Глава 13. Мария

Барабанящий в мою дверь фиктивный муж напугал меня до смерти. Я не успела даже как следует осмотреться и насладиться роскошным интерьером выделенной мне спальни. И отдышаться, приходя в себя после поцелуя Чудовища.

Он схватил меня, так крепко прижимая к своему твердому телу, что у меня до сих пор пекло кожу на пояснице, до сих пор чувствовался его вкус на губах. Что-то лимонное вперемешку с крепким алкоголем.

Однако еще десять минут назад он не был пьян, оттого этот настойчивый стук в дверь вызывал недоумение. И страх. Потому что то сообщение не выходило из моей головы… Я ведь и правда ничего не знаю про Истомина.

Никогда не видела его рядом с папой и никогда о нем не слышала. Получается, я просто развесила уши и поверила первому встречному на слово. Да, Истомин был достаточно убедителен, слишком резок и напорист, но это не меняет того, что Марк Истомин мог запросто обвести меня вокруг пальца.

Вооружившись тяжелым канделябром, я все же решила открыть дверь орущему по ту сторону мужу. Щелкнув замком, я немного приоткрыла дверь, пряча вторую руку с оружием за полотном двери.

— Что случилось? — постаралась я недовольно нахмурить брови, чтобы сразу дать понять, что такие поздние визиты, пусть даже законного мужа, мне не нравятся.

Но, как обычно, все пошло не по сценарию, который я нарисовала себе в голове. Чудовище в очередной раз доказало, что ему на все условности плевать. Толкнув дверь, чтобы распахнуть ее настежь, Марк решительно вошел в комнату, разглядывая каждый сантиметр, будто я в первую же ночь совместной жизни притащила сюда любовника.

— Брачная ночь у нас случилось. Пришел помочь тебе с платьем, — успокоился Марк, поворачиваясь ко мне лицом.

Тяжелый подсвечник в моей руке заставил густые черные брови Чудовища подскочить на лоб. И тут же на его губах расцвела знакомая усмешка.

— Не рановато ли ты начала встречать мужа с тяжелой утварью в руках? — хохотнул Истомин, нисколько не опасаясь моего оружия и подходя ближе.

— Фиктивного мужа, — поправила я. — Значит, и брачная ночь тоже фиктивная. И с платьем я справлюсь сама.

Отчеканив все это, я демонстративно отвернулась, распахивая дверцу шкафа, чтобы взять необходимую одежду и смыться в ванную.

Огромный встроенный шкаф встретил меня пустыми полками. Живя в крохотной комнатушке с одним комодом, я считала, что вещей более чем достаточно. Однако в этом мини-гардеробе они уместились на нескольких вешалках и двух полочках. Остальные штук двадцать полок были абсолютно пусты. Взгромоздив на одну из них подсвечник, я хотела схватить свою пижаму и скрыться в смежном санузле, полагая, что Чудовище уберется из комнаты в это время.

— Это все твои вещи? — прозвучал удивленный вопрос за моей спиной.

— Нет. Еще в комоде есть, — ткнула я пальцем в указанную мебель в надежде, что Марк не полезет проверять.

Но он полез. И даже ухватил двумя пальцами один из лежащих в нем бюстгальтеров. Где его воспитывали? На улице или в притоне?

— Не трогай! — метнулась я к нему, протягивая руку за своим бельем.

Только в крепких объятьях фиктивного мужа я поняла, что это была ловушка для наивной дурочки. Мой лифчик еще не приземлился обратно в ящик комода, а я уже была схвачена и облаплена Чудовищем.

— Хочу тебя, моя Маруся, — низким хрипловатым голосом заявил Истомин, тесно прижимая меня к себе.

Так близко, что подтверждение его слов я чувствовала неоспоримым твердым фактом, упирающимся мне в низ живота. Так близко, что аромат его парфюма снова будоражил мои чувства, обволакивая, вызывая приятные ощущения, какие мы можем получить только при помощи обоняния. Именно они управляют нашим настроением бесконтрольно.

— Мы ведь так не договаривались, — залепетала в ужасе я, упираясь изо всех сил в не менее твердый торс Чудовища.

Во мне назревали противоречивые чувства. Преобладающими, конечно были паника и страх, но вместе с тем, внутри меня растекалось что-то теплое и приятное. Вроде бы за время торжества я должна была привыкнуть к прикосновениям Марка, но они и сейчас, снова, вызывали во мне странные дрожь и волнение.

