Глава 28

– Папенька, вы идиот! – отчитывали кого-то неподалеку.

– Я просто задолбался, – отгрызался этот кто-то. – Мне больше двух тысяч лет! Ты хоть понимаешь, как это много?!

– Мне миллиарды, – фыркнул его собеседник. – И что?

– И как ты их жил?

– Ой, да всяко-разно!

– Вот! Во-о-от! – провыл раненым бизоном тот, кого назвали «папенька». – А я только двадцать лет назад научился не растворяться в стихии на долгие месяцы уже через сутки, как обретал тело! Меня зверски убили, когда мне было всего пятьдесят! Я даже пожить толком не успел!

– Народ, захлопнитесь, кем бы вы ни были, – простонала я приглушенно, потому что голова раскалывалась, как проклятая, а чужая ругань здоровья не прибавляла.

– Шанни? Лапушка моя, очнулась! – радостно залепетал Люций и начал обтирать мой лоб и виски влажными лапками, даря приятную прохладу и небольшое облегчение. – Как ты, золотце?

– Добейте… – шепнула из последних сил и чуть-чуть приоткрыла глаза, чтобы понять, что происходит.

Обнаружила себя в кровати. Признала в комнате спальню, где герцог пытался запереть меня ночью. Нашла взглядом самого герцога, который сидел в кресле у окна… И озадачилась. Аж голова почти болеть перестала.

– Что случилось? – поинтересовалась напряженно, больно уж вид у «папеньки» был виноватый.

Подозрительно!

– Этот идиот тебя едва не угробил! – возмущенно сдал дракона мой фамилиар. – Ты была без сознания три дня! Три дня, Шанни!

– Мм… – протянула я с умным видом. – А вы уже нашли общий язык, да?

– Ну, тут такое дело, – вдруг засмущался Люций. – Ты только не волнуйся. Я начну с хорошей новости, ладно?

Я напряженно кивнула, потому что именно после этих слов и начала волноваться.

– Ты, в смысле Маша, – его родная прапрапраправнучка от беременной девицы, которая не сгинула, а перенеслась в другой мир и там благополучно родила, но счастья так и не обрела, как и весь ваш род! А все потому, что нефиг было бежать от судьбы! Но ты вернулась, и теперь твой батя больше не проклят, а его древние драконьи мозги тоже встали на место! – широко осклабился дракоша и изобразил лапками «та-дамм!», указав на герцога.

Герцог, как хороший мальчик, смущенно помахал мне ладонью.

У меня дернулся глаз.

– Ну а теперь плохая, – вздохнул фамилиар и ласково погладил меня по голове. – Ты теперь морская нимфа. Твое человеческое тело не выдержало вливаемой в него магической мощи и приказало долго жить, забрав с собой все лишнее, в том числе и проклятие. Лишь благодаря нашей связи я смог удержать твою душу в этом мире и возродить тебя в теле нимфы. Вообще-то это не приветствуется Первостихией, но мы с ней договорились (герцог лично умолял), и ради тебя сделали исключение.

– Интересно… – кивнула я заторможенно. – А в чем плохая новость?

– Ты больше не человек, – по слогам повторил Люций, тревожно всматриваясь в мои глаза. – Ты – морская нимфа.

– У меня болит голова, а не проблема со слухом, – проворчала я. – Разве это плохо? Я жива, герцог жив-здоров и больше не имеет ко мне претензий. Проблема решена малой кровью. Да?

– Ну, как тебе сказать… – безрадостно вздохнул Люций. – Что ты знаешь о морских нимфах?

По одному моему тяжелому взгляду сообразив, что сейчас я не способна на диалог, дракончик натянуто улыбнулся, снова зачем-то погладил меня по голове и начал рассказывать сам:

– Я постарался сохранить тебе привычную внешность, но не все получилось, ведь морские нимфы – дети водной стихии, и фактически в твоем теле не две трети воды, а гораздо больше. – Он помолчал и ворчливо добавил: – В общем, из воды я тебя создал и добавил немного магии. Но это техническая часть и к делу особо не относится. Проблема в том, что ты, как все морские нимфы, не можешь долго жить без моря, тебе необходимо проводить в воде как минимум один день из семи. А еще ты стала легкомысленна, более привлекательна и одновременно любвеобильна. Это вроде не проблема, но-о… Ладно, вру. Проблема.

