Глава 13

– А вот и десерт! – объявил Дженкардо, даже не догадываясь о моих душевных терзаниях.

Я обернулась, с легким разочарованием отмечая, что шеф-повар ресторана «Ла Марре» годится мне в дедушки и комплекцией похож на Деда Мороза, но быстро переключилась на поднос в его руках. Пока грузный мужчина медленно приближался к нам, расторопные официанты, возникшие буквально из воздуха, убрали грязную посуду, и на опустевший стол в торжественной тишине было выставлено новое блюдо.

На первый взгляд… Это было большое яйцо из шоколада. Я озадаченно наклонила голову, не понимая, что тут такого шедеврального, но повар, загадочно улыбнувшись, взял в руки соусник, из которого шел пар, и аккуратной струйкой полил яйцо, расчерчивая его горячим сиропом крест-накрест, и так – несколько раз. Потребовалось от силы три секунды, чтобы сироп растопил тонкий слой шоколада и яйцо распалось по тарелке лепестками, открывая моему изумленному взору свое содержимое, оказавшееся не банальным желтком, а кое-чем посложнее – несколько шариков мороженого разных цветов были украшены различными ягодами, листиками мяты и даже съедобными цветами крошечных васильков.

– Какая красота! – выдохнула я, когда в полной мере оценила сложную подачу в целом простого десерта. – Господин Лучиано, вы просто волшебник!

– Благодарю, мисс, – расплылся в довольной улыбке повар и хотел уже было уйти, но я бессовестно перехватила его за руку, при этом оглядываясь на Дженкардо. – Да, мисс?

– А можно мне… рецепт. – И мило захлопала ресничками, бессовестно пользуясь моментом и собственной милой внешностью.

– Рецепт? – напрягся повар и тоже взглянул на своего хозяина.

– Мисс Кальмо в восторге от твоей рыбы, – покровительственно усмехнулся Дженкардо.

Ах, если бы! Я от всего в восторге!

– Мм, рецепт, – без особой охоты протянул Лучиано и снова покосился на хозяина. Тот кивнул.

Чувствуя, что мне могут отказать, я запорхала ресничками усерднее и жалобно протянула:

– Клянусь не использовать полученные от вас рецепты в коммерческих целях и передавать их кому-то еще! Только для себя! Это было настолько вкусно, что я почти готова вас похитить, чтобы вы готовили только для меня!

– Ну, скажете тоже, – басовито рассмеялся польщенный повар и наконец кивнул, так что я отпустила его руку, расплываясь в счастливо улыбке. – Хорошо, мисс. Будет вам рецепт рыбы.

– И кальмаров!

– И кальмаров, – вздохнул повар и снова рассмеялся, качая головой, после чего ушел, и я смогла уделить внимание десерту.

Наверняка в глазах Дженкардо я выглядела легкомысленной девицей, практически ребенком, не осознающим истинную подоплеку происходящего, но мне это было только на руку. Пока меня недооценивают, мне нечего бояться. Было бы гораздо хуже, возьмись он за меня всерьез с самого начала, ведь мы с Люцием оказались не готовы даже к такой банальности, как приворот. А ведь возможности Дженкардо куда как обширнее…

– О, кажется, я себя переоценила, – простонала минут через десять, сумев съесть от силы половину восхитительного десерта.

То, что я сочла за мороженое, оказалось действительно им, но каким же восхитительным! Воздушным, буквально тающим на языке! С насыщенным ореховым и ягодным вкусом, не слишком сладким, почти не холодным…

– Господин Дженкардо, признавайтесь. Смерти моей хотите? Я ведь сейчас умру от блаженства!

– Ну что вы, мисс Кальмо, – сдержанно рассмеялся обаятельный бандит, но его глаза оставались холодны и пронзительны. – Вы слишком ценная девушка, чтобы я посмел даже думать о вашей смерти. Скажите, вы уже приняли на себя обязательства рода?

