14

Багир

— Ах, ты маленький хитрюга! — невольно рассмеялся я, наблюдая за тем, как Смышленкин, попросившийся ко мне на руки, взяв мою ладонь своими маленькими ручками начал чесать об нее зубки.

Начавшийся прорезаться нижний зуб доставлял нам определенные неудобства, но к счастью температуры не было, да и сам процесс был не таким болезненный как с первым зубом.

— Я же дал тебе специальную штучку для этого. — щекоча его животик, сказал я, от чего он тут же захихикал, продолжая чесать десна о ребро моей ладони. — Что, моя рука вкуснее?

— Ахах! — сверкнул он своими синими глазами, пугающе напоминающие мои.

Иногда мне казалось, что я прям в зеркало смотрюсь!

— Хмм… — протянул скептически Макс, сидящий на диване, смотря на нас сверху вниз.

— Что? — спросил я, видя, что друг явно хочет высказаться.

— Да вот удивляюсь, — протянул он. — Ты с пеной у рта доказываешь, что не любишь детей, а с этим малышом ведешь себя так словно он и впрямь твой. И заметь деда тут нет. И не будет еще часа два, так что в спектакле нет нужды. — предвидя мой ответ, проговорил он.

— Я практикуюсь, — не моргнув и глазом ответил я, не желая задумываться о своем нетипичном поведении, и появляющейся привязанности к Смышленкину.

В доме были только мы с Максом, так как дед с Маржей и Надей уехали в магазин. Завтра был новый год, и им вздумалось закупиться на праздники так как магазины будут закрыты. Дед заявил, что нечего ребенку трястись в машине, и пусть он посидит с отцом, вот я и остался на няня.

— Да ладно тебе, Багир. Почему не признаешься, что привязался к нему? Да и не только к ребенку, судя по твоим ревнивым взглядам и рычанию в мою сторону. — начал он задавать вопросы на которые у меня не было ответов.

Я не хотел думать об эмоциях, что все чаще захлестывали меня в присутствии Надежды. Взять хотя бы это утро, когда я проснулся полностью атакованный этими двумя. К тому что к утру, малыш залезал на меня и использовал в качестве кровати я давно привык, но Надя которая подползла и легла под мой бочок, обхватив меня руками… К этому я готов не был. Как и не был готов признать, что мне это безумно нравилось. Я буквально таял на глазах, наблюдая за этими спящими в моих объятьях сыном с мамой. У меня даже закрались мысли что было бы здорово просыпаться так каждое утро. Здорово понимаете?! Я должен был взбеситься, черт возьми! А не это вот все!

— Это бред, — отмахнулся я от друга, прекратив щекотку и автоматом продолжая гладить животик Смышленкина.

— Тогда ты не против если я приглашу Надежду на свидание? — провоцируя меня спросил он.

— Против! — с недовольством понимая, что и впрямь рычу, сказал я. — Этого мне только не хватало! Найди себе кого-нибудь другого! Надя должна сосредоточиться на работе, для которой я ее нанял, а не ходить по свиданиям!

— Так одно, другому не мешает. Тем более, когда вы вернетесь в Краснодар…

— Максим я не хочу с тобой спорить и ругаться. И я вижу что ты делаешь! — твердо сказал я, ложась на пол и сажая на себя верхом начавшего беспокойно хныкать ребенка.

— И что же я делаю, папочка? — съязвил он.

— Макс! — одернул я его, от чего испугавшись Смышленкин заревел. — Смотри что ты наделал! — рыкнул я зло в сторону друга.

— Я наделал? Это ты тут рычишь!

— Ну, все-все! Не плачь плакса, ты же мальчик, а мальчики не плачут! — садясь и облокачиваясь о диван спиной, начал сюсюкаться я.

Крупные слезы уже скатывались из глазок, а верхняя губа обижена дрожала. Видимо принял мое недовольство на свой счет и обиделся. Это он мог.

— Ну чего ты? Я же не на тебя сердился, — ветер я большими пальцами слезки с его щек, строя рожицы которые его всегда веселили. — Хочешь кушать? — спросил я, словно он мог мне ответить.

— Йий! — шмыгнул он, успокаиваясь.

— Вот и хорошо! Пойдем достанем тебе бутылочку, пока дядя Максим подумает над своим поведением. — прижимая Смышленкина крепче к себе и вставая на ноги кинул я строгий взгляд на распоясавшегося друга.

Хорошо, что Надя сцедила для малыша молоко, думал я по пути на кухню. Смышленкин был тем еще обжоркой.