– Я превратилась в тупую нимфоманку? – уточнила осторожно.

– Что-то вроде того, – хмуро подтвердил фамилиар.

– А нимфы… – я бросила опасливый взгляд на герцога, помедлила… и с облегчением поняла, что как мужчина он меня не привлекает, – разборчивы в связях или пристают ко всем без исключения?

– Все сугубо индивидуально, – развел руками дракоша. – Но любви тебе будет хотеться часто. Я бы даже сказал: постоянно. И это как раз очень большая проблема!

– Почему?

– А скажи мне, дорогуша, – вкрадчиво уточнил Люций, – ты кого любить собралась?

– Николаса, – призналась я честно. – Мы с ним уже почти помолвлены. А что?

– А… – Мой фамилиар на какое-то время впал в ступор, после чего нахмурился, сощурился… и деловито уточнил: – Я чего-то не знаю?

– Не существенно, – отмахнулась я и осторожно села.

Слабость по телу еще гуляла, но я постепенно приходила в себя, поэтому первым делом озадаченно осмотрела свои руки, которыми пыталась прижать одеяло к обнаженной груди.

– А почему я… такая?

И покрутила в воздухе перламутрово-белой рукой с легким голубым отливом.

– Ты нимфа, – по слогам пояснил Люций. – Морская. Это норма.

– А-а-а…

И впала в задумчивый ступор.

– Есть хочешь? – робко подал голос герцог, заставив меня сморгнуть и обратить на него внимание.

Подумала, похмурилась… и кивнула, уточняя:

– А ты теперь мне отец или нет?

– Отец, – ответил за него Люций и с нескрываемым негодованием тоже взглянул в сторону окончательно смутившегося герцога. – Сам кашу заварил, сам теперь и будет за последствия отвечать. Представляешь, две тысячи лет мужику, а мозгов меньше, чем у Алана! Как в пятьдесят помер, так пятидесятилетним и остался! А ты помнишь, что для драконов это еще юношеский возраст? Он же хотел на тебя проклятие перекинуть! Начитался где-то ерунды, что это возможно, а о последствиях не подумал! Ну не идиот ли?!

– Не бузи на папку, – строго осадила я разошедшегося Люция, отчего оба дракона (и большой и маленький) ошеломленно уставились на меня. – Во-первых, он спас меня в день равноденствия. А во-вторых, его зверски убили тьму лет назад и обрекли на вечное одиночество. До кучи еще и любимая предала. Это, знаешь ли, радости в жизнь не добавляет. Все мы ошибаемся, но лично я считаю, что та, первая девица, тоже виновата в произошедшем. Не ходила бы налево, не испортила бы жизнь стольким людям. Поэтому ша, карапузики! Оставляем прошлое в прошлом и с позитивом смотрим в будущее.

Оценила, какой эффект произвела моя вдохновенная речь, после чего с искренним любопытством поинтересовалась:

– А что у нас на завтрак?

– Вообще-то уже время обеда, – проворчал фамилиар, но не смог долго дуться (ведь я была права!) и полез ко мне обниматься. – Шанни, ты не представляешь, как я рад, что ты жива! Я так испугался!

– Я тоже рада. – Я погладила дракончика и аккуратно прижала его к груди, чтобы не расплющить.

Краем глаза заметила, с какой завистью смотрит на нас поднявшийся на ноги герцог, и, недолго думая, распахнула свои объятия и для него, по ходу дела едва не потеряв одеяло.

– Папуля! Обнимашки!

– Серьезно? – Скептичное выражение лица не соответствовало выражению глаз, поэтому я активно закивала и замахала руками, подзывая его к себе. – Ну ладно…

С напускной неохотой мужчина приблизился ко мне и неловко присел на край кровати. Резко подавшись вперед, я оплела его руками, как хищная лиана, и от души потискала, чтобы ощутил всю силу моей дочерней любви. Под конец он даже фыркать начал, безуспешно пытаясь скрыть смех.

Собственного отца я не знала и понятия не имела, знал ли он обо мне, так что сейчас смутно представляла, какие нас ждут взаимоотношения. Я бы предпочла дружеские.

– А как тебя зовут? – спросила совершенно невпопад, когда устала обниматься и поняла, что голод побеждает.

– Кэоллайн Муорийский, древний дракон морских глубин, – смущенно представился папуля. – Но местные знают меня как герцога Коллина Эль’Канте.

