Глава 31

Сабина

Несмотря на моральную и физическую усталость, этой ночью я не могу заснуть. Адреналин в крови угас, эмоции утихли, и в душе остались лишь апатия и страх. Что же я натворила? Что сейчас с нами будет? Как поступит Роберт?

Несмотря на то, что Вадим тогда кинул меня в ресторане, я чувствовала, что в тот момент он не врал. Я и сама знала, что наш брак с Робертом строится далеко не на светлых чувствах, да и расчет был только с его стороны, но у меня никак не складывался пазл: почему именно я? Ведь вокруг Штефана столько женщин, которые с удовольствием бы пошли с ним под венец. Но после слов Вадима о том, что Роберту была нужна жена с ребенком, все встало на свои места. А дальше…все как в тумане. Я готова убить любого, кто посмеет посягнуть на самое святое.

И Роберт Штефан не стал исключением. Мне плевать на его проблемы, на разваливающийся бизнес. Он не имел права вмешивать МОЮ дочь.

Я была уверена, что Роберт придет ко мне домой этим же вечером. Но он так и не появился ни вечером, ни ночью.

Это и пугает. Чего он выжидает? Думает, как отобрать у меня Лию? Советуется с юристами? Или же ему действительно плевать на ребенка, и он спасает тонущий бизнес?

Но Роберту оказалось не плевать.

Оказывается, под утро мне все же удалось задремать, и поэтому я вздрогнула от резкой и требовательной трели дверного звонка. Лия все же начала заболевать, поэтому уснула вчера позже обычного.

Быстро надеваю домашний костюм и кидаюсь к двери, чтобы ранний гость не разбудил крошку. Распахиваю дверь, совершенно позабыв посмотреть в глазок. А зря. Там стоит хмурый и строгий Роберт Штефан. Мой теперь законный муж.

Стоит отметить, что выглядит он неважно: круги под глазами, помятый, волосы взъерошены, как будто он постоянно запускает в них пальцы. Смотрит прямо, в упор, как будто расстреливает взглядом.

Страх пробирает до костей. Замечаю в его руках бумаги. Зачем он пришел? Хочет забрать у меня ребенка и уже даже собрал все документы?!

Первое желание — захлопнуть дверь и не пускать на свою территорию. А потом бросить все и бежать. Только ведь это совсем не спасет нас — Роберт с его возможностями достанет меня из-под земли.

— Впустишь? Нам бы поговорить с тобой. Жена, — и мрачно усмехается, отчего тело пробирает озноб.

— При условии, что ты гарантируешь, что не причинишь мне вреда и не устроишь скандал. Лия еще спит.

— Я не поднимаю руку на женщин, если ты об этом. Даже если ладонь так и чешется, чтобы некоторых отшлепали за их длинный язык. Понимаешь, о чем я, Сабина?

Краснею ко корней волос и отодвигаюсь в сторону, пропуская. На удивление, Роберт ведет себя более чем прилично для опозоренного мужчины и того, кто на волосок от потери бизнеса.

— Помой руки на кухне. Лия еще спит, не надо ее будить, — произношу тихо, идя на кухню. Спиной чувствую, что Роберт следует за мной, но на удивление, между нами нет напряжения и ощущения надвигающейся беды. Возможно, это впечатление обманчиво, но мне так хочется верить, что мой поступок не будет иметь непоправимых последствий для нас с малышкой. Я не знаю, что меня подталкивает задать следующий вопрос, но все же он вылетает раньше, чем я тщательно все обдумаю. — Завтракать будешь?

Роберт оглядывает меня с головы до ног, словно удивлен моим вопросом не меньше моего. Не знаю, зачем я его пригласила присоединиться: то ли чувствую вину, то ли он выглядит таким…растерянным и уставшим от всего того, что навалилось на него в один вечер. Но все же Штефан молча кивает и отводит взгляд.

Нажимаю кнопку чайника и быстро начинаю готовить глазунью. Надеюсь, мой босс не имеет ничего против такого завтрака.

— Кстати, как она? Ты говорила, что Лия приболела. — Роберт вытирает руки и садится за стол, уставившись на меня. Если отбросить в сторону все обстоятельства между нами, все недоразумения, то можно представить, что это утро обычной семейной пары. Но чудес не бывает.

— Да, есть небольшой кашель и горло красное. Придется неделю дома посидеть.

Роберт кивает, словно соглашается со мной.

— Врача вызывала?

Я ставлю перед ним кружку с дымящимся чаем и тарелку с яичницей, придвигаю корзинку с хлебом. Осторожно опускаюсь на стул напротив и смотрю на него прямо, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо и уверенно.

— Не надо этого всего, Роберт. Ты ясно выразился четыре года назад по поводу малышки. И сейчас я не собираюсь ее тебе навязывать. Как видишь, мы живем нормально. Я справляюсь. Да, скромно, по сравнению с тем, что ты привык видеть, но у Лии есть все необходимое, — что-то внутри меня щелкает, и я хочу быть откровенной с мужчиной. Хочу поделиться правдой, пусть она даже и неприглядная. — И если уж на то пошло, поначалу я вообще не планировала тебе рассказывать о ребенке. Я хотела уволиться сразу же, как случилось это…недоразумение в ресторане.

Отвожу взгляд в сторону, краснея, как школьница. Я все еще помню в деталях тот поцелуй, горячее и такое сильное тело босса, его прикосновения, что творили со мной невообразимое.

Что-то заставляет меня поднять голову и посмотреть в лицо Роберту. Все его эмоции отражаются в его глазах. И да, он тоже ничего не забыл.

— Но ты осталась, — не спрашивает, а утверждает. — Что-то изменилось?

— Так сложились обстоятельства. А потом…потом Лия стала спрашивать про папу, — на этих словах глаза Роберта сужаются, но я игнорирую его немой вопрос. — Я хотела рассказать вам обоим правду. Но при подходящем случае. Позже. Но узнала, что ты использовал мою дочь, чтобы спасти свой бизнес.

— Нашу дочь, Сабина. Лия — наша дочь.

Его поправка режет слух, и я с силой стискиваю вилку, в душе несогласная с его словами.

— Лия — не игрушка, Роберт. Она — самое дорогое, что есть в моей жизни. И я любому глотку перегрызу, кто посмеет даже дышать не так в ее сторону…

— Притормози, тигрица, — Роберт криво усмехается, откладывая вилку, и задевает бумаги, лежащие на краю стола.

Перевожу взгляд на них и, не закончив мысль, спрашиваю то, что хотела, когда только увидела его на пороге своей квартиры:

— Это бумаги на развод? Давай ручку, я подпишу, — протягиваю ладонь, чтобы Роберт не сомневался в моих намерениях.

Но Роберт не торопится выполнять мою просьбу. Он криво усмехается, откидываясь на спинку стула и глядя на меня…по-новому. И чем пристальнее он смотрит на меня, тем быстрее опадает моя рука, а паника в душе нарастает.

Я тяжело сглатываю. Мне не нравится его выражение лица. И не нравится его молчание. Очень-очень не нравится.

— Не будет никакого развода, Сабина, — Роберт медленно качает головой, не отпуская моего взгляда. Он смотрит прямо в упор, а я, как загипнотизированная, не могу пошевелиться. — Ты — моя жена. Лия — моя дочь. Я намерен принимать активное участие в ее жизни. Нравится тебе это или нет. И я уж точно не собираюсь быть для нее воскресным папой.

Я хочу уточнить, что все это значит, но нас прерывает вбегающая на кухню заспанная и взъерошенная Лия.