Эпилог

Три месяца спустя…

— Константин Алексеевич, не могли раньше найти это дурацкое завещание, — Ксения, сидевшая на кресле за столом генерального директора, фыркнула и усмехнулась. — Тоже мне, сыщики великие выискались.

— Да кто ж знал, что твой муженек, — мужчина закашлялся, так как девушка скривилась, — таким благородным окажется. Мы даже представить себе не могли, что он еще шесть лет назад написал завещание, оставив всё свое имущество тебе.

— Я же и говорю, сыщики недоделанные, — Ксения снова засмеялась. — Три месяца коту под хвост. Говорила же вам, ищите пути решения и избавьте меня от этого бизнеса.

— Так ведь нашли, — развел руками ее собеседник.

Он замолчал и задумался. В его голове сейчас роем кружились различные мысли, но самая главная из них слишком усиленно рвалась наружу, чтобы ее не замечать. Как же он, Константин Алексеевич Богомолец, можно сказать, акула бизнеса, особенно, криминального, смог проворонить завещание Саши Кудряшова. Тогда бы в присутствии здесь девушки не возникло необходимости, и он смог бы сам руководить компанией. Лакомый кусочек. Слишком все гладко вырисовывалось, чтобы в это поверить.

Он начинал еще с Ксениным отцом. Конечно, не всё Богомольца устраивало и тогда, и сейчас, но переть против Виктора Лугового кишка тонка у каждого, кто хотел бы заполучить часть теневого бизнеса по нелегальной продаже древесины.

Конечно, легально тоже продавали, но от неучтенного дерева, а такового имелось в избытке, доходы были колоссальными. И Богомолец ждал своего часа. Виктор погиб, и на его место пришел Сашка Кудряшов. Вместо тридцати процентов Константин Алексеевич смог выторговать себе все пятьдесят. Но не более того. А хотелось, как говорится, всего и сразу. Желательно побольше.

— И что дальше? — голос Ксении вывел мужчину из раздумий.

— Я хочу купить у тебя бизнес, — хоть мужчина сидел в расслабленной позе, внутри у него кипел пожар. А если она сейчас откажет ему?

— Предлагаю другой вариант, — девушка впилась взглядом в своего собеседника, а тот в ответ насторожился.

Сейчас точно прозвучит “нет”, а он, Константин Богомолец, обещал Суслику, что ни один волос не упадет с ее головы. И придется свое слово держать — а иначе, грош цена и ему, и его словам.

— Говори, — мужчина прервал затянувшуюся паузу, не сводя взгляда с красивой блондинки.

— У вас неделя, чтобы оформить все бумаги о наследстве, — Ксюша тяжело вздохнула. — И я подарю вам свою компанию.

— С чего вдруг такая щедрость? — он усмехнулся, потому что этот вариант развития событий не приходил ему в голову.

— С того, что мне ваши контракты, сделки и переговоры даром не нужны. У вас ровно неделя, — девушка даже наклонилась немного вперед. — Иначе я отдам компанию кому-нибудь другому.

— Успею, — мужчина скрипнул зубами, после чего встал и направился к выходу. Всего неделя, надо успеть. И, когда девушка смогла лицезреть его спину, наконец-то улыбнулся.

Такого подарка от судьбы он просто не ожидал.

Как только за Богомольцем закрылась дверь, Ксения откинулась на спинку кресла и произнесла громко:

— Он ушел, выходите.

Несколько секунд ничего не происходило, но девушка точно знала — невидимый для посторонних глаз собеседник ее слышал. И сейчас появится в кабинете.

Дверь в комнату для отдыха была приоткрыта на протяжении всего разговора Ксюши с Богомольцем, поэтому Суслик не стал задавать банальных вопросов, как всё прошло, а просто медленно, не торопясь, вышел из своего укрытия.

— Благородно, — утвердительно кивнул головой, после чего приземлился на ближайший стул. — Но глупо.

— Бизнес мой, что хочу, то и делаю, — Ксения пожала плечами.

— Как Испания? — прищурился мужчина.

— И все-то вы знаете, Аркадий Викторович.

