Глава 7

Нурлан

– А ты уверен, что этой няне можно доверять? – нервно спрашивает Малика на следующий вечер.

Мы уже сидим в гостиной, готовые к выходу, ожидая няню, которую я вызвал.

– Она из элитного агентства, к тому же в квартире камеры, – раздражаюсь я из-за ее вопроса.

– Как камеры?! – вскрикивает она, привлекая внимание Рустика.

Пацан, ползающий среди своих игрушек, тут же замирает и ползет к ее ногам.

– А что? Тебе есть что скрывать? – приподнимаю я бровь, не понимая ее реакции.

– В… В спальне что, тоже камера? – выдыхает она, смотря на меня огромными глазами, полными шока.

– Это ты сейчас на что намекаешь? – чувствую я себя оскорбленным. – Мне, знаешь ли, нет нужды подглядывать за своим персоналом! Если я захочу увидеть голую женщину, сделаю это вживую, у меня с этим проблем нет…

– Избавь меня от подробностей! – возмущается она, краснея.

– Вах! – громко произносит Толстунчик, отвлекая нас. Ребенок цепляется за Микины ножки, обнимая их и явно прося, чтоб его взяли на руки.

Ножки, кстати, оказались очень даже ничего. Как и вся фигура. Странно, что раньше не заметил. Должно быть, платье так всё подчеркнуло, что просто не оставило мне выбора.

– Соскучился, сладкий? – воркует она, беря его на руки. – Только не слюнявь меня, ладно? – видя, что ребенок уже готов накинуться на нее с «поцелуями», просит она со смехом.

Рустамчик тот еще любитель облизать лицо.

– Ну наконец-то! – вскакиваю я с места, когда раздается звонок в дверь. – Попробуй опять увлечь его погремушками, если передадим из рук в руки, он закатит такой скандал, что на корпоратив мы точно не попадем.

Мика

– Ты выглядишь просто потрясающе! – говорит мне Олеся, стоит только подойти к ней.

Она стоит в кругу из нескольких наших коллег. Женщины тут же окидывают меня любопытными взглядами, и самая прыткая тут же начинает заваливать вопросами:

– Нам тут птичка на хвосте принесла, что ты теперь жена нашего шефа?

– Виновна, – улыбаюсь я, сама сканируя явно напрягшуюся при моем появлении главную бухгалтершу.

Неужели моя подстава – ее рук дело? Раз платежки отозваны, она явно поняла, что Нурлан в курсе той аферы.

– Поздравляем вас, – вступает другая коллега. – Создание семьи – это просто прекрасно!

– Спасибо, – улыбаюсь ей, думая, как бы мне пробраться в офис и проверить компьютер. Хотя вряд ли там будет что-то полезное.

– Слушай, ты что, совсем не пьешь? – делая глоток из своего бокала, спрашивает Олеся.

– Нет, нам запрещен алкоголь, – качаю я головой.

– Твоего мужа это, кажется, не касается, – кивает она в сторону Нурлана, стоявшего с бокалом шампанского.

– Не все соблюдают предписания нашей религии, – с осуждением говорю я.

Сама же думаю о том, что придется искоренить в нем и этот порок. Я точно не позволю своему мужу пить.

Муж. Офигеть… Нурлан действительно мой муж!

Эти сто девяносто сантиметров идеального мужчины теперь мои! Пусть он этого еще не знает, но очень скоро я сделаю так, что он поймет и примет наш брак, признав его действительным, а не фиктивным.

Вечер проходит откровенно скучно, мои ожидания насчет нового образа не оправдались, ведь Нурлан словно и не заметил изменения во мне.

Что ж, придется действовать по-другому.

– Едем домой, – подходит ко мне Лан.

Я упустила его из виду и, честно сказать, уже начала думать, не уединился ли он с какой-нибудь фифой. С него станется.

– Ты что, пьян? – шепчу я, почуяв пары алкоголя.

– А ты что, уже строишь из себя жену? – приподнимает он бровь. – Поехали, я не нуждаюсь в нравоучениях. Поймаем такси.

– Так мы поэтому не взяли твою машину? Ты изначально планировал надраться?! – не могу я успокоиться.

Бокал шампанского – это одно, но от него явно разило чем-то покрепче! Моему возмущению просто не было предела!

– Надраться? Что за слова? – хмыкает он, беря меня под локоть и тяня к выходу.

– Какой стыд! – качаю я головой.

Я просто ненавидела тех, кто пьет!

– Воровка говорит про стыд, – хмыкает он, забирая нашу верхнюю одежду.

– Я не воровка! – возмущаюсь я.

– Ага, – закатывает он глаза.

Мы выходим на улицу, и Нурлан ловит такси, называя наш адрес. Дорога проходит в тишине, что только радует, ибо меня просто рвет на части от негодования.

– Я сама разберусь с няней, иди сразу к себе, – прошу я его, стоит нам ступить на порог квартиры.

