Глава 22

Чем ближе вечер, тем быстрее рассыпалась моя уверенность. Смогу ему сказать то, что намерилась? Не онемеют ли мои губы, язык? Мне диких усилий стоило собирать и собирать себя заново.

Я думала о том, что если бы охрана Демида была такая бесполезная, как говорил Игнат, то Марго не пряталась бы на вилле, если ей угрожает опасность. А так как она сама замешана в афере, то причина выглядит реальной. Как она улепетывала, когда увидела Игната на свадьбе...

Мой брат сказал бы что угодно, лишь бы я делала так, как ему нужно.

Да, Демид отказался защитить моих племянников, забрать их. Может, в каком-то смысле он прав. Ему проще — он может смотреть на ситуацию хладнокровно.

Я скажу ему, что знаю кое-что важное. Но пока не буду уверена, что мои племянники в безопасности, не могу ничего рассказать. Их жизнь сейчас на первом месте.

В салоне мне добавили шоколадного оттенка в цвет волос, уложили их в безупречные локоны, подчеркнули глаза глубоким черным цветом, вывели брови идеальными плавными изгибами. Я все время сидела с расправленной спиной, училась держать осанку, повторяла про себя новые слова на английском.

Внешний вид придавал мне уверенности. Наконец -то я становилась похожа на жену миллиардера. Ему не должно быть стыдно выводить меня в люди. Ему, возможно, будет приятно хвастаться тем, как хороша его жена.

Волнение ворочалось в животе колючими шариками. Сердце подпрыгивало. Просто то, что сегодня вечером мы с Демидом поговорим дольше, чем пару минут, заставляло меня трепетать от радости.

Я поблагодарила всех девочек, которые трудились надо мной, и пошла к выходу. Возьму в магазине то платье, молочное с летящей юбкой. Еще три часа назад мне приглянулись несколько моделей, но я решила какое-то время подумать, а не брать сразу.

Едва я сошла с крыльца салона, ко мне метнулся какой -то мужчина в маске. В бок уперлось холодное дуло пистолета. Панический ужас перехватил горло. Не успела я вскрикнуть, как рука в перчатке грубо зажала рот. На охранников, которые стояли совсем рядом, набросились парни с дубинками. Г рохнули выстрелы.

Меня потащили в сторону, вдавливая в район правой почки пистолет.

— Оружие на пол! — рявкнул мужчина над ухом. — Или я ее пристрелю!

От знакомого голоса у меня остановилось сердце. Мир расплылся перед глазами. Я споткнулась — земля уходила из-под ног.

Охрана Демида прекратила отбиваться. Они бросили пистолеты, за что получили дубинками по спине, голове...

— Уходим! Оставьте их!

Страх сжимал грудную клетку — зачем дышать, зачем жить, если меня тащили в ад? Меня убьют. Ведут к машине, чтобы внутри пристрелить, а потом тело выбросить в речку. Именно так поступают такие, как он.

Словно я не человек, а пакет с мусором, меня впихнули на задние сидения джипа. Я прижалась к дверце, паника страшно колотила тело. Мужчина стянул маску и оскалился в злорадной ухмылке.

— Вот ты и нашлась, малая.

Водитель ударил по газам, я вжалась в угол, желая слиться с машиной, раствориться, исчезнуть. Как сейчас я видела, что он в бешенстве бьет меня рукой по лицу, а потом, когда я лежала на полу, ногой в живот.

Меня скрутило от отвращения, фантомной боли, которая никогда не покинет мое тело.

— Хера се ты себе хахаля отхватила! На нормальную бабу стала похожа, а не на лохушку.

— Рука с растопыренными пальцами метнулась ко мне — бывший впился в волосы и дернул к себе. Острая боль иглами пронзила макушку. — Будет он тебе шмотки и брюлики покупать, если я сломаю тебе нос или челюсть?

Его слюна брызгала мне в лицо, от перегара подступила тошнота к горлу. Слезы бесконтрольно лились по щекам. Внутри что -то жалобно молило: “Демид, пожалуйста, спаси.”

