Глава 31

Мирон – Я нашел киллера, – буднично сообщает Арон, крутясь в кресле на колесиках и играя со своей зажигалкой. Огонь вспыхивает, мужчина долго всматривается в пламя, а затем тушит его, захлопывая крышку зажигалки. А я наблюдаю и жду продолжения, которого не следует. С момента покушения прошло два месяца. Мы полагаем, что заказчик Павлов. Все логические умозаключения ведут к нему, но прямых доказательств у нас нет. Он наш главный конкурент на рынке, точнее, мы его конкуренты. Его компания не дотягивает до нашего уровня, и старик Павлов играет нечестно. Мужик, поднявшийся в девяностых, бывший авторитет, никак не усвоит, что времена изменились, и его методы устарели. Но на силу нужно отвечать силой и ответными реверансами. – И?! – не выдерживаю я, хлопая по столу. Арон поднимает на меня глаза и внимательно смотрит. Глаза по-прежнему стеклянные, препараты плохо на него влияют. – Где киллер? Арон ухмыляется, вновь зажигая огонь. – На Тихомировском кладбище лежит под могильной плитой с надписью «Любим, помним, скорбим». Знаешь, там так спокойно, тихо, красиво… – Опять зависает на огне. Кидаю ручку на стол, откидываюсь в кресле, запрокидывая голову. – Замечательно. То есть тщательно почистили за собой? – Да. Павлов, может, и мужик старой закалки, но не идиот. Понимает, что открытые войны ему не выгодны. Он просто хочет, чтобы ему освободили рынок. – А больше он ничего не хочет?! – нервно выдаю я. – Вчера на границе тормознули его партию никеля. – По причине? – Фанит от него, – усмехается Арон. – Радиационный фон превышен. – Твоих рук дело? – Ну что вы, Мирон Яковлевич, наговариваете на меня, – отмахивается брат. – Стечение обстоятельств. Это даст нам время занять рынок. Вздыхаю, поднимаюсь с кресла и прохожусь по кабинету. – Все это забавно. Прямо холодная война. Но нужны кардинальные меры. Нет, я за здоровую конкуренцию. Но Павлов думает, что с уходом нашего отца он может вытеснить нас с этого рынка. – Ну а как ты хотел? Ты возглавил бизнес. Разгребай. Ты же мозг, а я всего лишь силовик. Разворачиваюсь к Арону, опираюсь бедрами на подоконник, складываю руки на груди и глубоко вдыхаю. В кабинет заглядывает Платон: – Мне нужно поговорить, – сообщает братишка. – Проходи, – отталкиваюсь от подоконника, иду к столу, вновь сажусь в кресло. Платон не в духе, немного уставший, словно не выспался, садится в кожаное кресло возле окна и тоже молчит. – Вы сегодня на одной волне? – спрашиваю Арона, на что тот усмехается, разворачиваясь к Платону. – Что-то случилось? – интересуюсь я у братишки. – Да, я женюсь, – вдруг выдает Платон. Пока я перевариваю информацию, Арон начинает ржать. – И кто невеста? – Марьяна, – я закашливаюсь, а Арон еще больше закатывается, закрывая лицо руками. – Хорошая шутка. А если серьезно? – заглядываю Платону в глаза. Если Арону весело, то мне не очень, по глазам братишки вижу, что он не пошутил. – Серьезней некуда, она беременна, – не очень весело заявляет Платон. – Это она тебе сказала? – ухмыляется Арон. – Мы ходили вместе в клинику: тесты, анализы… – вздыхает и отворачивается к окну. Молчим. Арон снова играет зажигалкой. – Ну говорите уже, – не выдерживает Платон. – Во-первых, то, что она притащила тебя к врачу, еще не дает гарантии беременности, – начинаю я. – Веди ее сам в нашу клинику, я договорюсь. Во-вторых, еще нужно доказать, что ребенок твой. – Он мой! – уверенно с раздражением кидает Платон. – Я тебя умоляю, – усмехается Арон. – Это Марьяна! Там куча потенциальных отцов. – Не нужно так говорить! Ты ее не знаешь! Если у вас когда-то что-то было, это еще не значит, что она гулящая девка! – огрызается. Арон качает головой и вздыхает, продолжая раскачиваться в кресле. – Нет, я знал, что ты наивен, но не думал, что до такой степени. Марьяна хитрая, прошареная баба с навыками элитной проститутки. Еще года три назад она в Эмиратах «гастролировала». Ее имели все шейхи на частных вечеринках. Не веришь? Могу предоставить доказательства, – выдает Арон, и он прав, нет ему резона обливать грязью женщину, все по факту. – Не исключаю того, что она и правда залетела от тебя. Намеренно. Чтобы стать Вертинской. Ты ее лотерейный билет, легкая добыча. Если ДНК докажет, что ребенок твой, бери ответственность за ребенка. А лучше вообще забрать ребенка у такой мамаши. Открою тебе секрет: жениться необязательно, – как маленькому разъясняет Арон. – А я женюсь! – дерзко заявляет Платон и поднимается с кресла. – Не вам мне указывать! За состояние испугались? – ухмыляется. – Так моя доля тут тоже есть, и я распоряжусь ей, как посчитаю нужным! – Ты же себе хуже сделаешь! – кричу Платону вслед, но он не желает слушать. Вроде взрослый парень, а совершает поступки уровня подростка. Захлопывает дверь кабинета с такой силой, что содрогаются стены. – Это он тебе назло, за Милану, – констатирует Арон. – Думаешь? – Думаю, – вздыхает брат. – Нужно отговорить его, жизнь же себе, дурак, испортит. – Не нужно, пусть хлебнет. Ума наберется. Это его решение, пусть отвечает за поступки, – уже вполне серьезно говорит Арон. – Не лезь, сам все поймет со временем. Просто понаблюдаем. – Ты хочешь эту девку в родственницы? – Я тебя умоляю. Если ребенок его, то даже хорошо, что отец первые годы будет рядом. А потом они разведутся. Долго мы нянчиться с ним будем? – уже нервничает брат. – Ладно, пусть женится, раз хочет… Чем бы дитя ни тешилось, – развожу руками.