Девушка скривилась, а Суслик расплылся в ехидной улыбке. Знает, конечно знает. Не зря же изучал бумаги, в каком банке Витя Луговой оставил своей дочери миллионы. А также парнишку приставил к Ксюше, чтобы в случае опасности вовремя среагировать. Потому что слово дал Никите, что ни один волос не упадет с головы его любимой женщины.

— Не зря же я воскрес.

— Там столько процентов накапало за восемь лет, — Ксения перешла на шепот. — Я за всю жизнь столько не потрачу.

— Отца благодари, что позаботился о вашем с Сонькой будущем. Кстати, а где она? — Суслик закрутил головой по сторонам.

— Стала личным помощником секретаря, — засмеялась девушка. — Бегает по офису и разносит всем бумаги. И в каждом кабинете ее кормят печеньем с конфетами. Такими темпами она скоро ни в одно платье не влезет.

— Дети любят сладкое, — Суслик впился взглядом в сидящую напротив женщину, а она в ответ поежилась. — Ты мне все рассказала?

— Дом купила, на берегу моря, — тяжело вздохнула Ксения. — Не хочу сюда возвращаться. Если Никита меня не ждет, уеду за границу.

— Поверь мне на слово, он ждет, — кивнул утвердительно головой Аркаша. — Я его знаю давно. Он очень хороший мальчик. Мой лучший ученик.

Ксения молчала, так как даже после слов Суслика не была уверена в том, что Никита действительно ее ждет все эти месяцы. Звонить она боялась, но несколько смс отослала. Не выдержала.

Но так и не получила на них ответов.

— Он ни разу не сказал, что любит меня, — как-то слишком задумчиво произнесла девушка.

— Господи, женщины, — мужчина закатил глаза. — Вы все одинаковые. Зачем тебе какие-то банальные слова? Он против своих принципов пошел, чего даже ради меня не делал. Ты нужна ему.

— Он ни разу не ответил, — вспылила Ксения и легла грудью на стол, чтобы быть ближе к своему собеседнику. — И, согласитесь, “ты мне нужна” немного отличается от “я тебя люблю”. Вот совсем не одно и то же.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌- Не соглашусь, — чуть ли по слогам произнес Аркаша. — Ты, милая, какой-то нервной стала в последнее время. Расслабься, от судьбы, как говорится, не убежишь.

— Боюсь очень, — она снова откинулась на спинку кресла, но через пару секунд расплылась в улыбке. — Но у меня для него сюрприз.

— Это то, о чем я думаю? — одна бровь медленно поднялась на лице мужчины.

— Не знаю, о чем вы там думаете, — засмеялась Ксения. — Но я очень надеюсь, что Никите понравится.

Мужчина побарабанил пальцами по столу, после чего встал со стула.

— Ладно, люди вы взрослые, сами разберетесь со своими сюрпризами, — развернулся и направился к выходу. Но на пороге остановился и повернул голову в сторону девушки. — А Костика я заставлю заплатить за твой бизнес. Даже не начинай, — выставил руку вперед, когда Ксюша открыла было рот, чтобы возразить. — Фокуснику привет!

И он покинул кабинет, оставив девушку одну предаваться мечтам.

* * *

На город медленно, но уверено опускались сумерки. Начало октября, бархатный сезон, когда днем еще ярко светило солнце, а вечером частенько дул ветер. Сильный, порывистый и мрачный. Такой же, как настроение у стоящего на берегу моря мужчины и смотрящего вдаль. Туда, где море сходилось в ровную линию с небом.

Отросшие волосы теребил ветер, но Никита не обращал внимания ни на пронизывающий холод, ни на ненастную погоду. Скоро пойдет дождь, и придется возвращаться в отель — а здесь природа, бушующая стихия и… одиночество.

Три месяца ожидания. За ними наступит четвертый, затем пятый, а после даже считать не захочется. Время будет медленно тянуться, оставляя неприятный осадок в сердце и горечь в душе.

— Фокусник! — услышал мужчина где-то вдалеке.

Сначала он решил, что ослышался. Или медленно сходит с ума, когда желаемое выдает за действительное. Однако после второго крика “Фокусник” Никита резко развернулся к морю спиной.

