Глава 17

Пяти минут размеренной дыхательной гимнастики хватило, чтобы перестать кипеть, и уровень агрессии снизился с малиновой отметки до оранжевой, после чего я попыталась объясниться, не желая видеть единственное по-настоящему родное существо этого мира в противниках.

– Я понимаю его, правда. И тем ужаснее, что вижу в нем себя, когда теряла берега от безумия под названием «влюбленность». Не осади я его сейчас – он решит, что я согласна именно на такую модель отношений, и это станет началом конца. Это ужасно, Люций. Честно скажу, с таким Николасом я не представляю нас вместе. Он же тиран!

– Тиран тирану рознь, – справедливо заметил фамилиар, подползая ближе, обнимая меня за шею и тем самым давая понять, что очень хорошо меня понимает. – Но все равно ты была с ним слишком груба. Можно было и помягче. Особенно твое последнее про папочку. Хамовато, знаешь ли, вышло.

– Да уж как получилось, – хмыкнула грустно. – Между прочим, мне тоже обидно было!

– Да, два сапога… – без издевки протянул дракоша, на что я лишь грустно вздохнула и обняла его в ответ. – Сложно вам будет. Ну, это если все-таки случится пресловутое «вы». Как сама думаешь? Есть у него шанс?

– Я не знаю. – Может, я и лукавила, но разве что совсем слегка, потому что действительно не могла определиться окончательно. – Он мне нравится… И бесит! О, как же он меня бесит!

Я с рычанием растерла лицо ладонями, потому что даже думать об этом спокойно не могла.

– Слишком властный, да? – подсказал мне нужное слово фамилиар, и я отрывисто кивнула. – А ты привыкла все сама держать под контролем. Понимаю… Ну, тут на самом деле вариант один: ты должна решить, что тебе важнее – Николас или главенство. Вы, женщины, на самом деле очень хитрые и изворотливые существа, знаешь ли. Он ведь что хочет прежде всего? Знать, что ты в безопасности, и владеть тобой единолично. Все. Ну, я имею в виду глобальный смысл его притязаний. Про секс говорить не буду, не маленькая. Но остальное… – Люций многозначительно поиграл бровями. – Остальное-то в твоих руках. Пара ласковых слов, крошечная уступочка – и ты будешь крутить им, как хочешь! Недаром говорят, что голова в семье мужчина, зато женщина – шея. Куда повернет, так и будет.

– О, да знаю я всю эту семейную психологию! – простонала я, закатывая глаза к потолку. – Столько книг в свое время перечитала – не представляешь! Но если бы все было так просто! Люций, когда в дело вступают чувства, мой разум нервно курит в сторонке. Я не умею любить, сохраняя здравый рассудок! Мне нужно либо все, либо ничего, третьего не дано. Это будет война на смерть с пепелищем на весь Аникаммо, если вдруг что-то пойдет не так. И либо я замучаю его своим контролем и ревностью, либо он свернет мне шею.

– Мне кажется, ты утрируешь, – нервно улыбнулся дракоша.

– Если бы, – хмыкнула и нарочито медленно зажгла в ладони крошечный огненный сгусток. – Не забывай, мы оба маги. И что-то мне подсказывает, что оба без тормозов. Даже удивлена, что сегодня он уступил. Видимо, и впрямь с возрастом приходят не только морщины, но и опыт. Но знаешь… Именно сейчас я бы все-таки предпочла побег. Может, еще не поздно?

– А дело рода? – поколебавшись, неуверенно уточнил фамилиар. – Ты приняла на себя определенные обязательства. Если не будешь их выполнять, Первостихия может жестоко отмстить. И смерть – не худшее, что она может устроить, поверь.

– Как будто сейчас все идеально, – проворчала я, кривя губы и тяжко вздыхая.

– Ну что ты? – Люций подбадривающе улыбнулся и стукнул меня по плечу кулачком. – Не кисни. Дом-работа есть, сама жива-здорова. Что за депрессивный настрой? У тебя это… ПМС, что ли? Может, лучше пойдем пожрем? Рикардо недурно пожарил картохи, к ней у нас есть чудесный шмат окорока и свежий хлебушек. А еще – бутылочка рябиновой наливки. А? Буквально сто грамм – рекомендую!

