15
Это был самый лучший новый год в моей жизни.
Настоящий.
Наполненный радостью и теплом. А самое главное в окружении настоящей семьи. И пусть я лишь играю роль жены их сына, но любовь и забота дедушки и Маржи, были настоящими. Как и мое отношение к ним.
Мы накрыли огромный стол в гостиной, собственноручно приготовив каждое блюдо на нем. Трудились не покладая рук с самого утра, пока мужчины перетаскивали стол, и проводили день смотря новогодние передачи, ну и приглядывая за Левушкой конечно же.
Мне так нравилась вся эта праздничная суета! Даже усталость приносила удовлетворение!
— А теперь давайте-ка, бегом все переодеваться! Будем фотографироваться! — отдала распоряжение Маржа.
Спорить с ней никто не стал, и даже дедушка молча поднялся с дивана, направляясь в свою комнату.
— Пойдем мой сладкий, тоже приоденемся! — проворковала я, беря на руки играющего на своем одеяльце сына.
Ужасно успела по нему соскучиться за день, только и видела его, когда кормила сегодня.
Решив, что надо принять ванну, так как успела пропитаться запахом индейки, я направилась прямиком в ванную комнату.
— Будем, купаться, дя? — поцеловала я довольного сына в лобик, на что он тут же начал ко мне ластиться. — Ласковый мой…
Наполнив ванну налив пену, и кинув в нее бомбочку, я раздела Леву под его радостный лепет, стянув с себя платье скользнула в теплую воду.
— Йахах! — тут же начал размахивать ручками сын, разбрызгивая воду, и играясь с пышной пеной.
— Хулиган! — засмеялась я над его озорным выражением лица. — Прав все-таки Багир, все то ты понимаешь и осознаешь. — вздохнула я, ложась удобнее, и удерживая Леву на поверхности.
— Рад что ты так считаешь. — раздался нахальный голос, заставивший меня взвизгнув подскочить на месте, тут же прикрываясь сыном.
— Что ты делаешь!? — возмутилась я, смотря на то, как невозмутимо Багир стоит, скрестив руки и облокотившись на дверь. — Выйди потребовала я!
— Яхах! — тут же радостно взвизгнул сын, чье мнение явно не совпадало с моим, так как Лева тут же начал активно подзывать Багира, протягивая к нему ручки.
— Кое-кто с тобой не согласен! — ухмыльнулся он нахально. — Да и потом, если не хотела, чтобы тебе мешали, надо было запираться.
— Я забыла! — возмутилась я, неужто он думал, что незапертая дверь, это приглашение!?
— В следующий раз будешь внимательнее. — хмыкнул он, и не думая выходить. — К тому же я с подарком.
Шагнув к нам, он запустил руку в задний карман джинс, доставая из него плоскую коробочку с известным логотипом ювелирного дома.
— Зачем? — удивилась я, хотя сама купила ему рождественский свитер, как и всем остальным.
Правда отдать так и не решилась, в отличии от остальных.
— Затем что Новый год, и все дарят подарки. И согласись было бы странно не подарить ничего своей «жене», — как-то странно произнес он последнее слово.
Присев на корточки перед ванной, Багир раскрыл коробочку, и достав из нее колье из белого золота, потянулся к моей шее, с легкостью застегивая застежку.
Я же настолько погрузилась в момент, что даже забыла о собственной наготе, и обстановке, окружающей нас. Даже Лева продолжающий резвиться в воде, не был способен отвлечь меня от горящих синих глаз.
О, я знала этот взгляд, однажды пленивший меня настолько, что я потеряла голову и отдалась его безумству.
Мужские пальцы прошлись по кромке драгоценных камней, опоясывающих мою шею, затем перебрались на ключицы, лаская влажную кожу. Багир словно сам не понимал, что делал, потерявшись в моменте.
Не знаю остановились бы мы на этой невинной ласке, не будь, между нами, ребенка.
Я бы точно нет.
Какой бы слабой это не делало меня в собственных глазах, близость Багира превращала меня в безвольное нечто, готовое растечься от одного лишь ласкового взгляда и прикосновения.
Когда он переставал бурчать, и ругаться, вновь превращаясь в моего принца из той ночи, я теряла всякий контроль, и забывала обо всем что происходило в нашей жизни. Забывала, что наши отношения ненастоящие. И что даже этот подарок лишь для вида.
— Йий! — возмутился Лева, хватая Багира за ворот свитера в попытке затянуть его к нам.
Словно поняв, что делает, мужчина тут же убрал руку, встряхивая головой.
— Забрать его? — предложил он, удивив меня. — Сможешь спокойно помыться.