Я сунула в рот еще ложечку десерта, раздумывая о том, сказать ли правду, а может, слегка поюлить и посмотреть, что из этого получится, но Люций сурово предупредил:

«Не лги ему, он чует ложь и может оскорбиться. Лучше скажи, как есть. Думаю, он уже о многом и сам догадался. Делай вид, что готова сотрудничать. Он не воплощение зла, а, скорее, жизненная необходимость. Как волки в лесу – хищники, но в то же время санитары леса».

– Я еще только разбираюсь со свалившимся на меня наследством, – произнесла в конце концов твердо, на мгновение встретившись с мужчиной глазами, окончательно прояснившимися от мути приворота. – Но вы ведь пригласили меня не только за этим? Что вы хотите от меня, господин Дженкардо? Конкретно.

– Хм… – Он на миг прищурился, словно не ожидал от меня этих слов, после чего тонко и понимающе усмехнулся. – «Шафран» не сработал, верно?

– Это было крайне некрасиво с вашей стороны, – попеняла я ему и снова уделила внимание десерту, хотя в животе уже давно не осталось места. Но оставить это на тарелке выше моих сил!

– Я должен был хотя бы попытаться. – Он развел руками, улыбаясь куда шире, но снова – лишь губами. – Вы очаровательная девушка, мисс Кальмо. На мой взгляд, даже слишком очаровательная. Молоды, неопытны, наивны… Вам необходим мужчина, рядом с которым вы будете в безопасности. И это не Винтерфелл, уж простите за честность.

– Чем вам не угодил Алан? – Я недовольно приподняла бровь, действительно желая услышать хотя бы один достойный аргумент.

Никому мой братишка не нравится! Совсем страх потеряли!

– Мальчишка, – презрительно фыркнул Дженкардо. – Ветреный дамский угодник, умеющий лишь кружить голову таким же ветреным дурочкам. Он не способен на серьезные чувства и уж тем более – отношения. Да и где он сейчас? Будь вы моей женщиной, я бы никогда не отпустил вас одну на свидание с другим.

И так проникновенно посмотрел, что не оставил ни единого сомнения в своих желаниях. Хах! Вот это подкат подкатов!

– Молодость – единственный недостаток, который проходит с годами безо всяких усилий с нашей стороны, – выдала я умную мысль, пока остальные в панике бегали и бестолково суетились.

– Мудрое высказывание, – усмехнулся мужчина, не прекращая прожигать меня пытливым взглядом. – И тем удивительнее то, как много времени вы проводите с Винтерфеллом. Он вам не пара.

– О, позвольте мне самой решать данный вопрос! – вспылила я чуть ли не на ровном месте.

Хотя почему на ровном? Я всегда бесилась, когда мне пытались указать, с кем общаться, а с кем не стоит, кто мне подходит, а кто нет. Другое дело, что мне редко кто это указывал…

– И все же, – коротко выдохнув, я сумела взять себя в руки и твердо взглянула на собеседника. – Вернемся к главному вопросу, господин Дженкардо. Что вам от меня нужно? Вода?

– Вода. – Мафиози отрывисто кивнул, а линия губ стала жестче, словно мы именно сейчас переходили к сути встречи. – Две порции в год. Готов платить двойную цену.

«Бабуля продавала ему одну», – вовремя поделился ценной информацией Люций, и я позволила хозяину ресторана увидеть свое удивление.

– Почему две? Что изменилось?

– Я не молодею. – Мужчина едва уловимо поморщился, не сводя с меня глаз. – Смерть вашей родственницы стала для всех нас большим ударом. Вряд ли вы в полной мере осознаете, как на самом деле ценна живая вода…

– Можете рассказать, с интересом выслушаю.

– А вы умнее, чем кажетесь на первый взгляд, мисс Кальмо, – усмехнулся Дженкардо и покачал головой. – Позвольте оставить эти знания при себе. Уверен, ваша родственница вела записи, которые приоткроют многие тайны. Каков ваш ответ?