– А мне тебя называть папой или по имени?

– Я… не знаю, – неловко пожал плечами дракон. – А ты как хочешь?

– Больше всего я хочу есть! – заявила я с вызовом, но сразу заметила, как грустно опустились уголки губ дракона, и прижалась щекой к его плечу, умильно заглядывая ему в лицо снизу вверх. – Папуль, командуй накрывать на стол. Я пока оденусь. Хорошо?

– Хорошо, – мгновенно растаял мужчина и поспешил прочь из комнаты, лишь в самом конце предупредив, что кое-какая одежда есть в шкафу и чтобы я не стеснялась – брала, что понравится.

В шкафу и впрямь оказалась самая разная одежда, а Люций заверил, что все новое, купленное специально для меня.

– Заранее, – подтвердил дракоша мои догадки, когда я приложила платье к телу и поняла, что оно точно будет тугим в груди, которая стала гораздо пышнее, превратившись из уверенной двоечки в роскошную четверку. – Но ты не переживай, как только пообедаем, пошлем слуг по магазинам, купят все, что прикажешь. Коллин теперь тебе по гроб жизни должен. Он же реально ожил, представляешь? Дурак дураком, а судьба подфартила!

– Люций, не обзывай папу, – строго пресекла коварные инсинуации фамилиара выставить дракона в негативном свете. – Он еще молод, а молодежь имеет свойство ошибаться. Вот будет ему два миллиарда лет, как тебе, – станет таким же рассудительным и благоразумным.

– Ну, допустим, столько он уже не проживет, – проворчал Люций, но комплимент был засчитан, и дракоша подобрел. – Ладно, воспитаем из него мужика, уговорила. Кстати, как тебе новая внешность? Ничего так? Я старался!

– Ты немного перестарался, – не стала я скрывать правды, крутясь перед зеркалом, чтобы рассмотреть подробности. – Скажи, пожалуйста, в этом животе есть желудок?

– Конечно! – опешил дракон.

– Хорошо… – кивнула задумчиво, обнимая тонюсенькую талию пальцами и пытаясь понять, сколько это в сантиметрах. Нет, я, естественно, не сомкнула пальцы в кольцо, но… – А кишки где?

– Ой, много ты понимаешь в красоте! – возмутился Люций, когда понял, что я ерничаю.

Но талия и впрямь была неестественно тонкой, и это – при наличии полной груди и весьма пышных бедер.

– В красоте, может, и немного, но в физиологии достаточно, – усмехнулась себе под нос, внимательнее приглядываясь к лицу.

Вроде бы и то же, но с такими нюансами, как едва заметный рисунок чешуи на висках, заостренные уши, сильнее выраженные клыки и еще более выразительные глаза чуть ли не на пол-лица.

И волосы. Теперь полностью лазурные волосы без единой блондинистой пряди.

Я бы покрутилась перед зеркалом еще, все же не каждый день новое тело обретаешь, но тут дом натуральным образом тряхануло, и я схватилась за дверцу шкафа, испугавшись землетрясения.

Вот только толчок был почему-то всего один.

– Что это было? – напряженно уточнила я у подозрительно спокойного Люция.

– А-а… – отмахнулся он беспечно. – Народ снаружи балуется. Мы же типа в осаде.

– Мы… Что?!

Я сморгнула несколько раз, решив, что ослышалась.

– Ну, тут такое дело, – поморщился дракоша. – Тебя папаня когда похитил, сразу не сообразил, что ты у нас девушка крайне популярная, уже давно связями обросшая. Ну а потом просто боязно было, ведь ты вся такая при смерти и выкарабкаешься или нет – непонятно. В общем, снаружи сейчас немного… как бы это поприличнее сказать… задница.

– И большая у нас снаружи задница? – уточнила напряженно, уже догадываясь, кто именно мог устроить точечное землетрясение.

– Внушительная, – не стал лукавить Люций. – Но я хотел рассказать о ней чуть позже, как поешь и окрепнешь.

– Так, ладно. – Я сурово поджала губы и окинула недра шкафа критичным взглядом. – Что тут можно надеть, чтобы выглядеть прилично?

– Хм, давай подумаем, – поддержал меня дракоша и начал выкидывать один за другим наряды прочь. – Не то, не то… О! На. И вот это. Это тоже бери. Как оно?

