Глава 28

Ужин с будущими партнёрами Глеба проходит в закрытом зале модного ресторана. Помню, как Надька мне все уши прожужжала про это место. И то, что ценник здесь высокий. И чтобы попасть сюда, нужно столик бронировать чуть ли не на год вперёд. Иногда мне кажется, что перед Красновым открыты все двери. И это пугает в той же степени, как и восхищает. Помимо Глеба, здесь присутствует его помощник и юрист. Все обмениваются рукопожатиями и приветствиями на английском языке. Когда Глеб представляет меня как свою жену, мне тоже следует поздороваться на английском. Но как-то само собой получается выдать приветствие на китайском языке. – Вы говорите на китайском? Интересуется самый старший мужчина. Он смотрит цепко, словно проникает в самые мысли. От его взгляда становится не по себе, и я сильнее жмусь к Глебу. Жалею, что привлекла к себе ненужное внимание. – Мало и плохо. Я какое-то время изучала этот язык. Помню, как прибежала к деду, сказала, что идёт набор в группу китайского языка. Он нахмурился. Долго рассматривал меня с явными сомнениями на лице, а потом махнул рукой. – Пригодится. Без китайцев сейчас нигде не обойтись, так что хочешь учиться – иди. К сожалению, училась я только два года, потом группу распустили, так как этот язык в нашем городе не пользовался популярностью. Я пыталась учить самостоятельно. Поддерживала знания. Читала газеты и журналы, смотрела их телешоу, а вот языковой практики мне всегда не хватало. Поэтому я нигде не указывала, что знаю китайский. Он так и остался моим маленьким увлечением. – У вас неплохо получается, – скупо улыбается мужчина. Чувствую, как пальцы Краснова сильнее впиваются в мою талию. – Не знал, что ты говоришь на китайском. От его слов или слов Виктории, сказанных у неё дома, во мне просыпается маленький бесёнок. Гордо вскидываю подбородок, смотрю с вызовом прямо в мужские глаза. – А что ты вообще знаешь обо мне? На мгновение на лице Краснова застывает удивление. Такого он явно от меня не ждал. И чёрт, кто бы знал, как мне нравится его растерянность сейчас. Потому что надоело, с каким он превосходством порой смотрит на меня. – Дерзишь, Бэмби? Его горячее дыхание опаляет ухо, разгоняя по коже табун мурашек. Сильная рука сжимает мою коленку под столом, ползёт выше. Ещё чуть-чуть и Глеб узнает, что под платьем чулки вместо колготок. Проводит по кружевной резинке. Мужское дыхание едва уловимо сбивается, а следом и моё. Никогда ничего подобного не испытывала! Нужно сбросить мужскую руку. Всё-таки мы не одни и находимся в ресторане, а если кто-то увидит или даже просто догадается? С Васей просто целоваться при посторонних не могла. Это же неприлично. А сейчас? Почему я позволяю Глебу все эти наглые прикосновения? Почему глаза в любой момент готовы прикрыться от удовольствия? И главное, мне так не хочется, чтобы он убирал свою руку. Но он убирает. Разочарование и холод сразу окутывают меня. – Дома обсудим мои знания о тебе, Бэмби. Несколько слов. Одно обещание. И новая волна жара накрывает меня с головой. Кажется, я снова краснею, судя по тому, как, глядя на мои щёки, Глеб самодовольно ухмыляется. Несмотря на наличие переводчика, мужчины обходятся без него: обсуждают дела на английском. Я стараюсь не вслушиваться в их беседу. Совершенно не понимаю, для чего вообще здесь нахожусь. Хотя иногда мой новый знакомый обращается ко мне на китайском, интересуется моим мнением. Сначала отвечаю на вопросы нерешительно. Боюсь неправильно произнести слова. Облажаться. А ещё сказать что-нибудь не то, что не понравиться Краснову. Так как замечаю, что переводчик тихо пересказывает наш разговор с китайцем. Но на третьем вопросе стеснения пропадают, и я уже веду себя смелее. Переговоры длятся долго. Под конец ужина чувствую жуткую усталость. И так проходят дни Краснова? Это же какой-то ужас! Наконец все начинают прощаться. Я решаю отлучиться в уборную, Краснов предупреждает, что будет ждать меня на улице. Уже на обратном пути в узком коридоре я буквально нос к носу сталкиваюсь с будущим партнёром Краснова. Мужчина по-отечески улыбается мне. – Надеюсь, Глеб ценит сокровище, которое ему досталось. Ответных слов не нахожу, лишь смущённо улыбаюсь. – Но если что, Алиса, позвоните, – мужчина протягивает визитку. – Я готов предложить вам работу помощника редактора в своём журнале. Визитку принимаю лишь из вежливости. Знаю, что никогда не приму его приглашение, но всё равно приятно. Значит, я справилась. Не опозорилась сама и не опозорила Глеба. – Ты молодец, – единственные слова, которые произносит Краснов в автомобиле. Всю дорогу он продолжает работать по телефону. Не прислушиваюсь к его разговорам, но под его уверенный, спокойный голос и размеренную езду автомобиля я засыпаю. Глеб меня не будит, но я всё равно просыпаюсь, когда он мягко берёт меня на руки. Замечает, что я больше не сплю. Смотрим друг другу в глаза, не произнеся ни слова. Пространство вокруг нас начинает сужаться. Всё теряет смысл. Стирается. Остаёмся только мы. – Ты можешь меня поставить, – шепчу, – я больше не сплю. – Вижу. Его голос звучит также тихо, но ставить меня на ноги он не спешит, как и двигаться в сторону входа. Так и продолжаем стоять посреди тёмной улицы, освещённой фонарями. Точнее, я до сих пор нахожусь на сильных руках Краснова, а наши лица так близко друг к другу, что я чувствую его тёплое дыхание. – Ты очень красивая, Алис, – произносит в самые губы, прежде чем поцеловать, переступая ту невидимую черту, после которой между нами уже ничего не будет как прежде.