– Не приняв на себя обязательства рода, я не могу взять на себя никакие другие обязательства, с этим связанные, – произнесла ровно, прекрасно понимая, что это не тот ответ, который желает услышать химер.

Дженкардо ожидаемо нахмурился, и я заметила, как сжалась в кулак его левая рука, лежащая на столе, но больше мужчина ничем себя не выдал, даже тоном.

– И как долго вы будете… думать?

– Недолго. День-два, может, три… не дольше недели точно.

– Что ж… – На миг на щеках Дженкардо обозначились желваки, а в глазах полыхнуло неприкрытым недовольством, но химер быстро взял себя в руки и скупо улыбнулся. – Вы производите впечатление благоразумной особы, мисс Кальмо. Уверен, вы примете правильное решение. Желаете еще-что-нибудь заказать? Может, вина?

Сообразив, что ужин подошел к концу, я отрицательно качнула головой и первая поднялась с места.

– Спасибо, нет. Все было просто изумительно, передайте Лучиано мою благодарность.

– Двери моего ресторана всегда открыты для вас в любое время, мисс Кальмо, – поразил меня своей щедростью Дженкардо, а потом и вовсе добил: – Позвольте моему повару готовить для вас обеды. Уверен, он будет счастлив.

– Не думаю, что у меня хватит средств…

– А разве я что-то сказал о деньгах? – оскорбился мужчина, провожая меня к выходу. – Считайте это дружеским жестом. – И вкрадчиво уточнил: – Вы ведь не откажетесь стать моим другом, мисс Кальмо?

– Это… очень большая ответственность, господин Дженкардо, – пробормотала я приглушенно, пытаясь скрыть досаду.

Он просто не оставил мне выбора! Вот… умный гад!

– Уверен, вы способны на большее.

Химер расплылся в хищной ухмылке, подавая мне пальто и помогая его надеть. Сам мужчина не стал обременять себя верхней одеждой, но стоило мне застегнуть последнюю пуговку, как возле нас возник официант с внушительным пакетом, из недр которого подозрительно пахло различными вкусностями.

– А это – комплимент от нашего шеф-повара. Кажется, у вас появился еще один поклонник, мисс Кальмо. Уверен, заинтересовавшие вас рецепты также лежат внутри. Рикардо!

Не позволив даже прикоснуться к пакету, хозяин ресторана вручил его Рикардо, который слегка напугал меня, появившись буквально из воздуха (точнее, из тени в углу), после чего категоричным тоном озвучил очередную новость, повергшую меня в ступор:

– Рикардо – лучший из лучших. С этого дня он ваш личный телохранитель. Насчет оплаты его услуг не беспокойтесь, это я беру на себя.

– Мне не нужен телохранитель! – Я нашла в себе силы возмутиться, когда сумела нормально вздохнуть. – Что за блажь?!

– Поверьте, я разбираюсь в этом вопросе чуть лучше, чем вы, – тонко усмехнулся химер, властным жестом отправляя Рикардо на улицу и лично открывая для меня дверь. – Телохранитель вам жизненно необходим. Был рад знакомству, мисс Кальмо. С нетерпением буду ждать вашего решения, каким бы оно в итоге ни стало. Если возникнут просьбы или желание увидеться, просто скажите об этом Рикардо, он все организует. До встречи, мисс Кальмо. Доброй ночи.

Лично усадив меня в экипаж, на последних словах химер задержал мои пальцы в своей руке, словно никак не мог отпустить, и одно только это заставило мое сердце биться сильнее. Страх, дурное предчувствие, нехорошее волнение… Все смешалось воедино, и весь путь до дома я нервно сжимала пальцы и кусала губы.

Есть ли у меня выбор? Не тот, где, если пойти налево, умирает либо конь, либо я, а нормальный выбор. Не эта западня, когда даже прыжок на месте может расцениваться, как побег, не чертово предназначение, связывающее меня по рукам и ногам, а выбор. Мой личный выбор.

