Глава 40

Сабина

«Кредит по ипотечному договору полностью погашен. Спасибо, что выбрали наш банк».

Сообщение, которое мечтает получить восемьдесят процентов страны. И я тоже в их числе. Была. А теперь я свободна от обременения. Потому что, судя по полученному сообщению от банка, мой кредит на квартиру погашен. И я даже знаю, кем.

В непонятных чувствах набираю Роберту. Он отвечает после второго гудка.

— Извини, дел было по горло. Пришлось задержаться на весь день. Заехал по делам, но уже еду домой. Только по пути заеду в ресторан. Что вам с Лией взять? — Я слышу в его голосе улыбку и невольно начинаю улыбаться сама. Что этот мужчина творит со мной? Он очень странно на меня воздействует, такое со мной впервые. Хотя и впервые в жизни для меня делают столько всего. Просто так, ничего не требуя взамен. По крайней мере, хочется в это верить.

— Я даже знаю, по каким делам. Банк уже прислал мне уведомление, — я нервно запускаю пальцы в волосы и резко выдыхаю. Признаться честно, ощущение, что я сейчас должна денег за закрытую ипотеку Роберту, душит меня сильнее, чем если бы я была должна банку. Потому что я не хочу быть ему должной. Потому что…банально боюсь увязнуть в этих отношениях. Если не уже… — Зачем ты это сделал?

— Что «это», Саби?

— Закрыл мою ипотеку. Я знаю, что у тебя проблемы в бизнесе, еще и из-за меня…Да и ты не обязан…

— Сабина, — Роберт моментально становится жестким и серьезным. Таким, каким я его знаю. Таким, какой он со всеми своими подчиненными. — Я уже говорил: ты — моя жена. И моя обязанность обеспечивать тебя и нашу дочь. Я — глава семьи. И я не могу себе позволить, чтобы у тебя были какие-то кредиты. Тем более, ты влезла в него из-за меня. Из-за моего раздолбайства в прошлом. Я не обещаю, что изменюсь в одночасье, но я стараюсь. Правда. Ради нас. Ради Лии. Ради тебя, Саби. И почему я не могу что-то сделать для женщины, которая мне очень нравится?

Его слова заставляют меня покраснеть. Я слышу в них особый, скрытый подтекст. Хочется верить, что я и правда что-то значу для Роберта. Потому что, кажется, успела впустить его в свое сердце…

— Не стоило, правда. Я найду другую работу…тем более, твои проблемы…

— Сабина, — в голосе Штефана слышатся нетерпеливые и стальные нотки. — Я высказался по поводу «другой работы». Мое мнение не изменилось: нет. А мои проблемы…Я сам виноват в них, и я не первый год в бизнесе, справлюсь. Тебе не стоит об этом беспокоиться. И давай мы больше не будем возвращаться к этому вопросу, хорошо?

— Хорошо, — отвечаю тихо, прикрывая губы кончиками пальцев, скрывая расползающуюся улыбку.

— Итак, вернемся к главному вопросу: что хотят мои девочки на ужин?

— Твои девочки хотят, чтобы папа скорее приехал домой. Мы с Лией приготовили ужин, и она ждет не дождется тебя, чтобы накормить.

В трубке повисает тишина. Я бы сказала даже, что зловещая. Я не вижу Роберта, но живо представляю, как он сжимает губы в тонкую линию, опасно прищуривает глаза и глубоко дышит, сдерживая гнев.

— Помнишь, что я сказал насчет того, если ты нарушишь постельный режим? — спокойно и ровно интересуется муж. Но я точно знаю, что спокойствие Роберта притворное, надуманное. И я знаю, что играю с огнем и хожу по краю. Но неожиданно ловлю себя на мысли, что мне чертовски нравится бесить Роберта.