– Ишь как раскомандовалась, – пребывая в приподнятом настроении, закатывает он глаза, но, к моему облегчению, слушается. Раздевается и, бросив свое пальто как попало, топает прямиком к себе в спальню.

Со вздохом вешаю небрежно брошенную вещь в встроенный шкаф и, раздевшись сама, иду в гостиную.

Оплачиваю услуги няни, благодарю пожилую женщину и решаю принять вместе с пухликом ванну. Мне просто необходимо смыть с себя разочарование вечера.

– Будем купаться и спать, да? Зря я всё же позволила тебе спать вечером, – смотря на часы, сетую я, ведь уже почти одиннадцать, а ребенок всё еще не спит.

– А-ха-х! – восклицает малыш, как всегда довольный, когда я беру его на ручки.

– Скучал, мой сладкий? – прижимаю его ближе, вдыхая сладкий запах.

Иду вместе с ним в свою комнату и, взяв, во что нам обоим переодеться, иду в ванную. У Нурлана она своя, а вот я пользуюсь той, что находится рядом с кухней.

– Поплескаемся, да? Прям как ты любишь, – не удержавшись, целую его в макушку. Вот как он может быть таким сладким?

Набираю ванну и щедро лью в нее детский гель для душа. Не рискую использовать пену для ванн, так как не нашла предназначенную специально для детей.

Мы с пухликом плещемся, пока не остывает вода, малыш это дело очень любит и выглядит до того довольным, что мне даже жалко спускать воду и браться за лейку, чтобы смыть пену.

– Ну ничего, это не последнее купание, – улыбаюсь я, когда заворачиваю его в полотенце, а он корчит недовольную мину.

– Яй! – издает Рустик один из своих звуков, на которые пока способен, и прикрывает глазки.

– Вот и волшебное свойство горячей ванны, – воркую над ним, быстро надевая на себя банный халат и неся его в свою спальню. – Сейчас наденем пижамку и спать! Я… Ой! Ты что тут делаешь? – хмурюсь я, обнаружив на своей кровати Нурлана.

Мужчина всё еще был в своей черной рубашке и брюках, только рукава закатал да спустил несколько пуговиц, из-за чего открывался соблазнительный вид на верх его груди, покрытой волосами.

– Мне скучно, – заявляет он. – Развлеки меня. Должна же быть от тебя польза, – явно пребывая навеселе, требует он. Неужто еще не протрезвел?

– Я тебе что, клоун?! – возмущаюсь я, слишком недовольная тем, что он пил. Даже его красота сегодня не отвлекает меня от этого недовольства и разочарования. Нет, я, конечно, всегда знала, что он не святой, но знать и видеть – совершенно разные вещи.

– Если я захочу, будешь и клоуном! Иди сюда и развлекай! – требует он, хлопая ладонью по постели.

Тут-то я и понимаю, что нахожусь в одном банном халате, под которым ничего нет!

– Выйди из моей комнаты! Мне надо переодеться, а Рустаму пора спать, – пытаясь сдержать дрожь в голосе, требую я.

Только вот кто меня послушает?

– Переодевайся, – великодушно взмахивает он рукой в знак разрешения. – В конце концов, ты моя жена. Имею полное право тут быть и смотреть!

Вот ведь! Право он имеет? Ну и гад! Врезать бы этому алкашу!

– Ну всё! С меня хватит! Я сейчас одену Рустика, а когда я закончу, чтобы тебя тут не было! – самым твердым тоном, на который только была способна, говорю я.

Беру приготовленную заранее пижамку-слип вместе с подгузником и начинаю одевать ребенка.

– Ишь какая командирша! Тебе, я вижу, палец в рот не клади, – ворчит позади меня мой дорогой муж. – А выглядела такой тихоней…

Я лишь качаю головой, быстро заканчивая одевать сонного малыша.

К счастью, пьянчуга уже встал с кровати, так что я кладу уже засыпающего пухлика на середину матраса и, обложив его подушками, разворачиваюсь, совершенно не ожидая того, что босс стоит прямо позади меня.

– Какая хорошенькая попка… – хриплым голосом комментирует он, заставляя меня покраснеть. Неужели он пялился на мой зад, пока я склонялась над ребенком?! Вот ведь… Слов просто нет!

– Иди к себе! – пытаюсь я докричаться до него, но какой там. Мужчина всё продолжает стоять, смотря на меня поплывшим взглядом.

Будь он в себе, я бы просто сплясала от подобного, но понимание того, что завтра он и не вспомнит о своих словах и поступках, охлаждало мой пыл.

– И пахнешь ты вкусно… – облизнул он свои чувственные губы, делая шаг вперед. – Давай поразвлечемся?

– Единственное развлечение, которое тебе необходимо, это хороший сон, – фыркаю я, отступая, но он тут же обвивает мою талию рукой, а рукой скользит в мои влажные волосы, фиксируя затылок.

Я застываю, ведь никогда не была так близка к мужчине. Нурлан буквально впечатывает меня в себя, заставляя задохнуться.

А потом целует.