Глава 24

Следующим утром, едва рассвело, я уже была у гадалки. Она принимала в маленьком фургончике за углом от того места, где располагалась таверна. С Гервальдом мы договорились встретиться в конюшне через четверть часа.

— Входи, дорогая странница, входи, — услышала я звонкий голос гадалки, когда толкнула дверь расписанного красками фургончика. Колокольчик звякнул, оповещая о моем прибытии.

Вдохнув пахнущий сухими цветами воздух, я отогнула цветную ткань и оказалась сразу же перед столом, за которым и сидела одетая в пеструю одежду гадалка. Из маленького оконца слева лился тусклый свет.

Я всмотрелась в лицо гадалки. Она была стара. Морщины глубоко врезались в кожу, в кончики рассыпанных по плечам седых волос были вплетены цветные бусины, но мудрые желтоватые глаза знали многое. Желтоватые глаза… Да она ведь из оборотней! Значит, отец охотно пользовался ее услугами, хотя всегда оборотней презирал… Отец, отец, как же ты оказался непостоянен в своих взглядах…

— Доброе утро, — поздоровалась я.

— Присаживайся, — гадалка указала рукой на кресло напротив. Многочисленные браслеты мелодично звякнули на ее сухой руке. — Что привело тебя ко мне? Ты бы хотела узнать свое будущее? Или, может быть, погадать на суженого? Это будет стоить два медных волка.

— Простите, у меня нет денег. — Увидев, что гадалка недовольно нахмурилась, я поспешила сказать: — Я пришла не гадать. Я дочь лорда Осберта эр Воркрана. Он часто бывает у вас.

— Так ты амари! — желтоватые глаза гадалки сверкнули. — Что ж, одной из избранных самой Богиней я погадаю бесплатно. Но скажи, что привело тебя ко мне, ведь…

— Нет! — хрипло выкрикнула я. — Это же неправда! Во мне нет ни капли волчьей крови! Скажите, что это не так!

Гадалка покачала головой.

— Не понимаю, дитя. Что ты хочешь услышать от меня?

— Это ведь вы сказали отцу, где он может найти чародейку? — сбивчиво заговорила я. — Он заплатил ей, и тогда знак появился, разве не так все было? Прошу, скажите мне правду!

Гадалка с жалостью посмотрела на меня, но голос ее звучал твердо.

— Нет, дитя, это не так. Ты избранная фиала. Иначе Богиня не смогла бы тебя выбрать.

Но я отказывалась верить. Я перегнулась через стол и зашептала:

— Я никому не расскажу, но заклинаю вас самой Богиней: скажите мне правду!

Я с мольбой взглянула в глаза гадалки, но она упрямо покачала головой. Тогда я, поколебавшись, сняла с запястья свой жемчужный браслет и протянула его гадалке. Она равнодушно посмотрела на него и снова коротко качнула головой.

— Есть лишь одна правда, дитя. Та, которую ты только что услышала.

— Но чародейка…

— Чародеек нет на землях Даннарии. Больше нет.

Я с силой прикусила щеку. Вспышка боли чуть отрезвила меня.

— Зачем к вам приходил отец в последний раз?

Гадалка пристально посмотрела в мои глаза, будто раздумывая, отвечать или нет.

— Он хотел, чтобы я помогла ему решить один вопрос.

— Какой? — тут же спросила я.

— Я не скажу тебе, потому что помочь ему не смогла. Но я увидела, что скоро одна из его дочерей получит знак луны, о чем и сказала. И, как вижу, не ошиблась.

Я поняла, что мне не хватает воздуха. Я задыхалась. Комнатка поплыла перед глазами, закружилась в веселом хороводе цветной ткани и пучков сухих цветов, развешанных по стенам.

— Не может быть… неправда…

Я собиралась прийти сюда, чтобы узнать правду, а сейчас отрицала ее всеми силами.

— Клянусь лунным светом, что не сказала ни слова лжи, — сказала гадалка, обратив взгляд вверх. — Я черпаю свои силы у самой Богини, я не могу лгать, иначе лишусь своего дара.

Я резко встала, чувствуя, как кружится голова.

— Я… мне нужно идти… Простите…

— Дай свою руку, дитя, — властно сказала гадалка. Она перевернула руку ладонью вверх и протянула ко мне.

Не в силах противиться, не в силах осознать сказанное ей, я вложила свою ладонь в сухую ладонь Корделии. Она прикоснулась ко мне лишь на миг, но тут же отдернула пальцы, побледнев.