— Отлично помню. Поэтому и нарушила. А то все угрозы и угрозы, а до дела так и не дошло…, — тяну, закусывая губу, чтобы не засмеяться в голос, и наматывая прядь волос на палец. Представляю, как комично выгляжу со стороны: на голове пучок, на мне спортивный костюм и голос Джигурды в придачу. Самая соблазнительная девушка на свете, да.

— Жди меня, Сабина, я еду, — обрубает Роберт и отключается.

А я с довольной улыбкой на лице иду в комнату к Лие, которая к приходу папы готовит ему рисунок в подарок.

— Смотри, мама, — дочь протягивает мне листок, — Это ты, папа и я.

— Очень красиво! — Искренне хвалю, разглядывая творение малышки. — А это кто? И почему я такая большая?

— Это наша собака, которую мне папа подарит. А у тебя в животике братик.

Я закашливаюсь, выпучив глаза. Ничего себе поворот! У нее папа появился без году неделя, а она уже и братика, и собачку выторговала! Вся в Штефана, что тут скажешь!

— А папа, что, уже пообещал тебе собачку и братика? — Осторожно интересуюсь, присаживаясь на край кровати. После таких новостей ноги отказываются меня держать.

— Нет, я еще не просила. Как думаешь, он согласится? — И смотрит на меня заискивающе, хитро улыбаясь. Лисичка!

— Не знаю, это у папы надо спрашивать. Но давай договоримся, что потом? Пока…

Но договорить я не успеваю — в коридоре проворачивается ключ в замке. Удивленно кидаю взгляд на часы: ничего себе, я замотивировала Роберта…И, кстати, откуда у него ключи от моей квартиры?!

— Папа пришеееел! — С радостным визгом Лия несется в коридор и бросается отцу на шею.

Я задавалась вопросом, для чего все это: даю нам шанс, доверяюсь Роберту…Вот именно ради этого. Ради счастья в глазах нашей дочери. Ради ее счастливого детства.

— Я очень соскучилась по тебе, — моя маленькая хитрая лиса выпячивает нижнюю губу, вызывая острое желание извиниться и оправдаться. Вот и Роберт не устоял.

— Прости, солнышко, было очень много работы, пришлось задержаться…

— Больше не опаздывай! — Со значением в голосе, вздернув подбородок, выдает Лия. И, копируя мои интонации, командует: — Иди, мой руки, я тебя сейчас кормить буду.

Я прислоняюсь к косяку, с трудом сдерживая улыбку, и наблюдаю за ними двумя. В груди растекается тепло, затапливая меня с головой. Ради вот этого домашнего уюта определенно стоило пустить Роберта в нашу с Лией жизнь…

Роберт ловит мой взгляд и тут же становится серьезным. Он прожигает меня темными глазами, от которых по моему телу разбегаются мурашки размером с приличных слоников.

— Как себя чувствуешь?

— Лучше, спасибо. Ты же слышал: иди мыть руки. Лия не отличается терпением.

Мы ужинаем, весело болтая обо всем. Но я переоценила свои силы: сразу же после ужина на меня накатывает слабость, что не остается незамеченным Робертом.

— Так, мать-героиня, давай живо в постель. Сейчас принесу лекарства и градусник.

Сил сопротивляться и зубоскалить совершенно нет, и я молча подчиняюсь. Лишь вяло выдаю:

— Лию надо спать искупать и уложить. Сейчас я выпью жаропонижающее и встану…

— Лежать, Сабина Штефан! Я справлюсь, поверь. Отдыхай.

Я прикрываю глаза в согласии и тут же проваливаюсь в легкую дремоту, сквозь которую чувствую, как прогибается диван.

Приоткрываю глаза и вижу Роберта, внимательно меня рассматривающего.

— Если ты пришел воплотить свою угрозу, то прости, я сегодня не в форме.

— Я вижу, — хмыкает, — спи уже, соблазнительница. Должна будешь.

Роберт осторожно целует меня в висок и уходит в спальню. А я снова проваливаюсь в сон до самого утра. Только в этот раз снятся мне горячие поцелуи, откровенные прикосновения мужа…