Глава 50

Лера

“Ничего не изменится”. Не изменится. Эти слова Ярослава прокручиваются в голове, словно на повторе. Раз за разом. Я вдруг понимаю, что они – не пустой звук. Яр действительно так считает и не отступится. Даже если я ему понравлюсь, даже если он подпустит меня так близко, как не подпускал никого прежде – ничего не изменится. Мы все равно разведемся, потому что он так хочет. Потому что решил.

Хаотично соображаю, как поступить, чтобы остаться сейчас здесь, с ним. Если мы все равно разведемся, не лучше ли использовать этот период с пользой? Насладиться временем, отведенным друг другу? Я же вижу, что нравлюсь Ярославу, привлекаю его. И он. Он безумно меня привлекает. Так сильно, что внутри все дрожит от предвкушения.

– Выслушаешь меня? Это не займет много времени.

Ярослав хмурится. Едва заметные на расслабленном лице морщинки между бровями становятся видимыми сейчас, когда он совсем не спокоен. Они совершенно меня не волнуют. Какая разница? Когда любишь, становится важно другое. Например, я так сильно хочу стать той, что заставит его улыбаться, что иногда думаю, это важнее жажды известности в мире моды. А об этом я мечтаю на порядок дольше, чем о нем.

Мне так хочется увидеть морщинки в уголках глаз. Те самые гусиные лапки, которые есть даже у меня в мои девятнадцать, потому что все это время вокруг меня были люди, что заставляли меня смеяться. В детские годы – отец, затем наша домработница Мария, что проработала с нами долгие пятнадцать лет, теперь Дани и те немногочисленные друзья, с которыми я периодически встречаюсь. Мы с Ярославом могли бы улыбаться просто потому, что есть друг у друга, но он решительно меня отталкивает.

– Ты мне нравишься, – начинаю нервно, сминая правой рукой ткань платья в области бедра. – Ты не можешь не нравиться, Ярослав. Ты наверняка знаешь, что привлекательный мужчина, а у меня… таких не было. Никогда. Я вообще не очень… опытна в отношениях, но это ты и так знаешь.

Вижу, как он хмурится еще сильнее. Не могу угадать, о чем Яр думает, расстроен или раздражен моими словами – не понимаю. Мы слишком мало времени провели вместе, чтобы я научилась считывать его эмоции и давать им определение.

– Мне предложили работу. Стажировку в Италии у известного бренда. Это отличная возможность проявить свои возможности. Если после стажировки нас оставят там работать – можно добиться ошеломительного успеха. Да даже если и нет – опыт незабываем. Стажировка через месяц, и… я планирую поехать, если, конечно, я тебе не нужна здесь. Я говорю это, чтобы ты знал, что я все понимаю, и… у меня своя жизнь, планы. Через полгода мы разведемся.

– Ты не говорила о стажировке.

– Дани сказала несколько дней назад, я думала, стоит ли соглашаться. Я бы в любом случае тебе сказала. Ты ведь должен одобрить, я твоя жена и, возможно, нужна буду тебе здесь.

– Нет, не нужна. Если хочешь поехать – я не против. Так даже лучше, – кивает Ярослав. – Наш развод будет естественней. Не пережили отношений на расстоянии – у многих это основная причина.

– Хорошо. Тогда я поеду.

Это решение дается мне с трудом. Под накрывшими внезапно эмоциями, на полном раздрае. Я просто понимаю, что шансов нет. Ярослав настроен на развод. Если откажусь и останусь – через полгода буду разведенкой без нужного мне опыта. Я бы все бросила. Забыла о работе, о мечтах. Бросила, чтобы быть с ним, но ему это не нужно. Решение поехать в нашей ситуации – единственно верное. Тяжелое, болезненное, но вдруг я переболею? Некогда будет страдать, так и забудется.

Вместо того, чтобы пойти в комнату, подхожу к мужу, останавливаюсь между его ног. Нас разделяют какие-то сантиметры. Я их преодолеваю первой. Вжимаюсь в Яра вначале телом, а затем прижимаюсь к его губам. Он отвечает. Раскрывает мой рот напором и проталкивает язык. Я не хочу к себе в комнату. У нас остался месяц. Зачем проводить ночи порознь, если итог уже определен? В этом ведь нет никакого смысла. Дани бы наверняка обозвала меня дурой и приказала держаться от Ярослава подальше, чтобы не влипнуть сильнее. Просто я знаю, что сильнее уже некуда. Я настолько сильно влюблена, что больше просто невозможно.

– Как удержаться? – задает риторический вопрос, прерывая поцелуй и упираясь лбом в мой.

– В этом нет смысла, – улыбаюсь. – Мы оба этого хотим, а брак дает возможность делать это, когда захочется. Разве нет?

Для этого я сказала, что уеду. Что приняла решение, хотя это не так. Теперь уже да, но еще час назад я и думать забыла о стажировке в Италии. Я ее хотела, я о ней мечтала, но в сравнении с Яром эта мечта кажется такой ненужной и бессмысленной.

