Глава 42. Модистки из Чоктау!

В пассажирской повозке, следующей до столицы Сен-Русии, одуряюще пахло шоколадными ватрушками, которые я прихватила для своей будущей свекрови из «Горячего као». Судя по голодным лицам попутчиков и активным сглатываниям, сдоба рисковала уйти мимо ши Фелиции, ведь путь предстоял неблизкий.

И это не последнее неудобство, которое я доставила соседям по сидению.

Перед поездкой я любовно уложила букет из срезанных фиалок внутрь закрытого чехла с платьем, чтобы нежные лепестки не пострадали в дороге. Корням и стеблям мороз не вредил, но за цветки я искренне опасалась.

Возможно, зря.

Опасаться надо было за ментальное здоровье попутчиков.

– Вкуснящка для милашки! – донеслось из пакета. Все вздрогнули.

Я со страху прижала к груди бумажный пакет с ватрушками.

– Что там у вас? – напряженно воскликнул пожилой ним в добротном костюме и шерстяном пальто простого кроя. На коленях он держал дорожный саквояж, а теперь выставил его перед собой, словно собирался обороняться. Ним высказал несуразное предположение: – Хотите прикопать свидетеля?

– Любовника! – догадалась дородная ши по соседству в вязаной шали и пуховых рукавицах.

Неужто она признала во мне ши Аксель?

– В столице? – искренне изумилась я и, успокоившись о судьбе ватрушек, аккуратно расправила пакет. Тот некстати захрустел бумажными боками, насылая на попутчиков очередной приступ слюноотделения – пахло потрясающе.

– В лесу! – махнул за борт ним с саквояжем.

– Свидетеля чего, простите? – не купилась я на провокацию.

– Похищения булочек? – неуверенно предположил тот же ним.

– Сдаюсь! – с улыбкой заявила я, поднимая обе ладони, и не дожидаясь новых версий, принялась расстегивать чехол с платьем.

– Вкуснящ-щ-щ-ка! – снова зашипели цветочки, почуяв то ли внимание, то ли приток свежего воздуха.

Попутчики опять вздрогнули и как один протяжно выдохнули. Во второй раз суеты получилось меньше, но атмосфера в телеге сделалась театрально-напряженной. Не смея больше нагнетать интригу, я аккуратно достала букет.

Соседи хранили сосредоточенные выражения на лицах. Молчаливая пауза затягивалась. Фиалки выглядели довольными.

По отношению к растениям эпитет даже в моей голове прозвучал странно, но по-другому назвать увеличившиеся в размерах упругие венчики не получалось.

– Болтали цветы, – заверила я внимательных соседей и от души улыбнулась.

Попутчики покосились на меня с опаской и заелозили на лавках, все-таки отодвигаясь подальше.

– Новый магический сорт! – подхватила Блэр. – Чуточку шкодливый, но совершенно очаровательный. Правда? – Видимо, изображая то самое очарование, она часто-часто захлопала ресничками.

– Двуединый с вами, – отмахнулся ним с саквояжем и отвернулся в противоположную сторону, притворившись, что не является свидетелем… чего бы то ни было.

– Мила-а-аш-ш-ш-ка! – протянул букет.

Соседи протянули восторженное «о-о-ох!»

– Запомните это слово, – велела я цветам. – И другие слова больше не произносите! Молчок, ясно?

В ответ зазвенела тишина. Чудненько.

– И откуда же такие? – робко поинтересовалась ши в вязаной шали и рукавицах.

– В салоне модного платья цветочный переворот! – заявила Блэр. – Везем образцы в столицу. Запомните, уважаемые ши и нимы, стараниями ши Майи мода изменится навсегда!

– Майи Аксель? – с некоторым пренебрежением и скепсисом уточнила та же ши.

– Майи Аксеновой, талантливейшей флористки, обладающей неповторимой цветочной магией!

– И Блэр Свит – самой талантливой модистки из всех, кого я знаю, – представила я помощницу ничуть не слукавив.

Блэр трудилась не покладая рук, и выходило у нее преотлично. А с другими модистками я и вовсе была не знакома.

– Цветы чудесные. Неужто в Чоктау наступит весна? – с придыханием вставила совсем юная ши из самого отдаленного угла телеги.

– Если цветы пахнут сдобой, то польза в них сомнительная, – заспорил ним с саквояжем. – И такой ароматной весны нам не надо!

Я вздохнула и поделилась с попутчиками ватрушками. На всех, конечно, не хватило, но уважаемые ши и нимы по-братски распределили снедь между собой.

С момента совместной трапезы ехать стало гораздо приятнее.

И все равно! Когда после длинного дня и не менее длинной ночи пассажирская телега наконец-то прибыла в столицу, я выбралась наружу с единственной мыслью – ни за что и никогда не повторять подобную экзекуцию!

Нет, с милыми соседями по телеге мы стали друзьями, даже почти родственниками, учитывая совместные остановки под лозунгом «Девочки направо, мальчики налево». Я была уверена, что сарафанное радио разнесет вести и о говорящем букете, и о невероятном платье, краешек которого удалось увидеть каждому.