Навстречу ему бежала Сонька. Он даже закрыл глаза, чтобы прогнать видение, однако звонкий крик малышки раздавался на всё побережье. Даже ветер не мешал ей кричать, как она рада его видеть.

— Я нашла тебя!

Никита присел, и через пару секунд девочка оказалась в его объятиях. Крепко схватила своими ручками его за шею и уткнулась носом в грудь.

— Милая!

Он гладил ее по волосам, целовал в макушку, а настроение медленно, но уверено начинало подниматься вверх.

— Я так соскучилась! — продолжала вещать малышка, на что Никита усмехнулся.

— Я тоже, — утвердительно кивнул, после чего, не выпуская девочку из рук, встал со своей ношей и направился в отель. — Выросла-то как.

— Мама запрещает мне есть конфеты, — Соня скривилась. — Говорит, что я скоро в двери входить не буду.

— Она шутит, — улыбнулся ей Никита. — Но сладкого много есть действительно вредно, так что маму надо слушать. Вы давно приехали? — аккуратно спросил, зная, что девочка не соврет.

— Несколько минут назад, — честно ответила малышка. — Юля помогает маме поселиться в номер, а я побежала тебя искать, — и она снова обняла Никиту за шею. — Я так люблю тебя, Фокусник!

— И я тебя, моя принцесса!

Мужчина открыл дверь и вместе со своей нелегкой ношей зашел в ярко освещенное помещение. Прошел по коридору и остановился возле ресепшена.

— Сто двадцать шестой, Никита Федорович, — произнесла Юлия с улыбкой на устах, не дав возможности своему шефу задать вопрос. — Соня, идем-ка мы с тобой проверим, как там куклы поживают. А то ты уехала, — на протяжении всей речи девушка вышла из-за стойки, — а игрушки скучают.

— Идем, — девочка заерзала на руках Никиты, и ему пришлось поставить ее на пол. — А то куклы без меня скучали, — она вложила свои крошечные пальчики в ладонь девушки. — Надо их проведать.

Юлия подмигнула своему шефу и увела малышку в игровую комнату. Никита провел их взглядом, после чего уверенной походкой направился в сто двадцать шестой номер.

Перед закрытой дверью сердце мужчины дрогнуло. Как долго он ждал этого момента, а теперь элементарно боялся сделать шаг вперед. Возможно, Ксения приехала, чтобы сказать — он ей не нужен. Ведь столько времени прошло, столько воды утекло — он честно дал ей время, чтобы подумать и решить всё, прежде всего, для себя.

Богатая наследница, владелица миллионов, красивая и желанная — мечта любого мужчины. И он, побитый жизнью, завязанный по уши в криминале, пусть даже и в прошлом, с извечным недоверием к людям, привыкший быть волком-одиночкой. У них нет ничего общего. Но умные люди утверждают, что противоположности притягиваются. Может, все-таки стоит попробовать ее уговорить?

Никита нажал на ручку и толкнул дверь вперед. Девушка резко обернулась и замерла на месте с широко открытыми глазами.

— Ты меня напугал, — она тяжело вздохнула, расслабляясь от того, что увидела любимого мужчину.

— Прости.

Одно слово. Такое банальное, что хотелось выть. От безысходности и невозможности вернуть всё назад. Возможно, надо было поехать с ней — в ее мир, в ее жизнь и в ее дом. Но тогда он перестал бы быть собой. И никогда бы не разобрался в своих чувствах. До конца.

— Я приехала, — ей в голову тоже лезли сплошные банальности.

— Вижу, — в ответ он кивнул головой и снова на нее посмотрел.

Милая. Красивая. И такая желанная. Три месяца вдали от нее стали сплошным кошмаром — пустой дом, одинокая кровать и мысли о прошлом. А также ее образ в голове.

Он специально не звонил, не отвечал на смс и не ездил в Нижний Новгород. Чтобы не рвать сердце, и не расстраиваться еще больше. А вдруг у нее кто-то появился? Ведь такие, как она, не могут быть одинокими.

— Как дела? — Ксения улыбнулась, и Никита немного расслабился.

— Отлично, — зачем-то соврал, сам не понимая, зачем. — А у тебя?