— Харэ слезы лить! — пощечина врезалась в скулу с такой силой, что у меня брызнули искры из глаз. Из моих задеревеневших пальцев выдернули сумочку, меня отшвырнули прочь так, что я врезалась виском в боковое стекло. Голову сдавило пульсирующим обручем.

— Щас узнаем, сколько ты стоишь, шлюха. Если твой барыга не принесет нам через сутки сто миллионов долларов и не пригонит вертолет, то порубим тебя на кусочки и раскидаем по всей стране. Пусть собирает потом.

Громкий басовитый хохот мужчин ударил молотками по голове.

— Иди сюда, фотку сделаем. — Он схватил меня за горло и тыкнул в нос объективом. — Как-то недостаточно жалко ты выглядишь.

Я машинально прикрыла лицо дрожащими руками, сглатывая слезы. Мерзкие пальцы вцепились в блузу на груди, затрещала ткань. Я не двигалась, я знала, что если начну сопротивляться, меня изобьют. Вадим нещадно рвал на мне одежду, оставляя синяки на теле.

Руки от лица убрала!

— Не бей, пожалуйста... — пробормотала я, зная, что ничего мои слова не изменят. Убрала трясущиеся руки, и бывший тут же прижал к моему виску дуло пистолета, ослепил вспышкой.

— Порядок. — Он принялся набирать сообщение в моем смартфоне, отправил и вышвырнул мобильник через открытое окно. Там уже вместо городских улочек мелькали деревья и луга. Куда меня везли? Что со мной будет? Сто миллионов долларов и вертолет? С ума сойти. Нет, я столько не стою для Демида. Он столько за меня в жизни не отдаст. Может, он уже только и рад будет от меня избавиться.

— Ребят, за нами хвост, — сказал водитель.

— Хера се! — хохотнул Вадим, оборачиваясь. — Быстро оклемались!

— Не, это какая-то другая машина.

Демид? Я с улыбкой по глупости обернулась — не успела ничего увидеть, как Вадим больно схватил меня за плечо и вдавил дуло под подбородок.

— А ну, шлюха, быстро сказала: сколько машин охраны с тобой ездит?

Я попыталась сглотнуть липкий ком — ничего не вышло.

— Две, — шевельнула губами. Пистолет больнее вдавился в горло. Он еще не выстрелил, а я уже чувствовала, что тело немеет, его покидает жизнь.

— Мы в обеих машинах шины пробили, — сказал кто-то.

— Еще третья машина за углом стояла, да? — не унимался бывший. Какая третья машина? Не было никакой третьей машины. Я судорожно затрясла головой. Вадим замахнулся кулаком.

Меня спасло только то, что автомобиль резко вильнул влево, и нас ощутимо покачнуло. Рука бывшего отлетела в сторону, а я сразу вдавилась в дверь, сжавшись в комок.

— Ты че по встречке гонишь?! — гаркнул Вадим, со злости махая пистолетом.

— Они догоняют! — в панике крикнул водитель.

Глаза бывшего пугливо забегали. Он грязно выругался под нос.

— Дави педаль в пол! Не оторвешься от них, я тебя пристрелю!

— Твою мать!

Впереди въезд на мост перекрыли джипы. Неужели охрана Демида так быстро вызвала подкрепление.

— Разворачивайся!! — в голосе бывшего звенел испуг.

От страха я дрожащими руками пристегнулась ремнем и зажмурилась. Взвизгнули шины, кровь зашумела в ушах. Я стиснула стучащие зубы. Едва машина стала разворачиваться, что-то мощное, словно поезд, двинуло в бок. Крики, ругань врезались мозг ножами. Нас понесло по дороге, как корову по льду.

Я словно попала в центрифугу. Тошнота подкатила к горлу. Внутренности скрутило в жгут и выворачивало. Казалось, сердце вот -вот разорвется.

С глухим ударом, от которого меня жестко тряхнуло, все прекратилось. Зловещая тишина на несколько мгновений заискрила в воздухе. Я боялась разлепить глаза.

Главное, я вроде целая.