— Кушать хочешь да? — видя как загорелись его глаза при виде бутылки ласково спросил я.

Налив в кружку кипяток опустил туда молоко чтобы согреть, пока малыш тянул руки к заветной бутылочке.

— Погоди, надо согреть. Ты же не хочешь есть холодный обед? — перехватил я его ручку.

— Ях! — возмутился он, насупившись, и собираясь использовать свой беспроигрышный вариант со слезами.

— Не плакать! На меня это не действует, ты знаешь, — строго сказал я, щекоча его под подбородком. — Ох, и шарпейка ты! Даже шеи не видно под этими складочками! На диету тебе надо Смышленкин! — хохотнул я, наблюдая за тем, как он пытается увернуться от моих пальцев.

Какой же он все-таки прикольный малец! Не прав я был, когда думал, что дети раздражающие, иногда с ними очень даже прикольно. Но мой Смышленкин сам такой. Не похожий на других.

Надя

— Дедушка? — начала я разговор, который никак не могла, собираясь с духом уже больше недели.

— Что дочка? — ловко выруливая с поселка, спросил он.

Сегодня мы взяли джип Багира чтобы как следует закупиться. Маржа хотела устроить настоящий пир, в новогоднюю ночь.

— А это обрезание… его обязательно делать сейчас? Нельзя чтобы Лева немного подрос? — спросила я тихонько.

— Так зачем откладывать-то? Сейчас, когда он еще мал будет намного легче. Вот в мое время ждали, когда ребенок вырастет, мне самому провели эту процедуру только в десять лет! Знаешь, как это травмирует психику? Это сейчас люди начали понимать и делать все до того, как ребенок начнет что-либо понимать. — объяснял он мне целесообразность своей затеи.

— Помню, как бедный Багир боялся писать после обрезания! — захихикала Маржа с переднего сидения. — Вот с ним мы тоже тянули до семилетнего возраста! Бедный, так боялся и просил не трогать его пипиську! — вспоминала она со смехом.

— А мне заявлял, что ничего страшного в этом нет! — возмутилась я.

— Страшного действительно нет, но вот только не ему об этом говорить! — присоединился к веселью Аслан Багирович. — Не волнуйся дочка, я понимаю, что для тебя как для матери это звучит страшно, но подумай о том, что это полезно и нужно для Левы. Чем раньше сделаете, тем легче вам будет.

А может и впрямь сделать? Будь мы с Багиром вместе по-настоящему, мне бы пришлось согласиться, ведь Лева его сын.

— Хорошо дедушка, так и сделаем. — согласилась я, скрепя сердце.

Я уже не один час провела в интернете, и там действительно пишут, что это полезно для мужчины. Так что как не посмотри кругом одни плюсы. Главное не думать о том, что моего кроху придется доверить хирургу.

— Что за тишина? — спросила подозрительно Маржа, входя первой в дом.

Разувшись, мы с самыми легкими пакетами, которые с трудом позволил занести нам Аслан Багирович, направились через пустую гостиную на кухню.

— Максимка, а где Багир с Львенком? — спросила Маржа, Максима, который пил кофе за столом.

— Отец с сыном отправились на тихий час, — хмыкнул он, вставая и помогая нам.

— Багир тоже? — удивилась я.

Я очень нервничала, оставляя сына с ним, боясь, что Лева раскапризничается без меня и Багир будет раздражён этим.

— Ага, обещал уложить его и спуститься, но прошел час, а он все еще на верху. Уверен, что он уснул. — разбирая пакет с продуктами, рассказывал он.

— Это он может, — качнула я головой, вспомнив сколько раз за прошедшие дни заставала подобную картину.

— Иди дочка, проверь как они там, а продукты мы сами разберем, — ласково отослала меня Маржа, и уже понимая, что спорить с ней бесполезно, я, согласно кивнув поднялась наверх.

Аккуратно открыв дверь проскользнула в комнату, где спали отец с сыном. С каждым днем мне все труднее было напоминать себе, что все не по-настоящему. Что мы лишь играем в семью!

Но то, как Багир начал относиться к Леве, его терпение и забота, все это заставляло меня мечтать о большем. О настоящем, о том, чтобы рассказать ему правду, и надеяться, что он примет нас.

Но это все были мечты. На самом деле расскажи я ему, он бы взбесился и обвинил меня во всех грехах. Я уже достаточно изучила его чтобы понимать это.