– Ну, если рекомендуешь…

Я через силу улыбнулась, ведь жизнь действительно продолжалась, и это – вопреки всему, что ждало меня по прогнозам врачей еще совсем недавно. А трудности… Трудности закаляют. Надо просто перетерпеть. Превозмочь. Выстоять!

– А откуда у нас наливка?

– Так из кладовки, – радостно затрещал дракоша, когда понял, что я встаю с кровати не для того, чтобы раздеться и снова лечь спать. – На самой нижней полке в правом углу за банками с огурцами стоит. Ты что, не видела?

– Нет, конечно. Это ты у нас великий сыщик, – улыбнулась уже естественнее, проводя рукой по спутанным волосам, чтобы хоть чуть-чуть привести себя в порядок. – Я лишь глянула, что там соленья-варенья, а какие конкретно – не присматривалась. А что у нас еще есть? Ну, так… Для общего развития.

– Много чего, – возбужденно запрыгал на месте фамилиар, даже не пытаясь скрыть своей радости от общения на нейтральную бытовую тему и от того, что я больше не говорю о побеге. – Огурчики-помидорчики, кабачочки-патиссончики, капусточка. Малинка-клубника, смородинка-крыжовник. Абрикосы-вишня, бузина-каштан. И это я только начал! Продолжать?

– Ого! – Я искренне поразилась продуктовому изобилию и попыталась вспомнить, видела ли хоть десятую часть озвученного. – Хм, а в каком углу кладовки это, говоришь хранится?

– Вообще-то в погребе, – укоризненно поцокал Люций.

– У нас есть погреб? – Я уставилась на него в немом изумлении.

– О, точно! – Дракоша щелкнул пальцами. – Я ж тебе про погреб не сказал!

Я возмущенно округлила глаза, пытаясь понять, как можно забыть о погребе, на что фамилиар лишь развел руками.

– Ну, простите! У нас с тобой в принципе что ни день, то событие. Вылетело из головы на фоне остального. Хотя я сам тебе поражаюсь! Как можно не знать о том, что в доме есть погреб? Да он в каждом доме имеется!

– Не забывай, что я тут лишь вторую неделю, – покачала я головой и наконец закончила мудрить с волосами, заплетя их в обычную косу и скрепив кончик магической петлей. На пару часов хватит, а потом все равно спать лягу. – Ладно, идем. Что-то я и впрямь проголодалась от разговоров о еде.

– О, это я тебе еще про самогон не сказал!

– Ка-кой самогон? – У меня дернулся глаз.

– Так сосед принес! – хохотнул Люций, устремляясь на кухню. – Дядька Мустафий заходил с соседней улицы, я ему настоечку от геморроя продал, так он в нагрузку к оплате вручил мне бутыль самогона. Понятно, что сама пить не станешь, но пусть будет – в хозяйстве все сгодится. Опять же, на самогоне можно настойки разные делать… Примочки.

– Можно, – согласилась задумчиво. – Только я всем этим не занимаюсь. Забыл?

– Ой, да что там мудрить?! – расфыркался Люций. – Наливай да пей! Ладно-ладно, шучу, не делай такое зверское лицо. Так и хочется за щечки потискать. Так, где тут у нас картоха? О!

Когда я доковыляла до кухни, фамилиар уже вовсю гремел посудой. Я еще раздумывала, куда сесть – поближе или у стеночки, когда со спины меня обняли крепкие руки и аккуратно прижали к себе. Кхм…

– Ты начала заваливаться, – пояснил свои крайне странные действия Рикардо, чьего приближения я не расслышала. – Зачем встала? Позвала бы меня, я бы все сделал.

– Ты мне не нянька, – проворчала с легким смущением, потому что, вопреки всему, ощущала не раздражение, а благодарность и ничем не объяснимый комфорт. – Да и я не настолько беспомощна, как тебе кажется. Сейчас сяду, и будет совсем нормально. Тем более, Люций уже почти все достал. Ты… Чего вышел?