— Сейчас мы им вломим. Особенно за тачку. Еще ребята подтянутся. Выходим... А ты иди сюда. — Вадим схватил меня за запястье — я почувствовала, как по руке треснуло железом. Защелкнулись наручники. Он меня приковал к дверце.

И оставил в покое.

Я с трудом проталкивала воздух в легкие. Грудная клетка еще болела от ремня безопасности. Дрожь волнами носилась по телу, словно искала слабое место, куда ударить.

Страшно представить, что могло бы со мной быть, не пристегнись я. Меня бы как тряпичную куклу замотало по салону.

Дыши, Лиза, дыши. Нужно открыть глаза. Я сделала над собой усилие и приподняла веки

— спинки кресел расплывались передо мной. Голова трещала. За лобовым стеклом размытая крупная тень. Мы врезались в дерево?

Звуки потасовки меня вмиг отрезвили. Я протерла свободной рукой глаза и всмотрелась за окно. Там мужчины в черном зверски избивали Вадима и его ребят. Мужчины действовали четко, равнодушно, будто роботы, машины для убийств. Лицо бывшего превратилось в кровавую маску.

Кровь! Кровь! Паника набросилась на меня, руки заколотило, легкие пережало жгутами. Я зажмурилась, отчаянно ловила воздух, а он все ускользал. Опять, черт возьми! Как же достала эта фобия!

Терпи, терпи. Паническая атака пройдет. Я от нее не умру. Слезы градом выскальзывали из сомкнутых век. Руки адски трясло, звенели наручники.

Надо переключиться на что -то другое. Кто эти люди? Это не охрана Демида. Лица незнакомые. Тогда кто мог меня спасти?

Слева открыли дверцу, и следом дернулась моя рука в ту же сторону — я чуть не вывалилась из машины, ремень безопасности удерживал на месте.

— Узнайте, где ключи от наручников, — прозвучал бесцветный мужской голос. — Элизабет, отстегивайтесь. Пойдете с нами.

Я подняла голову — надо мной возвышался амбал с грубыми чертами лица, но в его глазах не было ни капли участия, злости, чего-либо. Он словно со скукой дежурил у касс супермаркета, а не только что избивал до полусмерти людей.

— Кто вы? — спросила я. Точно спросила? Меня было слышно? Ибо на лице амбала ноль реакции.

Ключ принесли быстрее, чем я решила повторить вопрос. Меня отстегнули и вежливо помогли выбраться из разбитой машины на траву. Амбал окинул меня равнодушным взглядом и приказал кому-то принести что-то из одежды.

Вадим где-то справа стонал от боли. Я не хотела туда смотреть, уставилась на бронежилет мужчины. Другой забрался в машину и достал мою сумочку, перерыл ее, выудил пудреницу, сунул себе в карман. Какого черта? Они знают про телефон?

На плечи опустилась чья-то куртка.

— Элизабет, в ваших интересах не оказывать сопротивление. Идемте.

Вежливо придерживая со спины, амбал повел меня к дороге. Оказывать сопротивление? Думают, я совсем спятила? Смысл брыкаться и пытаться убежать, когда тут же догонят, скрутят в бараний рог и затолкают в багажник.

— Кто вы такие? — сказала я уже громче, когда меня подвели к джипу. Уставилась на еще одного совершенно безэмоционального остолопа.

— Присаживайтесь.

— Что вам нужно?

— Чтобы вы молча сидели, пока мы не приедем.

— Куда? — спросила и прикусила губу. Никто мне не ответит.

Они знают про пудреницу, а, значит, в курсе шантажа. Это те, с кем спутался брат? Почему они решили меня забрать? Зачем? Это из -за того, что я так и не рассказала о проблемах Демида на работе? Что со мной будет?

Вопросы, что взрывали голову, приходилось держать при себе. Я забралась на задние сидения и обреченно пристегнулась. Рядом сел амбал с каменным лицом.

Меня не спасли — меня похитили снова. Только вряд ли им нужны сто миллионов долларов и вертолет. Им нужна я.