40 глава

Сегодня вообще день сюрпризов. Сначала Финн, потом вот эта девочка с котенком…

Можно подумать, что мой муж вообще белый и пушистый. А то, что он хамски со мной обращается ― так это мне просто кажется…

Как мне уже говорили.

Но я-то знаю, что это не так.

Поэтому боюсь верить глазам и ушам. Даже очевидному.

― Постойте! ― догоняю его, потому что Морлен не собирается останавливаться. Не царское это дело с собственной женой говорить.

Которая, впрочем, всего лишь приманка для врага… оказавшаяся слишком неподходящей и ничего не стоящей даже для родного отца.

― Чего тебе? ― грубовато отзывается он, не прекращая идти.

― Вы… вы серьезно собирались искать котенка по всему двору и замку?

― Конечно же, нет, ― скашивает тот на меня глаза, в которых читается все то же ― презрение. ― Я собирался отправить Андерса на поиски…

― Вместо того чтобы тот занимался… более важными делами?

― Что ты от меня хочешь услышать? ― Морлен останавливается, а я становлюсь напротив. ― Что я прогнал бы девчонку в три шеи, а кота утопил, как только он попался бы мне на глаза?

Молчу, только сглатываю. Потому что думала примерно так же.

― Для тебя я монстр. ― Его голос становится хриплым и глубоким. ― Это уже не изменить… да я и не пытаюсь. ― Он отводит взгляд, в котором слабо, но все же проглядывает обида ― чувство, будто бы ему не свойственное.

― Я хотела оставить котенка себе, ― признаюсь зачем-то. ― Но… даже хорошо, что все так вышло.

Морлен медленно поворачивает голову. Его расфокусированный взгляд будто бы проходит сквозь меня.

― Очень больно терять тех, кто от тебя зависит, ― произносит он, подбирая слова, ― особенно когда ты ничего не можешь сделать, чтобы его спасти. Когда это не в твоих силах.

По его лицу пробегает что-то болезненное, но тут же оно становится каменным, без единой эмоции.

― И да, я согласен. Хорошо, что у животного нашлась хозяйка. Ему здесь делать нечего.

― Но вы бы не… ― начинаю я.

― Я за себя не ручаюсь, ― жестко произносит тот и, обойдя меня, продолжает путь к замку.

Стою на месте несколько секунд.

― Нет, ― вырывается у меня. ― Вы бы не смогли.

― Еще как бы смог.

― Вы ― не монстр!

― Ошибаешься.

Топаю ногой от бессилия. Да что же это такое! Я пытаюсь ему доказать, что он не настолько ужасен, как мог показаться изначально, но… на самом деле я и сама в это не верю.

Точнее ― не хочу верить.

Мне проще знать, что Морлен ― злодей из книжки, которую я прочла от корки до корки. Но там не было ничего ни о малышке, ищущей котенка, ни о старике Финне, которому вдруг стало плохо, и хозяин сделал все, чтобы помочь ему добраться до комнаты и срочно вызвать лекаря…

Да он просто образцовый мужчина, получается.

Что полностью ломает мои представления о нем.

Но… его рука на моей шее была реальной. Как и то, что он, не считаясь с моими чувствами, давил на генерала.

Его можно понять. Брат и все такое…

Но в то же время ― нельзя.

Ведь я ни в чем не виновата. Особенно я ― та, которая внутри Фэй. Не сама Фэй.

И я хочу ― да, хочу, чтобы Морлен оказался злодеем.

Чтобы можно было его ненавидеть… легально.

Но эти дурацкие картины перед глазами… этот его голос, слишком мягкий для него, дрожь в нем, в которую сложно было поверить…

Лучше бы я этого не видела и не слышала.

Прижимаю руки к ушам, мотая головой. Да только это не помогает.

Позволяю Морлену уйти. Мне ему сказать больше нечего.

А еще не хочу слышать его глубокий голос, который тревожными нотками отдает где-то глубоко в сердце. Как будто этот человек мне небезразличен.

Я запуталась. Ужасно запуталась. Но больше всего на свете боюсь снова оказаться обманутой. В ловушке у тирана, который сперва завоевывает, показывает себя с лучших сторон… чтобы потом ударить по самому больному, опутать сетями, из которых не вырваться.

Бесцельно слоняюсь по саду, потом иду к конюшням, заслышав ржание лошадей. Кажется, Андерс вернулся.

А вот и он. Что-то весело напевает себе под нос, хватает охапку сена, несет в конюшню. Неутомимый труженик.

― О, и вы здесь… точнее, ты, Фэй, ― машет он приветливо. Не забыл, как я просила его называть. Точнее ― очень старается выполнять мою просьбу.

― У меня к тебе… пикантное дело, ― понижаю голос, оглядываясь.

― Какое дело? ― Лицо Андерса становится настороженным, он даже травинку, которую грыз, выплевывает.

― Моя сестра просила передать, что завтра ждет тебя на прежнем месте в полдень, ― полушепотом говорю я.

Эльф почему-то бледнеет. Отводит взгляд.

― Твоя… сестра? ― переспрашивает он.

― Ну да… Лидия отнесла твое письмо, а Коралин ответила мне в записке, ― пожимаю плечами, не понимая, почему Андерс так реагирует.

― Значит… Коралин? ― как-то обреченно выдавливает он.

― А кто же еще? ― усмехаюсь. С чего-то эльф стал таким зажатым? Или вдруг испугался, что девушка ответила взаимностью?

― Но… ― он мотает головой, его взгляд скользит, будто он кого-то высматривает, а потом… бухается передо мной на колени.

― Я прошу вас, госпожа… помогите мне.

Голос Андерса срывается. Он опускает голову, ужасно бледный и дрожащий.

― Ты чего… встань сейчас же! ― пугаюсь я, отойдя на шаг.

Еще и госпожой стал величать. Да что это с ним такое?

― Прошу вас, ― молит тот, сложив руки перед собой. ― Я просто не знаю, что мне делать…

― Но… как я могу тебе помочь? ― сама присаживаюсь к нему, раз тот не хочет вставать. Заглядываю ему в глаза и вздрагиваю от его остановившегося взгляда.

― Я не могу отказать госпоже Ашер, ― так тихо проговаривает он, что мне приходится прислушиваться. ― Она может причинить зло моим близким…

― Каким образом? Их же нет здесь…

― Она знает, где живут мои названные родители, и способна на многое, уж поверьте.

Андерс смотрит в пол, но я… почему-то верю ему.

― Но подожди, ― у меня вырывается нервный смешок. Поднимаюсь, отряхиваю платье и прохаживаюсь, чтобы собрать мысли в кучу. ― Если ты считаешь Коралин какой-то злодейкой… зачем тогда посылать ей письма?

― Да я ей ничего не посылал! ― в отчаянии восклицает тот, подняв голову. ― Я люблю другую девушку… и это письмо предназначалось ей.