– Его высочество принц Вилсомберг был крайне убедителен в своей просьбе приглядывать за тобой, – едва слышно фыркнул химер. – Да и я, знаешь ли, предпочту перестраховаться. А то убьешься о собственный порог, как я потом твоему жениху в глаза смотреть буду?

– Какому жениху? – Я нахмурилась и повернулась в его руках, чтобы не только слышать весь этот бред, но и видеть выражение лица собеседника.

– О, кажется, я проговорился, – без тени смущения ухмыльнулся Рик, продолжая обнимать меня совсем не как наемный работник. – Неужели он не сообщил тебе о своих намерениях? То-то я смотрю, вылетел из дома в ночь… Или он за вещами?

– Ничего бредовее в жизни не слышала.

Меня аж перекосило всю, а в голове остались лишь самые грязные ругательства, поэтому я поплотнее сомкнула губы и проглотила первый приступ гневного словоблудия. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула и почти ровно произнесла:

– Я не собираюсь замуж. Ни за кого. Мне нравится моя самостоятельность, а все несогласные могут идти лесом. А сейчас перестань лапать меня за задницу, пожалуйста, иначе ночевать будешь снаружи. Не принимай мою доброту за слабость, а отсутствие сил – за доступность. Я ясно выразилась?

– Предельно. – С губ химера так и не сошла усмешка, уже начинающая меня откровенно раздражать. – Один только вопрос, хорошо? Как ты относишься к свободным отношениям? Я имею в виду без перспектив замужества.

– Ой кто-то щас по мордасам огребет! – с гневным рычанием вступился за мою честь Люций, подлетев ближе, сев на мое плечо и оскалившись на Рика. – Ты чего себе удумал, охальник? Шанни – порядочная девушка!

– Нет-нет, продолжай. – Я заинтересованно наклонила голову, отчего в ступор впали оба: и фамилиар, и телохранитель. – Ты с какой целью интересуешься? Чисто гипотетически или имеешь в виду себя?

И смерила его пристальным, откровенно оценивающим взглядом.

А что? Я девушка свободная, прогрессивная. Нравы в этом мире не сказать, чтоб слишком строгие, особенно среди магов. Да и Рик – мужчина видный, спокойный. Опять же, обязан мне жизнью и официально числится моим телохранителем, то есть изначально подневольным работником… Таким управлять будет несложно.

– Так, я отказываюсь принимать в этом участие! – простонал Люций, явно подслушивая мои мысленные рассуждения. – Только учтите, голубки! Вернется Вилсом – не поздоровится обоим!

– О чем это он? – Рикардо проводил подозрительным прищуром Люция, который предпочел улететь в кладовку, и впрямь оставив нас с химером одних.

Надеюсь, за маринадами к картошечке, а не для того, чтобы утопить свое горе в наливке?

– О своем, драконьем, – отмахнулась без интереса. – Так что? Ты себя имел в виду или как?

– Себя, – медленно кивнул химер, вновь сосредотачиваясь на мне. – Я буду предельно откровенен: супружеская жизнь меня не интересует. А вот ты… Весьма. И я сейчас говорю не о легкомысленной интрижке, как наверняка решил твой фамилиар, а о продолжительных отношениях, основанных прежде всего на доверии, уважении и взаимной приязни. Просто без оков в виде брачных уз.

– И тебя не страшит инспектор? – Мне уже стало откровенно любопытно, ведь Рик сам совсем недавно признал, что в случае открытого конфликта не справится с драконом.

– А почему он должен меня страшить? – Губы химера изогнулись в многозначительной ухмылке. – Ведь это твоя жизнь и твой выбор. Кто он такой, чтобы нас интересовало его мнение? Или ты планируешь… хм, как бы выразиться помягче…

– Встречаться одновременно с несколькими? – подсказала ему. Рик изобразил нечто согласное бровями, на что я отрицательно качнула головой. – Нет, не планирую. Да и как ты себе это представляешь? Вы же все жуть какие собственники. И у нас, в отличие от того же юга, вроде не распространено многомужество. Или я чего-то не знаю?