Минута поцелуев, и Ярослав толкает меня к столешнице. Не усаживает сверху, нет, разворачивает к себе спиной, нажимает на лопатки. Моя грудь оказывается на холодной поверхности, но все тело горит от возбуждения. Такой простой жест с его стороны, а я с ума схожу. И он, кажется, тоже.

Наше шумное дыхание сплетается воедино. Я охаю, когда подол платья оказывается у меня на спине. Под ним – тонкие лямочки трусиков, которые слетают к моим щиколоткам почти сразу. Пытаюсь представить, как выгляжу. Наверное, слишком пошло и развратно, но Ярославу нравится. Он сжимает руками мои бедра. Вдавливается членом сзади, пока еще через одежду. Я мечтаю, чтобы он ее снял.

Шлепок по ягодице становится для меня неожиданностью. К своему собственному удивлению – приятной. Между ног сводит спазмами, я чувствую, как из меня вытекает влага. Ее наверняка много, потому что я слишком сильно возбуждена. Яр не спешит меня трогать там. Ласкает ягодицы, бедра, спину, гладит, сжимает, мнет. Боже…

Подаюсь к нему сама, соскальзывая со столешницы. Его рука скользит по животу, оттуда – к промежности. Палец проходится по клитору. Я протяжно стону, глубоко и тяжело дышу, от нетерпения сжимаю пальцами столешницу. Хочу его почувствовать. В себе.

Лязг пряжки ремня и шелест упаковки презерватива сносит крышу. Я нетерпеливо ерзаю, двигаю бедрами, жду, когда Яр заполнит меня собой. Хочу запомнить с ним каждый раз, что мы проводим вместе. Каждое прикосновение, взгляд, движение.

– Боже… – выдыхаю после первого толчка.

Ярослав на мгновение замирает внутри, словно дает мне привыкнуть, а мне не терпится. У нас не так много опыта за плечами, но сегодня как-то по-особенному ярко. Возможно, потому что мы слегка выпили, возможно, потому что впереди маячит разлука. Какой-то месяц – и мы навсегда друг о друге забудем. Встретимся через полгода, чтобы поставить подписи на документах о разводе. Вряд ли мы станем закреплять его сексом. А мне бы хотелось. Не месяц с ним, не полгода, а навсегда.

С очередным толчком отвлекаюсь от мыслей, выдавливаю их из себя и сосредотачиваюсь на происходящем. На голодных касаниях и движениях, на хриплом дыхании позади, на учащенном сердцебиении.

Расставляю ноги шире, чтобы было удобнее, прогибаюсь в пояснице. Таю в его прикосновениях. Запоминаю каждый толчок, что острыми эмоциями врезается в мою память. Как можно не влюбиться? Он разве не понимает? Это невозможно.

Мужчины бывают разными, но Ярослав для меня особенный. Слишком идеальный, внимательный, заботливый. Слишком вкусный, ароматный, мой. Я влипла в него по уши давно. И совсем не думала, что после брака будет так сложно.

Дани убеждала меня, что я разочаруюсь. Что он – моя несбыточная мечта, поэтому я так сильно влипла. Мол, нас заводит недосягаемость. Сейчас я понимаю, что это все неправда. Я ни на мгновение не разочаровалась, хотя лучше было бы наоборот. Полгода брака в абсолютной тишине, фальшивых улыбок – и тихий развод после.

– Иди сюда.

Ярослав отрывает меня от столешницы, шагает к дивану и садится. Недовольно хмурится, когда понимает, что платье мешает, но времени его снимать нет. Мы слишком возбуждены, чтобы заморочиться. Я поднимаю подол, забираюсь на Ярослава сверху. Почти сразу он наполняет меня собой. До упора. От глубокого проникновения вскрикиваю.

– Больно?

– Неожиданно.

Так у нас еще не было, но Ярослав хотел. Теперь понимаю, почему. Проникновение на максимум, зрительный контакт – глаза в глаза, его дыхание царапает подбородок и губы.

Ярослав тянет бретели платья в стороны. Я без бюстгальтера, так что, едва ткань съезжает по бокам, грудь оголяется. Его ладони обхватывают сразу обе, сжимают соски, ласкают. Я задыхаюсь, когда он прикасается к ним языком, облизывает, втягивает, прикусывает. Острое возбуждение скатывается в промежность. Я двигаюсь сама и быстро. Чувствую приближение оргазма.

На пике впиваюсь руками в его плечи, веду ногтями по груди, наверняка оставляя алые борозды. Ярослав не останавливает, не убирает руки. Впитывает мои стоны в рот, целуя меня в момент оргазма. Знаю, что кончает сам. Чувствую пульсацию члена внутри и его шумный выдох вперемешку с каким-то абсолютно неопределенным звуком. То ли стоном, то ли рыком – не разобрать. Яр притягивает меня ближе, яростно целует в шею, наверняка оставляя засос.

Мы словно сумасшедшие. Безумные идиоты, что запланировали развод, хотя я хотела бы с ним остаться на всю жизнь.