«Я могу убить всех, кто мешает тебе просто жить, – безумно серьезно предложил Люций. – Но сделает ли это тебя счастливой?»

«Ты прав, не сделает. И все же… Неужели это все – цена моей жизни? А ведь мы еще не виделись с герцогом. Что мне ждать от него? Теперь, зная, что мы родственники (очень дальние, но все же), я наивно верю, что буду неинтересна ему как женщина. Но он не в ладах с Дженкардо. И Вилсом не в ладах с Дженкардо. С Камалем еще завтра ужинать… А я… Я в чертовом фокусе!»

– Вы зря так расстраиваетесь, – подал голос Рикардо, о котором я успела забыть – так сильно погрузилась в собственные переживания. – Я посвящен в тайну живой воды и вашего рода хранителей, благословленных самой Первостихией. Господин Дженкардо действительно не желает вам зла и не будет вмешиваться в вашу жизнь. Вы нужны ему лишь как поставщик живой воды, не более. Смерть госпожи Давводус была слишком неожиданна, ее здоровью могли позавидовать многие, так что у нас есть причины подозревать злой умысел. Пока мы не удостоверимся, что это не так, я буду рядом денно и нощно, чтобы родник не лишился последнего хранителя.

– Мы?

Я нахмурилась, изучая привлекательное лицо Рикардо в свете уличных фонарей. Тени искажали черты, придавая ему то ангельский, то демонический облик, но одно оставалось неизменным – глаза, которые смотрели на меня с чарующей теплотой. С очень смущающей теплотой!

– Нелюди всего Приморского округа, – размеренно кивнул химер. – Вы можете быть не в курсе, но ваша родственница лечила не только соседей от ревматизма, но и многих могущественных нелюдей страны от болезней, про которые люди даже не знают. Не бойтесь, это не лекарства, неизвестные науке, а всего лишь живая вода. Тридцать капель древнего волшебства на стакан родниковой воды способны поставить на ноги даже того, кто отравлен ядом василиска.

– Василиски не вымерли? – прошептала я срывающимся голосом, глядя на Рикардо, как на предвестника Апокалипсиса.

– Нет. – Скупая улыбка химера была видна ровно настолько, чтобы я ему поверила. – Но не бойтесь, я способен убить даже василиска. Вам ничего не грозит.

– Только нервный срыв, – вздохнула прерывисто и попыталась взять себя в руки и думать позитивно. А еще – о насущном. – Рикардо, насчет ваших обязанностей. Не то чтобы я вам не доверяю… Но как вы себе это представляете? Например, ночью.

– Не беспокойтесь на этот счет. – Мужчина улыбнулся снова, но на этот раз – с толикой снисходительности. – Для сна мне достаточно нескольких часов в сутки, а жизнь в горах, откуда я родом, закалила к любым лишениям. Лавочка у дома напротив, скрытая густой акацией, отлично подойдет для контрольной точки наблюдения.

– Всю ночь?!

Я не поверила в его мазохистские наклонности. И ладно бы только сегодня! А если они ошибаются и бабуля умерла от банальной старости? Это может реально растянуться на долгие годы!

– Это моя работа, – беспечно пожал плечами Рикардо, словно это было для него в порядке вещей.

– Сумасшествие… – пробормотала я себе под нос, но позвать в дом так и не решилась.

Может, позже, когда узнаю его чуть ближе. Все равно вторая спальня пустует. Но не сегодня, нет. Точно нет.

Мы уже почти подъехали к моему дому, и кучер начал натягивать поводья, останавливая двух бодрых лошадок, запряженных в экипаж, когда моя интуиция полыхнула красным, и Люций истерично завопил мне прямо в мозг:

«На пол!»

Рухнула сразу, даже не интересуясь причиной. Нервно заржали лошади, коротко ругнулся и затих кучер, в неизвестном направлении пропали ноги Рикардо…

«Все, я активировал сферу полной защиты, – нервно отчитался Люций. – Выбирайся из экипажа и бегом в дом!»

