионата, а также Луиза с матерью. Женщины убедили меня спуститься в кофейню, хотя я думала, что от волнения не съем ни кусочка. Но не тут-то было, когда я съела – первое, второе и третье, да ещё всё запила огромной кружкой чая, а потом потребовала добавки, еду у меня отняли и вытолкали из кофейни встречать жениха.

Вот я и побежала встречать. Лерна я никогда не видела таким… хм нарядным. Не знаю, как я могла принять его в день знакомства за неотесанного мужика.

По дороге в храм мы целовались, благо нас всё равно никто не видел внутри кареты. Хотя мы и опередили разрешение жреца, ведь невесту было принято целовать уже после обряда.

Правда, до храма мы так и не доехали, так как у кареты сломалось колесо. Я огорчилась, пытаясь вспомнить, что означает эта примета. Но Лерн, рассмеявшись, подхватил меня на руки и донёс до храма, вызвав вздох умиления у собравшихся дам.

Успела я учудить и во время обряда, когда наступила на подол платья. Лерн привычно меня поймал, но вот рукой я сбила свечу, и та упала на алтарь с письмами-просьбами, которые оставляли прихожане. Пламя затушили, но жрец смотрел на меня как на вредителя.

- Я не специально, - попыталась заверить я, опасаясь, что меня выставят вон, и мы с Лерном так и не поженимся. Возможно, жрец, получив ожог, и передумал нас женить, но медведь насмешливо посоветовал ему поторопиться с обрядом, пока я не разнесла весь храм.

И зря Лерн так пошутил, успев шепнуть мне, что я ещё желание ему должна, так как после этого я умудрилась подавиться и выплюнуть вино прямо в лицо жреца. На мой возглас – я не специально – хохотали уже все гости.

Жрец проникся ситуацией и ускорил обряд. Так что я едва успела произнести слова клятвы, а Лерн уже целовал меня – нежно, страстно, трепетно, соблазнительно и волнительно. Гости, понимая, что мы не торопимся останавливаться, стали делать ставки насколько нас хватит. Что же… никто не выиграл, и, наверное, впервые гости, плюнув на молодоженов, то есть на нас с Лерном, покинули храм, поспешив за свадебный стол. Только один жрец бегал вокруг нас с медведем и пытался заставить покинуть храм…

Вздрогнула, услышав громкий смех Лиры. Я так углубилась в воспоминания, что не сразу осознала, что я нахожусь в новой кофейне госпожи Агнии, а после обряда в храме прошло почти полгода.

- Прогуляемся? - прошептал Лерн.

Посмотрела на друзей, они были увлечены рассказом Лиры, так что мы с медведем незаметно покинули кофейню. Только госпожа Агния уже у выхода протянула нам бумажный пакет со сладостями.

В обед улицы столицы были оживленны. Перед моим взором проезжали кареты, а я видела скорое будущее, когда наши механические повозки заменят лошадей. Конечно, это наступит не завтра, но мы, маги, живем достаточно долго, чтобы мечты превратить в цель, а затем в реальность.

Мы с Лерном держались за руки и просто бродили по улицам. Увидев ярмарку, я вспомнила о носовых платках, которые всё-таки подарила Лерну через неделю после брака. Я даже сама вышила на них его инициалы, исколов себе все пальцы.

А вот медведь молчал о своём желании, каждый раз отнекиваясь, что ещё не наступило удачное время. И мне оставалось только гадать – чего же желал Лерн. И кажется, новая игра нам двоим пришлась по вкусу, так что его истинное желание, подозреваю, я никогда так и не узнаю.

В парке находилась старая заброшенная башня. По легенде, в ней когда-то жила красавица, в ожидании того, кто спасёт её и завоюет её сердце. Лерн утверждал, что девушка была под заклятием, и она спала в ожидании того, кто сможет пройти все испытания и поцеловать её, тем самым разбудив. Мой романтик, улыбнулась я. Чем закончилась история этой красавицы, мнения расходились, но главное – она всё-таки покинула башню в поисках собственных приключений.

Артефакт, оставленный мертвым магом, Лерн хранил в тайне. Но я почему-то была уверена, что вскоре наступит тот день, когда он попытается оживить Ялель. И мне очень хотелось надеяться, что у него это получится, и девушка сможет прожить ту жизнь, которую заслуживала, покинув свою «башню» из железа и шестеренок.

Медведь протянул мне платок с кривыми вышитыми инициалами. Улыбнулась, что-то в последнее время я стала совершенно сентиментальной.

Лерн покачал головой и притянул меня к себе, поцеловал в макушку.

- А знаешь, ты уже исполнила, может и не то, но точно моё заветное желание.

Не поняла? Что ещё за новое желание? И почему я не заметила, как и когда исполнила его?

Лерн вздохнул:

- В скором времени ты будешь уже не самым маленьким артефактором в нашей семье.

Не поняла…

Ещё один вздох, а затем медведь рассмеялся и прикоснулся ладонью к моему животу.

О… О! О?

Хохот Лерна стал громче, так как я от удивления только и выдала эту одну букву на разный лад.

Нет, вот обязательно устрою ему сегодня поэтический вечер – спою все песни, что знаю. Угроза заставила Лерна взгрустнуть, ну да, в ноты я не попадаю. А моё пение, тут даже Рейн подтвердил, что им можно пытать преступников.

Боги, о чём я вообще думаю? Нет, вот почему и как я не заметила своего нового интересного положения? Впрочем, и незаметно ведь ещё. Как только Лерн узнал? Подозрительно посмотрела на медведя. Может, и впрямь преступить к пыткам? Открыла рот чтобы запеть о той самой поварихе, но Лерн успел взять инициативу в свои руки и просто поцеловал меня. И ведь это до сих пор действенный способ заставить меня забыть о нити разговора.

- На семейном древе появился маленький отросток, - прошептал медведь между не знаю каким по счету поцелуем.

И тут до меня наконец-то дошло, что я стану мамой, а Лерн папой, а…

- А я ведь так и забыл поблагодарить твоего деда за то, что он подарил тебя мне.

Согласна, поспешно подтвердила я, я самый лучший подарок на свете. Лерн серьёзно кивнул, хотя я увидела весёлые искры в его глазах и то, как дрогнули его губы в улыбке.

Ах вот как. Я прокашлялась, прочистив горло, и запела. Медведя в этот раз расхохотался в голос.

- Буду молить богов, чтобы слух малыш унаследовал от меня.

Нет, напрасно он это сказал. Ведь репертуар у меня обширный.

- Ты хоть ребенка пожалей.

Задумалась.

- Он ещё не слышит...

- Но я, к сожалению, не глухой, - пробормотал Лерн, а затем вернулся к самому действенному способу закрыть мне рот – к поцелуям…