– Не распространено. – В мужском взгляде промелькнуло нечто странное, словно Рик хотел сдержаться, однако в последний момент передумал. – Но среди нелюдей нравы гораздо свободнее, чем среди людей, и встречается всякое. Даже большие семьи с несколькими мужьями и женами, допустим, как у нагов.

– Хорошо, что мы с тобой не наги, – хохотнула нервно, мгновенно представив переплетение множества наполовину змеиных тел.

Брр!

– Морские нимфы в этом плане тоже… весьма раскрепощены, – будто не услышал меня химер, продолжая провоцировать. – Говорят, пару сотен лет назад у их королевы было три официальных супруга и не меньше пятнадцати постоянных любовников.

– Так, я не поняла. – Мне резко стало не до смеха. – Ты на что намекаешь?

– Разве? – Брови моего телохранителя явно жили своей жизнью, ехидничая и за себя, и за своего хозяина, то изгибаясь по очереди, то вовсе выдавая нечто невообразимое. – Просто узнаю тебя ближе. Ты против?

– А давай продолжим делать это за столом? – предложила я куда более приятный вариант общения. – Есть хочу.

– А… да, прости, – спохватился химер и помог мне сесть.

После этого разогрел картошку, ловко нарезал копченое мясо и сыр, вынул из холодильника уже разложенные по мисочкам разносолы, затем подвинул свой стул поближе ко мне и начал деловито накладывать еду на тарелку.

Что примечательно, на мою.

– А ты со всеми такой заботливый или это мне так «повезло»?

Мне не удалось сдержать иронии, потому что Рик откровенно переигрывал. Не спорю, приятно, когда мужчина заботлив, но, когда это приобретает масштаб катастрофы, благодарить уже не тянет.

– Тебе не нравится? – Химер недовольно дернул бровью, но вилка все продолжала мелькать, пополняя мою тарелку корнишонами, маслятами и даже маринованным чесноком. – Не стесняйся, я открыт к диалогу. Просто решил немного облегчить задачу, у тебя ведь даже руки трясутся от слабости. Я могу тебя и покормить, если что…

– И ничего у меня руки не трясутся! – буркнула я оскорблено, поднимая правую, чтобы продемонстрировать наличие сил.

И не справилась, едва ли сумев оторвать ее от стола. При этом дрожала она так, словно меня скрутил жесткий припадок.

– Черт!

– И я о том же, – прокомментировал телохранитель так спокойно, что мгновенно захотелось сказать гадость. – Ой, не бесись, я же не имею в виду ничего плохого. Просто констатирую факт и хочу помочь. Так что?

Я попыталась снова, перед этим стиснув зубы. Но нет…

– Ладно, корми, – признала свое поражение, устало откидываясь на спинку стула, словно силы покинули меня окончательно. – Боюсь, такими темпами ни на какую работу я завтра не дойду… Но почему так? Я ведь пила живую воду! Ты вчера вечером при смерти был, но сейчас живее всех живых! А я всего лишь…

Вздохнула. Нет, все равно не понимаю.

– Извлекая приворотное зелье, Николас применил к тебе магию разрушения высшего порядка, – нравоучительно произнес вернувшийся из кладовки Люций, с громким стуком ставя на стол чуть пыльную бутылку с ярко-малиновой прозрачной жидкостью, переливающуюся в свете магического светильника едва заметными золотистыми искорками. Настойка на живой воде? Как умно! – Естественно, у тебя нет сил, ведь все они ушли на заживление внутренних повреждений. Этот магический приворот – все равно что пиявка – вгрызается в плоть во-от такенными зубами! И я сейчас не утрирую, Вилсому действительно пришлось выдирать его из тебя силой. Корешок за корешком, зуб за зубом, отросток за отростком. Всего за сутки эта дрянь проросла почти до центра твоей сути, еще день-другой – и было бы поздно. Она бы оплела корнями твои сердце и искру, отравила бы тебя любовными токсинами, и ты бы до конца жизни боготворила инспектора, живя ради него одного!

Выпалив это на одном дыхании, Люций зубами вытащил дубовую пробку, с явным наслаждением принюхался к содержимому бутылки, после чего взглянул на меня и подмигнул.

