Глава 6

– В-вы? Вы меня преследуете, да? Только мой вопрос тонет в грохоте музыки. Мужчина тоже что-то мне говорит. Хмурится, а потом и вовсе грубо хватает за руку и куда-то ведёт. Оказывается, на выход. Никогда ещё воздух столицы не казался мне таким чистым! С жадностью глотаю его, пока не становится немного легче. Но туман из головы до конца никуда не уходит. – Нам сюда. Краснов больно дёргает меня куда-то в сторону. Хочется выбраться из его захвата, но слышу, как его окликают, и замираю в страхе. – Глеб, погоди! – к нам стремительно подходит тот самый Алексей. Боже, они ещё и знакомы! Я почему-то не удивлена. Как говорится, скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты. – Я её первый приметил, – лишь по кивку в мою сторону понимаю, что речь обо мне, – как наиграюсь, обещаю дать твой адресок. От его слов, а точнее от плотоядной улыбки, мне становится ещё хуже. Хотя казалось, куда хуже?! Но страх остаться наедине с Алексеем слишком осязаемый. Он сковывает моё тело. Парализует. Я не в силах не то что шагу ступить, вовсе пошевелиться не могу. Точнее, попытка отступить от мужчин заканчивается полным провалом: я начинаю падать. Глеб Игоревич вовремя успевает меня подхватить. – Ты что-то употребляла? – Сок, – подумав, добавляю: – Апельсиновый. Будто именно эта информация особенно важная. Краснов не спешит отпускать меня. Наоборот, прижимает к себе ещё сильнее. Вглядывается в мои глаза, а я пользуюсь моментом нашей близости, рассматриваю его. Сейчас я даже морщинки в углу глаз могу разглядеть и едва заметный шрам над левой бровью. Права Надька, красивый он. Был бы не таким старым. – Мда, старым меня ещё девушки не называли. Что?! Я что, это вслух сказала?! Ужас какой! Что он теперь подумает обо мне? Хотя какая разница? Он вообще мне жизнь испортил. Да после такого не то что на работу, а в жёны должен взять! – Ох, Бздюк, помолчи лучше, – переводит взгляд на Алексея: – Чем ты её опоил? – Глеб, ты чего? На кой ляд мне её опаивать? И так бы пошла. Обычная шмара. Кир пригласил нескольких, компанию нашу разбавить. – Заткнись, Лёх, девушка оказалась там по ошибке. – Твоя, что ли? – Типа того. – Не его я. А своя, – хотела добавить, что ещё Васькина, но дурнота подкатила к горлу. – Ой, Глеб Игоревич, меня, кажется, сейчас стошнит. – Это расплата за твой язык, Бздюк. Пошли. Слушаюсь. Пытаюсь пойти за Красновым, но нога подгибается. Боль простреливает щиколотку. Думала, упаду, но вместо этого оказываюсь у мужчины на руках. – А вы для своего возраста ничего такой. Крепкий. – Ничего, Алиска, протрезвеешь, за каждое твоё слово спрошу. Глеб Игоревич отпускает меня, только когда мы оказываемся у машины. Сначала аккуратно ставит на асфальт, а потом помогает сесть в машину. Сразу протягивает бутылку с водой. – Пей маленькими глотками. И не уходит. Контролирует. Через несколько глоточков мне становится легче. – Спасибо, – последние силы покидают меня, и я проваливаюсь в темноту. Как же раскалывается голова! И во рту мерзкое ощущение. Будто перед сном съела штук пять разных бургеров и спать легла, не почистив зубы. Вот бактерии и закатили вечеринку. Кое-как разлепляю глаза. Над головой идеально белый потолок с замысловатой современной люстрой в чёрном цвете. Так, стоп. А где трещина на потолке? Резко сажусь и понимаю: я не у себя в комнате! И не у Васьки. Вот же! Быстро вспоминаю про клуб и платье, в котором я выглядела как новогодняя ёлка. Но Надька говорила, что так надо. Следом в голове мелькают кадры из клуба. Небольшая компания, взрослые мужчины. Я с одним из них общалась. А вот что дальше, совсем не помню. Осторожно заглядываю под одеяло, чтобы удостовериться в своей догадке и ощущениях. Раздета! Как такое могло произойти?! Как же я теперь Васе в глаза посмотрю? Так. С Васей я поговорю. Всё объясню, и он обязательно поймёт. Он же у меня такой. Хороший. Главное сейчас – выбраться отсюда, а об остальном подумаю позже. Платье, в котором вчера была, не нахожу. Зато кто-то заботливо оставил в кресле около кровати объёмный махровый халат, а внизу на полу стоят тапочки. Делать нечего, приходится воспользоваться. Всё лучше, чем в нижнем белье щеголять в незнакомом месте. Из комнаты выбираюсь осторожно, постоянно оглядываясь. Не то чтобы я боялась нападения из-за угла, но кто знает, как я тут оказалась и чей это дом. Слишком тихо. Сначала радуюсь, что никого не встречаю на своём пути, но цепляюсь взглядом за тапочки на своих ногах. Стоп. А как я тогда буду до общаги добираться? Ни одежды, ни телефона и денег нет. Как меня угораздило оказаться в такой ситуации?! Борюсь из последних сил с паникой. Она сейчас неуместна, иначе только хуже будет. «Думай, Алиска. Думай, как выбираться будешь.» – Бу! – раздаётся за моей спиной. – А-а-а! – подпрыгиваю на месте. Звонкий детский смех наполняет комнату. Резко разворачиваюсь и смотрю на мальчика лет одиннадцати. Его лицо кажется смутно знакомым, но откуда – так сразу вспомнить и не получается. – Ты бы видела себя! – снова заливается смехом, хватаясь за живот. – Так кралась вдоль стеночки, словно ниндзя в халате и тапочках! Смотри, я даже заснял. Парень протягивает телефон с включённым видео. И правда, забавно выглядит, как я из комнаты крадусь. Так волновалась, что даже свидетеля не заметила. – Ты, значит, согласилась быть моей няней? Так вот почему он мне показался знакомым. Я его уже видела. Тот самый избалованный ребёнок, из-за которого всё пошло наперекосяк. – Нет! Стоп! Так это получается, я голая проснулась в квартире Краснова?! От стыда лицо прячу в ладонях, какой кошмар! И как теперь быть? Теперь точно в «Крас-медиа» мне путь закрыт. Не то чтобы я рвалась туда работать после случившегося, но мало ли. – Где твой папа? Мне нужно с ним поговорить. – На работе. А почему ты не хочешь быть няней? Папа мало платит? Так можно больше попросить. – Дело не в деньгах. Я редактор, понимаешь, и всегда мечтала работать редактором. «Как твой папа», – добавляю мысленно. – Я Никита. – Алиса. – Очень приятно. Пойдём, я тебе чай сделаю? Живот на предложение мальчика отвечает звонким бурчанием. – И запеканку разогрею. Она вкусная. Киваю. Куда мне деваться, всё равно без Глеба Игоревича не смогу уехать. Спустя несколько минут Никита ставит передо мной тарелку с запеканкой и кружку чая. Садится напротив, руки складывает на стол, переплетая пальцы в замок. Такой маленький босс получается. И смотрит, главное, серьёзно, прямо в глаза. Совсем как его папа. – У меня к тебе деловое предложение, – подаётся корпусом вперёд, – ты согласишься быть моей няней, а через полгода я помогу тебе устроиться к папе на работу редактором. Он меня послушает, поверь мне.