Попытавшись не думать о плохом, я двинулась в глубь комнаты, приближаясь к кровати, на которой спали мужчины. Лева на этот раз спал на боку, уткнувшись куда-то в подмышку Багиру, спящему на спине. Сев рядом, я тихонько погладила сына по спинке, наслаждаясь охватившими меня чувствами. Прошло всего-то пару-тройку часов как его не видела, а уже так соскучилась.

— Вы вернулись? — вырвал меня из раздумий, хриплый со сна голос Багира.

Мужчина все еще лежал с закрытыми глазами, и если бы не его вопрос я бы ни за что не поняла что он проснулся.

— Как ты понял, что я тут? — спросила я с интересом.

— По запаху, — вздыхая прошептал он.

— Запаху? — напряглась я.

Неужели от меня пахло!?

— Ага, ты пахнешь лавандой и карамелью. — открывая глаза и встречаясь со мной своим пронзительным взглядом как-то интимно прошептал он.

Стушевавшись, я отвела взгляд, не понимая, как реагировать. С каждым днем становилось все сложнее игнорировать притяжение, между нами. Я уже с нетерпением ждала момента, когда мы уедем, и перестанем делить одну комнату. В новом доме что Багир купил для нас, я по крайней мере смогу спрятаться от него, и не попадаться на глаза.

— Ммм… — начал просыпаться сын, вслед за Багиром, отвлекая меня.

— Проснулся мой маленький! — наклонилась я к нему, перетягивая его к себе, и целуя в любимое местечко между шеей и ухом.

До чего же он был сладким! Родной мой!

— Скучал по маме? — спросила я, наслаждаясь тем, как сын, открыв лениво глазки, тут же заулыбался мне, ласково прижимаясь ко мне и собственнически накрывая грудь рукой. — Хочешь кушать?

— Не хочет, — хмыкнул Багир, приподнимаясь и облокачиваясь на локоть, чтобы легче было наблюдать за нами. — Он ел час назад. Причем всю бутылочку вылакал, маленький обжорка!

Удивительно, но сказано это было ласково, без какого-либо сарказма и издевки.

— Йий! — словно соглашаясь с Багиром пропищал сын.

— Как съездили? — спросил он, после некоторого молчания. — Надеюсь дед ни во что не врезался и моя малышка цела?

— Отлично съездили. И машина в порядке. — усмехнулась я, продолжая гладить сынишку по спине. — Лева, нет! — строго сказала я, заметив, как он примиряется своими зубками, к верхушке моей груди, видневшейся в вырезе свитера.

— Ты же в курсе, что он многое понимает и осознает? — спросил Багир, подползая к нам поближе. — Ты только глянь на это хитрое выражение, появившееся на его лице! Он знает, что нельзя кусаться, но все равно укусит зная, что ему за это ничего не будет!

— Он ведь человек, пусть и маленький, — была вынуждена согласиться я. — Даже у младенцев есть характер, и некая осознанность.

— Как ты думаешь, почему он ко мне так липнет? Причем с первого дня. С Максом он себя так не ведет, — чуть ли не самодовольно заявил он.

— Не знаю, — пожала я плечами. — Чем-то ты ему нравишься.

«Главное, чтобы ты не понял чем» — про себя же подумала я.

Думать о том, что все дело в зове крови не хотелось. Хотя с каждым днем я все больше склонялась к этой мысли.

— Почему это прозвучало таким тоном? — тут же возмутился он. — Я что, по-твоему, не могу нравиться!?

— Можешь конечно! — попыталась умаслить я его, зная как он остро на все реагирует. — Просто странно, учитывая, что до приезда сюда, он никогда так не тянулся к посторонним.

— Вот и хорошо, ибо нечего… — начал бурчать он, словно Лева кроме него не мог ни к кому тянуться.

— Когда мы уедем? — спросила я перебив его.

Я уже с ума сходила от его близости! Взять хотя бы сейчас, вон как он наклонился к Леве, в итоге, чуть ли не уткнувшись лицом в мою грудь! Дышал на меня, заставляя покрыться мурашками! Все это было просто невыносимо!

— Думаю числа пятого, а что? — нахмурился он. — Я думал тебе тут нравиться.

— Нравиться. — согласилась я. — Но я все еще боюсь проколоться.

— Пятого уедем. — отстраняясь и вскакивая с кровати, проворчал он. — Думаю шесть дней ты как-нибудь потерпишь. — заявил он, выходя из комнаты, и оставляя меня в полном недоумении.

Что я такого сказала, из-за он так отреагировал?