— Спасибо, было бы здорово. — пытаясь сделать вид что ничего особенного не произошло, проговорила я.
Быстренько помыв сына, я ополоснула его из душа, и Багир завернув в полотенце забрал его.
— Одеть его в то, что ты положила на кровать? — спросил он, окидывая меня печальным прощальным взглядом.
— Да, — поднимая колени выше в опасении что ему видна моя грудь, ответила я.
К счастью, он быстро приноровился одевать Леву. И даже не испытывал проблем с тем, чтобы сменить подгузник, если, конечно, он не был заполнен «какашками». С ними он иметь дело не был готов.
— Не торопись, — кинул он напоследок, наконец выходя из маленького помещения, и давая мне вздохнуть спокойно.
Как же держаться от него подальше и придерживаться фиктивных отношений, если он сам начал преследовать меня?
Багир
Вылетев из ванной комнаты, я застыл среди спальни, сам не понимая, что со мной происходит. Зачем полез к ней? Зачем трогал так интимно словно имел на это полное право? И чем бы все закончилось если бы не малой?
От охватившего желания, мозг напрочь отказывался работать, и я просто подался эмоциям, и желанию увидеть Надю, одетую лишь в мой подарок. Среди этой пены, влажная и разморенная, она представляла собой самый сильный соблазн, который только мог настигнуть меня.
Я ведь не собирался ничего такого делать! Просто хотел зайти в ванную по своим делам, а тут они…
Как бы мне хотелось стянуть с себя одежду и присоединиться…
— Яу! — отвлек меня детский лепет.
Словно очнувшись, я прошел к кровати, на которой была разложена одежда. Красный милый нарядный комбинезон и шапочка, отороченная белым мехом и помпоном.
— Кто-то сегодня будет очень красивым, да? — кладя Смышленкина на кровать улыбнулся я.
— Йау! — задорно согласился он, сам распутываясь из полотенца, очень уж он не любил, когда его сковывают.
Хорошенько вытерев его, я разложил подгузник, и быстренько пока он не написал на меня, присыпал его присыпкой.
— Вот и все! — не удержавшись пощекотал я его животик, который как и руки с шеей был в складках. — Вы дети просто создание дьявола! Вами невозможно не умиляться! — пожаловался я, под его смешок.
Быстро справившись с одеждой, я натянул на него шапочку, и посадил на кровать, наслаждаясь результатом своих трудом.
— Какой ты миленький, Смышленкин! — заохал я, вспомнив маленьких херувимчиков, которые были изображены в одной книжке. — Ну прямо вылитый ангелок!
— А я думала шарпей, — раздался за спиной насмешливый голос Нади. — Рада что ты нашел что-то более подходящее и менее обидное.
— Чем это шарпей обидно!? — возмутился я, оглядываясь на нее и тут же замолкая.
Я даже пропустил мимо ушей ее ответ, настолько был зачарован видом ее тела в одном шелковом халатике, под которым совершенно точно ничего не было!
— Багир? — словно сквозь вату прорезался ее голосок.
— Что? — вяло отозвался я.
Куда черт побери делать та серая моль, которую я брал в фиктивные жены!? Как ее сменила сексуальная богиня с аппетитным телом?
— Свитер говорю наденешь? Маржа хочет сделать небольшую фотоссесию.
Глубоко вздохнув, я попытался выбросить из головы все пошлые мыслишки, и сосредоточиться на происходящем, не то еще в дауны запишет.
— Да без проблем, — хватая протянутый ею свитер, и прямо тут стягивая свой, переоделся я.
Вот тут-то я и заметил, что не только на меня производит впечатление полуобнаженное тело. Надя буквально застыла оглядывала меня округлившимися глазами.
Кажется, кто-то совсем не так холоден и равнодушен, как пытается казаться, мелькает самодовольная мысль в моей голове.
— Ну как? — подразнил я, имея в виду вовсе не ее подарок.
— Отлично! Хорошо, что угадала с размером, — прокашлявшись ответила она. — Не присмотришь за ним, пока я оденусь? — кивнула Надя на Смышленкина играющего со свисающим помпоном со своей шапки.
— Конечно, мы спустимся вниз. Уверен дедушка уже его ждет, — не слукавил я, подходя и подхватывая мальца на руки.
Дед просто души в нем не чаял, не спуская с рук и играя. Не знаю, что с ним будет после нашего отъезда.
— Спасибо, — поблагодарила Надя, провожая нас взглядом своих лучистых глаз.
И как я мог считать их бесцветными и блеклыми? Должно быть я ослеп в то время, не иначе!
Спустившись, я застал семью в сборе, Маржа была одета в милейшее красное бархатное платье так подходящее к новому году, а Максим и дед, в такие же свитера с рождественским принтом в зеленом цвете, как и я.
