Глава 49

Лера

– Это ты, конечно, зря сказала, – отчитывает меня Дани, пока стоим с ней вместе.

– Думаешь, он поймет?

– Задумается – точно. Не могла что-то другое придумать?

– Мне не оставили времени для размышлений, а речь заранее я не готовила.

Дани поджимает губы и отпивает шампанское из бокала. Я же, напротив, ловлю официанта и отдаю ему свой фужер с недопитым алкоголем. Он, конечно, расслабляет, отвлекает от тяжелых мыслей, но напиваться сегодня не входит в мои планы. Я должна “держать лицо” до последнего, а еще мне безумно хочется видеть, как Ярослав будет себя вести, что скажет, на что обратит внимание.

Сейчас он разговаривает с мэром. Мы с Дани стоим далеко, поэтому я не могу знать, о чем именно, но судя по недовольно сжатым челюстям и сведенным к переносице бровям – ни о чем хорошем. Мне не нравится, когда он так хмурится. Каждый раз, когда это происходит, мне хочется подойти и переключить его внимание на себя. По крайней мере тогда он если и злится, то не так сильно.

– У Яра с мэром какие-то дела?

– Я не знаю.

Я бы, пожалуй, с удовольствием осталась в тени, но ко мне снова подходит какая-то женщина и спрашивает о наряде. Уверена, после этого приема к работам Ники будет повышенное внимание. Оказывается, жена Ярослава Барсенева обладает определенным влиянием среди других женщин. Я часто ловлю на себе заинтересованные, восхищенные и завистливые взгляды.

Мы с Ярославом оказываемся рядом друг с другом где-то спустя полчаса. Все это время меня охраняет Дани, да и нет здесь кроме мэра тех, кто обладает повышенным чувством вседозволенности.

– Мы уезжаем, – произносит Яр фразу, которую я ждала с самого начала вечера.

– Сейчас?

– Да.

Мне не удается сдержать выдох облегчения. Яр при этом улыбается и берет меня за руку. Прощаемся мы быстро. Говорим вежливые заученные фразы, что нам приятно было находиться в обществе гостей, но нам пора. Кто-то недовольно хмурится, другие равнодушно пожимают плечами и тоже собираются. Я успеваю помахать Дани рукой, прежде чем сесть в автомобиль, где нас уже ждет Гера.

Дорога домой занимает полчаса, которые мы проводим в абсолютном молчании. Я пытаюсь поговорить, но Ярослав отмахивается стандартными ответами. Не молчит, но и особого желания разговаривать не проявляет, так что я бросаю попытку разговора и просто отворачиваюсь к окну, периодически оборачиваясь и глядя на его недовольный профиль.

По возвращении ничего не меняется. Я не успеваю снять обувь, когда Ярослав оказывается на кухне. Через минуту я вхожу следом и вижу в его руке стакан с виски. Он опрокидывает его залпом и почти не кривится.

– Что-то случилось?

– Не бери в голову. Как себя чувствуешь после приема?

– Нормально.

– Извини, что заранее не договорился с организатором относительно речи. Я думал, вы между собой договоритесь.

– Да, мы обсуждали этот момент. Я сказала, что не буду ничего говорить, и она вроде как поняла.

– Я поговорю с ними завтра. Вышло не очень.

Говоря это, Ярослав пристально на меня смотрит, словно пытается считать мои мысли. Я от него закрываюсь. Отвожу взгляд, скидываю с плеч накидку, которую Ника любезно упаковала мне в подарок. Скрывать от Ярослава свои чувства с каждым днем становится все сложнее, и наш близкий контакт лишь усугубляет ситуацию.

– Что будем делать? – неожиданно спрашивает Ярослав.

– В каком смысле? – непонимающе хмурюсь и возвращаю взгляд к лицу мужа.

– Я пиздец как хочу тебя.

Он отставляет бокал и пристально смотрит из-под ровных черных ресниц. Так, что у меня внутри все переворачивается, а между ног ощутимо тяжелеет. Ставшее вдруг шумным дыхание нарушает тишину комнаты. Я понимающе киваю и иду к Ярославу, останавливаюсь совсем рядом, пытливо смотрю ему в глаза. Знаю, что он сказал не все. Если бы все, он бы уже усадил меня к себе на руки или, поднявшись, подсадил на столешницу, но Яр продолжает сидеть на месте и лишь меня рассматривает. Возбужденно, волнительно, открыто. Я плавлюсь под его взглядом. Сгораю и даже дышу прерывисто.

Между нами жалкие несколько сантиметров расстояния, и я боюсь их преодолеть самостоятельно. Жду, что это сделает Ярослав, потому что кроме того, что он меня хочет, он явно не сказал что-то еще. Что-то, из-за чего мы сейчас не наслаждаемся объятиями и поцелуями друг друга.

– Тебя что-то беспокоит? – спрашиваю, теряя терпение. – Я здесь, рядом, и мы могли бы…

– Я не слепой, Лера, вижу, как ты на меня смотришь, – выдает неожиданно.

В этот момент мое сердце замирает, я вспоминаю слова Дани, которая упрекала меня за произнесенные слова. Ярослав догадался? Понял, что я влюблена?

– А ты? – хмыкаю. – Знаешь, как ты на меня смотришь?

– С похотью, – пожимает плечами Ярослав. – Ты безумно привлекательная и нравишься мне. Рядом с тобой я впервые понимаю значение словосочетания “сносит крышу”.

– Тогда в чем проблема?

– Твой взгляд другой, – настаивает Ярослав. – В моей жизни, Лера, было достаточно женщин. Влюбленных, ненавидящих, возбужденных, чувствующих симпатию, благодарность, расстроенных. Любых. Я прокурор, мне положено считывать эмоции других людей.

– Не понимаю, что ты…

– Ты ведь не просто меня хочешь, верно? Есть что-то еще? Я должен знать, Лера, что ты чувствуешь.

– Это что-то изменит?

– Это изменит все. У нас фиктивный брак, у которого есть вполне логичное завершение – развод. Я не хочу, чтобы ты питала ложные иллюзии. Ничего не изменится.

– Даже если ты… – я замолкаю, не зная, как произнести то, что хочу. – Если я стану тебе близка?

– Ты уже мне близка.

– Но это ведь не любовь.

– Нет, – кивает и мотает головой. – Конечно, нет.

Он отстраняется, наливает еще виски и оглушает меня следующими словами:

– Иди к себе. Я хочу побыть один.