– Не идеально, конечно, но на разок сойдет, – согласилась с его выбором, первым делом надевая нижнюю сорочку, панталоны, юбку и следом блузку. Последняя застегнулась кое-как, но я постаралась сильно не дышать и понадеялась на крепость пуговиц. Волосы убирать в прическу не стала, все равно они от волнения топорщились в разные стороны живыми водяными змеями, а вот туфельки надела. Не босиком же идти! – Все. Идем разгонять демонстрантов. Мне тут еще жить.

– А может, потом? – попытался увильнуть от ответственности Люций, но я сурово сдвинула брови, и он мигом сдался. – Ладно-ладно, идем… Я просто предложил!

– Предлагай дельные вещи, – попеняла ему. – Люди волнуются, переживают. Третьи сутки, между прочим! Или четвертые?

– Четвертые, – неохотно подтвердил дракоша. – Сегодня уже среда.

– Вот! Тем более! Ты хоть понимаешь, что они себе уже могли надумать?! Боюсь представить!

– Лучше не представляй, – с умным видом кивнул фамилиар и полетел чуть впереди, якобы показывая дорогу, а на самом деле наверняка не желая и дальше выслушивать мое ворчание. Или того хуже – нравоучения.

По дороге вниз я встретила горничную Бетти и дворецкого Грегори (они сами представились), но лишь кивнула этим людям, которые оказали мне куда больше почтения: горничная присела в книксене, пролепетав приветствие, а дворецкий пожелал доброго дня и почтительно открыл мне входную дверь. Не сбавляя шага, я миновала участок, оказавшийся куда больше, чем я запомнила с прошлого раза, приблизилась к ограде, которая тонула в зыбкой водяной дымке, накрывшей виллу огромным куполом, и сначала попыталась рассмотреть, что творится по ту сторону.

Увы, это оказалось невозможно – вода серьезно искажала перспективу, и все, что я видела, – мутные тени.

– Люций, как снять купол?

– Просто приложи к нему ладонь и пожелай, – проворчал дракоша, обвивая мое запястье гибкой влажной лентой. – Только подожди минуту, я организую тебе персональный щит. Мало ли какие крепкие объятия тебя ожидают… Все, давай.

Ощущая легкую нервозность, быстро перерастающую в тяжелую, я поспешила приложить ладонь к щиту и сконцентрировалась на желании. Миг – и пузырь лопнул с едва различимым хлопком, обдав меня напоследок водопадом брызг, и первым, кого я увидела, когда смахнула мокрую прядь со лба, был…

– О, Рик, привет. Ты один? А где все?

– Шанайя? – напряженно уточнил химер, осторожно приближаясь к ограде. – Он стоял где-то метрах в пяти от нее. – Это ты?

– Да.

Я с улыбкой развела руками, впрочем не спеша открывать ни калитку, ни ворота. Так и стояла за оградой, немного напряженно изучая своего похудевшего телохранителя с откровенно запавшими, воспаленными глазами. Они вообще ели-спали все это время?!

– Тут просто небольшое недоразумение произошло… Но уже все в порядке. Ну и у меня новый макияж. Вы там как? Зайдете в гости?

– Остальных предупрежу, – глухо буркнул Рикардо и, сжав незнакомый медальон на груди, что-то приглушенно в него произнес.

Прошло от силы несколько минут, все это время химер стоял на месте, нервируя меня своим пристальным взглядом, но я не торопила, понимая, что момент и впрямь непростой. Вдали послышался шум, и вскоре на дороге появились примчавшиеся на лошадях Николас и Алан. И если братишка, спрыгнув со своего скакуна, с громким негодующим воплем ломанулся ко мне, то инспектор застыл на месте, наклонив голову набок, а в его глазах я рассмотрела ничем не прикрытую боль.

Ну уж нет! Ты от меня так просто не отделаешься!

– Так, народ! – Я повысила голос, чтобы никто не посмел не услышать хотя бы слово. – Я прошу прощения, что мы заставили вас так долго нервничать. Просто я… умерла. Но, как видите, не навсегда. Первостихия смилостивилась, и мы с отцом уладили возникшее недоразумение. Я обязательно отвечу на все ваши вопросы, но чуть позже. Обедать будете?

– А можно пару вопросов, но сейчас? – нахмурился Алан, решительно распахивая калитку и подходя ко мне.

– Только быстро, – согласилась нехотя. – Больно кушать хочется.