Но практически сутки тряски на жесткой лавке в неудобной позе пошли бы на пользу мясному стейку, только не хрупкой ши.

От мыслей о еде в животе заурчало на драконьем.

– Найдем булочную и перекусим? Или сразу во дворец? – всполошилась Блэр.

– Хочется на постоялый двор и плотный ужин, – вздохнула я, разминая затекшую шею. – Но пойдем во дворец. По дороге перехватим уличной еды.

– Поймаем экипаж, – взмолилась Блэр. – Ну не на своих же двоих добираться!

«Свои» практически не разгибались, их не мешало бы размять бодрой пешей прогулкой.

– Тут далеко? – спросила я, оглядывая площадь, на которой мы высадились.

– Говорила же, я первый раз в столице. Вот у извозчика и узнаем. – И, не дожидаясь моего согласия, Блэр быстро договорилась о поездке за посильную для нас плату.

Мы пересели в двухместный кэб. Благо сидение было мягким, я даже почти задремала, попав в относительный уют. Но глаза сами открывались на каждом повороте, ведь наемный экипаж гнал на всех парах.

Бауэр впечатлял высотой зданий и отсутствием снега! Широкими улицами и пешеходными мостовыми. Наличием встречных экипажей, проезжающих мимо на такой же огромной скорости!

И лишь когда повозка остановилась около дворцовых ворот, я наконец поняла, какое время года в столице.

– Тут лето, как и в Риверстоне?!

– В Бауэре, как и в основной части Сен-Русии молодая осень, уважаемая ши, – галантно подметил извозчик, помогая мне спуститься на мостовую.

Удивительно, но в пальто не было жарко. Вероятно, зачаровывать ткани в этом мире умели на славу. На мгновение у меня внутри поселился червячок сомнения, что цветочным платьем удастся удивить Лиану. Но я прогнала тревожную мысль прочь.

– Нечего додумывать за других! – одернула я саму себя, вскинула подбородок и поманила Блэр к кованым дворцовым воротам.

– Что ты там бормочешь? – проворчала помощница.

– Говорю, что воображение у нас хорошее. Но с чего мы взяли, будто ши Филиция здесь?

Пробраться на территорию нам не удалось. Стража бдела и остановила при попытке прикоснуться к воротам.

– Доставка платья на королевскую свадьбу, – протараторила Блэр.

– Подскажите, уважаемые, ши Фелиция Гроу во дворце? – спросила я без паузы.

– Ним Гроу с сестрой и матушкой прибыл вечером, – возвестил один из стражников.

– О посыльных распоряжений не было, – отрезал другой. – Приемные часы для народа после полудня.

– Милашка! – заявил букет, который я теперь постоянно держала в руках, во избежание недоразумений.

Стража схватилась за оружие.

– Ну что вы, уважаемые нимы, это же комплимент, – улыбнулась я. Пришлось и тут объяснить про особую цветочную магию, показать платье и под конец изумленно заметить: – Невеста желает поразить будущих подданных. Думаете, нам стоит прогуляться по Бауэру до полудня, чтобы народ раньше времени рассмотрел необычную магию?

Нимы оказались сообразительные, проводили нашу чудаковатую компанию в общественную приемную и велели ждать.

Среди кипенно белых стен яркими пятнами выделялись тяжелые алые портьеры с золотистыми кистями на витых подхватах. Лично я чувствовала себя в дворцовом интерьере неуютно и неуместно. Блэр с искренним интересом разглядывала кресла и диванчики с обивкой в тон портьер.

Вскоре за платьем пришел лакей в бордовом костюме, чуть менее броского оттенка, чем мебельный текстиль, но очень сочетающихся между собой. Блэр настояла, что мы обе должны лично присутствовать на примерке.

– А ши Фелиция Гроу, можно с ней увидеться? – поинтересовалась я по пути к покоям Лианы.

Шоколадные конфеты были упакованы плотнее ватрушек и умопомрачительный флер держали при себе, так что их удалось довезти до Бауэра в целости. Надо вручить свекрови подарок.

– Ши Гроу нездоровится с дороги. Она не принимает гостей, – отказал лакей.

– Я привезла ей лекарство, – на полном серьезе превознесла я шоколад.

– Ее наблюдает придворный лекарь, но я уточню, – согласился провожатый.

Мы плутали коридорами, и вскоре очутились около высоких двустворчатых дверей в гостиную Лианы. Тут тоже стояли стражники. Они жестом велели подождать и толкнули створки.

– Прибыло свадебное платье для ши Лианы Гроу, – объявил лакей.

Только после этого нам позволили войти. Стараниями Блэр, которая держала чехол на вытянутых руках, платье вплыло в покои первым.

– Модистки из Чоктау! – торжественно донеслось уже в наши спины, будто мы действительно шли отдельно.

Оставалось вежливо улыбаться и прятаться за платьем.

– Майя, какой сюрприз! – обрадовалась Лиана, которую мешал разглядеть объемный чехол, маячащий перед лицом. – Неужели все готово?

Я было улыбнулась, но…

– Ши Аксенова? – прозвенел ледяной голос ши Фелиции. – Что именно вы не поняли из моей записки?