Глава 48

Я никак не могла выбраться из сна, барахтаясь на границе хмари и яви. Он не отпускал, облепив словно патока. Тяжелый, густой и неповоротливый. И чем дольше я с ним боролась, чем дольше рвалась наружу, тем отчетливее понимала, что выбираться нужно. Проснуться – жизненно важно для меня и всех остальных. Ни в коем случае нельзя поддаваться и оставаться в этом вязком тумане. Не знаю, сколько времени ушло на борьбу. Может, секунды, а может и вся жизнь – определить было трудно. Но я упорно рвалась вперед, за пределы окутавшей хмари. Бежала, шла, ползла. Искусала губы в кровь, и, наверное, ее металлический привкус во рту и помог прийти в себя. Я распахнула глаза с надсадным хрипом. Грудь ходила так тяжело, словно на нее две пудовые гири установили. Да и все тело ощущалось таким уставшим, будто я до этого неделю на пашнях провела без отдыха и перерывов. Зрение фокусировалось долго. А когда наконец картинка сформировалась, я не удержалась от испуганного вскрика. Правда, пугать в горах было некого. Кроме меня самой. В холодном равнодушном свете особенно огромных звезд мерцали нити незнакомой мне травы. Они опутали каждого из нас и медленно, но неотвратимо тянули энергию. Ее пульсация легко различалась в полупрозрачных нитях-щупальцах. От меня шла желтая, солнечная, а от остальных – угольно-черная с серебристым отливом. – Дэй! – позвала я. Голос ослаб точно так же, как и тело. – Дэйрат! – я попыталась толкнуть князя, но нити не дали. – Эй, кто-нибудь! Я звала на помощь, окончательно срывая горло, крутилась на месте, дергалась, пытаясь выпутаться, пока не поняла, что напрасно трачу оставшиеся силы. Никто не проснется. Удивительно, что мне самой удалось это сделать. Наверное, отчаяние во мне оказалось сильно. Потому что первые путы я попросту перегрызла. Разорвала зубами, яростно отплевываясь и не жалея растение. Кое-как освободила плечи, крутясь на месте и ерзая, умудрилась вытащить руку и уже после дотянулась до пояса Эстахара. Именно там он носил личный кинжал, так нужный мне. К счастью, подлое растение перед остро заточенной сталью оказалось бессильно. Я сумела освободиться и первым делом кинулась перерезать путы Дэйрата. Его лицо в свете луны было совсем белым – как будто бескровным. Даже возникла дурная мысль провести острием клинка по впалой щеке, чтобы проверить, но я в то же мгновение ее отбросила. – Дэй! Дэйрат! – звала я, избавляя его от хищных нитей, сосущих энергию. Наверное, помимо этого, растение добавляет какой-то дурман, чтобы жертва особо не сопротивлялась. – Пожалуйста, Дэйрат, – всхлипывала я. Трясла бесчувственное тело князя, роняла на него слезы и умоляла вернуться ко мне. – Я же не справлюсь одна. Давай, помоги мне! – Эстахар и не думал возвращаться, не слышал меня. И такая вдруг обида на мужа охватила, такое разочарование и горечь от несбывшихся надежд. Ведь у нас все только налаживаться начало! А тут это гортово растение. Кажется, я совсем перестала понимать, что творю. Потому что в какой-то момент, помимо самых грязных ругательств, что я выплескивала на безмолвную поляну, я принялась бить Дэйрата. Лупила мужа по груди, животу и со всей силы – по щекам, выплескивая страх и тяжкое чувство безысходности. И после одного особо чувствительного удара, когда я на полном серьезе думала, что свернула мужу челюсть, он распахнул глаза. – Дэйрат! – подскочила я и тут же припала к его груди. Мои трясущиеся руки сами опустились на покрасневшие после ударов щеки и принялись их гладить. Муть постепенно уходила из взгляда Эстахара, а я начала говорить: – Дэй, здесь опасно оставаться. Какое-то растение высасывает из всех энергию, сам посмотри. Я по чистой случайности проснулась и еле смогла тебя разбудить. Нам нужно срочно выбираться отсюда. Несколько мгновений потребовалось Эстахару, чтобы прийти в себя и осознать происходящее. А потом он вытащил кинжал у лежащего ближе всех Арха, и мы в четыре руки принялись освобождать воинов. Пока я возилась с одним, Дэйрат успел вызволить из растительного плена троих. Следующими на очереди стали скакуны. Вот только никто из них приходить в себя не спешил, как бы сильно мы ни старались. Я даже призналась Эстахару в рукоприкладстве и предложила попробовать на остальных, но он лишь отрицательно покачал головой. – Бесполезно. Слишком много энергии они потеряли, будучи под воздействием, теперь только ждать до утра. Своей делиться нецелесообразно, нам она еще пригодится. – А если утром никто не очнется? – я прижалась к теплому боку князя. – Тогда и будем решать, – был мне ответ.