– Это герцог виноват в том, что ты умерла?

– Мм… да. Но не совсем.

– И где эта мразь сейчас? – мрачно уточнил Николас, проходя на территорию виллы вторым.

– Папа раскаялся и больше не будет. – Я надула губы и просительно посмотрела на всех троих. – Пожалуйста, не сердитесь на него. У него есть смягчающие обстоятельства: его убили и он сошел с ума. Но сейчас все в порядке, и мы с Люцием обязательно воспитаем из него достойного дракона. Верите мне?

– Ничего не понял, но ужасно интересно, – оторопело признался Алан… И сграбастал меня в братские объятия. – Шанни, ты меня в могилу сведешь! Как ты могла, а?!

– Я не специально, ты же знаешь, – улыбнулась я смущенно, с любовью ероша его волосы. – Это все фокус мироздания. Но мне кажется, он уже закончился. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Ох, я бы не загадывал… – вякнул Люций.

Я сделала вид, что резко оглохла, и, отпустив принца воздушных драконов, смущенно взглянула на Николаса. Все слова, какие были, в этот миг показались глупыми и неуместными, в легких резко закончился воздух, я глубоко вдохнула… И три из семи пуговиц решили покинуть блузку, рванув прочь.

– Ой…

Алан торопливо шлепнул ладонью по лицу Рикардо, закрывая ему глаза, а Николас издевательски медленно шагнул вперед… и схватил меня так крепко, что даже пискнуть не удалось.

– Никогда… Никогда, слышишь? Никогда так больше не делай! – прошептал с надрывом и шумно задышал на ухо.

– Не буду, – согласилась кратко, не став ерничать, больно уж момент получился трогательный. – Идемте в дом. Познакомлю вас с папой. Только обещайте, что не будете его бить, оскорблять и вообще.

– Не гарантирую, но постараюсь, – крайне серьезно заверил меня инспектор, после чего торопливо снял с себя сюртук и надел на меня, тщательнее всего застегнув пуговицы именно на груди, под конец деликатно уточнив: – У тебя проблемы с одеждой?

– У меня проблемы с сись… – закашлялась я, потому что Люций пустил через запястье разряд тока, не позволив мне в этот раз напомнить окружающим, что я не леди.

«Ошибаешься, детка, – захихикал дракоша коварно. – Теперь ты самая что ни на есть леди! Ведь папаня у нас кто? Правильно, герцог! А дочь герцога кто? Правильно! Леди!»

– Вот дерьмо, – пробормотала себе под нос, сумев сделать это раньше, чем фамилиар принял очередные воспитательные меры. Заметила напрягшиеся плечи Николаса и грустно отмахнулась. – Не обращай внимания, это я с фамилиаром общаюсь. Ладно, идемте.

В дом возвращались уже впятером, но меня не оставляло странное ощущение, что я иду под конвоем, больно уж лица моих спутников были суровы, а взгляды – оценивающими. Словно заранее прикидывали, где устроить засаду, какую стену разрушить первой, кого в заложники взять, а кого принципиально не щадить.

«Какая бурная фантазия! – восхитился Люций, предпочитая общаться мысленно. – Тебе бы в писатели податься…»

Спасибо, нет. Мне и в жизни приключений хватает. Ни один вымысел и рядом не стоял.

– Шанайя, где ты хо… Кхм. – Стремительно вышедший в холл герцог резко осекся, увидев моих спутников, но, надо отдать ему должное, быстро сориентировался и постарался взять ситуацию под контроль. – Добрый день, господа. Приветствую вас в своем доме. Вы друзья Шанайи?

– Брат, жених, телохранитель, – перечислила я кратко, по очереди указывая на мужчин, успев первой, пока они определялись с очередностью. – Идемте уже за стол, а? Я четыре дня не ела!

– Да, конечно, – засуетился папуля и широким жестом предложил пройти в столовую, по ходу дела отдавая распоряжение прислуге накрыть еще на троих.

В целом обед прошел спокойно. Мужчины перезнакомились по всем правилам этикета, и лишних вопросов за столом не звучало, но я догадывалась, что это далеко не конец. Так и получилось. Вслух отметив за десертом, что я крайне странно одета, герцог предложил мне лично проехаться по всем интересующим меня магазинам, отдельно уточнив, чтобы я не ограничивала себя в тратах. Он все оплатит. А они тем временем пройдут в кабинет и побеседуют…

– Без рукоприкладства, пожалуйста, – попросила у Николаса снова, прежде чем оставить мужчин одних. – Не хочу опять остаться сиротой. Кто-то же должен вести меня к алтарю…

И, нагло пользуясь его ступором, встала на цыпочки, чтобы легонько коснуться своими губами его. Это был даже не поцелуй, а намек на него. Своего рода обещание, что мои намерения серьезны как никогда.