— Так, давай договоримся, жена, — заскользили по моей спине широкие ладони Марка в поисках шнуровки корсета. — Не бегать же мне налево, когда под боком такая красавица.

Кажется я ошиблась в степени его опьянения. Пусть на ногах он стоит и твердо и из его рта не несет, как от забродившей браги… Но то, что он говорит, наводит на мысль, что сознание Чудовища сильно затуманено. И зрение. Не мог он в трезвом уме назвать красавицей ту, на которую буквально два дня назад смотрел с безразличием и скепсисом.

— Нет! Не надо! — жалобно взмолилась я, едва сдерживая слезы, когда шнуровка поддалась ловким пальцам Марка и давление корсета ослабло.

Конечно, я понимаю, что для Истомина секс не значит ровным счетом ничего большего, чем простое удовлетворение потребностей. Он вообще не видит проблему в том, чтобы порезвиться со мной, пока мы в вынужденном браке. Впрочем, и эти границы ему ни к чему. Просто пока не надоем.

Мысленно я уже готовилась сопротивляться, кричать и звать на помощь, но внезапно Марк отступил, выпуская меня из своих оков.

— Спокойной ночи, Маруся, — бесцветным тоном обронил Истомин и направился к двери.

Ночь действительно была спокойной. Но какой-то короткой. Не успела я щекой коснуться подушки, как в дверь опять постучали. На этот раз экономка Антонина пришла поздравить меня с удивительно быстро наступившим утром и пригласить к завтраку.

Впрочем, удивительной была для меня не только молниеносно пролетевшая ночь. С сегодняшнего дня мне предстояло ознакомиться с четко определенным распорядком дня и правилами нового для меня дома. Сразу после того, как разберусь с хитросплетениями коридоров и расположением комнат общего пользования.

Не хотелось бы привыкать к этой роскоши, конечно. Но вариантов у меня особо нет.

Огромная столовая встретила меня ярким солнечным светом, проникающим через панорамные окна от пола до потолка. У одного из них стоял Марк, любуясь красивым ухоженным садом.

— Доброе утро, Маруся. Садись завтракай и поедем по магазинам, — услышав мои шаги, сразу обернулся он, направляясь к столу.

Сегодня у Чудовища выходной, и, видимо, поэтому на Марке была лишь белая футболка и грифельного цвета брюки. Костюм ему безусловно тоже идет, но, оказывается, пиджаки и рубашки скрывали под собой его литые мышцы.

Отодвинув тяжелый стул, он застыл, глядя на меня в ожидании.

— Доброе утро, Марк. Какие магазины? Для чего? — поспешила я к столу.

— Для обновления твоего гардероба, жена, — усадив меня, Марк обогнул стол и сел напротив.

— Но… — хотела я тут же начинать возражать и спорить.

— Никаких но. Это не обсуждается, Маруся. Как ты представляешь себя рядом со мной на предстоящих встречах? В кедах и джинсах? Ладно, в кедах, но с рынка?

Нормальные у меня кеды! И прочее. Да, отец не часто баловал меня шопингом, но это только потому что я и не спрашивала. Для школы мне хватало формы, а для повседневной жизни обычных вещей. Но тут, разумеется, мне придется довериться Истомину. На деловых или каких либо других встречах я не была, кроме тех проклятых вечеринок, но знаю, что в мире бизнеса есть правила внешнего вида.

— Тебе понадобятся и деловые костюмы, и платья вечерние. Плюс вся эта ваша бабская чепуха для отпуска, — разрезая ножиком яйцо пашот, продолжило Чудовище, как обычно, совершенно не беспокоясь о моем согласии.

Яркий желток так красиво начал растекаться по выложенному горочкой салату, что у меня мгновенно проснулся аппетит, и я повторила за Марком действие в своей тарелке.

— Отпуск? Мы едем в отпуск? — уловила я снова в планах Чудовища то, что мы ранее не обговаривали.

— Не медовый месяц, конечно. Столько свободного времени у меня нет. Но на несколько дней смотаемся на Байкал, — все решил, все постановил уже Истомин, не утруждая себя лишними разговорами со мной.

Просто ставит перед фактом любого запланированного им события: «Женимся», «Едем в магазин», «Собирайся на Колыму». Чудовище, одним словом.