— О боже ж ты мой! Это кто у нас такой хорошенький! — заохала Маржа тут же протягивая к Смышленкину руки.
Малыш без возражений пошел к ней, милостиво позволяя себя расцеловать и ощупать. Смышленкин вообще любил внимание, и почти никогда не психовал в отличии от других детей чей ор так меня раздражал.
— Мы есть сегодня будем? Я что-то проголодался! — подал голос Макс, ворошащий дрова в камине.
— Сначала фотографии, а потом ужин! — строго отчеканила Маржа. — А вот и Надя!
Обернувшись на ее кивок куда-то мне за спину, я замер словно громом пораженный. Надежда в красном облегающем бархатном платье до колен представляла собой до боли соблазнительный и почему-то знакомый образ. Я словно уже видел ее такой: наряженной и прекрасной. Женщиной перед которой невозможно устоять.
Но ведь это невозможно, верно?
Не мог я видеть ее в подобном наряде! Должно быть мой мозг, который решил, что ему во что бы не стало нужно заполучить эту женщину, и мое воображение сыграло со мной в злую шутку.
— Ну что? Все готовы? — спросила она, проходя вглубь комнаты.
Выглядела она и впрямь потрясающе, я просто глаз не мог оторвать от нее весь вечер, даже не заметил, когда мы, перестав фотографироваться сели за стол.
Все начали с аппетитом уплетать приготовленные яства, пока я как последний придурок пялился на лже жену не в силах отвести от нее глаз.
Ну до чего же хороша! И как идеально мой подарок лег на ее ложбинку. Безумное желание пройтись языком повторив путь ожерелья захватило меня, и я с трудом сдержался чтобы не наклониться к ней, такой манящей и близкой.
— Ты чего не ешь? — посмотрела она на меня. — Положить тебе индейки?
«Лучше себя мне положи, да побольше, а желательно всю!» — мелькнула в голове безумная мысль.
— Положи, — вместо этого отвечаю я, наслаждаясь ее улыбкой, и радостью.
Вот какая еще женщина будет радоваться проведя весь день у плиты? И с каких это пор мне начали нравиться подобные женщины?
— Держи, очень вкусно получилось, — вручила она мне тарелку невзначай коснувшись моих пальцев своими, и мне стало так приятно от этого невинного контакта, что я тоже улыбнулся ей в ответ.
— Эх, жаль мне нельзя тортика, — вздохнула она, спустя некоторое время, так печально смотря на огромный торт, расположившийся посередине стола, что все во мне взбунтовалось. Захотелось дать ей все чего бы она не пожелала, будь то торт, или что-нибудь другое.
— Почему нельзя? — отрезая щедрый кусок и ставя перед ней спросил я. — Ешь.
— Ага, как же. — закатила она свои чарующие глазки. — Я сейчас поем, а Лева потом мучайся диатезом.
— Пацану шесть месяцев! Нельзя все время относиться к нему как к хрустальному.
— Багир прав Надюш. — подключилась ко мне Маржа. — Пора бы уже перевести его на кашу. Да и от того, что ты съешь немного сладкого ничего плохого не случиться.
— К тому же ты сегодня сцеживалась, — не обращая внимание на ее смущение, прошептал я так, чтобы слышала только она. — Так что давай ешь.
— Но не такой же большой! — запротестовала она. — Ешь сколько хочешь, я доем. — шепнул я интимно, наслаждаясь наполнившим легкие ароматом карамели, исходящим от нее.
Так бы и съел. Но пока нельзя.
— Ах, ты непоседа! — заметив, что Смышленкин пытается снять с подушки наволочку грозно зарычала Надя.
Казалось ребенку передалось настроение взрослых, и он решил встретить новый год с нами. На часах было два часа ночи, но мелкий хитрюга и не думал засыпать. Нет он, конечно, подремал пока мы ужинали и смотрели новогодний огонек, который был просто комедией ошибок, но бодрствовать так поздно не было нормой.
— Пора спать, дружок, — стягивая с него шапку, которую Надя вновь надела прежде, чем подняться в нашу комнату прошептал я.
— Йих! — задорно подпрыгнул он, явно не думая про сон.
— Иди-ка сюда! — подхватила его Надя, тут же начиная раздевать.
Весь костюм Смышленкина был в разводах от мандарина, который он каким-то образом умудрился сжамкать своими маленькими пухлыми ручонками.
— Такую красоту запачкал! — пожурила она его, переодевая в желтый однотонный боди, с львенком на попке.
— Боже! Что это за чудо? — прыснул я со смеху заметив эту прелесть, когда положив ребенка на животик, Надя принялась поглаживать его по спинке в попытке усыпить.