– Кабреро, головой за нее отвечаешь, – хрипло приказал Вилсом, накрывая и крепко прижимая к телу мои ладони, которые я положила ему на грудь.

– Естественно, – проворчал химер, даже и не думая возражать. – Леди, прошу.

Пока шли к личному экипажу герцога, который тот распорядился подать, Рикардо шутил на тему того, что «шаг вправо, шаг влево – посчитаю за побег и приму соответствующие меры», но я предпочитала перетерпеть приступ его словоблудия, прекрасно понимая, что нервы есть не только у меня. И сейчас Рик просто-напросто спускает пар единственным доступным способом.

Удивительно, но поездка в город прошла преимущественно гладко, не считая пары моментов, когда моя экзотическая внешность привлекла повышенное внимание горожан. Но это было в самом начале, а потом мы с Люцием догадались наложить на лицо и волосы легкую косметическую иллюзию, скрывшую лишнее. За четыре часа, что мы потратили на поездку, я успела многое: и домой заехать, чтобы взять кое-что из элементарного (те же шпильки-расческу-тапочки-воду-почтовую шкатулку с ворохом писем), и к своей знакомой швее наведаться, чтобы озадачить изменившимися объемами и доплатить за форс-мажор, вместе с тем забрав кое-что, что мне подошло, и даже проехаться по магазинам, накупив кучу всего нужного, полезного, приятного и просто для души.

На виллу я возвращалась уставшая, но в отличном настроении, предвкушая не только ужин, но и такие приятные дела, как объятия Николаса и водные процедуры. Можно, кстати, совместить.

Я даже позволила себе об этом помечтать, почти сразу ощутив прилив небывалого желания, и поняла, о чем говорил Люций. Так вот как оно бывает с нимфами… Хм, интересно.

Глянула тайком на Рикардо, который сидел напротив. Оценила стать своего телохранителя, приятные черты лица, особое внимание уделила губам и… Ничего.

«И слава стихиям! – нервно выдохнул Люций, не оставлявший меня в этой поездке ни на миг и все время проведший на запястье. – Нам еще любовника при живом женихе не хватало!»

«О, да ты ханжа, дорогой?»

«Да будет тебе известно, это называется порядочностью и добродетелью, – буркнул фамилиар. – И я безумно рад, что в этом плане ты осталась собой».

«О? А я была порядочной? Правда, что ли?»

«Тьфу на тебя! Язва», – беззлобно фыркнул дракоша, а я заметила, что Рик выразительно приподнял бровь, интересуясь причиной моего пристального взгляда.

– Нет-нет, ничего. Просто хотела кое-что проверить.

– И как?

– И… – Я оборвала саму себя, не став говорить ни очередную глупость, ни неуместную колкость. Вместо этого очень серьезно заглянула ему в глаза и сказала правду: – Я люблю Николаса и буду с ним. Только с ним. Это мое окончательное решение. Если считаешь, что больше не сможешь исполнять свои обязательства, я пойму. И все же искренне надеюсь, что мы сможем остаться друзьями. Мне уютно и легко с тобой, Рик, нравится общаться и делиться мыслями, твоя честность подкупает, и хочется отвечать тем же. Но это все, что я могу тебе дать.

– Спасибо, что сказала. – Губы химера тронула благодарная, хотя и немного кривоватая улыбка. – Ты, может, не заметила, но наша связь долга жизни пропала. Видимо, из-за твоей смерти. Не переживай насчет меня, я догадывался, к чему все идет. И останусь твоим телохранителем ровно столько, сколько это понадобится. Но позволь вопрос… Ты все еще хранитель священного родника или уже нет?

– Хранитель, – ответил за меня Люций, когда я растерялась и даже слегка испугалась, ведь и впрямь смерть могла перечеркнуть совершенно все привязки и обязательства. – Данное обязательство взято не телом, а душой. Поэтому можешь передать всем причастным, что хранитель жив и здоров.

– Хорошо.