– Но все обошлось, ты даже не при смерти, как если бы была обычным человеком без капли дара. Вместо этого ты всего лишь немного устала, ведь все ресурсы организма брошены на исцеление пострадавших участков тела, но и это пройдет уже совсем скоро. Выпьем?

– Выпьем, – согласилась я хрипло, придя в ужас от описания перспектив. Это как же мне повезло во всех смыслах?!

И я сейчас не о самом факте приворота, а о том, что, во-первых, он сработал не на Дженкардо, а во-вторых, Вилсом сумел его распознать и снять. Ведь если бы нет… Даже думать об этом не хочу! Как же это все мерзко!

– Немного, – согласился Рикардо и сам встал из-за стола, чтобы найти в буфете рюмки.

Вернулся почему-то с тремя, и дракоша благодарно просиял, самостоятельно разлив по рюмкам тягучую малиновую жидкость, искорки в которой зазолотились еще ярче.

– Ну, за нас! Красивых и умных. Будем! – Люций был краток, но произнес именно то, что подходило моменту.

Собрав всю волю в кулак, я протянула пальцы к рюмке и даже сжала их на граненом стекле, но поднести тару к губам мне помог уже Рик. Молча поблагодарила его взглядом, не поморщившись, проглотила высокоградусный алкоголь и даже одобрительно промычала, смакуя приятное кисло-сладкое ягодное послевкусие.

– Вещь! – одобрительно причмокнул Люций и тут же разлил по второй, пока Рик помогал мне закусывать. – Ну, за плодотворное сотрудничество!

Совершенно незаметно поздний ужин плавно перетек в полуночные посиделки. Мы потихоньку распили пол-литровую бутылку на троих, а я задумалась о том, чтобы купить на кухню диван вместо стульев, больно уж хотелось перетечь в более удобное положение, не прекращая при этом есть и пить. Я даже высказала об этом мысль вслух, и она безумно понравилась обоим моим собутыльникам. Настолько, что один бросился рисовать эскиз и ползать по кухне с рулеткой из воды, а второй взял на себя заказ и доставку мебели в самые кратчайшие сроки. Не скажу, что мы были пьяны, скорее, просто слегка расслабились и начали обсуждать всякую бытовую ерунду, начиная с того, кто чем будет заниматься по дому (например, закупка продуктов и мытье посуды – на Рике, а готовка и уборка на мне), и заканчивая любимыми блюдами и хобби. Я бы с удовольствием обсудила с химером музыку и книги с фильмами, но о последнем он не имел ни малейшего понятия, да и книги мы читали из разных миров, не говоря уже о музыке. В Аникаммо был свой театр и летом приезжала ярмарка, где выступали самые разные артисты, в том числе музыканты, да и в ресторанах по выходным играли и пели местные знаменитости, но все это было не то. Непривычное мне.

Рикардо, в свою очередь, отменно разбирался в оружии и называл себя знатоком редких тварей, считающихся вымершими среди людей, но в итоге мы остановились на относительно нейтральной теме – магии. Сначала его просто заинтересовал способ, которым я вывела из строя убийц, а когда осознал, что я не шучу и все три заклинания действительно сугубо бытовые, начал с интересом расспрашивать о том, какие еще существуют.

– Так, ребятки! – прервал нас на самом интересном Люций, когда мы дошли до группы ремонтно-строительных формул: рытья ям, побелки-покраски и особенно заинтересовавшего Рика заклинания «гвоздемет». – На часы кто смотреть будет? А ну, спать! Кому-то завтра на работу! Нашли друг друга, магоманьяки! Спать, я сказал! И нет, по разным спальням! Я прослежу!

– Я провожаю, – оскорбленно поджал губы химер, перед этим крепко обняв меня за талию.

Настойка оказалась коварнее, чем казалось вначале: вроде бы и придала сил, отчего руки перестали трястись, зато подействовала на ноги – они совершенно не слушались. По крайней мере, у меня.

– Кстати, ты так и не ответила на мое предложение.

– Напомни, на какое?

– Стать любовниками. – Рикардо был поразительно прямолинеен, но именно это мне в нем и нравилось.