«Что происходит?»

«Потом! В дом, быстро!»

Паника Люция быстро передалась мне, и я, неловко путаясь в длинном подоле платья, выпала из экипажа на тротуар, а потом со всех ног помчалась к двери, до которой оставались считаные метры.

Не знаю, зачем обернулась на пороге. Рука уже лежала на дверной ручке. Уже тянула ее на себя… А мой взгляд остановился на одинокой фигуре в строгом двубортном пальто, которая сломанной куклой лежала чуть ниже по улице.

Рикардо…

«Шанни, нет! – пытался воззвать к моему благоразумию Люций, когда я сделала первый шаг. Но не внутрь дома, а обратно. – Он профи! Это его работа! Дерьмо! Дурная девчонка! Тебя же убьют!»

«Значит, именно в этом мое предназначение».

В висках стучал пульс, заглушая все сторонние звуки, вокруг рук начали кружить воздушные вихри, из волос одна за другой сами по себе выскакивали шпильки, змеи прядей хищно поднимались вокруг моего лица, готовые жалить и душить, а за моей спиной разрасталась громада водяного змея, за одно мгновение вышедшего на новый уровень развития, но я ничего этого не видела.

Рикардо. Милый парень, обещающий мне защиту. Погибший ни за что. Убью тварей!

Приглушенный выдох справа, зависший в полуметре от лица рой отравленных игл, не сумевших пробить установленную фамилиаром защиту, – и я отправляю в эту сторону заклинание очистки сливных труб. Через задний проход. Тихий шорох слева, новый смертельный рой, без вреда для меня опавший к ногам, – и второй негодяй получает мощнейшим заклятием натирки полов воском. На все лицо. Вдали слышен топот удаляющихся ног, но и этим мерзавцам не уйти от бытовика с красным дипломом. Их двое, поэтому я особенно безжалостна, и нижнее белье преступников гладит раскаленный утюг, невзирая на то, что одежда на их телах.

Слышны вопли, проклятия, стоны боли… Но мне впервые плевать на чужие страдания. Они заслуженны.

– Шанни, спокойно, он еще жив! – рычит над моей головой огромный водяной змей. – Я чую биение его сердца. Дротики отравлены смертельным для людей ядом, но организм Рика еще борется.

– И не справляется. – Я качнула головой, ведь моя морская суть как никогда сильна, и я слышу замедляющийся ток отравленной крови по венам Рикардо. – Бери. Идем.

Спроси меня кто, что я делала дальше, не свяжу и двух слов. Сознание словно затянуло пеленой, и это была уже не я. Точнее, не одна я, а весь наш род хранителей.

Покушение на мою жизнь, устроенное безумцами прямо на пороге священной земли, пробудило память предков, и за моим плечом встали все женщины морского рода. Алан, дождавшийся моего возвращения, был отправлен за Вилсомом. Я же, приподняв тело Рикардо магией, отнесла мужчину в спальню бабули и первым делом раздела донага, вынув из тела химера более двадцати отравленных игл, острых и тонких настолько, что большинству не помешала даже верхняя одежда.

Было бы их хотя бы десять… Но нет.

До полуночи оставалось еще слишком много времени, но я чувствовала, что это уже не важно.

Разделась сама, оставшись в одной нижней сорочке. Прошла в мастерскую. Зажгла свечи. Открыла тот самый кран, заранее закрыв слив пробкой. Взяла в руки ритуальный кинжал… И закрыла глаза.

Сегодня весь род со мной. Первой стоит бабуля. Она грустит… И верит в меня. Они знают: моя душа из другого мира и рождена в иной семье, но мой дух – дух морской нимфы. Сотни… Тысячи лет назад нас родила одна мать. Мы семья. Мы – род.

– Я, Шанайя Мария Кальмо, принимаю долг рода! – произнесла я твердо и полоснула себя по ладони, позволяя крови смешаться с водой. И оживить ее.

