Глава 34

Лера

Я остаюсь у папы недолго и только с обещанием не обсуждать мой брак, но как только отец его нарушает, собираюсь домой. Не хочу обсуждать действия Ярослава, не хочу знать о том, что у него кто-то был за день до свадьбы со мной. Вообще не хочу ничего знать! Появляется желание залезть под одеяло и скрыться там от всех невзгод, словно я маленькая девочка.

– Посидела бы еще, дочка, – сетует папа у ворот.

– Я спешу. С подружками встретиться договорилась.

Безбожно вру, потому что ни с кем я ни о чем не договаривалась, и ехать, кроме как домой к Ярославу, мне некуда. Подъехавшее такси мигает фарами. Я показываю водителю, чтобы подождал минутку, и поворачиваюсь к отцу. Обнимаю его, стараясь представить, что он ничего мне не рассказывал.

– Подумай хорошенько, Лера, нужен ли тебе такой муж, – папа не упускает возможности снова об этом сказать.

– Нужен, папа, – отвечаю ему уверенно. – Я домой больше не хочу. Не хочу бояться быть выданной за человека при смерти.

За всю встречу я впервые позволяю себе колкость в его адрес. Не удерживаюсь, давлю на больную мозоль и вижу, как в отцовском взгляде вспыхивает сожаление.

– Пока, пап.

Скрывшись за дверью такси, с облегчением выдыхаю. Адрес у водителя указан, так что я достаю наушники и вставляю их в уши, тем самым пресекая попытки таксиста поговорить. Я еду домой. Водитель должен остановить в паре кварталов, откуда я доберусь пешком. Мне это нужно. Побыть в тишине одной, подумать, переварить все, что я узнала.

Домой я добираюсь примерно через час. Львиную долю времени занимает моя прогулка. Я захожу в небольшое кафе, беру с собой стаканчик кофе и остаток пути наслаждаюсь вкусом латте, не думая ни о чем. Я абстрагируюсь, потому что каждый раз, стоит мне вспомнить слова отца, в груди что-то больно сдавливает, и становится трудно дышать. Я не должна так реагировать. До дня нашей свадьбы Ярослав меня не знал и имел право делать все, что ему захочется. Да и сейчас у него есть на это полное право. Но сердцу не прикажешь. Оно каждый раз екает в его присутствии и остро реагирует на любую информацию.

Когда прихожу домой, с порога понимаю, что Ярослав дома. Вся его обувь аккуратно расставлена на полке, а портфель, который он берет на работу, стоит на кухонном столе открытый. Через минуту на кухне появляется и Ярослав. На нем обычные спортивные штаны и широкая футболка. Он выглядит максимально домашним и родным, так что мне приходится напоминать себе о том, что подходить к нему у меня нет ни малейшего права. Понятия не имею, как я решилась вчера на то, чтобы зайти к нему в комнату.

– Привет, – Ярослав замечает меня в прихожей. – Как съездила?

Старательно спрятав взгляд в пол, вешаю сумочку на крючок и, избегая зрительного контакта с Яром, иду на кухню. Я боялась этой неловкости, и вот она неизменно присутствует.

– Папа догадывается, что наш брак ненастоящий, – сухо отвечаю.

Чтобы хоть чем-то себя занять, решаю сделать себе еще кофе. Чувствую себя при этом слоном в посудной лавке. За что ни возьмусь – все валится из рук. Даже чашку, и ту едва не роняю на пол. Чудом удается удержать ее в руках, но привлечь к себе внимание стуком и чертыханием получается отменно.

– И что он говорил? – спрашивает Ярослав за моей спиной.

– Он за тобой следил и знает, что мы не были знакомы.

– Вот как? Может, он знает, кто отправил ту фотографию тебе?

Я резко разворачиваюсь. Мой возмущенный выдох заглушает работа кофемашины.

– Я не спрашивала. Сделала вид, что ничего не понимаю.

– Правильно.

Я закусываю губу. На языке вертится вопрос, где он был в ночь перед нашей свадьбой, но умом я понимаю, что не могу о таком спрашивать. Ярослав не должен передо мной отчитываться. Ни за то, что было до нашего брака, ни за то, что происходит после, ведь все не по-настоящему. Все, кроме моей любви к нему.

– Ты сегодня дома?

– Да. Решил, что с моей стороны будет несправедливо заставлять работать секретаршу еще и сегодня, поэтому вот, – Ярослав кивает на стол, где разложены бумаги.

Как только кофемашина оповещает об окончании приготовления моего кофе, разворачиваюсь к ней моментально. Забираю чашку, стараясь не разлить содержимое на пол.

– Крови сейчас нет?

Ярослав так резко меняет тему на неудобную, что мои руки все-таки дрожат, и несколько капель латте проливаются на пол. Я злюсь на то, что так себя веду. Злюсь, что сегодня не такая смелая, как вчера. И на то, что Ярослав этого будто не понимает.

– Нет.

Я снова отворачиваюсь, на этот раз, чтобы взять мочалку и стереть с напольной плитки те злосчастные несколько капель. Жду, что Ярослав начнет прежнюю песню про “ничего не значит”, но он молчит. Просматривает бумаги под периодическое цоканье моей чашки о блюдце. Я не могу заставить себя встать и уйти, а Ярослав, кажется, неплохо здесь устроился.

– На следующей неделе будет праздник в честь нашего брака. Я поручил оформление ресторана и рассылку приглашений ивент-компании. Я дам тебе контакты своей помощницы. Скажешь ей, кого хочешь видеть на празднике, и она передаст информацию организаторам.

Я быстро киваю и с сожалением отмечаю, что кофе почти кончился. Остался глоток, после которого у меня больше не будет причин оставаться на кухне. Мне же, вопреки неловкости и стыду, хочется побыть с Ярославом подольше. Пока он сосредоточен на бумагах, у меня есть возможность украдкой им любоваться. Помыв чашку, продлеваю свое пребывание на кухне тем, что протираю стол.

– Сделаешь мне кофе? Двойной эспрессо. Никак не могу проснуться.

Стоит мне поднять взгляд со столешницы и столкнуться с Ярославом, как внизу живота скручивается уже знакомый спазм.

Лишь еще больше разволновавшись, подхожу к кофемашине и запускаю ее, нажав на кнопку. Стою, прокручивая в голове события вчерашней ночи. Сладкие томительные ласки, быстрые глубокие толчки и оргазмы. Целых три. Мало какая девственница может таким похвастаться. Дани рассказывала, что у нее не было ни одного. Ни в первый, ни во второй раз.

Писк кофемашины приводит меня в чувство. Я беру чашку и, поставив ее на блюдце, несу Ярославу. Ставлю перед ним кофе и выпрямляюсь. Собираюсь сбежать наверх, пока не натворила глупостей и не выдала свое жгучее желание повторить вчерашнюю ночь немедленно, но Ярослав останавливает меня словами:

– Если на вечер нет планов, можем провести его вместе.