Но больше всего нравилось, что я не ощущала по отношению к нему ничего лишнего, лишь легкую симпатию. Не более. Не хотелось касаться его без причины, думать о том, каковы на вкус его губы, млеть в его объятиях, наконец!

Зато, заведя себе официального любовника я, наконец, избавлюсь от остальных! Хотя бы на какое-то время.

– Обещаю подумать и ответить в воскресенье, – кивнула я твердо. – Раньше никак, извини: в субботу у меня встреча с инспектором.

– Не отменишь?

– Нет. Я обещала, а мое слово не пустой звук. К тому же…

– Он нравится тебе больше, чем я, – понятливо усмехнулся Рик, и я вскинула на него удивленный взгляд. – Да ладно, я все понимаю. И уважаю твое решение, слово и впрямь нужно держать. Просто… – Взгляд моего телохранителя на долю секунды стал острее и глубже. – Не позволяй ему лишнего и не давай ложных надежд, если у тебя нет на его счет далеко идущих планов. В отличие от меня, Вилсомберг настроен серьезно.

– А ты, значит, нет?

– Я честно говорю, что не готов к браку, – пожал плечами химер. – Быт, дети, сказочное «долго и счастливо»… Не уверен, что это для меня. Ты славная девушка, Шанайя, и привлекаешь меня во многих смыслах. Уверен, я тоже не кажусь тебе отвратительным. – Рик усмехнулся, а в его глазах промелькнули игривые искорки. – Так почему бы и нет? Я не говорю о любви, но твердо обещаю заботиться и учитывать твои пожелания во всем, пока мы будем вместе. Мне даже не нужны деньги Дженкардо, не говорю уже о твоих – я достаточно богат, чтобы содержать нас обоих. К тому же… Ты ведь проходила в своем колледже курс «Способы развития магического потенциала»? Секс в этом деле играет далеко не последнюю роль.

– Да, я знаю, – улыбнулась мимолетно, когда поняла, что химеру не так уж и безразличен мой ответ, раз он уже перешел к новым, ранее не звучавшим аргументам. – Спокойной ночи, Рик.

– Спокойной ночи, Шанни.

И прежде, чем я успела уйти, склонился ниже и накрыл своими губами мои.

Я не отстранилась, хотя возможность была. Зачем? У меня есть отличная возможность понять, стоит ли давать этому мужчине шанс. И Рикардо, почувствовав мой отклик, углубил поцелуй.

Его действия были уверенными и чувственными, химер явно имел большой опыт в этом деле, и я получала откровенное удовольствие от обычного поцелуя. Не знаю, хватило бы ему наглости продолжить и довести дело до конца, встретив рассвет в одной постели, но… Люций стоял на страже моей нравственности и, как только Рик сделал шаг в сторону спальни, увлекая меня за собой, громко возмутился:

– Так, я кому сказал разойтись по разным комнатам? Ни на секунду вас оставить нельзя! А ну, кыш, недобиток! Сказано: в воскресенье – значит, в воскресенье! Руки убрал, либидо угомонил и брысь!

– А еще я знаю отличное заклинание-поводок для излишне ретивых фамилиаров, – с легкой угрозой в голове произнес Рикардо, тем не менее, отпуская меня и позволяя уйти. – Не думай, что на тебя нет управы, шнурок.

– Шанни, ты слышала?! – схватился за сердце дракоша. – Нет, ты слышала?! Да что он себе позволяет, ящер облезлый!

– Мальчики, не ссорьтесь. – Я осуждающе качнула головой. – Примите уже как факт: в этом доме главная я. Вы можете сколько угодно думать друг о друге гадости, но конфликтовать я вам запрещаю. Ясно? Мой дом – территория, где нет места взаимной неприязни. Мне хватает проблем, которые подкидывает мироздание, здесь я хочу чувствовать себя в безопасности и уюте. Это было первое и последнее предупреждение. Рик?

– Ты права. Извини. – Телохранитель отрывисто кивнул и, снова пожелав мне приятных снов, ушел в спальню бабули.

Надо будет убрать оттуда все лишнее. Но уже завтра. Все завтра.