– Принимаем… – прошелестели женщины рода.

– Я, Шанайя Мария Кальмо, клянусь не применять дар Первостихии во вред! – Я опустила окровавленную руку в воду, позволяя волшебной жидкости проникнуть в меня и познать мои истинные помыслы.

– Подтверждаем… – одобрил род.

– Я, Шанайя Мария Кальмо… – Мой голос дрогнул от переизбытка эмоций, и я обернулась через плечо, за раз окидывая всех присутствующих благодарным взглядом, – говорю вам «спасибо». За то, что поверили в меня и приняли. Спасибо.

– Будь собой, – улыбнулась бабуля, которую я никогда не видела, но помнила и любила.

– Будь счастлива, – шагнула ко мне незнакомка с такими же бирюзовыми глазами, как у меня.

– Будь верна принципам рода, – произнесла безумно красивая девушка с лазурными волосами, которые волнами кружили вокруг ее головы, словно находились в воде. – Не убей. Не солги. Не навреди. Не подставь. Спаси и сохрани наследие. Да будет так.

– Да будет так, – произнес стройный хор голосов женщин рода, и вода в раковине превратилась в жидкое золото, становясь той самой – волшебной живой водой.

Моя рана мгновенно затянулась, и одна за другой призраки растворились в полумраке комнаты. Последней осталась бабуля Розамунда, но и она задержалась от силы на секунду, на прощанье прошептав ласковое «береги себя, внучка», чем окончательно растрогала, и я почувствовала, как влажные дорожки слез расчерчивают мои щеки.

– Спасибо, – прошептала в ответ одними губами и еще на долю секунды замерла, навсегда сохраняя в памяти этот волшебный миг.

Но вот миновал и он, а я, набрав в самую обычную миску золотой жидкости и взяв в свободную руку первое попавшееся полотенце, отправилась лечить первого в своей жизни смертельно раненного пациента. Всеобщий сбор бывших хранителей не прошел бесследно, как и принятие обязанностей, – проснувшаяся память рода вовсю бушевала в моей голове калейдоскопом чужих знаний и воспоминаний, так что я действовала, скорее, на автопилоте, чем осознанно, и спокойно прошла мимо Алана, который начал что-то спрашивать, но почти сразу осекся. Заметила краем глаза инспектора, но даже не повернула к нему головы – у меня была иная цель.

Меня не было от силы минут пятнадцать, но за это время Рикардо серьезно сдал – посерела смуглая от рождения кожа, покрывшись бисеринками пота, налились ядовитой чернотой точки-ранки, запали глаза, дыхание стало прерывистым и сиплым, по телу то и дело проходила судорога, а на потрескавшихся губах выступила пена. Плохо дело.

Если бы в моих руках не было миски с живой водой, а в голове не поселились знания прошедшего тысячелетия и всех предыдущих хранителей, я бы обязательно впала в панику, а может, даже в истерику, но вместо этого я спокойно села на край кровати и, зачерпнув воду прямо ладонью, сначала влила ее в приоткрытые губы химера. Убедилась, что в его рот попала хотя бы десятая часть, после чего щедро смочила полотенце и, не выжимая, прошлась им по всем ранам, какие увидела.

Я еще заканчивала процедуру, а дыхание Рикардо уже выровнялось, и в целом мужчина выглядел всего лишь спящим, а никак не умирающим.

Хорошее завершение вечера, я считаю. Точно лучшее, чем если бы он умер.

Немного подумав, обтерла полотенцем губы и, насильно приоткрыв мужской рот, влила в Рикардо еще немного волшебной воды. Больше не стоит.

Себя я при этом едва ли ощущала, поэтому, когда вышла из комнаты и первым делом оказалась в крепких руках Алана, то не стала сопротивляться желаниям тела и спокойно соскользнула в обморок, уже зная, что обо всем остальном позаботятся мужчины. Или мужчина. В целом не важно.

А кучера все-таки жалко…