— Прикольно да? — спросила она с улыбкой, наблюдая за тем, как я улегшись с другой стороны, похлопал малыша по этой самой попке.
— Ага, у Льва на попке львенок, — хмыкнул я, наблюдая за тем, как пацаненок поворачивает голову в мою сторону со шкодливой ухмылкой. — Нет, — уже зная, что он что-то задумал, строго отчеканил я. — Спать!
Недовольно насупившись, он с обиженным видом отвернулся обратно к маме, а я с трудом сдержал смех. Какой же он все-таки Манипулятор!
— Как же спать охота! — вставая с кровати и подхватывая свою пижаму отправился я в ванную, чтобы переодеться и почистить зубы.
Про Надю и о том, что нужно что-то делать с тем, что со мной творится в ее присутствии старался не думать. Мне даже начинало нравиться то, как меня вело от нее, но все же анализировать свои чувства я пока был не готов.
Еще и Смышленкин который просто влился в меня, словно все происходящее было по-настоящему! Хотя если подумать все и было по-настоящему! Кто следил за ним? Кто кормил, и укладывал спать? Переживал, когда у нас резался очередной зуб?
Кому сказать не поверят что еще недавно я на дух не переносил детей! Но черт, этот Смышленкин просто перевернул мой мир с ног на голову! То, что до сих пор меня раздражало, вдруг стало жизненно необходимо, да еще и за такой короткий период времени! Нас словно связала невидимая ниточка, и если бы я верил в судьбу, то решил бы что произошедшее в тот день, когда маленький Манипулятор испортил мой компьютер было делом ее рук.
Вернувшись в комнату, я застал картину того, как сбросив платье Надя поспешно натягивала на себя пижаму, жаль что розовые штаны уже были надеты и мне представился лишь вид на ее узкую спину с манящей родинкой на левом плече, которую мне тут же захотелось облюбовать языком.
— Яхах! — отвлек меня маленький паршивец и не думающий засыпать. Вместо этого он каким-то образом умудрился забраться головой под мою наволочку, стянуть с подушки, которую так и не смог.
— Ах, ты непослушный Манипулятор! — притворно зарычал я, хватая его за ноги и протаскивая по кровати. — А ну-ка спать!
Тот тут же захихикал, и не думая пугаться, и как только я достал его из подушки, попросился на руки.
— Кажется мы сегодня с ним намучаемся, — вздохнула явно уставшая Надя, она буквально засыпала на ходу, и даже не пошла умываться, после того как удалила макияж ватными дисками. — Он и не думает ложиться.
— Ляжет, куда он денется. Да Смышленкин? Ты давай тоже ложись, хотелось бы мне сказать, что завтра выспимся, но что-то мне подсказывает что этот мелкий хулиган нам этого не позволит, — проговорил я, наблюдая за тем, как девушка скользнула под одеяло, и повернувшись к нам силилась держать глаза открытыми.
— Левушка, ну иди к маме, давай спать, — протянула она руку, к сыну, который начал, цепляясь за мой торс вставать на кровати.
Поняв, что так мы ничего не добьемся, я подхватил его на руки, и забравшись с ним под одеяло, уложил его к себе на грудь, несмотря на некоторое сопротивление.
— А ну, цыц! — выключил я свет, слушая его недовольное сопение. — Вот твоя любимая подушка в виде меня, так что давай без капризов. — начал легонько похлопывать его по попке что он очень любил. — Засыпай, Смышленкин.
— Спасибо, у меня нет сил с ним справляться, — прошептала Надя, уже уплывая в царство морфея.
Свет от уличных гирлянд пробивался в комнату и привыкнув к темноте я с легкостью мой разглядеть ее уставшее, но ставшее таким красивым для меня лицо. Так и тянуло наклониться и поцеловать.
Я бы, наверное, так и сделал если бы не ворчание Смышленкина который хотел играться, а не спать.
— Смышленкин, не хулигань, — сменил я тон на просящий. — Ты ведь хороший мальчик? А хорошие мальчики ночью спят.
Словно поняв мои слова, он крякнул и уже знакомым движением засунув большой пальчик в рот успокоился.
— Вот и хорошо. — чмокнул я его в макушку, обнимая второй рукой за спинку и продолжая усыпляюще похлопывать по попке с львенком.
Вот так лежа с ребенком на груди, и с женщиной, которая стала чем-то большим чем просто фиктивной женой, я вдруг понял, что это был, пожалуй, лучший Новый год в моей взрослой жизни.
И мне совсем не хочется возвращаться в свою серую обыденность. А значит придется что-то делать с этими переставшим быть для меня фиктивными отношениями.