— Будь осторожна, дитя. Смерть идет за тобой. Она дышит одним с тобой воздухом. Берегись!

Проглотив возглас, я выбежала из фургончика гадалки, задыхаясь от нехватки воздуха. Спустившись по ступенькам, прислонилась к какой-то балке, чтобы прийти в себя.

Отец обманывал меня. Обманывал с самого начала. Не было никакой чародейки, я получила свой знак по-настоящему, Богиня мне помоги! Отец специально хотел заставить меня участвовать в отборе, чтобы использовать в своих целях. Зачем ему Амулет Луны? Чтобы навредить альфе? А вдруг отец имеет отношение к Клану Чистокровных?

От этой мысли мне захотелось разрыдаться. Я растерла занывшие виски пальцами. Если альфа или советник узнают… Нет! Они никогда не узнают!

Мое будущее вдруг ясно встало перед мысленным взором. Поведение отца все расставило по своим местам. Я вернусь на отбор. Но не за тем, чтобы искать Амулет Луны. Отец никогда его не получит. Я больше не пойду на сделку с собственной совестью. Советник был так добр ко мне, я не могу подло поступить с его семьей.

Если я действительно фиала, значит, Богиня дала мне знак не зря. Значит, я действительно могу стать супругой альфы. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы выиграть отбор и стать женой альфы Ардвальда. Тогда Мисси больше никогда не придется следовать прихотям отца, он больше не сможет использовать ее в своих целях, будто вещь. И если в брачную ночь я умру, то умру с осознанием, что моя Мисси будет в безопасности.

Почему-то это решение, вопреки ожиданиям, меня успокоило. Когда сердце перестало бешено стучать, а дыхание пришло в норму, я решительно зашагала в конюшню. Да, именно этого мне не хватало, чтобы противостоять отцу — решимости. Но теперь я была намерена взять свое будущее в собственные руки.

— Вы готовы? — спросил Гервальд, увидев меня. Я была благодарна ему за то, что он ни о чем не спросил.

— Готова. Теперь да, — кивнула я, вызвав легкое недоумение в глазах советника.

Глубокой ночью мы добрались до Волчьих Клыков. Уставшие кони едва двигались, но Гервальд лишь на подъезде к замку сбавил ход.

— Они получат неделю отдыха и вдоволь овса, — похлопав своего коня по шее, сказал он, добавив мечтательным голосом: — А сам я мечтаю о горячей ванне.

— А я думала, вам понравилось умываться снегом, — пошутила я.

— Только не каждый день, — громко рассмеялся он.

В этот момент мы как раз въезжали в ворота замка. Факелы горели, ярко освещая дорогу. Нас ждали.

— Вижу, что вы в прекрасном настроении, значит, все обошлось. — К нам подошел сам альфа.

— Да, Богиня была милостива, — кивнул советник, бросив краткий взгляд в ночное небо. — Как ты узнал, что мы подъезжаем?

— А разве альфа не обязан все знать? — хмыкнул Ардвальд.

Гервальд спешился и обнял брата, шумно похлопав его по спине. Я с улыбкой наблюдала за ними.

— В замке все в порядке?

— Если не считать семи девиц, требующих постоянного внимания, то да.

Гервальд тихонько хмыкнул. Спешившись, я подошла к альфе и сказала:

— Я не могу выразить глубину моей благодарности вам, альфа Ардвальд. Я буду молиться Богине за благополучие вашего рода, это лишь малая часть того, что я могла бы сделать.

— Хорошо, что… все хорошо, — кивнул он. — Значит, скоро мы сможем продолжить испытания. Видит Богиня, пора побыстрее разобраться с этим отбором.

— С вашего позволения, — улыбнувшись, сказала я, намереваясь отправиться в замок и сразу же лечь спать.

— Подождите, леди Лирилия, — велел советник. Я замерла.

Дождавшись, пока конюхи уведут коней, Гервальд понизил голос и тихо сказал:

— На пути в Ристорд на меня было совершено покушение.

— Что?! — так громко гаркнул альфа, что я вздрогнула и сделала шаг назад. — Я же говорил, что нужно было взять с собой стражу!

— Тише, — спокойно велел советник, после чего быстро и четко изложил альфе подробности происшествия. Закончив, он посмотрел на меня и сказал: — Леди Лирилия стала невольной свидетельницей одного примечательного разговора. Думаю, тебе будет интересно узнать подробности.