— Тоже неплохо, — в ее синих глазах появился какой-то загадочный блеск. — Я продала свой бизнес.

— Радоваться или переживать? — она поднял одну бровь вверх и замер в ожидании ответа.

— Сам выбирай, — она пожала плечами. — Как по мне, так любой подойдет.

— Ты попрощаться или насовсем?

И снова эти банальные вопросы, да что происходит? Куда подевались все нужные слова, которые он хотел ей сказать? Никита специально ее провоцировал, а она, как ни в чем не бывало, пожимала плечами и отвечала такими же односложными предложениями и банальными словами.

— Может, хватит? — наконец-то взорвалась Ксения. — Или ты специально решил надо мной поиздеваться? Я и так нервничаю, еще ты тут…

Договорить она не успела. Точнее, он ей не дал — тремя шагами пересек расстояние между ними и обнял ее, прижимая к своему телу и впиваясь губами в ее губы. На правах собственника. Боже, как же он соскучился.

Она обвила руками его за шею в ответ и даже поднялась на носочки, чтобы дотянуться. И стать ближе. Хотя куда уж ближе — между ними столько всего случилось, что он теперь стал самым близким и родным человеком в ее жизни.

— Я люблю тебя, — и снова эти банальные слова из уст Никиты. Самые верные и самые правильные в данной ситуации.

— Я тоже, — Ксения усмехнулась в ответ и провела пальчиками по его щеке. — Прости, что так долго. Я бы послала их всех куда подальше с самого начала, но они так задурили мне голову своей ответственностью, что я немного растерялась.

— Теперь точно никуда не отпущу.

И он снова ее поцеловал — сначала медленно, смакуя каждый миллиметр ее губ, затем все настойчивее, показывая свое право обладать ею.

— Я больше никуда не уеду, — тихо прошептала Ксения, первой отстраняясь от мужчины, чем вызвала из его уст стон. — И, — девушка сделала паузу, вздохнула, после чего закончила: — У меня для тебя новости.

Никита взял ее лицо в свои руки и заставил задрать голову, чтобы посмотреть в эти бездонные глаза.

— Надеюсь, хорошие? — усмехнулся, не выпуская ее лица из рук.

— Помнишь ту ночь, — девушка снова запнулась. — Под открытым небом.

— Помню, — кивнул утвердительно. — Очень хорошо помню.

— Так вот, — продолжала она, немного нервничая. — Мы с тобой тогда, — пауза, — как бы это правильно сказать…

— Любили друг друга, — перебил ее Никита, наслаждаясь ее растерянностью.

— И это тоже, — она попыталась тоже кивнуть головой, но мужчина не выпускал ее из рук. — В общем, я беременна. — После этих слов он замер. Всего на минуту. Такие долгие и тревожные тридцать секунд. — Не молчи. Скажи что-нибудь.

— Погоди, я в себя никак не приду. Милая, — Никита, наконец-то, расслабился и прижал девушку к себе. — Спасибо, — поцеловал ее в макушку, правой рукой гладя по голове. — Я просто немного растерялся.

— Ты давай, собирайся, — засмеялась Ксения, все также уткнувшись носом в грудь мужчины. — Потому что через шесть месяцев теряться уже будет некогда. Придется учиться пеленки стирать и памперсы на ребенке менять.

Она засмеялась, прижимаясь сильнее к Никите. Единственному мужчине, чье имя навсегда поселилось в ее сердце. Любимому мужчине, которому доверяла больше, чем сама себе. Самому главному мужчине в ее жизни, который помог ей стать женщиной!

— Фокусник! — звонкий голос Соньки вывел ее из задумчивости. — Ты же больше нас не отпустишь?

Как иногда бывают проницательны дети. И ничего от них не скроешь, как бы не старался.

— Не отпущу, — строго произнес Никита и повернулся вместе с Ксенией в девочке. — Поехали домой.

— И куклу новую купишь? — прищурилась малышка, а двое взрослых в ответ засмеялись…

Дорога больше не уходила за горизонт. Она вела домой — в единственное место, где он был счастлив. Где его ждали и любили таким, какой он есть. И он готов был дарить радость своим девочкам каждый день.

Теперь уже трем — а кто говорил, что будет легко?

Конец